Martina Z

orina

, «Призрак прошлого на Рождество»

Елизавета выбежала из операционной, словно ужаленная пчелой, и тут же направилась в душевую. Сейчас, ей было абсолютно все равно кто и что подумает о ней и как это выглядит со стороны. Ей хотелось, сиюминутно, снять с себя защитную одежду, заляпанную кровью пациента, и встать под теплые расслабляющие струйки воды. Её руки до сих пор дрожали, а сердце выстукивало чечетку в висках.

Она пробежала по длинному коридору, с одного конца этажа на другой, по пути сбрасывая с себя шапочку, халат и перчатки. Вихрем вбежав в ванную комнату, женщина избавилась от ненужной одежды и запрыгнула в кабинку душа. Через мгновение теплые капли дождем упали на её плечи. Содрогнулась. Все ёё внутренности сжались и застыли в ожидании, не давая ей возможности дышать полной грудью. Все её яство желало и требовало исполнения самого заветного желания.

Но чего так желала душа дежурного кардиолога городской больницы – Елизаветы Смольницкой – в преддверии новогодних праздников? Чего именно ей хотелось в тот миг, когда перед глазами появилось его бездыханное тело? Возмездия? Справедливости? Взять реванш?

– Боже… – обреченно выдохнула Лиза, подставляя лицо под струю воды. Капли падали на её чело, щеки, смешивались вместе со слезами и стекали по подбородку вниз к шее, шумно падая на мраморную плитку.

Пять лет назад…

Это было двадцать пятое декабря. Католическое рождество. На улице стояла зимняя прохлада. С неба падали, кружась в страстном танце, снежинки, под ногами хрустел далеко не первый снежок и легкий мороз щипал за щечки. В общем, была самая настоящая зимняя сказка. Весь мир находился в предвкушении праздников и новогоднего волшебства. Но больше всех волновалась девушка Елизавета. В тот день она выходила замуж.

Сколько же она ждала, сколько бессонных ночей провела, планируя свою фантастическую свадьбу с прекрасным принцем по имени Константин. Сколько сил и времени было потрачено на её организацию, сколько денег потратили её родители и с каким трудом ей удалось найти платье своей мечты. Это было безумно и в тоже время прекрасно. Лиза с самого детства была влюблена в Костю – белокурого соседского мальчишку с лучезарной улыбкой и небесного цвета глазами. Их любовь была нежной, чистой и бескрайней. Ну, как Лизе казалось.

В тот день, ничего не предвещало беды, кроме как странного чувства тоски и печали. Но, Лиза старалась не придавать этому должного значения. Волнуется, так это же есте-ственно. Сегодня важный день. Она станет взрослой и навсегда покинет отчий дом.

«Сегодня все мои мечты сбудутся» – думала Лиза. Она шла под руку с отцом, к алтарю, где её ждал Костя, и не могла налюбоваться им. Её сердце бешено стучало, глаза горели, а губы расплывались в улыбке.

Но счастье длится лишь миг, и для Лизы этот миг закончился. В тот самый момент, как дверь в церковь открылась, и в неё ворвался Он. Владимир Левицкий, собственной персоной. Подлец, лицемер, дьявол во плоти, и по совместительству лучший друг Константина.

С первого дня знакомства Лиза чувствовала себя неуютно в обществе этого человека. Его странные взгляды волновали, пошлые шуточки заставляли краснеть, а всякие попытки поцеловать её украдкой – пугали и вселяли страх. Она пыталась поговорить с Костей, но тот лишь продолжал твердить, что Владимир не сразу сходится с чужими людьми, что она должна узнать его получше. И она молчала, не подавала виду, ведь это же лучший друг её любимого. Да и вообще, ей тогда казалось, что Вова просто так её проверяет на верность другу. Знала бы она, чем закончатся для неё «эти» его проверки и её желание сохранить хорошие отношения с лучшим другом жениха.

– Этой свадьбе не бывать! – выкрикнул парень, направляясь к молодой паре. Гости заволно-вались, стали шушукаться между собой и косо глядеть на невесту.

– Молодой человек, что Вы имеете против этого союза? – вмешался святой отец.

– Я? Я ничего не имею против. Но думаю, жених будет, – ответил Левицкий, вплотную подойдя к жениху и невесте. Он подмигнул Лизе, затем достал конверт из внутренней стороны пиджака и вручил его жениху.

– Что это? – встревожено спросила невеста у Владимира, не понимая, что за цирк он развел тут.

– Доказательство моей победы! – с восторгом ответил тот, ехидно улыбаясь.

В это время, Константин открыл конверт и достал оттуда несколько фото, на которых были запечатлена его невеста с его лучшим другом в довольно-таки пикантной обстановке. Глаза жениха округлились, также как и невесты.

– Это… это не правда… это фотошоп… – закричала Лиза, выдирая из рук Кости конверт с фото. Её сердце гулко билось в груди, до боли разрывая грудную клетку. С глаз брызнули слезы, размазывая тушь.

– И вот эта родинка – тоже фотошоп? – поинтересовался Вова, подливая масла в огонь.

– Костик, любимый, постой! – кричала невеста, пытаясь удержать любимого за руку и все объяснить. Хотя, объяснять-то и нечего было. Она точно знала ,что фотографии подделка. Она никогда бы не стала изменять жениху. Только вот он, не знал и не хотел знать. Константин оттолкнул Лизу и молча, быстрым шагом вышел из церкви. Ни просьбы, ни мольбы девушки, не были услышаны. Жених ушел, даже не пытаясь выяснить виновна она или нет.

