Глава 20. Коул

«Утром завтракай. Днем обедай. Вечером ужинай. Ночью трахайся»

Коул Ларс

Пропитанный запахами цветущей сирени, мятой травы, сырой земли и нагретого камня воздух наполнял легкие, пробуждая к жизни мою животную натуру. Распалённый охотничьим азартом зверь, чуял жертву и рвался наружу, поэтому приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы сдерживать его порывы.

И дело не в полицейской форме, от которой, после обращения, остались бы одни лохмотья. А в одной маленькой фее, что вряд ли сталкивалась с оборотнями в их волчьем обличие, а значит могла испугаться и удариться в истерику.

Хреновый сценарий, учитывая, что полностью обращенная вторая сущность не поддается контролю первой, и повести себя может как угодно. Так что я дождался, когда девчонка, устав махать крыльями, опустится ниже и прыгнул так высоко, как только мог.

Ладонь сомкнулась на обнаженной лодыжке. Крепко схватив ее, я потянул вниз. Не удержав равновесия, Лейла начала падать, но мне удалось, сжать ее в объятиях, принимая весь удар на себя.

Сука, как же больно!

Приложившись спиной о землю, я поморщился, затем резко повернулся, оказываясь сверху.

– Попалась, – голос вышел полным предвкушения. До затуманенного победой сознания не сразу дошло, что тело подо мной напряжено до состояния гудящей струны. И когда Лей, выгнувшись в моих руках, открыла рот, чтобы закричать, накрыл его ладонью и наклонился к самому уху. – Тише, детка.

Ярко-синие глаза метали молнии. Твердые соски упирались в мою грудь, ладони – в плечи, а острые коготки оставляли на моей коже красные полосы. Но грубая похоть уже успела ударить в голову, притупляя все остальные чувства, и забирая всё человеческое.

Свободная рука сжала округлое бедро и поползла вверх. Прямо под юбку короткого летнего платья. Жесткие губы заменили ладонь, сминая нежный рот грубым поцелуем. Язык вторгся в сладкую глубину требуя ответа и полного подчинения.

И все казалось правильным. Необходимым. Неизбежным… Если бы не взорвавшийся на языке соленый вкус текущих по ее щекам слез.

Резко отпрянув, я тряхнул головой, пытаясь избавиться от завладевшего мной наваждения. Гребаный мозг отказывался работать, легким не хватало воздуха, а сердце молотило по грудной клетке, угрожая выскочить наружу.

Крепко зажмурившись, фея отползла на пару шагов и отвернула от меня свое лицо. Ее дрожащие ладони принялись натягивать подол на голые коленки, а босые ноги закопались в траве.

Как же мерзко от самого себя.

Больной, трахнутый на голову мудак!

– Прости, – прохрипел я, не в силах поверить в то, что едва не натворил. Ни разу в жизни я не терял голову. Никогда еще инстинкты не затмевали мне разум настолько, чтобы отдаться им без остатка. Превратиться в животное. Испугать ту, что… – Прости, я такой ублюдок. Не знаю, что на меня нашло. Тебе больно?

Лей отрицательно качнула головой.

– Нет, – еле слышно прошептала она. – Просто… я так не могу. Без чувств, без любви. Я дура, думала, что да… что с тобой это не важно. Но… нет.

Я ничего не понимал в ее сбившейся речи. Мне хотелось подползти ближе, усадить девчонку к себе на колени, прижать к груди, но сдерживал страх. Вдруг все вернется. Вдруг я снова наброшусь на нее, как голодный зверь, и уже не смогу остановиться.

К хренам. Лучше держаться подальше.

Поднявшись на ноги, я протянул ей руку. Фея замешкалась, и я уже было решил, что откажется от помощи, но этого не произошло. Ее мелкая ладонь скользнула в мою, и краткое прикосновение отозвалось в теле ударом тока.

– Не бойся. Я тебя не трону.

– Я не боюсь, – нахмурилась Лей, поправляя задравшееся платье, и отряхивая его от земли. – Нам лучше вернуться.

Тишина, что сопровождала нас на всем пути к дому давила на виски. Волк не находил себе места, требуя свободы, а в голове крутилась только одно – какой же я идиот.

Если сейчас же не остановиться, не привлечь ее к себе и не постараться поговорить, она больше не придет, и в наших отношениях можно будет поставить жирную точку.

Наши отношения.

Почему при этой мысли я не чувствую паники? Где гребаный Коул Ларс и где «отношения»? Или все дело в определенной фее? Твою мать, почему все так сложно?

Резко затормозив, я шумно выдохнул и поднял на нее мрачный взгляд.

– Лей…

Из дома, что находился в двух шагах от того места, где мы стояли, послышался то ли вскрик, то ли стон.

***

Видеть, как твой лучший друг засовывает свой гребаный язык в рот твоей младшей сестренке, и при этом стягивает с нее шорты – то еще зрелище. Глаза тут же застилает красная пелена, ладони сжимаются в кулаки, из горла вырывается рык и появляется единственное желание – убить ублюдка.

Прямо сейчас. В эту самую секунду.

