Глава 6

Грубиян— Сережка казался смутно знакомым… хотя видеть я его не могла нигде, разве что в “Костях”, но весь вечер был словно стерт из памяти. Как ни старалась – ни черта не могла спомнить! Вот шагает он рядом, насупленный весь, хмурый и недовольный. Неприязнью и брезгливостью в мою сторону так и разит, а все равно, странное дело, кажется… близким. Как тот кот— ворчун, которого если взять на руки, обязательно поцарапает и укусит, а ты его, заразу, все равно любишь нежно. “Та— ак, сбавляй обороты, Машка, – осадила саму себя, – ща тебе и соседний куст японским комфортабельным туалетом покажется, только потому, что деваться некуда”. Но, как бы я не старалась внутренне себя “настроить” на воинственный лад, странное, необъяснимое томление и внутренняя дрожь будоражила тело весь этот неприятный разговор и вынужденная пешая в общей компании. “Девушка явно любит мужское внимание, – кривлю интонацию и манеру речи в голове, – Каков… нахал!” Я, конечно, могу и поматерее ввернуть, но усталость и перенапряжение дают о себе знать. Да и о хамоватом мужике думать сейчас хотелось меньше всего, меня очень беспокоили ноги. Прилипшая корка навоза ужасно раздражала кожу, под ней, буквально, все зудело и жглось. Чем ближе мы подходили к деревне, тем больше я начинала чесаться. – Почти пришли, – Сева кивнул на срубы, а я сглотнула. – А у вас и света нет, что ли? – Почему нет? Все есть. – А связи и электричества нет? – Как бы тебе обяснить, – нахмурился, уставился на Сережку— паршивый характер, словно ища поддержки или чтобы он объяснил. – По щучьему велению, по моему хотению? – хмыкнула я, выдавая очередной раз перл из сказки. Поёжившись, обняла себя руками. Дождь уже пустился во всю и бил кожу холодными каплями. – Именно! – подмигнул Сева, так и не дождавшись от нем как рыба— Сержа подмоги, – видишь же, кабелей нет. Угу, нет. Ни кабелей, ни нормальной дороги, сплошные домики и терема, то ли как у староверов, то ли как у обрядовцев каких— то. По коже пробежал липкий холодок страха. “Они ж чокнутые все, сектанты эти, по телевизору показывали как— то”. – Зато кобелей хоть отбавляй, – зло рыкнул Сережа— вечно не в духе. – Все не так страшно, как может показаться, – словно мысли прочитал, добавил Всеволод. – Электричество есть, горячая вода тоже, чайники, плиты, все предметы быта. – Угу, а телефонов, значит, нет? – Чего нет, того нет. Аномальная зона, не ловит ничего. “Где-то вы меня, Всеволод, наебываете, но не знаю где”, – голосом Штирлица прошелестела подозревака— мысля. Вновь почесав ногу, ускорила шаг: – Тогда пойдем быстрее, а то я себе все в кровь расчешу. А кстати, что значит ваша фраза? – бросила быстрый взгляд в сторону Сережка— хмурое лицо. – По поводу мартовских котов и сметаны. И вы здесь кто? Местный главарь? Председатель дачного кооператива, директор? Сева заливисто расхохотался. – А ты забавная. – Обхохочешься, – буркнула, но все же улыбнулась Севе, не рискнув взглянуть на их предводителя. Его «друг, начальник и брат» чуть ли не зубами скрежетал, что мне доставляло странное, мазохистское удовлетворение. – Я здесь истина в последней инстанции, – ошпарив моего спасителя злым взглядом, выдавил таки наш попутчик. Сева только усмехнулся, но, что важно, не возразил. – Я, вообще— то, хотел тебя у Полины пристроить, но в словах Сергея Захаровича есть резон и как я могу ослушаться начальство, – а вот теперь Сева звучал как— то… с намёком что ли. Нахмурилась, понимая, что между строк, мой знакомый передает или спрашивает что-то, понятное только им двоим. Не дождавшись реакции, продолжил, – поэтому тебе действительно стоит остаться на ночь у меня. У Полины и комната одна, а у меня целых три. Да и к лесу ближе она живет, а там… волки. – Самые настоящие? – округлила от страха глаза. – Я, ужас как, боюсь всякую живность. Петухов, – меня один в детстве за задницу клюнул, коров, у бабушки одна чуть не боднула, а я ведь просто ей травку дать хотела, насекомых всяких, жуть как боюсь! Собак тоже, – вздохнула, – соседская кикимора меня все облаять норовит. А тут… целые волки! Воцарилась тишина. Сережка— председатель воздел к небу лицо, с силой зажмурившись, словно молился кому. Сверкнула молния, на миг сделав его лицо хищным. А Сева поджал губы, как будто ну очень старался не рассмеяться. – Где взять столько нервов, – услышала злое ворчание напоследок. Наш Сергей Захарович, не прощаясь, свернул влево, направляясь к дому побольше остальных. – Он всегда такой? – кивнула туда, где скрылась аппетитная задница. “ Все как на подбор, блин” – скосила взгляд на упругий зад Севы. – Нет. Он очень крутой. Ты его просто не знаешь. Возможно, вы даже подружитесь, если останешься здесь подольше. – Очень надеюсь, что нет, не обижайся, – виновато отвела глаза. — Как только наступит утро, надеюсь покинуть столь милое, но странное местечко. – Разве что гроза быстро закончится, а так— то придется задержаться. – Начинается! – Я аж остановилась и зло топнула босой ногой. Носок чавкнул уже в основательно разбухшей кашице грязи, слезая со стопы наполовину. – Ну что опять может быть не так в этом Богом забытом месте? – Размытые дороги, – Сева развел руками, – мы, кстати, пришли.