Глава 5

Ник предложил одолжить мне сухую одежду, что тоже могло бы показаться вполне нормальным, если бы на вопрос — «Как ты её раздобудешь здесь?» — он не ответил — «Ну, мы же у меня дома».

— Эта вилла твоя, и ты работаешь на курорте? — с любопытством спросила я, поднимаясь по лестнице, ведущей наверх, с босоножками в руках.

— Работа мне нужна, чтобы зарабатывать на жизнь. Скажем так, я «немного не в ладах» с выбором моих родителей, которые занимаются фармацевтикой, — сказал он, держась за перила. — Долгая история.

— Я расскажу тебе вкратце. — Нас догнал Крис, которому тоже нужно было переодеться. — Ты знаешь тех идиотов, которые: «Папа, твои деньги грязные, меня от них тошнит, я сам справлюсь гораздо лучше»? Вот, Ник один из них.

Хотя это прозвучало как поддразнивание, в тоне Криса чувствовалась привязанность и уважение.

— Но тогда эта вилла?

— Я получил в наследство, — продолжил Ник. — Подарок бабушки, которая была замечательным человеком. Как понимаешь, содержать дом непросто, поэтому я и взял арендаторов.

— Ты никогда не думал о том, чтобы продать его? — Я задержалась, прежде чем подняться ещё на одну ступеньку, заинтересованная разговором. — Ты мог бы выручить за него изрядную сумму, и тебе не пришлось бы работать.

— Я работаю барменом не только ради денег, мне нравится моя профессия. Бухта Карибского залива — особенное место.

— Я заметила, работники в основном довольно молоды.

— Да, потому что... как бы тебе объяснить? Для многих из нас, кто там работает, это наш остров Уайт.

— Что?

— В шестидесятых была такая песня — “Wight is Wight”. Ты не знаешь её? Версию Dik Dik мне всегда пела моя бабушка, которая была итальянского происхождения. «Этот остров для нас, тех, у кого в глазах синева молодости», — напел он.

Ему эхом вторил Крис, спев дополнительный куплет, когда проходил мимо нас, поднимаясь по две ступеньки за раз.

— Мы все родом из прошлого, — продолжил Ник. — Ну, скажем так, кто-то больше, кто-то меньше. Здесь мы нашли способ жить и быть самими собой, независимо от того, что произошло раньше. — Говоря это, он опустил взгляд на спину Криса, в нём промелькнула нотка горечи.

— Ты имеешь в виду его, когда говоришь «кто-то больше»? — неуверенно прошептала я, потому что говорить за чьей-то спиной невежливо.

— Ты когда-нибудь слышала о Кристофере Харрисе, «Наезднике акул»?

— Нет. А что?

Ник вздохнул.

Его друг остановился наверху лестницы и посерьёзнел, показывая, что услышал нас.

— Расскажи ей.

Мы тоже остановились.

— Если бы ты занималась сёрфингом, то знала бы эту историю. — Ник опёрся предплечьем о перила, взяв на себя бремя рассказать историю друга как можно менее эмоциональным способом. — Крис с детства вкалывал, полагаясь на собственные силы, пока не стал чемпионом. Он уже собирался подписать контракт с крупными спонсорами, который позволил бы ему соревноваться с профессионалами по всему миру, когда над ним пронеслась двадцатифутовая волна и ударила плавающим обломком лодки, отчего Крис потерял сознание. Гидроцикл не смог его достать, и в итоге Крис разбился о камни, сломав голень и малоберцовую кость. Так, он не смог участвовать в гонках и потерял всё: спонсоров, деньги, чемпионат и... девушку.

Бесстрастно выслушав этот рассказ, Крис отпил из горлышка бутылки и вытер губы тыльной стороной ладони.

— Дерьмовый год, короче говоря.

— Мне очень жаль.

При всей его энергии трудно было представить, что он пережил такое.

— Дело прошлого. — Он пожал плечами, преуменьшая своё несчастье. — Так должно было произойти, это жизнь: ты плывёшь по течению, даже если рискуешь разбиться. Просто не позволяй этому сучьему страху одолеть тебя. Если хочешь оседлать волну, всегда делай это, даже если волна большая, даже если никто не смотрит, чтобы дать тебе приз: ты должен делать это только для себя. — Он скрипнул зубами, как, должно быть, часто делал в то время. — Больше страсти, меньше эго, вот что я получил от этого.

Затем он издал негромкий рык и исчез в коридоре.

Комментарии излишни.

Кристофер Харрис, грубый и примитивный спасатель, только что как ни в чём не бывало преподал мне жизненный урок.

Таблетка мудрости, которая заставила меня задаться спонтанным вопросом: сколько видов волн может быть в жизни человека? Какая из них была моей? И, главное, оседлала ли я её?

Наверху я увидела, как Крис вошёл в комнату, которая, как предположила, была его спальней. Потому как, очевидно, лучший друг Ника был также и его жильцом.

Мы прошли ещё несколько дверей и вошли. Комната Ника, видимо, была главной спальней, учитывая размер и качество современной мебели с длинными, угловатыми линиями; большие лампы всё смягчали своим тёплым светом. В комнате имелась отдельная ванная, в которой я и заперлась, чтобы вытереться и привести себя в порядок.

Ник дал мне большой, но очень мягкий халат, пахнущий бергамотом и мужской пеной для ванн. Плотно запахнув, я завязала шнур на талии узлом.

Просушив полотенцем волосы, я порылась в ящиках в поисках щётки, но без результата.

— Ник! — Я подошла к двери и оставила её открытой, а потом вернулась к раковине, чтобы выжать платье. — У тебя есть расчёска?

Он пришёл сразу.

— У меня есть расчёска. — Открыл первый ящик справа от меня. — Это всё, что нужно в обители.

— Называть обителью… — Я начала распускать свою испорченную причёску, чтобы расчесать волосы.

Он закрыл ящик бедром, медленно, не торопясь, рассматривая меня в халате.

— Ты ничего не сказала после истории Криса.

— А что я могла сказать? Все фразы мне казались глупыми. — Я придерживалась мнения, что, когда сталкиваешься с определённым опытом других людей, можно только слушать и молчать. — То, что он сказал после... Такую речь я могла ожидать от тебя, а не от него. — Я смотрела в зеркало на профиль Ника, на его высокий, стройный силуэт. Глаза скрывал длинный локон, но я знала, что они изучают меня. — Оседлать волну... — пробормотала я в потрескивании нереальной атмосферы.

— Чтобы это сделать, нужно знать, чего ты хочешь, — рассуждал он.

«Ты сама, Уник, что хочешь ты получить от этих каникул?»

— Ты не размышляла над тем, что я сказал тебе у бунгало?

Вечер, когда он проводил меня.

«Если тебе захочется кого-нибудь пригласить, сделай это. Всё, что происходит в бухте Карибского залива, остаётся в бухте Карибского залива».

— Я много думала об этом, — призналась я, складывая заколки на столешнице у раковины.

— И ты представляла, что произошло бы, пригласи ты меня войти? — Ник изменил тон. Его голос пробрался под халат и был похож на бархатную, колючую ласку на моей обнажённой коже.

— Да, я представляла себе это… — Одна в своей постели, я сделала это. Испытывая некое смущение, я выровняла заколки в линию. — Но я упустила ту волну.

Я позволила страху победить.

— Ты так думаешь? — Ник взял меня за руку и перетянул внимание от заколок к нему. — Попробуй сейчас. Пригласи меня.

— Сейчас? Здесь?

Он положил ладонь мне на щёку и уверенно кивнул. Своей твёрдой, но всё же нежной манерой он увлёк меня настолько, что сделал несуществующим то, что существовало за пределами этой ванной. Прошлое и будущее растворились, я осталась одна в настоящем. Только я.

Я моргнула, чувствуя, как волна поднимается и поднимается. И я нырнула.

— Ты хочешь зайти, Ник?