Рывок и я впечатался лбом в каменную грудь напарника, который, не удержавшись на ногах, полетел к стене. Где-то за спиной завизжала Шивон. Взволнованный голос Лейлы звал меня по имени.

А может и не меня. Я уже ничего не соображал.

Подлетев к Сверру, начал усиленно махать руками, не понимая, какого хрена сам еще стою на ногах. Только через некоторое время доходит, что напарник не сопротивляется. Кривит свою разбитую в кровь рожу, и играет роль боксерской груши.

Жалеет мудак. Удар у него намного тяжелее моего, о чем в курсе все наши «клиенты» в Вулф-Роке и за его пределами. Да и уворачиваться его неплохо учили, а тут будто сам подставляется.

Понимает, сволочь, куда полез.

Меня его благородство не проняло. Продолжил выпускать пар, и даже низкий рык «хватит», не заставил отступить. Я надеялся, что боль протрезвит этого сукина сына, и он вступит в полноценный бой, но тут на спину прилетел легкий груз, а шею сжали тонкие руки.

– Коул, ты что ненормальный? Прекрати!

На голову полилась струя холодной воды, что немного остудила пыл, и вернула способность ясно мыслить. Лей шептала что-то успокаивающее на ухо, а сестра, выкинув пустую пластмассовую лейку, бросилась… к ублюдку.

Какого, мать его, хрена?

– Шивон, сейчас же отойди от него, – рыкнул я, начиная снова заводиться.

– Или что? – прошипела она, подняв на меня убийственный взгляд покрасневших от слез глаз. – Набросишься на меня? Превратишь в отбивную? Он же даже не сопротивлялся, ты – идиот. А если ты ему что-то сломал?

– То, что я хотел бы ему сломать, все еще болтается у него между ног. Можешь не благодарить.

– Спасибо Семерым и за малые радости, – хмыкнув, Сверр тут же скривился от боли в челюсти. Пощупал ее руками, поднялся на ноги, тряхнул головой и повернулся ко мне. – Полегчало?

– Да пошел ты, сука.

– Если нет, можем продолжить, но в этот раз я отвечу.

– Вот и отлично.

– А ну стойте! – между нами, словно две рассерженные фурии, встали Лейла и Шивон. Первая уперлась ладонью в мою грудь, а вторая ткнула указательным пальцем в грудь Сверра. – Если вы продолжите вести себя как придурки, я позвоню мистеру Блау.

– Думаю, шеф примет мою сторону, когда узнает, что этот гребаный мерзавец слюнявил и лапал мою младшую сестру, – выплюнул я, обнажив клыки. – А еще другом назывался.

– А тебе не приходило в голову, что я была не против? – ошарашила меня своим признанием Шивон.

– Ты. Моя. Сестра.

– Совершеннолетняя, прошу заметить. И сама решаю, с кем мне спать.

– Серьезно, Ши? С ним? – кивнул я на уже бывшего приятеля. – С парнем, которого в городе знает каждая шлюха?

Даже понимая, что меня несет, я не мог заткнуться. Переполнявшая меня ярость требовала выхода. Но давая его, я не чувствовал никакого облегчения. Только горечь, что оставляла во рту мерзкое послевкусие.

– А мне плевать! – не менее запальчиво ответила она.

Сверр продолжал молчать, но теперь в его желтых глазах плескалось удивление, а взгляд был направлен на мою сестру. И такой в нем читался голод, что я едва сдержался, чтобы снова не садануть ему по роже.

Вытащив из кармана ключи от внедорожника, я бросил их в него.

– Проваливай отсюда, сейчас же.

– Ты без машины, – заметил напарник, ловко поймав связку.

– Вызову такси.

Пожав плечами, он дождался кивка Шивон и оправился к двери. А сестра, схватив лежащую под столом сумку, двинулась следом.

– Куда?

– Не твое дело! Я сама разберусь.

– Ты ничего о нем не знаешь, Ши.

– То, что я знаю, мне пока достаточно. – Хлопнув входной дверью, она поставила точку в нашем разговоре.

Бежать за ней и останавливать силой? Была такая мысль. Но я, отмахнувшись от нее, соскользнул по стене на грязный пол, согнул одну ногу в колене, и прижался к нему лбом.

Виски сдавила сверлящая боль. На душе будто цунами прошелся. Так хреново я себя чувствовал в последний раз в день похорон отца. Сначала не понял, почему, а потом дошло. Я же сейчас друга потерял. Лучшего, мать его, друга.

Сверху упала крылатая тень, и волос коснулись тонкие пальцы.

***

– Почему ты не поехала с ними? – спросил я, наслаждаясь ее робкими прикосновениями.

Тишина, что воцарилась в прогнившем до основания доме после ухода Сверра и Шивон душила, не давая сделать вдох. Но излучаемое Лейлой тепло, прогоняло боль и дарило так необходимое мне сейчас успокоение.

– Решила, что тебе не помешает компания, – сев рядом, она подобрала под себя босые ноги, прислонилась головой к моему предплечью и облизнула пересохшие губы. – Оставь ее, Коул. Ши уже взрослая девочка, и даже если у нее с твоим напарником ничего не выйдет, она не сломается.

