Глава 24

Антон

Когда мама сообщила о своих планах по поводу Эллы, я, если честно, не знал, чего ожидать. Мать у меня дама необычная, с креативным мышлением. Такое отчебучить может, что хоть стой, хоть падай. Тем более в амурных делах. Отец всегда безумно любил только жену. Никогда даже не смотрел в сторону других женщин, а если и смотрел, то делал это так, что никто не замечал. И то, что случилось лет десять назад, было как гром среди ясного неба. Мама стала замечать странные вещи. Кто-то звонил на домашний телефон и молчал в трубку. Потом она унюхала от папиного пиджака запах чужих женских духов. Спустя какое-то время все там же, на пиджаке, обнаружила светлые волосы. Не один волосок, а сразу несколько. Смутные подозрения становились все явственные. Мама тогда жаловалась подруге тете Тане:

– Радует хотя бы, что эта тварь лысеет. Вот, смотри, сколько с Павликова пиджака насобирала, хоть парик делай.

– Так поговори с мужем, Альбина! – настаивала Таня.

– Уже поговорила. Заявил, что не знает, откуда чужой волосяной покров. Нес ахинею полную. Мол, заезжал к товарищам, там только с кошкой их обнимался. Больше ни с кем. Ага, мурки теперь продвинутые, шерсть обесцвечивают.

– Ну а про духи?

– Сказал, что себе туалетную воду в парфюмерном покупал, вот и провонял, видимо.

А спустя еще неделю все в том же пиджаке появились новые доказательства измены. Во-первых, на воротнике были обнаружены следы помады малинового оттенка, какой у мамы отродясь не бывало. Но, самое интересное, было найдено в кармане – крохотные кружевные стринги. При таких уликах Муркой не отмажешься. Отец был загнан в угол, с видом побитой собаки разводил руками и упорно стоял на своем:

– Альбинушка, только тебя люблю. Нет у меня никого. Не знаю, откуда малиновые следы и черные кружева взялись. И вообще, доверять любимому человеку надо, Альбина!

– О каком доверии может идти речь, Паша, когда у тебя весь пиджак в засосах, а карман – отделение для нижнего женского белья.

"Книжный рай" в ту пору быстро набирал мощь, отцу приходилось часто ездить в командировки. Вот и в этот раз он торопился на самолет. В спешке схватил необходимые вещи и ушел, громко хлопнув дверью.

– Каков мерзавец! – рыдала мама в трубку, жалуясь Татьяне на жесткую судьбу. – Не встал передо мной на колени, моля о прощении, не купил новую шубу, не сказал, что…

– Да погоди ты выть как стадо белуг, Альбинка. Может, мужик и вправду ни в чем не виноват. Просто стечение обстоятельств.

– Ты о чем, Таня? Ладно, волосы случайно налипли, ладно помада, в лифте народу было много, некая мадам губищами уткнулась. Но труселя! Тут я не могу найти гаду оправдания. И вообще, почему я должна сама перед собой его оправдывать, Тань?

– Ты главное, не пори горячку, вернется Павел, вы как раз успокоитесь, будете готовы к конструктивному диалогу.

– Возможно, ты права.

Маме стало немного легче после разговора с подругой. Она уже решила, что все это – не подтвержденные признанием подозрения. Если бы на самом деле не нужна была больше мужу, он бы признался, ушел бы к другой, в конце концов. Мама даже уснула почти спокойно. А утром раздался звонок на домашний телефон. Но в этот раз в трубку не дышали, раздался звонкий девичий голос.

– Алле! Это Альбина? Я – Ди! Уверена, что ты умная, благородная женщина, не станешь цепляться за то, чего уже давно нет. Не устроишь глупых истерик. Я же со своей стороны гарантирую, что ты и дети без куска хлеба не останетесь…

– Тихо, Ди, не трынди! Скажи нормально, кто ты, чего хочешь, или я кладу трубку.

Мама спросонья не поняла, от кого звонок. Но следующие слова заставили ее вскочить с кровати.

– Я – Диана. Любовница твоего мужа. Он любит меня, я его. Прошу не стоять на пути нашего счастья. Ну так что, отпустишь Павлика?

– А…

– Ладно, понимаю, тебе надо подумать. Запиши мой мобильный.