— Конечно, хочу. — Он сделал шаг вперёд, и наши рты встретились.

Я отдалась поцелую. Его губы были тонкими, но мягкими, а язык ждал, пока я буду готова пропустить его. Убеждать было талантом Ника. Он делал это мастерски и уводил туда, куда хотел он в такой манере, что всё казалось простым и спонтанным, ты не успевал ничего заподозрить. И когда я, с колотящимся сердцем открылась, его пальцы скользнули мне за шею, притягивая ближе, и он подтолкнул свой язык, чтобы познакомиться с моим. Парень попробовал меня на вкус, оставляя за собой восхитительный аромат мяты и рома, того идеального «Мохито», который он смешал только для себя.

От этого я ощутила себя пьяной, голова закружилась, словно меня похитил водоворот.

Я открыла глаза, чтобы восстановить контакт с планетой Земля, и то, что увидела, заставило меня рухнуть на землю.

Я оторвалась от Ника, оттолкнув его от себя.

— Крис… — пробормотала я.

Он стоял в дверном проёме, в сухой одежде и с влажными волосами, зацепив одну руку за верхнюю планку дверной коробки. Крис смотрел на нас напряжённым, неподвижным взглядом, пропитанным сдерживаемой энергией, которую я бы не назвала «гневом», она была совсем другой, но такой же сильной.

В этой хрупкой тишине усиливалось всё, любое восприятие: приглушённая музыка, что доносилась снизу, микрофибра коврика под ногами, вкус Ника во рту или моё дрожащее дыхание.

Ник действовал первым. Он обнял меня за талию и притянул к себе. Сначала я напряглась, но потом он улыбнулся, как бы говоря, что всё в порядке, и я согласилась.

Мне было неловко, я не понимала, казалось, что это неправильно. Но извращённые эмоции, которые испытывала, были настолько сильными, что перехватывало дыхание, и я замерла на месте.

Ник снова поцеловал меня на глазах у друга, но уже более страстно, его язык ласкал, добираясь до губ. По тому, как он наклонил голову, я поняла, — он смотрит на Криса. Что это было? Оскорбление? Вызов?

«Между нами нет ревности», — вспомнилась его загадочная фраза.

Возможно, это была... демонстрация?

Я открыла глаза и в зеркале увидела Криса: он отпустил раму, голова наклонилась вперёд, как у быка, готового к нападению. Ему хватило бы одного слова, чтобы ранить меня и испортить момент.

Я закрыла глаза, крепко прижалась к Нику, боясь, что меня унесёт. Из меня вырвался стон как от волнения, так и от того, что делал со мной его рот.

И от этих губ меня оторвали.

Крис схватил меня за предплечье, резко притянув к себе. Его рука на моей попе плотно прижала меня к его бёдрам, а губы набросились на мои, заявляя свои права. Более грубый, более дикий, использующий язык, — мой разум отвергал его, но моё тело не могло сопротивляться.

Я почувствовала близость присутствия позади себя. Две руки скользнули на мою талию, потянулись к шнуру халата, чтобы развязать удерживающий его узел, и шнур упал на пол, к моим ногам.

Крис тут же воспользовался возможностью проскользнуть под махровый халат, где меня прикрывало только нижнее бельё. Сзади Ник сместил мои волосы и прильнул губами к моей шее.

Мой растерянный разум насторожился, но это было похоже на звук приглушённой, далёкой сирены. Грудь приподнялась от глубокого вдоха, и я запрокинула голову назад, облокачиваясь на плечо Ника.

Четыре руки, двое мужчин, противоборствующие и соучастники, и я, потерявшаяся между ними.

«Между нами нет ревности».

Эти взгляды между ними. Теперь я понимала. Теперь мне было ясно, как далеко зашла их совместная жизнь.

— Вы…? — спросила я хриплым голосом.

— Что? — Губы Ника прошлись по моей яремной ямке, достигнув мочки уха.

— Вы сговорились? — Как я могла быть такой наивной? Как могла не понять, что доброта Ника имела цель, выходящую за рамки простого соблазнения?

— Мы не сговаривались. — Он прикусил мочку уха, вызвав на спине мурашки. Тёплое дыхание коснулось моего уха. — Это просто происходит.

Я прищурилась, пытаясь сохранить самообладание.

— Хочешь, чтобы я поверила, что вы никогда этого не делали? — Я сжала рубашку Криса в кулаках, чувствуя, как его пальцы проникают под полоску моих стрингов.

— Он этого не говорил, только то, что не ожидали, — прошептал Крис, раздвигая кружево белья, пока не обнажилась моя грудь. — Посмотри на себя, детка, именно такой я тебя и хотел. Я знал, что ты та самая. — Он ласкал меня костяшками пальцев, заставляя ареолу пульсировать и набухать в центре. — Я знал это с первой встречи в баре, когда увидел тебя с Ником.

— Но я... — замялась я, чувствуя, как он вбирает мой сосок губами. — Подожди… — Он зажал сосок зубами, достаточно сильно, чтобы я почувствовала небольшую боль, такую боль, которая смешивается с удовольствием. — Я никогда этого не делала, — простонала я.

— Не волнуйся. Мы будем обращаться с тобой хорошо, — вмешался Ник, вспомнив мои слова и произнося их с хитростью лисы.

— Очень хорошо, — добавил Крис с той же интонацией.

— Господи… вы две канальи.

— Да? И что с того? Теперь тебе не всё равно? — Он схватил халат, потянул вниз, снимая с моих рук, и белая ткань оказалась на полу. — Потому что в этот момент мне плевать на всё, кроме того, что ты получаешь удовольствие. Вот так… — Два пальца протиснулись под резинку моих трусиков и надавили на клитор.

Я выгнула спину, поддерживаемая Ником, который схватил меня за бёдра. Он держал меня, вжимая между моими ягодицами объёмную эрекцию, натянувшую его мешковатые брюки.

— Вот увидишь, будет здорово. Я обещаю тебе это.

Более взрослые, более опытные, они быстро мчались, потому как уже решили, чего хотят от меня, а я не знала, как замедлить их порыв. Я не чувствовала себя готовой к такому, но и отказаться не могла.

«Оседлай волну, даже если рискуешь разбиться. Просто не позволяй этому сучьему страху одолеть тебя».

Я протянула руку назад, вверх по шее Ника, запустила пальцы в его волосы, ногтями царапая кожу головы.

— Что будет, если я доверюсь тебе?

К чёрту всё, я заглянула себе в душу, и голая правда заключалась в том, что я хотела получить этот опыт, и прежде всего я хотела получить его с Ником и с Крисом. Я хотела их обоих. Хотела оседлать эту волну, я чувствовала это, иначе буду жалеть всю оставшуюся жизнь.

— Только я? А Крису ты не хочешь доверять?

— Нет, ему нет, я не доверяю. Ох! — простонала я, потому как указательный палец вышеупомянутого засранца с силой проник в лоно. — Он животное, — заявила с ухмылкой.

Крис рассмеялся и потянул меня за волосы, заставляя посмотреть на него, а затем удвоил проникновение, присоединив второй палец. От ощущения его грубого проникновения в мою нежную интимность, внутри всё сузилось в защитном рефлексе.

— Она хорошо тебя знает, — усмехнулся Ник, расстёгивая застёжку бюстгальтера без бретелек. Парень опустил его до моей талии, затем стянул. — Ты права, Ники, он животное. Но знаешь, доверие требует отрешения. И что произойдёт дальше, зависит от тебя, насколько ты готова довериться нам. Нам обоим.

В тот момент я не просто хотела, я отчаянно нуждалась в этом.

— Здесь ничего не зависит от меня... даже мои желания — это ваша вина.

— Мы переживём это ужасное чувство вины. — Ник откинул мой бюстгальтер, его руки скользнули мне под мышки и обхватили грудь. Он удобно наполнил свои ладони, дразня большими пальцами соски и вызывая у меня глубокий вдох. — Бля… почувствуй это, Крис.