– Мне бы твою уверенность, детка. Я знаком со Сверром достаточно, чтобы знать – он разобьет ей сердце.

– Люди меняются. Кто знает, может у них все по-настоящему? – фея подняла на меня полный надежды взгляд и, нырнув в глубину ее ярко-синих глаз, я почувствовал, что тону.

Пришлось отвернуться и тряхнуть головой, чтобы избавиться от чар и собраться с мыслями.

– Все еще веришь в сказки, Лейла О’Харлоу? – невесело усмехнулся я, едва сдерживаясь, чтобы не пересадить ее к себе на колени, зарыться носом в копну темных волос и забыть обо всем, что здесь недавно произошло. Мне не хотелось ее пугать, а именно такой и была бы реакция на мои действия. – К сожалению, Сверр не создан для отношений… Как, впрочем, и я.

Словно набираясь смелости, Лей судорожно вздохнула и, перекинув ногу через мои колени, села лицом ко мне. Одна ее ладонь уперлась в мою обтянутую пыльной футболкой грудь, а вторая смахнула упавшую мне на лоб прядь волос.

– Помнишь тот день, когда мы впервые встретились? – судя по интонации, Лей не сильно надеялась на положительный ответ, так что мне пришлось ее разочаровать. Память у меня была отличная.

– День рождения Шивон. Ей исполнилось четырнадцать. Вас было около десяти. Все ее одноклассники. Ты с крыльями и в пышном белом платье в красный горошек была похожа на маленькую принцессу из мультфильма.

Фея, чьи глаза вмиг зажглись яркими огнями, медленно кивнула.

– Я считала, что выгляжу как клоун. Ши, чтобы меня успокоить, отрыла в своем шкафу старое проеденное молью платье, и появилась в нем перед гостями. Оно было ей мало, и когда треснуло по шву, все сильно впечатлились, – не сговариваясь, мы запрокинули головы и громко заржали. А отсмеявшись, почувствовали, как атмосфера из напряженной, вдруг стала расслабленной и непринужденной.

– Почему ты вдруг вспомнила об этом?

– Потому что в тот самый день я впервые влюбилась. В тебя, если ты не понял, – ткнула она своим пальцем мне в грудь.

Рот против воли скривился в усмешке.

– Понял. Практически сразу. Ты была мелкой и не умела ничего скрывать. Пялилась на меня, краснела, а еще звонила одной из моих бывших – Эми Ли, и представившись моей новой девушкой, потребовала отстать от меня. Она мне все рассказала, но к тому моменту я и сам был не прочь закончить отношения, поэтому просто воспользовался шансом.

– Какой позор! – прикусив губу, фея отвернулась и уставилась на пол. – Я думала, ты ничего не замечаешь.

– Работа у меня такая – концентрироваться на деталях, – пожал я плечами. – Тем не менее, это не мешает в некоторых ситуациях вести себя как хренов кретин. Увидев тебя год назад в том приюте, я решил, что ты одна из работающих там шлюх. Вот и повел себя соответствующе. А когда дошло, что ты девственница… Я был мудаком, Лей. А все из-за того, что понял – не хочу тебя отпускать. В жизни ничего подобного не испытывал. Думал, буду держаться на расстоянии, все пройдет. Хранил в душе гребаную детскую обиду из-за твоего побега. Представлял, как ты заглушаешь «голод» с другими. Потом узнал о твоей работе в «Больших сиськах». Когда ты пришла ко мне по собственной воле, я чуть с ума не сошел. Было плевать на причины, ведь у меня появился реальный шанс привязать тебя к себе, и я собирался им воспользоваться, но ты опять сбежала. Заблокировала мой номер, не отвечала на звонки….

Слова лились из моего рта как вода из прорванной трубы, а водопроводчик ушел в отпуск. Оказалось, что я охренеть как устал держать все в себе, и выговариваясь, чувствовал небывалое облегчение. Куда там полицейскому психологу!

Все это время Лейла, затаив дыхание, сидела напротив и цеплялась за мою футболку.

– Я думала, что смогу, но у меня не получилось. Я не хочу быть в роли одноразовой постельной грелки, – прошептала она, стоило мне замолчать. – Только не с тобой… Это больно, знать, что ты никогда…

– Я тоже этого не хочу, – перебил я ее, смотря прямо в глаза. – Ты останешься со мной? Не на одну ночь, а пока нам это будет нужно?

Я ждал ответа. Не нарушал возникшую паузу, боясь спугнуть. Передавить. А когда Лей поднялась с пола, одернула подол короткого платья и направилась к выходу, почувствовал, как возвращаются головная боль и едкая горечь во рту.

Но вместо того, чтобы выйти за дверь, фея защелкнула хлипкий замок, и приближаясь к столу, принялась стаскивать с себя платье.

Оставшись полностью обнаженной, она застыла на мгновение, давая мне время прийти в себя. Затем села на край, раздвинула стройные ноги, прошлась пальцами по гладкой промежности, смущенно улыбнулась, и поманила к себе.

Дважды меня просить не пришлось.