Ди отключилась, мама тоже. Почти. Потому что была близка к потере сознания. Трясущимися руками набрала номер мужа. Но тот скинул. Или был сильно занят, или все еще обижен, они же в ссоре. Если бы отец был тут, полетели бы его клочки по закоулочкам. Но он далеко. Поэтому мама начала расправу над его вещами. Скинула все фоторамки со стен и комодов, сплясала на них танец индейца, готовящегося к войне. Разодрала одежду неверного. Разбила кувалдой его любимую пепельницу. Вооружилась электропилой, намереваясь отпилить свою половину кровати. Но тут на ее счастье пришла Татьяна. Рискуя жизнью, отобрала пилу и сказала:

– Ну и что тебе даст распиленная кровать?

– Моральное удовлетворение.

– Дура ты. Вдруг Агата в гости заглянет, Антошка скоро из похода вернется, а тут такое. Побереги психику детей.

– Да? А кто мою психику сбережет, Тань?

– Я сберегу. Пошли на кухню. Будем сеанс психотерапии проводить.

На кухне Татьяна нашла водку, налила в стаканы, один протянула маме и сказала:

– Ну, лейся водка, меняйся походка. Поехали!

Через какое-то время агрессия у мамы ушла. Она, покачиваясь, но уже спокойно собирала вещи отца, просто складывала в чемоданы, ничего не портя. Но не зря говорят, что водка делает из человека мудреца и философа. Мама увидела ситуацию с другой стороны

– Это что же получается, Тань, я с Пашкой и в беде, и в бедности была, всегда его поддерживала, детей ему родила, а теперь не нужна стала. "Книжный рай" прибыль приносит хорошую, мы дом достраиваем, денежки в банке есть. И что, теперь все это какой-то Ди достанется? Вот так сразу и нахаляву? Не, Тань, ты знаешь, как мы жили. Я в одном платье пять лет проходила, одноразовую лапшу коробками закупали и ножки Буша, чтобы выжить. У меня фотки даже есть. Сейчас, покажу.

Мама ринулась к фотоальбомам. На какое-то время подруги так увлеклись просмотрами старых фото, что на лице мамы вновь появилась улыбка.

– Глянь, Танюх, какой орел мой Пашка в юности был. А он и сейчас ничего!

– Ага.

Мама вновь погрустнела:

– Так ничего, что молодую девицу нашел себе.

– Альбина, все, посмотрели на окорочка, былые времена вспомнили и хватит. Захлопывай альбом и пойдем дальше лечиться.

– Подожди!

Мама упорно смотрела на одну из фотографий, а потом вдруг сказала:

– А не будет эта девица в моем доме жить. Не верю, что у нее настоящая любовь к Пашке. Скорее, на "Книжный рай" хавку разинула. А если так, не получит Ди ни мужа моего, вообще ничего не получит. У меня есть план. Убирай лекарство назад в холодильник. Пошли разгром в квартире убирать. Закончим, расскажу, что задумала.

– Хорошо, что вы пока в двушке живете, устрой ты такой беспредел в новом доме, мы бы и за неделю не управились.

На следующее утро мама сама позвонила Ди.

– Здравствуйте, Диана. Я долго думала над вашими словами…

– Ну и что надумала?

– Что разумнее всего не устраивать войну, а принять ваше предложение. Но нужно обсудить все детали. Вы не могли бы подъехать ко мне домой? Адрес продиктовать?

– Не надо, знаю, я там уже была. Чай пила из зеленой кружечки для гостей.

При этих словах маму затрясло, но она сдержалась, сухо сказала:

– Хорошо, жду Вас в любое время, я дома.

Ди примчалась через час. Мама открыла дверь и очень удивилась. Ожидала увидеть длинноногую красотку, но стоящая перед ней девица была весьма посредственной наружности. Чуть полноватая, с тусклыми серыми глазками, широким носом. Не уродка, нет, но и ничего особенного. С первой же фразы стало ясно: Ди не отличалась особым умом и хорошими манерами. Мама вспомнила: она уже видела эту девицу в "Книжном рае", та трудилась курьером, разносила заказанные справочники по организациям. "Нашел на кого променять, козел! За такую любовницу перед людьми стыдно!" –мысленно она обратилась к мужу. Хотя одно достоинство у Ди все же имелось – молодость. Девчонке было не больше двадцати лет.

– Какая же ты красавица! – кинула "леща" Альбина гостье. – Теперь понимаю, почему Павлуша голову потеря и что шансов у меня нет никаких.

– Хорошо, что ты это понимаешь! – ухмыльнулась девица. – О чем говорить будем?

– О Павле Сергеевиче. Понимаешь, он привык к любви, почитанию, заботе. Чтобы ужин всегда был готов к его приходу

– Будет ужин! – нахмурилась Ди.