— Я знаю. Прекрасное зрелище. — Рука в моих волосах сжалась в кулак. — Ты настоящая драгоценность, детка, — сказал Крис, глядя на мои губы, прежде чем поцеловать.

Я не поняла поцелуя. Ощущала их руки повсюду, будто их было сто, а не четыре. На долю секунды я увидела своё отражение в зеркале, — голая среди ещё одетых парней, стою зажатая между их сильными телами. Только желание иметь больше их тел дало мне силы потянуть за ткань, надетую на Криса, пока его торс не обнажился.

— Проклятье… — сказала я, положив руку на его точёную фигуру, с хорошо очерченными линиями пресса. Татуированная акула слегка дрожала, живая и энергичная. С томлением я разжимала и сжимала пальцы, чувствуя твёрдую упругость и мужские волосы, которые, спускаясь к лобковой области, сгущались в решительную линию.

— Продвигайся ниже, детка, — попросил он.

Как бы сильно меня ни манила выпуклость, придавленная его джинсами, я предпочитала дразнить парня.

— Позже, если будешь хорошо себя вести, «детка».

С озорным взглядом Ник поднимался по внутренней стороне моего бедра сзади, а потом быстро развернул меня. Дрожащими пальцами я сняла рубашку и с него, пока улыбаясь, мы смотрели друг другу в глаза. Затем я посмотрела ниже: кожа Ника была менее волосатой, мышцы более сухими, но также достойными восхищения.

Пока я исследовала Ника, заставляя подёргиваться от лёгкого щекотания ногтями, Крис положил подбородок мне на плечо.

— Ниже, детка, вниз, если хочешь сюрприз, — подгонял он.

Я наклонила голову и уставилась на ткань мешковатых штанов Ника. Больше не скрываемая рубашкой, она сильно топорщилась в области лобка. Я провела там ладонью и тут же округляя глаза, подняла взгляд на Ника.

— Это не может быть реальным… — прошипела я.

Удерживая, он накрыл своей ладонью мою, чтобы я могла лучше почувствовать его член.

— Ну, когда проверял в последний раз, он не был поддельным.

— Боже. — Я зацепила пояс его штанов и с каким-то неистовством дёрнула вниз. То же самое проделала и с его боксерами, обнажив огромный, ужасающе увеличенный член.

— О боже, Ник… — Я сделала шаг назад, укрывшись в объятиях Криса, который нежно обнял меня, смеясь.

— В чём дело, Ники? — спросил его друг, демонстрируя беззаботность.

— Что значит, «в чём дело»? Ты же знаешь, какой он! — Я указала на пенис, гораздо больший, чем у Криса (а Крис, конечно, был неплохо укомплектован). Всё, что я получила, — это дружный смех парней, словно у меня была детская истерика.

— Тебе просто нужно привыкнуть к нему, — снисходительно сказал владелец. — Ведь он так хочет тебя и обещает вести себя хорошо. Клянусь, он не такой большой задира, каким кажется. — Ник обхватил член, отчего, вопреки его словам, последний стал казаться ещё длиннее и толще. — Он хороший парень, уверяю тебя. Он просто хочет относиться к тебе правильно, потому что ты его заслуживаешь... всего, — заявил с озорством в карих глазах, прислонившись задом к столешнице раковины.

— Господи, Ник… — Я издала хнычущий звук вместе с натянутой улыбкой, потому что Нику всегда удавалось заставить меня смеяться. — Я не знаю, плакать мне или воздвигнуть ему памятник, — пробормотала я, прижимаясь к Крису, который всем телом подталкивал меня вперёд.

— Ты не можешь придумать ничего другого? — Крис нежно погладил мою руку в знак ободрения.

Я подняла глаза на Ника, все следы иронии или сарказма исчезли; я прочитала похоть, с которой он теперь смотрел на мои губы. Я сжала их, увлажняя языком, и уловила внизу движение. Его толстый член, казалось, выкрикивал моё имя, так же как моё существо кричало его, так что я не могла позволить ему сбежать. Такой член мог пугать, но он не мог не сделать себя желанным. Поэтому, как только почувствовала на плечах давление Криса, я встала на колени перед этой скульптурой.

Ник ухватился за край столешницы, предоставив мне возможность обхватить член рукой и начать исследовать. Держать его было так же волнующе, как заряженное огнестрельное оружие. Я обхватила его крепко, не сжимая слишком сильно, в экстазе от чувства обладания.

Надо мной двое парней кивнули друг другу, давая понять, что переходят на новый этап, который, как мне казалось, требовал дегустации.

Я начала его ласкать по всей длине, облизывая снизу, задерживаясь на уздечке, и получила в награду хрустальную капельку на головке.

Ник крепче сжал края столешницы.

— Тебе нравится, Ники? — спросил он с придыханием.

Я подняла взгляд.

— Он пугает, но он прекрасный, Ник, — ответила, проводя губами по стволу, пересечённому венами.

— Ты ему тоже очень нравишься. — Его горло задрожало от вздоха, когда взяла в рот головку целиком. Ник запрокинул голову. — Да, милая, вот так...

Крис встал сбоку от нас, чтобы было лучше видно; он откинул волосы, упавшие мне на лицо, и намотал их на кулак.

— Молодец, соси хорошо, детка.

Одной рукой он следил за тем, как двигается моя голова, пока я заставляла свой рот принимать больше и глубже. Другой рукой он расстегнул ширинку и стянул джинсы, выпустив наружу свою мощную эрекцию. Непреодолимый призыв накормить меня своим членом и мужественностью.

Я провела губами по его твёрдой плоти, с лёгким привкусом хлорки из бассейна. Крис направлял мои движения вверх и вниз, а затем заблокировал мне голову в неудобном положении, заставляя снизу посмотреть ему в лицо; мой рот был переполнен им.

Подушечкой большого пальца Крис ласково провёл по моей опухшей щеке. Он ничего не сказал, просто, кажется, парень хотел запомнить этот образ, будто он увидел что-то прекрасное, даже если уверена, что я выглядела непрезентабельно и вульгарно в этот момент. Тем не менее Крис обладал способность заставить меня почувствовать себя красивой даже так, потому что, если ему была присуща грубость в некоторых отношениях, он был настолько правдив и страстен, что оставлял тебя безоружным. И в этом Крис — больший джентльмен, чем многие денди в костюмах и галстуках.

Крис освободил меня, и мне потребовалось две секунды, чтобы перевести дух, затем я вернулась к Нику. У меня было два члена, два сногсшибательных члена, только для меня.

Я не могла в это поверить.

И мне даже не казалось реальным, что делать минет может быть так приятно.

Увлечённая процессом, я обнажила зубы и слегка надавила ими на ствол Ника, имитируя укус. Я сдерживала себя, чтобы сильно не давить на плоть, пока мой кулак работал над его верхней частью.

— Оооокей…, — Ник мягко отодвинул мой лоб. — Достаточно.

Я мгновенно отстранилась, хотя моя вторая рука по-прежнему цеплялась за член Криса.

— Прости, я сделала тебе больно?

— Нет, дело не в этом. — Он наступил на задники своих кроссовок, снимая их, скинул с ног брюки и наклонился, чтобы взять меня за руку. — Я хочу, чтобы наши игры длились долго, и хочу переместиться туда, там удобнее. — Он сверкнул самой невинной улыбкой в своём репертуаре. — И начнём по-серьёзному.

Улыбка не смогла меня обмануть, поскольку я уже не знала, кто из них, Крис или он, более коварен, чтобы потакать в ответ.

Приглашая, Ник поманил меня, согнув палец. Я встала и позволила ему потянуть меня, делая неохотные шаги.

Крис вышел из ванной комнаты первым, хлопнув меня по заднице.

— Что ты имеешь в виду под «начнём по-серьёзному»? — спросила я, когда мы оказались в спальне, и наблюдая, как Крис запирает дверь.

