- 12 -

Резкий удар кирпича об стекло. Так неожиданно, что сердце замерло. Окно разлетелось на куски, осыпавшись на пол и подоконник мелкими осколками. Сорвалась с окна простыня, и прохладный поток ночного ветра ворвался в палату, где спала девушка. Под одеялом она была совершенно нагая, прикрылась, с ужасом глядя по сторонам. Была ночь безлунная, но Маша все хорошо видела.На каталке в середине зала лежала её новая одежда, походный костюм, как у всех членов стаи, сверху положено нижнее белье, а рядом рюкзак.За окном никого не оказалось. Первый этаж был низким, трава заглядывала прямо в окно. Пустой заросший двор медпункта со зловещими тенями высоких кустов и бугристой асфальтовой дорожкой. Мария пристально вглядывалась, ища, того, кто разбил окно. Убежал. Вдалеке слышались выстрелы, в соседних помещениях кричали дети.Девушка поспешила, бросилась к вещам, стала одеваться. Теперь она не только видела в темноте, но и прекрасно слышала и стала различать сотни запахов вокруг. Вступила в трусики, быстро их натянула, схватила свой лифчик и уткнулась взглядом в разбитое окно.Напротив в траве стоял огромный черный волк с горящими красными глазами. Шерсть его вздыбленная, кудлатыми клоками торчала в разные стороны. Нахохлившись, он накренился вперед, следя за Машей, как за жертвой, и его мохнатый большой хвост размахивал из стороны в сторону. Волк принюхался и опять замер, не отрывая взгляд от девушки.Маша продолжила медленно одеваться, рассматривая решетку на окнах. Это не современный шараш-монтаж, это скрученная арматура с советской сваркой. И хотя она видела, как Дикие вырывают решетки, конструкция в палате была надежной. Даже если обернется, в палату не попадет.Девушка пыталась уловить его запах, не удалось, то ли он его прятал, то ли ветер сдувал дух. Вложила грудь в кружевные чашечки, следя взглядом за волком, стала надевать штаны из плотной ткани. Накинула куртку с капюшоном. Нагнулась за парусиновыми ботинками. На мгновение увела взгляд, а когда вернула — волка уже не было. Можно было бы облегченно вздохнуть, но Маша перепугалась настолько, что, быстро надев обувь, схватила полупустой рюкзак, в котором было одно её платье с туфлями, и выбежала в коридор.Кругом было пусто, поэтому девушка двинулась к детской части больницы, откуда послышались крики. Открыв стеклянную дверь, занавешенную белой тканью, она тут же прилипла к стене спиной. И уже передвигалась по стеночке.Четверо огромных волков драли двух других, которые по шкурам были темнее и по размеру крупнее. Драка была отчаянная, рев стоял невыносимый. Бойцы сносили больничные столики и стулья, в основном железные и мяли их словно пластилиновые. Запах крови ударил Маше в нос. Один из волков оторвался от битвы, нырнул к ней и вырос перед девушкой высоким мужчиной. Мария впервые в жизни видела оборот. До этого только рассказывали, но ни разу никто не показал. Айдар достал пистолет и стал стрелять по Диким. И хотя каждый выстрел достигал цели, огромные волки ушли не сразу. Пули им сильно не вредили.— К Карине в комнату, — командовал врач, подгоняя напуганную девушку к двери ближайшей палаты. Сам поспешил к своим товарищам на улицу. Там, за окнами, полыхали огни и стоял шум настоящей битвы.Детский зал был большим. Койки двухъярусные похожи на армейские, укрытые старыми клетчатыми одеялами, занимали почти все пространство. Здесь жили и спали дети стаи, большая часть из которых были сиротами. Кровати эти падали одна на другую, как домино. Дети сновали прямо у пола. В другом конце зала стреляла из пистолета Карина. Маша пригнулась, увидев Аню, одетую так же, как она. Маленькая девушка закрыла грудью двух подростков. Девочек, дочерей тети Нины. Совсем безоружная, уползала подальше в угол от огромного черного волка, того самого, что подглядывал за Машей.