Видно, стоящей у плиты она себя в мечтах не видела.

– Он устает на работе, поэтому не стоит лезть к нему с разговорами..

– Согласна, можно лезть с кое-чем поинтереснее.

Девица нагло улыбалась, а Альбина размышляла, сколько ей светит, если прибьет девицу прямо сейчас.

– Ну, раз уж ты затронула эту тему, то скажу сразу, Павел все же не юнец, у него имеются заболевания. Хондроз, печень пошаливает, давление. Я тебе список лекарств написала, держи листок. А главное, у Павлуши проблемы с простатой. Ему массаж этой проблемной зоны необходим. Пять раз в день. Знаешь вообще, что это такое и как все делать?

– Неа.

– Так я и думала. Вот, держи распечатки. Если чего не поймешь, можно в сети ролики найти.

Диана взяла листки в руки и выпучила глаза:

– Что… прямо вот так?!!

– Да! Так и никак иначе, поэтому от длинных ногтей нужно избавиться. И вот, возьми фото Павлика, не хочу, чтобы они мне душу бередили. Глянь, какой он в молодости был.

Ди пожала плечами, но взяла в руки снимки и замерла. Удивиться было чему. На одной фотке отец выпучивает глаза. На второй пускает слюни. На третьей у него высунут язык, на четвертой безумная улыбка. А на пятой его в смирительной рубашке уводят санитары. Эти снимки были сделаны давным-давно, когда отец участвовал в театральной постановке про дурдом, учась на последнем курсе. Играл сумасшедшего. Но Ди об этом не знала.

– Не поняла, Павел Сергеевич, че, псих?

– Ну зачем же ты так о нашем любимом мужчине, Диана? Да, было у него психическое расстройство. Много лет назад. Сейчас он нормальный. Почти. Иногда случаются рецидивы. Тогда звони по этому номеру. Это визитка психиатра.

– А как же он фирмой управляет, если чокнутый?

– А он ей не управляет. "Книжный рай" мой юридически. Паша просто в кресле сидит.

Конечно, это был блеф. Фирма принадлежала родителям, как законным супругам, в равных долях, оформлена на отца. Но мама пошла ва-банк не зря. Ди вскочила и направилась к дверям.

– Ты куда, Диана? А как же Павлик? Я уже вещи собрала. Подожди, такси вызову…

– Пошла ты со своими вещами.

– С Пашиными…

– С Пашиными пошла! – взвыла девица. – Думаешь, хитрая самая? Себе поди молодого любовника завела, на бабках сидеть будешь, а мне старого козла суешь, чтобы я у него пять раз в день в ж…е ковырялась!

Соперница сбежала вниз по лестнице. Казалось бы, безоговорочная победа. Но жизнь мамы все равно была теперь разбита на "до" и "после", пусть она избавилась от молодой разлучницы, но триумф принес лишь временное облегчение. Предательство, измена, страх, что супруг снова отправится на поиски и другая может оказаться не такой глупышкой, разъедала мамину душу. Но самое возмутительное, что в этот же вечер позвонил отец:

– Альбинушка, милая, как же я по тебе соскучился.

– Твоя сообщила, что бросает? Сразу старая жена понадобилась? Подонок ты, Павел!

– Какая моя? Ты про что?

– Про кого, Паша. Про Ди твою.

– Ди?! А это кто?

– Не строй из себя идиота. Твоя любовница Диана. Она сегодня к нам домой приходила. И знаешь что? Я тебя ей отдать хотела. Но она не взяла. Только ты мне тоже больше не нужен, любовника найду!

– Какого еще любовника? Зачем? Альбина, не смей!!!

Отец прилетел на дня раньше, чем обещал. Устроил матери жесткий скандал. Орал, что она выдумала любовницу, чтобы самой изменять ему. Родители тогда чуть не порвали друг друга, а когда успокоились и стали нормально соображать, выяснилась правда. И она была невероятна. Узнав, кто его "любовница", отец тут же направился в офис, притащил курьершу к Альбине и велел рассказывать правду.