Я думала, что знаю ответ, но принимала происходящее шаг за шагом, не задумываясь о том, что может произойти.

Ник прикусил губу, оставив меня у подножия кровати, а сам подошёл к тумбочке и открыл ящик. Его ответ не был прямым, но тем не менее красноречивым.

— Мы чисты, но если ты предпочитаешь это… — Он поднял руку, удерживая между пальцами два презерватива.

Одна и полуголая посреди этой огромной комнаты, я обхватила себя руками, прикрывая грудь. Мои соски словно остекленели, а живот напрягся при мысли, что в меня проникнет эта «дубинка».

— Я чиста, и принимаю таблетки.

— Отлично, — он бросил презервативы обратно в тумбочку.

Крис подошёл, чтобы обнять меня сзади, положив свои руки поверх моих.

— Ты в порядке?

— Я в порядке... пока.

Я почувствовала дуновение его смешка у щеки, на моих ещё слегка влажных волосах.

— Я знаю верный способ заставить тебя расслабиться.

Я пожала плечами.

— Кто знает почему, но ты хорошо умеешь нервировать меня, а не расслаблять.

— Хочешь поспорить? — спросил он, глядя на своего друга, который приближался к нам.

— Я тоже знаю этот метод. — Ник встал передо мной и зацепил указательными пальцами резинку моих стрингов. Он медленно потянул вниз, опускаясь вместе с трусиками, пока не присел на корточки, в то время как Крис усилил объятия, прижав меня к своим скульптурным грудным мышцам.

Похлопывание по лодыжке заставило меня поднять одну ногу, а затем другую, так что последний бастион, защищавший мою интимность, исчез. Мы трое были голыми, одетыми только в наши ожерелья.

— Раздвинь ноги, — прошептал Крис.

Кончики пальцев Ника были ещё более откровенными, пока двигались вверх по внутренней стороне моего бедра, побуждая меня раздвинуть ноги.

В объятиях Криса, моя грудная клетка боролась, стараясь втянуть весь воздух, необходимый для того, чтобы справиться с увеличивающимся темпом моего дыхания. Я не могла смотреть вниз, повернулась к стеклянному балкону, за которым была только темнота ночи, звёзды и рассеянное свечение вечеринки, которая происходила этажом ниже, и от которой я теперь чувствовала себя за тысячу миль.

Горячий язык Ника лизнул клитор, два пальца надавили на большие половые губы, раскрывая их. От такого интимного и прямого контакта я подпрыгнула. Я встала на кончики пальцев, постанывая, но затем мне захотелось большего. Я приблизилась к его лицу, предлагая свою интимность в поисках ещё одной ласки.

— Хорошо, детка, отпусти себя. — Крис не ослаблял свою железную хватку, заперев меня между двух огней. Позади меня его возбуждённый член давил вдоль щели моих ягодиц, в то время как напортив — трудолюбивый рот Ника давал мне гораздо больше, чем просто облизывание. Он покусывал и щекотал, вызывая у меня стоны невыразимого удовольствия.

— О боже… — Мои колени тряслись, голова моталась из стороны в сторону на плече Криса. Я держалась на ногах только благодаря ему.

— Она не в силах стоять, — сказал он, потирая свой подбородок, затенённый бородой, о мой висок. — У нас тут очень чувствительная киска.

Ник отстранился, довольный эффектом.

— Положи её на кровать.

Меня тут же подняли и осторожно положили в центр матраса. Лёжа там, прижав одну руку к животу, я наблюдала, как с двух сторон приближались парни, похожие на устрашающих пантер, опасные и сексуальные, как никогда.

Сердце начало танцевать самбу.

— Что вы хотите сделать? — Не желая этого, я озвучила свою самую глупую мысль.

— Ты знаешь, чего мы хотим. — Ник отвлёк меня поцелуем во влажные губы; вкус мяты стал более солёным, более моим, в то время как Крис схватил мою ногу под коленом и потянул, открывая меня. Легко скользнув, его средний палец проник в меня.

— Как хорошо ты поработал. Почувствуй, какая у нас мокрая киска теперь. — Он ввёл палец глубже, стремясь к моей точке G.

— Дай мне пощупать. — Ник взял мою вторую ногу, непристойно раздвинув мне бёдра, и добавил свой палец к уже имеющемуся.

Мои подколенные сухожилия дёрнулись, но парни тут же их удержали, каждый со своей стороны, оставляя мои бёдра широко раскрытыми. Испытывая неловкость, я прижалась лицом к матрасу. Меня выставляли на всеобщее обозрение, исследовали, я чувствовала себя беспомощной в непристойном положении... Я не узнавала себя, я больше не была Уник Мейерс, дочерью и единственной наследницей Томаса Мейерса. Я была жидким огнём, с желанием извиваться и впиваться ногтями.

Пальцы исследовали, тянули, каждый со своей стороны, чтобы сделать меня более податливой.

— Господи! — В возбуждении я схватила прядь волос Криса, которая задевала моё плечо, и притянула парня к себе для поцелуя. — Пожалуйста… — выдохнула беззвучный стон в его рот.

— Мы очень нетерпеливы, не так ли, малышка? Будь хорошей девочкой, не двигайся сейчас. — Возвышаясь, он продолжал целовать меня. Их пальцы оставили меня, и внезапно на лоно надавил его член.

Я открыла глаза, встречаясь с его голубыми радужками.

— Крис… — пробормотала имя, которое в моём сердце всегда сопровождалось чувством замешательства.

Он погладил мой лоб своим.

— Я же говорил тебе, что до конца отпуска ты будешь моей.

Крис продвигался вперёд, проникая в мою плоть, как и предсказывал. Я чувствовала, как его размер заставляет меня расширяться, но это ощущалось не больно, а чувственно, потому что таким он был всегда и во всём.

Моя рука искала за что бы ухватиться, — простыни или подушки, и нашла что-то получше. Ник взял мою ладонь, переплетая свои пальцы с моими, в то время как член его лучшего друга заполнял меня сантиметр за сантиметром, вызывая долгие стоны, как таран, который прокладывает себе путь и выигрывает битву в одиночку. Но Крис был не один в битве, которая привела меня в эту кровать, в их власти.

Ник, сообщник и плут, поднял мою ногу, которую он продолжал держать, давая более удобный и глубокий доступ члену, который владел мной. Он сжал мои пальцы, прежде чем развязать их клубок.

— Переверни её, — сказал он, вставая на колени.

Как игрушку, меня перевернули на живот. Крис приподнял меня за бёдра, поставив на четвереньки, и вернулся, чтобы дать мне свой член сзади, в то время как другой предложил себя моему рту.

В моём воображении сложилась картина того, как мы должны выглядеть.

Это был чистый секс, простой, обнажённый, откровенный, без какого-либо подтекста и более искренний, чем могла себе представить. У меня не было в этом никакого опыта; я могла лишь довериться своим инстинктам... и парням. Потому что именно это Ник и имел в виду, когда сказал, начнём по-серьёзному.

Я закрыла глаза и двигала ртом, пытаясь выдержать толчки, с какими меня трахали и толкали одним щедрым членом на другой, ещё более зверский, который я едва могла вместить между губами. Я посвятила этому экземпляру ту заботу, которую он заслуживал.

Крис вошёл в меня, схватил за волосы, оттянул мою голову назад, чтобы Ник мог растянуть мой рот, проникая далеко за головку. Последний нежно взял меня за подбородок и провёл большим пальцем по месту соединения моих деформированных губ с его пенисом.

Он вытер кончиком пальца слёзы от моих усилий.

— Ты элегантна, даже когда сосёшь член, Ники. Вся такая нежная и изящная, но такая горячая… — Он сглотнул, схватив член у основания, и отпрянул, чтобы ослабить наслаждение. Он лёг передо мной, и пальцами поманил к себе.

— Иди. — Крис подтолкнул меня забраться на Ника. — Покажи мне, как ты берёшь его член.

