30

Робко протянула руку и осторожно взялась за край гаджета. Волк не пускал. Чуть потянула — он игриво дернул головой, отскочил со странным, вовсе не злобным урчанием и вновь принялся скакать, то припадая на передние лапы, то слегка поднимаясь на дыбы.

Блин, я слишком любила собак, чтобы оставаться совершенно равнодушной, а этот «песик» реально был милым, несмотря на то, что я прекрасно догадывалась, кто это… Все же первый порыв относиться к нему как к дружелюбной собачке быстро прошел. Я прекрасно помнила, как эти «собачки» вдруг превращаются в огромных одержимых и похотливых мужиков, готовых завалить и зажать тебя прямо на снегу. Так что все эти забавные заигрывания явно были лишь прикрытием, непонятно на что рассчитанным. Волк завертелся вокруг меня, притираясь к ногам, к попе и тыкаясь носом в живот и в руки. Было приятно, эти ощущения от общения с огромным, красивым плюшевым зверем сложно было подавить и контролировать, но у меня все же даже губы пересохли от волнения, а руки дрожали от страха.

— От-тдай мне телефон или ух-ходи… — наконец произнесла я сбивчиво, все еще уворачиваясь от него, как могла. Прекрасно понимала, что он запросто может сбить меня с ног, если захочет, но пока что почему-то развлекался довольно невинным образом. — Просто дай мне спокойно уехать, — перешла на более возмущенный тон, немного осмелев. — Вы все уже достаточно развлеклись прошлой ночью. Ты прекрасно знаешь, что эти твои ужимки никак не могут тебя оправдать.

Слушая меня, волк недовольно рыкнул, вновь спокойно уселся напротив и вдруг выпустил телефон, уронив его в снег, потом попятился, как бы давая понять, что я спокойно могу его взять. Сделала несмелый шаг в его направлении, быстро присела на корточки и схватила мобильник, сунув его в карман. Там же вдруг нащупала ключи от чужого дорогого автомобиля. Слава богу, хоть их не потеряла в лесу… Вытянула брелок, осторожно отступила к крыльцу, положила его на одну из ступеней и вновь посмотрела на внимательно наблюдающего волка.

— Позаимствовала ненадолго… — пояснила я. — В том положении, в которое вы нас поставили, другого выхода особо не было, — попробовала оправдать факт воровства.

Внимательно слушая меня и наблюдая, волк склонил на бок голову и высунул длинный розовый язык. Видимо, разговаривать со мной по-человечески он не собирался. Что ж, может, это было к лучшему, учитывая, что вести беседы с голым Артемом мне точно не хотелось.

Волк по-прежнему выглядел совершенно спокойным и неопасным, поэтому я, наконец, решилась вернуться к машине, забраться внутрь и прогреть двигатель. Только стоило сделать пару шагов в этом направлении, как волк вдруг ринулся на меня, заставив вздрогнуть и вскрикнуть, подскочил спереди и закинул огромные лапы мне на плечи. Тут же осела под его весом и от силы его толчка, обнаружив себя сидящей попой в снегу. Огромная косматая морда оказалась совсем близко, принялась лезть в лицо, лизаться и ласкаться, сдвинула с головы шапку, обслюнявила всю, а потом, наступая, завалила в снег, прижимая лапами.

Попыталась прикрыться руками, но это оказалось совершенно бесполезным. Волк лизал и руки, а иногда как-то изворачивался и все равно добирался до лица.

— Прекрати, черт возьми! — закричала, чуть ли не плача, потому что почти совсем выбилась из сил после этой неравной борьбы. Оборотень, кажется, только этого и ждал… Специально доводил меня до изнеможения и выводил на противоречивые эмоции, чтобы потом поиздеваться всласть. Косматое тело зверя быстро преобразовалось в атлетическую обнаженную мужскую фигуру, которая нависала надо мной всей мощью накачанных мускулов и огромным вздыбленным членом, похожим на раскаленный жезл. Похоже, они тут все могут сниматься в порно определенной категории, той, где любят аномальные размеры. Ничуть не стесняясь бесстыдной наготы, Артем наблюдал и наслаждался тем, как я беспомощно под ним трепыхаюсь, пытаясь уползти. Волчья морда тоже постепенно превратилась в красивое ухмыляющееся лицо блондина. Его растрепавшиеся светлые локоны свисали со лба и щек, румяные губы сладко улыбались. Как-то по-животному подняв голову, он вдруг победно завыл. Конечно же, на волчий вой это не было похоже… просто на голос прикалывающегося наглого парня, который радовался, что вновь загнал дичь в угол и может с ней немного поиграть. Это был своеобразный смех победителя…

— Что, розочка… все же не получается остаться равнодушной? — жарко прошептал он, склонившись ниже и обдавая мои губы своим дыханием. Его нос жадно и звучно втянул мой запах. — Да-а-а… — протянул он чувственно, — ты хочешь меня… Чувствую, как ты вся течешь прямо сейчас и как твои трусики пропитываются соком… Знаешь, если бы не это, я бы уже отступил, но когда девушка настолько горячая и так тебя хочет, сдержаться просто невозможно.