Айдар ушел, думал, что здесь безопасно, а тут произошло проникновение в детскую комнату с неминуемым убийством.Волчица внутри взвыла. Это было как явный внутренний голос. Четкое раздвоение личности, которым можно управлять. Именно зверь сказал, что черный волк не убьет Машу. Он унюхал её, он любовался ею, значит, Маша может защитить детей. Доверившись второму я, девушка метнулась к Анне. И, встав прямо перед черным волком, перед его опасной клыкастой пастью и ужасными алыми глазами, расправила руки в стороны, без капли страха, потому что четко знала, кто она и какую ценность имеет.Самец прижал морду к полу, стал пятиться назад. Уши острые опали к голове. Он показал юной волчице свои ужасные острые клыки, принюхался и стремительно ринулся в другой конец зала.А там отважная жена Айдара стреляла в другого Дикого, который был серьезно ранен в два глаза одновременно, извивался, как уж на сковородке, нарываясь на топор подростка, который медленно к нему приближался сзади.Карина не успела ничего сделать, гигантский черный волк подхватил за штанишки самую маленькую девочку трех лет, совсем кроху. И таща ребенка за одежду, ломанулся к выбитой решетке на окне.Инстинкт материнства заложен самой природой. У Маши четверо младших братьев и сестер. Она альфа-волчица, несущая ответственность за всех волчат стаи. Она будущая мать. Украсть у неё на глазах ребенка — разбудить внутри хищницу.Волк бегает быстрее человека. Тело видоизменялось, не причиняя боли. Маша оборачивалась прямо на ходу, не дав вору далеко убежать. Это было не больно, даже приятно: легкие потягивания, приятные покалывания, еще мгновение, и она зверь. Нюх и так острый обострился ещё сильнее, все инстинкты усилились. Светло-серая, как её стальные глаза, волчица махнула через окно и со всех лап припустила за Диким в пустующий двор медпункта.А он несся вперед, туда, где не было других волков. Крупный, длинноногий, словно играл с волчицей, позволял себя догнать. Он не имел запаха, что путало преследовательницу. Зато она источала невероятный аромат, который вдруг стал удаляться в лес, и альфа-самец, который свою любимую пас, как пастушок овечку, бросил все, чтобы догнать её.Дикий получил укус от маленькой девочки прямо в нос. Малышка извернулась прямо в летящем состоянии, глазки её горели и острые клыки впились в первое, чего достигли. Волк отшвырнул её в сторону, девочка с криками улетела в мягкую траву.Он резко повернул назад, навстречу той, за которой пришел. А серую волчицу не успокоило то, что ребенок цел и невредим, она и сворачивать не думала, разъярённая неслась на  волка. Вела себя не как животное, а как разумная девушка. На ходу соображала дальнейшие действия. Она меньше, слабее, но более юркая, изворотливая, что даст ей шанс на победу, если все сделать правильно.Самец решил просто скосить её, вырубить на время и утащить с собой. Но не тут то было, мелкая самка метнулась в сторону прямо перед его мордой. Мелькнула перед глазами и исчезла на мгновение из вида, оказавшись под самим волком, выскочила с другой стороны, когда его морда была повернута от неё. И вцепилась в бок со всей своей волчьей хваткой.Дикий взвыл, пытался поймать её, с ревом огрызаясь, вертелся на месте. Не смог. Он большой, она маленькая, уши прижала, глаза во тьме горят. Когти выпустила прямо в его шкуру и старалась запрыгнуть на спину.Волк огляделся, успокоился. Была боль, но для такого, как он, это неважно. Совсем рядом уже был невыносимый соперник. Запах резкий, лесного озера, это Лёшка Воев, который режет направо и налево его волков. Всех друзей положил, долг чести — выкрасть его жену и сделать своей. Зверь побежал к стене ближайшей кирпичной постройки. Это был одиноко стоящий дом с проваленной шиферной крышей. Либо волчица сама отцепится, либо он её припечатает об стену так, что долго в себя не придет.Волчица расцепила зубы. Упала на ходу и, путаясь в лапах, дала драпу в обратную сторону. Дикий был рискованным бойцом. Он попытался её догнать быстрее, чем это сделает лохматый волк Алексея. Но остановился. Алексей бежал не один, их было пятеро. Зная Воева, лучше отступить. У девочки такой запах, что уйди она из Новы, все равно зверь её из вида не упустит. Теперь уже никогда, до самой смерти, только её запах важен для волка, только её божественная грудь в белых кружевах навсегда в памяти мужчины.Волк Лёши похож на маламута с расписной белой мордой на густой серой шерсти, черным носом и светло-салатовыми глазами. Маша еще не обернулась, а уже с восторгом зарылась в его бок всей мордой. Такой он был плюшевый и мягкий, что радости хоть отбавляй. И пахло от него озером, то ли песком, то ли водорослями, а может, свежим ветром. Маша не выдержала, обернулась девушкой и обхватила своего мохнатого волка, приласкавшись к нему. А он замер, чуть рычал, оголяя клык, провожал взглядом удаляющегося Дикого.— Машенька, нам пора.Это был худощавый пожилой мужчина, муж тети Нины. Он держал на одной руке маленькую трехлетнюю девочку в порванных штанишках, которая обхватила его жилистую шею ручками и прижалась, как к родному отцу. Одна из сирот, для неё каждый член стаи либо мама, либо папа. Дядя Веня подал девушке руку. Маша растерялась, её пушистик ускакал со своими бойцами в другую сторону, оставив её. Не упускал из вида, доверял своим волкам. Пришлось идти с дядькой.Они не вернулись в медпункт, обошли стороной, направлялись прямо к лодочной станции. Полыхал во весь пейзаж дом Ани и её прадеда. Красивейший дом с просторными уютными комнатами, благоустроенный и теплый. С такой террасой, что еще построить надо. Сердце кровью обливалось от того, что это самое приятное место на Нове сгорало на фоне черного неба.