Как только я заняла нужное положение, Ник положил руки мне на бёдра и потянул меня вниз. Головка члена выпрямилась, словно обелиск, начала продвигаться между моих складок, уже подготовленных проникновениями своего друга. Я ощутила, как стенки влагалища мгновенно напряглись до предела, бёдра нервно задрожали, сопротивляясь давлению Криса, который пытался опустить меня на ствол. Я замерла, прижимая ладони к груди Ника, отказываясь опускаться ниже.

Мне было страшно.

— Подожди, не заставляй её так, — сказал Ник.

— Она сможет, — ответил Крис, поглаживая меня по спине, нежно в своём жесте, но с суровой реалистичностью слов. — Это каприз. Ей просто нужно, чтобы ты сделал это за неё.

— Да, но давай попробуем по-другому. — Ник перевернул меня на спину, а сам расположился сверху. Он надавил на мои руки, которые в защитном движении поддерживали его грудь, в попытке нас отдалить и замедлить его.

— Ты мне доверяешь? — спросил Ник, глядя мне в глаза.

— Да, — выдохнула я, потому что инстинктивно так и было с самого первого мгновения, хотела я этого или нет.

Сажав член, он потёрся им о пульсирующую щёлку моей киски.

— Хочешь?

— Да, но… — Мои пальцы сжались в кулаки на гладкой коже его груди.

— Тогда не отталкивай меня. Позволь мне, Ники. — Как только Ник попытался опуститься, я инстинктивно напряглась, пытаясь его замедлить. Это было похоже на момент перед падением на американских горках: ты хочешь этого, знаешь, что произойдёт неизбежно, но отстраняешься назад.

— Окей, ты прав, держи её. — Ник схватил меня за запястье и с требовательным видом передал своему другу. Такого я от него не ожидала, — добрый, дружелюбный Ник.

Моё дыхание участилось, я напрягла руки, но молчала, издав лишь тихий протестующий звук. Я позволила ему: я позволила Крису схватить обе мои руки и поднести их к моей голове. Хорошо очерченные мышцы на его руке ясно давали понять, что, даже если бы захотела, сопротивление бесполезно.

Мой взгляд заметался, я тяжело дышала.

— Расслабься, я войду потихоньку. — Освободившись от жалкого препятствия, Ник опустился на локоть и, контролируя движения бёдер, решительно вошёл. Я застонала, выгнулась и стиснула зубы, терпя вторжение этой плоти, которая только и просила, чтобы её приняли, снова и снова. Благодаря медленному ритму движений я чувствовала, что растягиваюсь до максимума, за пределами того, что, как мне казалось, я могла бы принять, но я не ощущала себя разорванной и начала думать, что они правы: я могу это сделать.

Когда он отстранился, меня словно вывернуло наизнанку, а когда вошёл обратно, я почувствовала толчок, достигавший моего горла. Я закричала, задыхаясь, вынуждаемая руками Криса жертвовать собой ради этого огромного члена.

— О да, Ники... — прохрипел Ник. — Дай мне тебя оттрахать. — Он начал с долгих, размеренных движений внутрь-наружу, каждый раз пытаясь продвинуться на полсантиметра глубже. — Возьми ещё.

— Боже мой, Ник, ты огромный… — Я моргнула, снова открыла глаза и увидела рядом с лицом член Криса. Одной рукой он крепко сжимал мои запястья, а другой направлял свой ствол мне в рот.

Я автоматически закрыла глаза, познавая, каково это — быть обездвиженной, не видящей и не чувствующей ничего, кроме члена, в горле, в животе, внутри и снаружи. Это было унизительно, изматывающе, но невероятно возбуждающе.

— Где? – послышался мне вопрос Криса. Его голос раздался совсем рядом, но я была далеко, затерявшись где-то между планетой похоти и созвездием альфа-самцов.

Ник, кто, очевидно, был с Крисом на одной волне и мог читать его мысли без каких-либо дополнительных пояснений, протянул руку и указал пальцем на комод. Крис последовал в указанном направлении, оставив меня, что на мгновение вернуло мне немного ясности сознания.

— Куда ты? — Я схватила его за руки, как только они оторвались от моих, но не смогла удержать.

— Никуда. Сейчас вернусь к тебе, детка. — Он начал наугад открывать и закрывать ящики.

Я не придала этому особого значения, потому что было кое-что другое, поглощавшее всё моё внимание своей громадой. Большой член Ника, двигаясь, тёрся о место, посылая волны наслаждения по всему телу.

— Ник… там… Вот так… Боже, Ник! — простонала я, сжимая его спину, чтобы он не отстранился.

— Столько суеты, но посмотри, как тебе нравится. — Его большой палец прижался к клитору и стал стимулировать круговыми движениями.

Я простонала в знак согласия, проглотив все слова, которые осмеливались возникнуть в моей голове.

— Видишь? Ты должна нам доверять, детка. — Крис забрался на кровать с чем-то в руке, что мой отключённый разум сразу не распознал. Он посмотрел на своего друга. — Следующий шаг?

— Да, конечно, — ответил другой.

К моему разочарованию Ник снова перевернул нас, посадив меня верхом. Разочарование длилось ровно столько, чтобы я поняла, что стимуляция моей точки G была идеальной. Я чувствовала, что могу кончить, если найду свой ритм (и если он даст мне время).

Но у Криса были другие планы.

Он шлёпнул меня по ягодице и наклонился, чтобы укусить её, издав звук, выражавший его желание сожрать меня. Мой же визг был пронзительным, хотя и довольным.

Я боялась новых укусов, но он встал позади меня, а Ник положил ладони мне на задницу, раздвигая для своего друга.

Затем их намерения стали ясны, и волна вожделения, которую я чувствовала, начала спадать. Я с самого начала понимала, что существует очень большая опасность, особенно зная Криса, что дело дойдёт до этого, но я не хотела об этом думать. А теперь...

«Шлёп» выдавливания из тюбика и свежая субстанция, которая смачивала кольцо мышц, заставили меня безвозвратно столкнуться с реальностью замыслов Криса. Вот он снова, этот порочный и подлый страх, который он умел во мне пробудить, на этот раз, умноженный на тысячу.

Я попыталась сжаться, но руки Ника удержали меня, непристойно выставив напоказ его другу и его зловещим намерениям. Единственным проявлением милосердия было то, что он выскользнул из меня и дал мне минутку передышки.

— Что ты хочешь сделать, Крис? — Я откинула голову назад.

— Твой рот великолепен, но эта задница, которой ты постоянно размахиваешь передо мной... Бл*дь, она не даёт мне спать по ночам, — ответил он, проникая пальцем в мою дырочку. Честно говоря, не такое уж неприятное вторжение, вызывающее неоднозначные ощущения, от которых у меня поджались пальцы ног.

— Ты уже делала это раньше? — спросил он, рисуя фалангой круг, чтобы ослабить тугое отверстие и распределить смазку.

— Да, однажды. Но… — В тот раз это было не особенно приятно.

— Хорошо, значит, будет немного легче.

Я покачала головой.

— Не знаю, хочу ли я этого, Крис…

— Конечно, хочешь, детка. Поверь мне. — Продолжая свою работу там, внизу, он погладил мою спину у талии и нежно надавил. — Вниз и подними эту прекрасную попку.

— Расслабься, Ники. — Ник обнял меня, прижимая к себе. — Крис знает, как это сделать. — Он прижал мою голову рукой к груди, сквозь которую я чувствовала биение его сердца, в то время как его член всё ещё твёрдо упирался мне в пупок.

— Ты сказал, что не сделаете мне больно, — простонала я кротко, но с тревогой. Мой детский стон заставил их так чувственно захихикать, что отозвался эхом внутри меня. Мужской звук, который, вместе с этим проклятым пальцем, помог мне расслабиться.