Не успела даже сделать вздох, когда мои запястья вжали в снег, тяжелое мужское тело крепко придавило, а его рот жадно накрыл мои губы. «Ах, черт… Я не должна была поддаваться, нет…» — промелькнула стремительно уносящаяся мысль, которую стерла его неожиданная нежность и вкус поцелуя. Артем держал крепко, но при этом не причинял боли, как раньше. Его губы неспешно распаляли, лаская, притираясь, волнующе раскрывая мои и постепенно раздвигая их кончиком языка, который трепетно и ловко, словно хитрый змей, пробирался внутрь. Когда я все же попробовала увернуться, поцелуй тут же усилился и углубился, словно удерживая одной только этой силой порочного притяжения. Его язык скользнул глубже, переплетаясь с моим, а из груди парня вырвался утробный стон удовольствия.

Кажется, я вынуждена была признать поражение. Несмотря на все мои негативные чувства к Артему, мой страх перед ним, мою ненависть из-за того, что он пытался сделать, все же контролировать свое физическое влечение к нему я не могла. Во всяком случае, не в тот момент, когда он насильно удерживал, насильно целовал так умело и сладко…

Все же пелена спала с глаз, туман в голове рассеялся. Я попыталась рвануться, но он сидел верхом на моих бедрах, не оставляя никакой возможности выбраться, и все внизу живота горело непристойным и вовсе не желанным жаром от его близости. Наконец мне удалось укусить его и отвернуться. Едва ли это могло меня спасти, потому что парень склонился ниже и стал целовать щеку и обнаженный участок шеи рядом с ухом, вылизывая, посасывая, притираясь влажными губами. Потом его зубы сжали мочку и пососали нежно, вызывая приступ лихорадочной дрожи и мурашек.

— Тебе понравилось… правда? — слащаво прошептал он.

— Ты знаешь, что нет!

— Да ладно! Могла бы, кстати, и почесать меня за ушком, когда я был волком. Я же принес твой телефон и заслужил благодарность! — продолжал издеваться безжалостный хищник, удерживая меня без малейших усилий и упиваясь своим физическим превосходством.

— Зачем ты это делаешь?! — вскрикнула в отчаянии из последних сил, зажмуриваясь и изворачиваясь, как могла.

— Зачем? Хм… А действительно… — протянул он с язвительной улыбочкой. — Теперь, когда ты не девственница, я в общем-то не настолько тобой одержим, чтобы трахать прямо на улице в снегу, хотя и в этом тоже есть определенная прелесть. Почему нет, если девочка настолько чувственная и красивая, что ее постоянно хочешь, а она хочет тебя? Потрахались бы и разбежались… Это же ни к чему нас не обязывает, правда?.. Но ты ведь такая пра-а-авильная… — жарко протянул он, нашептывая в ухо, — и не даешь всем мальчикам подряд…

— К чему ты это все?! — выпалила ему в лицо, пытаясь разобраться.

— Все дело в том, розочка-недотрога, — зашептал он, перемежая шепот короткими мягкими поцелуями в щеки, в губы, в глаза, — что я очень не люблю, когда непокорные и непослушные девочки не подчиняются мне, думая, что это просто так сойдет им с рук… Тут дело принципа… Ты не дала мне, и я не хочу, чтобы это осталось безнаказанным…

Его прямолинейность и беспринципность поражали… Вот так просто?! Не дала — и он считает себя вправе отомстить?!

— Это гадко, мелочно и не по-мужски! Ведешь себя, как обиженный подросток! — выпалила ему в лицо. — Сейчас придет Влад… Он не позволит тебе… — договорить не успела.

— Меня не интересует Влад, — прорычал блондин и цинично осклабился. — И если ты думаешь, что я кого-то здесь боюсь, то очень ошибаешься. Скоро вернется Денис… а у Дениса очень чувствительный нюх и еще нервы ни к черту… Думаю, он сильно расстроится, узнав, как его зайку до сих пор возбуждает другой волк… А ты ведь возбуждена и обильно течешь, моя розочка?.. Ты даже не представляешь, что это за дивный аромат для волка… Мне это льстит, знаешь ли… А вот Денис, скорее всего, уже не захочет иметь с тобой дело после такого… потому что теперь ты не такая уж чистая и невинная…

— Ненавижу тебя… — прошипела зло, поняв наконец всю гнилую и мелочную сущность этого мерзкого подлеца.

— Не похоже, что ненавидишь… — начал он, только договорить не успел. Черная тень бросилась будто из ниоткуда и снесла его, как ураган. Я так и осталась лежать на снегу, приходя в себя. Мышцы рук дико болели от перенапряжения и крепких захватов. Я вообще чувствовала себя полностью разбитой, будто изнасилованной… А рядом, крепко сцепившись, рыча и скаля зубы, сражались два волка, и ярость их казалась неутолимой и смертоносной.