От дома по границе с главным пирсом тоже были выставлены огромные костры, между которых ходила охрана. Дикие сквозь пламя не пройдут, обезопасились как смогли.Аня рыдала навзрыд, не отвлекаясь от работы, помогая детям спускаться в катер. Малышей располагали в полузакрытом салоне. С ними поедет Аня и Карина. Они взяли еды и теплых одеял. К катеру были прикреплены несколько лодок одна за другой, загруженные вещами. Вести катер собрался Костя, новоявленный муж Ани. Он её прижал к себе, что-то шепнул на ушко. Та понимающе кивнула, всхлипнула и ушла к детям.Первая партия беженцев отплыла от пристани. Машу пригласили в большую лодку с подвесным мотором. В ней сидело семейство фермеров. К трем родным детям были забраны трое приемных. И хотя места в лодке хватило бы всем, дядя Веня решил поехать в привязанной небольшой лодочке, что была прицеплена за веревку сзади. Там было с горой насыпано вещей и всяких предметов, видимо, хозяин радел за свое имущество.Большая вытянутая деревянная посудина с пятью лавками пахла смолой и древесиной. На дне валялись рыболовецкие снасти и вилы. Вилы были черными, а на концах сияли заточенной сталью. Оружие местных пастухов. Пятнадцатилетней мальчик, уже кавалер, подал Марии руку и помог ей спуститься в лодку. Когда дама была обслужена, поспешил к мотору.

— Не спеши, Влад, — командовал Веня с другой лодки, — ключ вставь, риску проверь.

Мотор был современный, мощный. Опущенный в воду, был готов к эксплуатации. Парнишка с деловым видом, главный капитан в этой лодке, дернул за рычаг и завел мотор. Сел у него и стал медленно выруливать между пристанями на озеро

.— А Лёша? — Маша смотрела на горящий дом и костры у пирса.

Ей стало страшно, что она не со своим волком.

— У них еще лодка и катер. Не беспокойтесь, Мария Кирилловна.

Они уплывали по озеру все дальше от турбазы Приозерной. Поселок становился маленьким, помещался в ладони. Стали видны другие дома на берегу, до которых Маша ни разу не дошла и теперь вряд ли узнает, что там за роскошные коттеджи в живописных местах. Поселок растянулся по всей береговой линии, пустой и брошенный, сиротливо темнел среди деревьев, печальными оконными проемами провожал владельцев.И Маше стало тоскливо покидать это место, и как же было плохо Анечке, которая всю жизнь здесь прожила.Дядька Веня качался на волнах в своей лодке. Вначале Маше показалось, что часть его барахла была плохо уложена, поэтому стала падать, а потом оцепенела от ужаса.Из-под тента, укрывавшего вещи фермеров, как восставший из ада монстр, выскочил Дикий в два метра ростом с горящими красными глазами и длиннющими руками. Дядя Веня, умудренный опытом травленый волк, многое повидавший на своем веку, сразу выпал с лодки, прежде чем убийственные когти успели его поймать.Дикий прыгнул вперед, оказавшись на корме судна, где плыла Маша. Лодку качнуло так, что Нина с детьми подпрыгнули вверх и с воплями рухнули обратно в лодку. Влад был умничкой, последовал за отцом, выпрыгнув за борт. А вот женщины как-то не решились.Дикий рывком вырвал мотор с лодки и выкинул в озеро. Судно еще прокатилось по воде и замерло вдали от берегов, медленно колыхаясь на легком течении.Облизывая свою страшную волосатую морду, волк уставился на девушку, раздувал свои широкие ноздри, подмигивал алыми глазищами. Это был другой волк, не тот, что пытался похитить ребенка. У этого был четкий запах мокрой шкуры.Маша подтянула к себе вилы. Вцепилась в них руками.