— Я же говорил, что мы будем с тобой обращаться хорошо, — сказал Ник, поглаживая мои волосы, словно я была маленьким зверьком, которого нужно приручить. — Мы делаем это, мы обращаемся с тобой хорошо, милая. Для тебя только самое лучшее.

Крис схватил меня за ягодицу, оттягивая её в сторону.

— Полный сервис, всё для тебя, детка. — Его член прошёлся по бороздке, задержавшись у входа, слегка надавив, проверяя её сопротивление.

Я напряглась с головы до ног, но оставалась неподвижной, ожидая, что Крис даст мне это «всё», которое я решила принять во что бы то ни стало. Потому что в глубине души я знала, Крис — единственный мужчина, с которым я хотела бы попробовать что-то подобное. Единственный, кто мог стереть горькое воспоминание и заменить его прекрасным.

Я затаила дыхание, ожидая, что он вот-вот войдёт.

— Ещё нет, — пробормотал он, наклоняясь надо мной, одной рукой опираясь на матрас, а другой проводя головкой вверх-вниз, снова задерживаясь на моём отверстии. Каждый раз он слегка толкался, вращая членом, но тут же отстранялся, и я чувствовала, как теряю ориентацию, тревожно погружаясь в рои всё более интенсивных ощущений.

Казалось, его головка почти целует моё кольцо, соблазняя ответить взаимностью.

— Ммм, Крис... — простонала я, прижимаясь к нему попой, чувствуя, как приятно он расположился между моих ягодиц.

— Ещё нет, — снова пробормотал он, заставляя меня вздохнуть и блаженно расслабить мышцы.

Именно тогда, без предупреждения, он решительно продвинулся за преграду. Я почувствовала, как моя дырочка шумно поддалась, когда его головка вошла в неё.

— Ах! — воскликнула я, пытаясь подняться. Боль была не такой острой и ужасной, как я помнила по предыдущему опыту, но и безболезненным проникновение назвать было нельзя.

— Успокойся… Я внутри. — Крис схватил меня за основание шеи, не давая выскользнуть. — Почти готово: теперь эта милая, дерзкая попка может получить весь член, который заслуживает.

Ник же схватил меня за руки и оторвал локти от матраса, на который я упиралась, заставив откинуться на него всем телом.

— Держись за меня, Ники.

Не в силах вырваться из этих объятий, я схватила Ника за плечи, спрятав лицо в изгибе его шеи. Мои мышцы напряглись со всей силой, обхватив член Криса, заставив меня выгнуться.

— Молодец, дай мне свою задницу, детка. — Крис толкался медленно и размеренно, но его член был впечатляющим, и даже при всей деликатности, его натиск ощущался как таран, огромный и неудержимый.

— Уух… Крис... — простонала я, чувствуя его чрезмерность. Он обладал мной, как никто другой. Ощущение было ужасно интимное, пронизанное чем-то недозволенным и греховным. Боль от растягивания не имела для меня значения; она меркла по сравнению с чувством одержимости, полной принадлежности ему. Это стоило всех жертв. — Я не знала... что может быть... так.

— Как? — спросил он, и его голос прозвучал раскатисто.

— Сокрушительно и... прекрасно. — Мои трепещущие ресницы щекотали горло Ника.

— Теперь ты увидишь, как это прекрасно. — Он вышел и снова вошёл, полностью.

И я снова закричала, сжимая в объятьях Ника и дыша ему в шею, но оставаясь в том же положении, чтобы впитать член Криса как можно больше.

Крик перешёл в череду стонов.

— Посмотри на неё, как ей это нравится. Она как мурлыкающая кошка. — Ник был возбуждён не меньше нас, я чувствовала это по влажности его головки, от которой смачивался мой живот. Движимый желанием видеть, как я отдаюсь всё больше и сильнее, он раздвинул мои ягодицы так, что моя маленькая дырочка уже не могла сжиматься даже из простого защитного инстинкта.

— Чем больше её трахаю, тем больше хочу. Это безумие. — Одной рукой Крис прижал мои плечи к груди друга, а другую положил мне между лопаток. — Я хочу, чтобы ты наслаждалась этим, детка, так же как наслаждаюсь я. Хочу, чтобы ты почувствовала всю длину.

Упираясь, он поставил одну стопу на матрас, чтобы трахать под таким углом, который заставлял меня выгибаться, поднимая как можно выше попу и открывая ему своё отверстие для надругательств.

— Крис…— только его имя и вырвалось из моих уст, между одним вздохом и другим.

Погружаясь и отстраняясь, проникая в тугую щель без каких-либо препятствий или боли, он стёр все мои мысли. Я больше не контролировала себя. Я просто жила, пульсируя плотью, полностью во власти его члена и необузданного наслаждения, которое с каждым толчком разливалось по моему животу.

Моя спина, выгнутая и напряжённая, казалось, первой поддалась этому натиску. Но тут Крис на мгновение замедлил движение, опуская ногу, ослабляя давление. В этот момент я открыла рот и лизнула кожу на шее Ника. Я чувствовала себя невероятно расслабленной, меня тянуло к его мужскому достоинству, к его коже, к его запаху, который я постоянно ощущала под собой. Даже решительность, с которой он схватил меня и предложил другу, усилила его соблазнительный эффект.

Ник отпустил мои ягодицы, обхватил пальцами мою шею и направил к своим губам. Другая его рука скользнула между нами, сжимая член. Он слегка отстранился, устраиваясь поудобнее.

— Дай мне её на секунду, — сказал он другу.

Крис вытащил член, давая более лёгкий доступ в мою киску. Ник приподнял бёдра, и на этот раз я поддалась его напору, встречая его, пока не наполнилась.

— Боже, Ник... невероятно, — пробормотала я, насыщаясь членом и запрокинув голову.

— Невероятная ты. Ты богиня. — Его рука переместилась с моего живота к груди, следуя за мягкими движениями, с которыми я начала его трахать. Прикосновения парня стали жадными, и в них я чувствовала всё его восхищение и желание к моему телу. — Оседлай, красавица, оседлай мой член, — прошептал он, напрягая мышцы и совершая толчки, подстраиваясь под мой ритм.

Я качнулась вперёд, упираясь ладонями ему в грудь. Опускалась вверх и вниз на его ствол, который, несмотря на обилие соков, едва скользил из-за своих размеров. Требовательное, но великолепное трение, которое усилилось, когда Крис убрал руку с моей талии и ввёл в заднее кольцо мышц.

— Ух! — я замерла, сжимая ягодицы, но он, не удовлетворившись, раздвинул их, требовательно добавляя второй палец, оба направленные вниз. Он извращённо потёр тонкий слой плоти, отделявший его от члена друга.

— Ох, мамочка, — прошипела я, сгорбившись, пока мой лоб не упёрся в неподвижную грудь Ника.

Крис покрутил пальцами в тесном пространстве и вытащил их. Он поднялся от складки между ягодицами к позвоночнику, с таким нажимом, что моя спина выпрямилась, и по телу пробежала глубокая дрожь. Затем вместо пальцев мою маленькую дырочку начал стимулировать его член.

Я попыталась высвободить ноги и освободить лоно, давая ему то, что он хотел.

— Останься. — Ник не позволил мне, впиваясь кончиками пальцев в плоть моих бёдер и оставаясь внутри.

«Полный сервис», — сказали они. И я обманулась бы, если бы подумала, что это означает что-то меньшее. Идея была невероятно захватывающей, но практика…

— Это невозможно… это слишком, Ник. — Испугавшись попытки Криса проникнуть внутрь кольца мышц, я поёрзала задом и повернулась. — Крис, нет…

— Я говорю да. Я спас тебе жизнь, ты мне должна, детка, — ответил он с ноткой иронии. — Ты должна позволить мне насладиться твоей великолепной попкой в ​​полной мере.

— Не так…

Ник взял меня за руки.

— Посмотри на меня, Ники, — сказал он, переплетая свои пальцы с моими. — Мы уже делали это раньше, поверь нам. Я знаю, что слишком много, но уверен, — ты справишься, тебе понравится, и это будет одно из тех впечатлений, которые ты никогда не забудешь. Разве ты не хочешь особенного приключения?