Её боли не было границ. Она страдала, плакала, не кушала. Почти полгода не выходила из дома. Ей не хотелось жить. Её мир рухнул. Её все бросили и забыли о ней. Даже родители с недоверием стали относиться к ней. Еще бы, единственная дочь, принцесса, и так опозорила их. Только одно держало её в этом мире – это месть. Месть Владимиру Левицкому. Она хотела стереть его в порошок! Заставить страдать! Сожалеть! Просить прощения и умолять о пощаде! И даже после всего этого, ей было бы мало. Ведь такие как он не заслуживают прощения. Ей хотелось сделать с ним все то, что он сделал с ней и её семьей: оскорбить, оклеветать, унизить, разрушить! И она бы так и поступила, если бы не внезапная смерть отца и необходимость заботиться о матери.

Елизавете понадобилось очень много сил и времени, чтобы забыть все, что произошло. Забыть, стереть из памяти, не помнить. И каждый год, двадцать пятого декабря, вкалывать на работе, будто бы проклятая, лишь бы не думать о самом худшем дне в её жизни. Естественно, ни Рождество, ни новый год она больше не желала праздновать. Эти праздники навсегда исчезли из её жизни. Для неё этот месяц – период борьбы с собой и своими демонами.

Когда Лизе позвонил врач скорой и сказал, что в её лечебницу направляют тяжело раненого мужчину, она не сомневалась, что это будет долгая и трудная ночь. Как-никак двадцать пятое декабря, праздник, хоть и не все его здесь празднуют. Персонала совсем мало, так, дежурные только.

Но она и подумать не могла, что будет так тяжело. И что жизнь вновь сыграет с ней в злую шутку.

Когда на её стол положили окровавленное тело Владимира, Лиза замерла в ужасе. Она и представить не могла, что будет чувствовать вновь увидев его. А в таком состоянии и подавно. Её глаза не верили в то, что видели, а руки дрожали от страха и понимания того, что сейчас он полностью в её власти. Что её месть, может быть, наконец-то исполнится. Она может отомстить обидчику. Достаточно будет просто замедлиться, и все. Сейчас время как никогда имело значение. И с каждой секундой его становилось все меньше и меньше. С каждой секундой Вова терял все больше крови, а вместе с тем и шансы на спасение. Несколько секунд потребовалось Лизе, чтобы злость и гнев отступили, и на смену им пришли трезвый ум и желание спасти в первую очередь, живее существо, а не ненавистного ей Левицкого. Лиза взяла себя в руки и с профессиональной точностью принялась за работу, сохраняя хладнокровие ровно до тех пор, пока пациента не подключили к аппарату искусственного дыхания и операция не была закончена.

– Я чуть не убила его… – прошептала она, судорожно, словно в бреду, проводя мочалкой по коже в надежде смыть с себя всю грязь, боль и отчаяние. Её мир вновь пошатнулся из-за одного-единственного человека. Из-за того, кого она ненавидела всем сердцем, каждой клеточкой своей души. Тот, кто не заслуживал второго шанса и тот, из-за кого она чуть ли не стала убийцей.

Женщина содрогнулась от собственных мыслей. Сглотнула, сделала глубокий вдох и вновь тяжело выдохнула. Лиза положила руку на кран, и, покрутив его против часовой стрелки, выключила воду. Затем она вышла из кабинки, быстро вытерлась полотенцем и надела чистую одежду. У неё было немного времени, чтобы сходить и выпить очередную чашку кофе и хоть немного расслабиться. Ей было это жизненно необходимо.

– Елизавета Юрьевна, – послышался чей-то голос и приближающиеся шаги. Лиза стояла возле автомата с кофе, рассматривая пустоту перед собой.

– Елизавета Юрьевна! – голос снова позвал её и женщина повернулась. Перед ней стояла молоденькая медсестра, лет двадцати пяти, не более.

– Да, Катя, вы что-то хотели? – обессилено спросила Лиза, надеясь, что не привезли еще од-ного призрака из её прошлого.

–Там пациент ваш, Левицкий, ему требуется вновь переливание крови. – ответила девушка.

– Так делайте. Я-то тут причем? – совсем без интереса спросила она.

–Так мне Николай Сергеевич сказал, что ему нужна ваша кровь… то есть… Вы нужны как донор. У пациента редкая группа крови, если вы помните. И наши запасы закончились. Новая поставка будет лишь утром. А если мы сейчас не сделаем прилив, то… – девушка безустанно говорила, но Лиза как будто бы не слышала её, пребывая в каком-то коматозном состоянии. – Елизавета Юрьевна, так вы пойдете со мной, да?

– Да, конечно. Кто-то же должен спасти эту заблудившуюся душу, – обреченно ответила Лиза, чем озадачила медсестричку.

– Что, простите? – переспросила та, направляясь в сторону отделения реанимации.

– Говорю, что повезло Левицкому, даже для такого, как он, существует новогоднее волшебство, – молвила докторша.

– Ах, да, Елизавета Юрьевна. Вы правы. Если бы не вы, вряд ли кто-то смог бы спасти потерпевшего. Мне кажется, что вы и есть его новогоднее чудо, – с восторгом в голосе ответила Катя.

– Нет, Катя, это не так. Я всего лишь врач, который хорошо делает свою работу, – возразила Лиза, открывая дверь в отделение реанимации.

P.S. Пусть каждый из нас найдет в себе силы понять и простить тех, кто нас обидел. И пусть Новогоднее чудо случится с каждым.