— Все на нос! — крикнула она Нине с подростками.

— Лодка перевернется, — жалобно ответила тетя Нина.И хотя чудовище весило немало, Нина с детьми могла соперничать.

— Пусть, — ответила девушка и тоже стала пятиться к носу лодки.

— Не падайте в воду. Перевернем лодку, — попросила она подростков, не спуская глаз с того, кто угрожал её стае.Они исполнили приказ, поползли на нос, утаскивая с собой свои тяжелые пожитки.Лодка медленно накренялась на одну сторону. Дикий, приняв за веселый аттракцион то, что его поднимает вверх, загоготал звериным лаем. Маше показалось, что он не понял, о чем она крикнула Нине. Оно лишено разума и скорее всего не разговаривает.Еще немного, Маша пятилась, ботинки утонули в озерной воде, что черпанула лодка. Прямо над ней в паре метров навис страшный Дикий волк и улыбался огромной клыкастой пастью, пугая. Он неожиданно оторвал свои руки от бортов, готовый рухнуть на девушку и утопить её.Все набрали полную грудь воздуха, лодка перевернулась. Чудовище рухнуло вниз прямо на Марию, которая резко выставила вперед наточенные вилы и, пригнувшись, зажмурилась. Она погружалась в немую тишину воды темного ночного озера, чувствуя, как топит её тяжесть огромного тела незнакомого оборотня. Вилы прошли его грудную клетку почти насквозь, и древко вбилось в его плоть. Кровь заполонила чистые воды. Девушка оторвалась от вил и попыталась отплыть в сторону. Длинные руки умирающего монстра безуспешно пытались поймать её ногу.Она вынырнула из глухого водного пространства, хватая воздух ртом. Вокруг всплески воды и ругань тети Нины. Заметив, что Маша жива, она что было сил заорала во все горло:— Вот, мужик, полюбуйтесь-ка на него! Только опасность, хвост поджал и жопу в воду! Вот я Леше-то расскажу, какой ты у нас герой.

Дядя Веня стоял на своей уцелевшей лодке. Надо было бы скинуть добро, но он жадничал, затаскивал с Владом по очереди одного за другим своих детей и молчал, ничего не отвечал на укоры.Маша скинула с себя ботинки и быстро поплыла к лодке, которая перевернулась и теперь дном одиноко торчала из воды. Не было смысла пытаться вернуть её в исходное положение. Поселок вдалеке покидали последние бойцы. Катер и две моторные лодки медленно приближались к пострадавшим.Мария засмеялась немного истеричным смехом. Дрожа от страха. Ей казалось, что сейчас страшная лапа Дикого прямо со дна поймает её и утащит за собой. Тяжело дыша, она с силой вцепилась в деревянный борт и когда её потащили вверх, не сразу расцепила пальцы.Лёша утащил её с глаз долой в кабину катера и стал быстро раздевать. Вид у него был напуганный, его трясло совсем, как девушку. Испугался, что потеряет. Снял с неё всю мокрую одежду и закутал жену в кусачее шерстяное одеяло.— Я убила, — шептала она, когда сильные руки натирали её плечи. — Оборачивалась и бегала.— Бедная моя девочка, — он прижал её к себе так сильно, что дыхание сперло, и Маша дернулась. — Так лучше, поверь. Лучше все это увидеть и пройти, чем жить в розовых очках и однажды столкнуться с таким неподготовленной.— Разве я подготовленная? — заныла девушка.— Теперь да, мой храбрый волчонок.