«Оседлай волну»… они уже делали это раньше, кто знает сколько раз, с такими девушками, как я. Проклятье, почему они такие соблазнительные и убедительные?

В глубине души я тоже хотела узнать, каково это; я хотела этого до безумия.

— Я медленно, не волнуйся, детка. — Крис погладил мои волосы, постепенно наматывая на кулак, пока не схватил их у основания шеи. — Сейчас не двигайся. — Большим пальцем он потянул в сторону левую ягодицу, раскрывая вход, пока я не почувствовала покалывание кожи. Я стиснула зубы, а тело напряглось, моё сердце колотилось, как большой барабан.

— Ник, держи её. — В последний момент Крис решил отпустить мои волосы и схватил свой член, оставив на друга не давать мне соскользнуть вперёд.

Ник обнял меня, сжав плечо. Его горячее, чувственное дыхание ласкало мою щёку.

— Я часто улыбался тебе из-за стойки, большую часть времени представляя, как тебя пронзают наши члены. Теперь я могу тебе это сказать. — Он сдержал толчок, от которого я застонала, удерживая меня на месте. — Ники, я чувствую его, Крис входит.

Его почувствовала и я, очень остро. Я отвела руку назад, к животу Криса, чтобы остановить его, но он схватил моё запястье, вывернул его за спину и зажал там.

Протяжный крик поднялся из моего горла, когда его член ворвался внутрь. Ник с такой настойчивостью овладел моей киской, что, казалось, не хотел оставлять места другому, чтобы устроиться сзади, но всё же, твёрдый как гранит, Крис сумел проскользнуть в мой тугой канал. Он растянул каждую крошечную складочку, пронзая меня с карающей силой.

— Бля, как туго, — пробормотал он.

— До смерти. Я чувствую, как член сжимает, — парировал Ник. — От возбуждения кровь больше не приливает к мозгу.

Я не могла ничего сказать. Меня трясло всем телом, в глазах стояли слёзы от интенсивности происходящего с моим телом и разумом.

— Детка, слышишь, что ты делаешь? — Крис поцеловал меня в шею и отпустил руку. — Держись, детка, сейчас самое интересное.

Ник откинул назад мои волосы, закрывавшие моё искажённое лицо. Он видел, как я хлопаю ресницами, чтобы стряхнуть с них безмолвные слёзы, как мои губы приоткрыты в тяжёлом дыхании.

— Не спеши, ей ещё нужно привыкнуть.

— Я буду джентльменом.

Крис отстранился, не вытаскивая член полностью, и снова вошёл, плавно двигая бёдрами. Он повторил движение несколько раз, постепенно, и всё более решительно овладевая мной. Обе мои дырочки, осквернённые таким образом, сжались как сумасшедшие. Я чувствовала себя поглощённой, лишённой воли, в их власти и в подчинении разрушительных ощущений, которым поддалась, отдавшись полностью. Мне было всё равно, что на следующий день я буду другой, потому как было ясно: то, что они делали со мной, изменит меня навсегда. Моё тело, возможно, восстановиться, но я больше не буду воспринимать секс и личные отношения так, как раньше.

Как смогла, я расслабила конечности; насколько было возможно, когда тебя обрушивает внутреннее и внешнее давление гигантской волны.

Ник почувствовал это и упёрся пятками, потому что больше не мог оставаться неподвижным. Ему тоже требовалось испытать удовольствие. Когда его толстый член вошёл одновременно с членом его друга, я, сама того не осознавая, впилась зубами ему в плечо, но в то же время немного приподнялась на коленях, чтобы он мог делать более широкие движения.

Он застонал от укуса и разгорячился.

— Боже, Ники, ты такая горячая.

Идеально скоординированные, Крис и Ник проникали в меня по очереди. Один толкался вперёд и ждал, пока другой до него доберётся, прежде чем частично выйти, а другой делал то же самое. Сокращения моих внутренних мышц были незначительны, поскольку стержни из стали толкались, разделённые лишь тонкой мембраной, требуя пространства там, где его не было.

Крис дёрнул меня за волосы, запрокидывая голову назад. Его борода коснулась моего виска.

— Ну как? Тебе нравится принимать два члена сразу, детка?

Это было самое непристойное и умопомрачительное, что я когда-либо испытывала.

— Вы… трахаете… мой разум… — выдохнула я, теряя рассудок.

— Вот именно этого я и хотел: трахнуть твою головку. — Он сделал сильный толчок, и я закричала во весь голос.

— Уух! — Я сжала простыни в кулаках, отрывая их от матраса. — Ммм…!

Обезумев, я задрала задницу, чтобы отдаться ему как можно лучше, в немом требовании ответа, хотя моё тело непрестанно вибрировало от усиливающейся дрожи и стонало от жгучей боли, которую я твёрдо решила игнорировать.

— Давай, детка, давай, покажи нам огонь в себе. — Крис трахал меня, навязывая свой ритм мне и своему другу. — Из богачки со снобизмом в жадную до члена, да, детка? Я знал, что ты меня не разочаруешь.

Развращённая и похотливая до глубины души, а его всё более грязные слова, становились искрами, которые бросались в газ и взрывали его.

— О мой бог!

Его член накалял страсть, скользя, как поршень. Пока Ник наполнял мою киску, Крис неистово тёрся о мою щель, сантиметр за сантиметром, заставляя мои веки трепетать. От растущей похоти затуманилось зрение.

Ник заметил это.

— Она почти. Крис, она кончает.

— Кончи со мной. Давай, детка, давай, наслаждайся со мной! — Крис опустился, усиливая толчки, и волна удовольствия неудержимо пронзила моё тело, уносимое мощным анальным оргазмом.

— Да! Боже...! Да!

Моя маленькая дырочка пульсировала, как ненасытный рот, сжимая его член, который наполнялся неистовой энергией, достигая своего пика.

— Бл*дь! — эхом отозвался Крис, сжимая ягодицы, чтобы проникнуть как можно глубже. — Бл*дь… Да! — Он проник глубоко в меня с повторяющимися судорогами и звериными стонами, наполняя меня своим горячим семенем.

Чувствуя липкий, пульсирующий поток, моя задница, казалось, хотела всосать его целиком, наслаждаясь каждой каплей. Пока не утихли волны нашего яростного оргазма.

Единственным звуком в комнате была приглушённая музыка снизу и тяжёлое дыхание Криса, мощнее моего, ведь он проделал большую работу, разрывая меня на части и отправляя на небеса.

Он задержался во мне ещё мгновение, пока я без сил рухнула на самую гостеприимную грудь на свете — на грудь Ника.

В этот момент я почувствовала, как губы Криса щекочут центр моей спины; он поцеловал, а затем поднялся и рухнул рядом со мной на кровать.

Я повернулась к нему лицом, и мы смотрели друг другу в глаза несколько мгновений, пока он не накрыл мой кулак, всё ещё сжатый на простыне, своей рукой.

— Уникальная… — сказал он, придавая моему имени особый смысл.

Затем я почувствовала, как перекатываюсь на спину.

— И теперь ты вся моя, — заявил Ник.

Когда прижалась спиной к матрасу, я увидела, как изменилось его лицо. Распалённый интимным ощущением всей мощи наших бурных оргазмов, Ник утратил своё приветливое выражение. Его глаза были широко раскрыты и горели, вены на шее вздулись, и я не могла понять, пугает ли он меня ещё больше или заставляет быстрее бежать кровь.

Он сцепил свои пальцы в замок у меня на макушке, удерживая так, чтобы я могла смотреть ему в глаза, и начал неустанно меня трахать.

Но он был слишком большим, чтобы использовать такую силу и входить глубоко...

