Глава 14. Руководство по воспитанию драконов

Утро в доме Андрея начиналось не с пения птиц, а с объявления войны. Войны тихой, пассивно-агрессивной и абсолютно изматывающей. Первым выстрелом, как всегда, была закрытая дверь в комнату Киры.

Андрей стоял на кухне, глядя на эту дверь, как на вражескую цитадель. Оттуда уже доносились первые аккорды чего-то душераздирающего, что, по мнению Киры, называлось музыкой, а по его — «прощальная песнь умирающего тролля».

— Так, ладно, — сказал он сам себе. — Начнем с малого. Завтрак. Мирное предложение.

Он достал из холодильника яйца. Его главным союзником и одновременно главным врагом в этом деле была «Сковорода-Ворчунья». Старый капризный артефакт, доставшийся ему от бабушки. Она умела готовить идеальный омлет, но только если у нее было хорошее настроение.

Андрей поставил ее на плиту. Руны на ее ручке недовольно мигнули красным.

— Доброе утро, моя красавица, — заискивающе пробормотал Андрей. — Ты сегодня просто сияешь!

Сковорода издала скептическое шипение. Он разбил яйца.

— Уверен, у нас получится самый восхитительный омлет во всем Чародоле!

Он вылил яичную смесь на сковороду. Та в ответ издала звук, похожий на стон, и руны вспыхнули особенно ярко. Через тридцать секунд по кухне поплыл отчетливый запах гари.

— Да что опять не так?! — не выдержал Андрей.

Из-под стола на него посмотрели два зеленых глаза. Кот Мурзик, единственный, кто был доволен таким исходом, облизнулся.

Андрей сгреб почерневший блин в мусорное ведро и сдался. Тосты. Тосты испортить было сложнее.

Так он и поступил.

С двумя тарелками с тостами Андрей подошел к вражеской цитадели. Музыка гремела так, что вибрировала дверь. Он постучал.

— Кира! Завтрак!

Музыка стала чуть тише.

— Я питаюсь скорбью этого бренного мира! — донесся из-за двери ее трагический голос.

— Отлично! — бодро ответил Андрей. — А к скорби подают тосты с джемом! Открывай!

Дверь приоткрылась на ширину цепочки. На него посмотрел один густо подведенный черным глаз.

— Я не голодна.

— Кира, тебе нужно поесть. И не забудь, у тебя сегодня дополнительное занятие по рунологии.

— Руны предсказали мое вечное страдание и, возможно, двойку, — отрезала она. — Я не пойду.

— Пойдешь! Мы это уже обсуждали!

— Ты ничего не понимаешь! — дверь захлопнулась, и музыка снова ударила по ушам с удвоенной силой.

Андрей остался стоять в коридоре с двумя остывающими тостами. Беспомощность. Вот что он чувствовал. Липкое чувство, что он абсолютно не справляется. Он мог починить сломанный левитационный стул, мог настроить капризный магический котел, но он не мог достучаться до собственной дочери.

В отчаянии он пошел к книжной полке. Там, между «Справочником по бытовым чарам» и «Историей магических войн», стояло его тайное оружие. Тонкая брошюра в кричаще-яркой обложке, которую он купил на прошлой неделе в магической лавке. На обложке улыбающийся волшебник обнимал рычащего фиолетового дракончика. Название гласило: «Как понять своего подростка-дракона». Автор: Магистр Фрейдус.

Он открыл ее на заложенной странице. Глава 5: «Эмпатический резонанс: как услышать то, о чем молчит ваш дракон».

— Так, — пробормотал он, читая инструкцию. — «Возьмите волос объекта...» — он посмотрел на плотно закрытую дверь. — «...каплю слезы (можно заменить родниковой водой)...» — водопроводная сойдет. — «...и, глядя на объект, произнесите заклинание, концентрируясь на желании понять его истинные чувства».

Добыть волос было миссией невыполнимой. Но вчера, убирая в ванной, он нашел один, короткий и черный, на ее расческе. Он достал его из кармана. Накапал воды из-под крана в ладонь. Встал напротив двери, закрыл глаза.

—Cor ad cor loquitur, — неуклюже пробормотал он, чувствуя себя полным идиотом. —Audi quod non dicitur. Сердце говорит с сердцем, услышь то, что не сказано.

Он почувствовал легкое покалывание в висках и напрягся, пытаясь уловить хоть что-то из-за двери, кроме грохота музыки. Ничего. Заклинание не сработало. Провалилось, как и его омлет.

Андрей открыл глаза. В коридор, потягиваясь, вышел Мурзик. Он потерся о его ногу и громко мяукнул.

...Рыба...

Андрей вздрогнул. Что это было?

Кот снова мяукнул, глядя на него снизу вверх.

...Хозяин странный. Стоит. Лучше бы дал рыбов...

Андрей замер. Он не верил своим ушам. Вернее, мыслям. Он медленно опустился на корточки. Кот посмотрел на него.

...О. Опустился. Сейчас будет гладить. Надеюсь. А потом даст рыбов...

Заклинание сработало. Но оно зацепилось не за Киру за толстой дверью, а за ближайшее живое существо — за кота!

...Погладь меня. Нет, не там. Левее. За ухом. О, да-а-а. Хорошо. А теперь — рыбов...

Андрей смотрел в наглые зеленые глаза Мурзика, слушая этот бесконечный одноклеточный поток мыслей о еде и ласке, и ему стало смешно. Смешно и грустно одновременно. Он потерпел полное фиаско.

Действие заклинания закончилось так же внезапно, как и началось. В голове снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь обычным кошачьим «мяу».

Он встал. Посмотрел на бардак на кухне, на непробиваемую дверь в комнату дочери, на кота, который постоянно требовал еды, и почувствовал, как усталость наваливается на него свинцовым одеялом.

Андрей не мог больше здесь находиться.

— Все, Кира! — крикнул он, перекрывая музыку. — Собирайся! Мы уходим!

— Куда?! — донеслось из-за двери.

— Пить кофе! — рявкнул он. — Мне срочно нужен кофе. Где-нибудь, где тихо. И где нет котов, думающих о рыбе.

Это было начало их самой громкой ссоры. Ссоры, которая выплеснется на улицы и, по воле судьбы, приведет их на порог единственного места в городе, где им смогут помочь. Но в тот момент Андрей об этом еще не знал. Он просто хотел кофе.