Я ​​закричала, одержимая, избиваемая в хрупкости своей нежной плоти. Моя левая рука вцепилась в мышцы его напряжённой спины, а правая широко раскрылась, потерявшись в пустоте, пока её не схватил Крис. Я сжала её изо всех сил, и он усилил хватку, заставляя меня ослабить мою. Я могла только позволить себя взять; вот что он говорил.

Затем его пальцы соскользнули, и я сделала это, я отдалась Нику. Я потеряла взгляд в его глазах и, всё ещё кружась на волнах только что испытанного оргазма почувствовала, как возвращаются витки этого не совсем утихшего наслаждения.

— Вот и ты. Ники, ты не сбежишь от меня... — прохрипел Ник сквозь стиснутые зубы, пытаясь вытащить меня из глубин моих желаний, словно я была для него открытой книгой.

Глаза наполнились слезами от избытка ощущений, слишком многочисленных и слишком разных, чтобы сложить их воедино. Я была ошеломлена, а от проникновений этого огромного члена мои бёдра трепетали, словно крылья бабочки, борющейся и умирающей. И её смерть была ослепляющим взрывом ярких вспышек.

Я кончила. Унесённая силой великолепного члена Ника, сотрясаемая вспышками экстаза; наслаждение, граничащее с болью.

Ник мгновенно отпустил мою голову и схватил меня за колени, раздвигая настолько, насколько я могла, чему способствовало и безвольное состояние, в которое меня погрузил второй оргазм. В этот момент кто-то постучал в дверь; мне показалось, что я услышала это где-то в глубине сознания, но даже если это происходило в реальности, никому из нас не было дела. Ник толкнулся внутрь ещё три раза, вырвав у меня дикий вопль, и отстранился.

Возвышаясь между моих ног, он схватил свой член и изверг мощный поток спермы перед моими глазами и глазами Криса, который не упускал ни секунды этого соития.

Я чувствовала, как сперма, лёгкая и тёплая, плещется по моей коже, скользит в ложбинку пупка и дальше по груди до подвески на шее. Это были струйки щекочущего, жидкого трофея, такие нежные в своём течении по сравнению с тем, что потребовалось для его получения.

Плечи Ника поднимались и опускались, пока он делал глубокие вдохи. Я была ошеломлена, со сбившимся дыханием и кайфовала от секса, и мне казалось, что впервые в жизни я испытала ни с чем не сравнимую полноту.

И тут в дверь снова постучали.

Ник, казалось, даже ничего не услышал, одарив меня одной из своих самых прекрасных улыбок, — всё для меня. Я ответила ему губами и глазами, кивая на все слова, которые подразумевала эта улыбка.

Наконец, он обменялся с Крисом таким же понимающим взглядом, затем рухнул на матрас, мёртвым грузом, на спину, положив предплечье на лоб.

— Эй! — раздался голос снаружи, трижды постукивая костяшками пальцев по дереву, словно напоминая мне о существовании чего-то за пределами этой комнаты. — Что-то не так?

— Нет, — лаконично и громко ответил Крис.

Я заметила, как его пальцы играют с моими волосами, разбросанными по простыням, и замерла, наслаждаясь его ленивой лаской.

— Я слышал крик, — заметил парень снаружи.

— Да, ну, — иронично ответил он. — Чего тебе надо, Джафарис?

— Ангел там с вами? — Раздался тихий стук, словно он прислонился плечом к двери. В его тоне с самого начала слышалось веселье, парень прекрасно понимал, чем вызваны эти крики. — Можно присоединиться к вашей вечеринке? Она выглядит веселее, чем та, что внизу.

При одной мысли об этом образе я сглотнула, согнула колени и свела вместе ослабевшие ноги.

Ответ парней прозвучал в унисон, мгновенно и резко, развеяв все мои страхи.

— Нет!

— Почему? — спросил Джафарис, и я услышала его смех даже через дверь.

— Потому что Ангел принадлежит только нам, отныне и до тех пор, пока она здесь. — Крис собственнически взял меня за руку, и переплёл наши пальцы, скрепляя этот союз и лаская большим пальцем костяшки моих пальцев. — Забудь о ней.

Ник же перевернулся на бок, провёл указательным пальцем по моему животу и прижал его к пупку, позволяя скользнуть внутрь ещё одной капле спермы, которая скатилась по моим рёбрам, оставляя за собой молочный след.

— Ты согласна, Ники? — пробормотал он.

«Ангел теперь только наша, отныне и до тех пор, пока она здесь».

Мне было ясно, я уеду из этого отпуска гораздо более измотанной, чем приехала, но судя по тому, как я себя чувствовала, ответ мог быть только один.

— Полностью согласна. — Свободной рукой я взяла его руку в свою, объединяя нас троих.

Тем временем снаружи Джафарис не сдавался.

— Можно мне хотя бы лечь с вами спать?

— Знаешь, что ты можешь сделать? — Ник закатил глаза к потолку, хотя и усмехнулся.

— Можешь пойти в свою комнату и подрочить там, заноза в заднице! — заключил Крис за своего друга.

— Противные, — обозвал их парень, очевидно, третий жилец дома, привыкший к таким шуткам. Он тихонько постучал в дверь, громко ухмыльнулся и ушёл, напевая песенку.

“Wight is Wight”.

Затем вернулась тишина. Я слушала только своё тело, ощущая его, словно ветеран-победитель в безумной битве. Была безмятежная усталость, расслабление мышц и ноющих частей тела, состояние забытья...

Но прежде всего, словно продолжал обжигать, виднелся след, оставленный парнями своим семенем.

Они, внутри меня и на моей коже.

***

Я увидела, как на потолке отразился отблеск моего мобильного телефона, что лежал в клатче на комоде. Парни спали, поэтому я тихонько выскользнула из кровати, чтобы посмотреть, кто мне пишет. В такое время суток новости не могли быть хорошими.

Опустив ноги на пол, я мысленно призвала всех святых на небесах, которые, как мне представлялось, увещевали меня, смеялись надо мной и моей греховной ночью. Тем не менее я потянулась к телефону.

Сообщение было от мамы, она писала об улучшении состояния Эрнеста и своём скором возвращении этим утром. Папа останется в Миннеаполисе, чтобы присоединиться к нам на выходные, а она прилетит первым же рейсом. Её самолёт приземлится на Большом Каймане в семь.

И мне нужно было быть там, в Caribbean Bay Cove, потому что не было ни малейшей причины объяснять, где я провела ночь. Я ревностно относилась к этой ночи и не собиралась никого посвящать в неё.

В тусклом свете взглянула на двух парней. Ник дремал на боку, выглядя почти застенчивым и таинственным, а Крис, лёжа на спине, спал расслабленно, словно его покой охраняла акула, бодрствующая у него на груди.

Налюбовавшись этим зрелищем, я надела одежду, которую Ник разложил для меня, когда мы вышли из бассейна, и поискала в ящике комода листок бумаги и ручку, чтобы оставить записку. Ничего не найдя, я попыталась открыть прикроватную тумбочку, осторожно, чтобы не шуметь.

Ничего, только электронные гаджеты, часы и несколько презервативов.

Когда закрывала ящик, чья-то рука схватила меня за запястье.

Меня чуть не хватил удар.

— Убегаешь? — прошептал Ник.

Я наклонилась к кровати, положив предплечья на матрас.

— Мама написала, что приедет сегодня утром. Мне нужно идти, — прошептала я.

— Подвезти?

— Нет, я уже написала Полу. — Дежурный таксист, коллега Оханко, он тоже обслуживал клиентов Caribbean Bay Cove.

— Окей. Хотя ты могла и разбудить меня. — Он приподнялся на локте, его обычно безупречная чёлка смотрела во все стороны. Ник наклонился ко мне, притянул меня за затылок и нежно поцеловал, заставив пожалеть о решении уйти.

— Увидимся позже, — сказал он, ожидая моего подтверждения.

— На острове Уайт? — усмехнулась я.

Он провёл указательным пальцем по кончику моего носа.

— Именно.