Сотрудница Диана насмотрелась сериалов про современных Золушек. Шеф Павел Сергеевич был хоть и весьма преклонного возраста, уже за сороковник, но еще вполне ничего. К тому же он несколько раз ей улыбался (намекал, никак иначе), а один раз, когда приболел, даже пригласил к себе домой ее и еще одного курьера (для отвода глаз естественно!). Дома он напоил подчиненных чаем, потом вручил им бумажные письма, которые нужно было разнести по адресам. А еще показал фото, на котором строился огромный особняк. И глупенькая Ди решила: вот он, ее шанс! Правда, на пути к счастью имелась преграда – законная супруга, но Ди это ничуть не смущало. Огромный теоретический опыт по устранению соперниц Диана получила тоже из остросюжетных любовных теленовелл, поэтому план был прост. Сначала породить раздор в семье. «Книжный рай» тогда не имел собственного офиса, арендовал небольшое помещение из трех кабинетов. Когда коллеги уходили на обед, Диана оставалась в офисе. Как правило, Павел Сергеевич снимал пиджак, вешал на стул и не надевал его, спускаясь в кафе на первом этаже торгового центра. Так появились "улики", указывающие на неверность. Далее планировалось рассказать женушке о романе с ее мужем. Та естественно, пошлет неверного благоверного, а она, Ди, утешит его в своих объятиях. Второй этап коварного плана Ди решила провернуть, когда босс отбыл в командировку. Но она никак не ожидала, что шеф – человек больной во всех отношениях, а его женушка не будь дурой, решила избавиться от проблемного супруга, подсунув его Диане…

Коварная соблазнительница была уволена, а родители устроили мировую. Потом еще все родные и знакомые не раз смеялись, вспоминая эту историю. И мне было даже страшно от того, что задумала маман в этот раз. Похоже, спектакль против Эллы должен был стать еще более масштабным. Я не выдержал и позвонил матери:

– Привет, мама. Ну что, много чемоданов фальшивого бабла напечатала?

– Всего одну сумку! Нам больше не надо.

– Мама, ты хоть скажи, что задумала.

– Ничего особенного, Антон! Буду действовать Эллочкиными же методами. Подстава. Шантаж. Как ты думаешь, наше Гореотума схавает наживку с липовым купюрами?

– Думаю, да. Любовь слепа. А именно деньги и есть настоящая Эллочкина любовь. А Юля и Василиса тебе зачем?

– Для пряника.

– В смысле?

– Ну, бабки – кнут, шантаж. А красивые девушки будут на Егора "вестись", как на лакомый кусочек облизываться. Мы, женщины, собственницы. Нам мужчина не нужен до тех пор, пока другой не понадобился.

– А дед Петр и бабушка Даза?

– Даздраперма мне вообще ни к чему. А вот Петра позову, пусть свою любимую сказочку об их фамильном кладе расскажет. Мне кажется, Эллу это заинтересует и будет плюсом к достоинствам Егора.

– Все ясно, мам, хотя ничего не ясно. Моя помощь нужна?

– Нет, Антон! Сама справлюсь. И, поверь, мне это не в тягость, а напротив, доставляет удовольствие. Лучше с Кристиной больше времени проводи. Она хорошая девочка, тебе под стать. Чмоки!

Мама отключилась, а я снова нажал кнопку вызова. Пожелаю спокойной ночи своей развратной богине. Питоша недовольно пробурчал: "Когда уже она будет просыпать в нашей постели и мы будем желать ей доброго утра? Вякнул "А", говори и "Б". Это я про женитьбу!" С этим я был полностью согласен. Крис взяла трубку сразу.

– Алле!

– Привет еще раз, милая. Звоню, чтобы пожелать тебе спокойной ночи.

– И только?

– Хочу сказать, что сильно-сильно тебя люблю. Настолько сильно, что мы с Питошей… ну, в общем, без тебя не можем. Ты выйдешь за нас замуж?

– Да! Разве можно отказать такой замечательно парочке?

Вот так просто, коротко, с юмором! Зато в голосе сколько эмоций и чувств. Да! Да! Да, Питоша!! Она согласилась! Это я вопил про себя. А вслух:

– Я так рад. А ты ничего не хочешь мне сказать?

– Хочу сказать, что я тоже люблю тебя, Антон. И очень скучаю. Но заснуть мне мешает не только это. Переживаю, что задумала твоя мама. Ты не узнал?

– Конкретно она ничего не сказала. Но ты ей нравишься, Кристина. А вот от Эллы она всерьез намерена избавиться.

– Антон, а кто такая эта бабушка Даза? Удивительное, необычное имя. Она нерусская?

Я рассмеялся:

– Очень даже русская. Просто родилась давным-давно, и тогда, на заре советской власти было принято давать такие вот имена со смыслом. Даздраперма означает "Да здравствует первое мая"

– Обалдеть! А Тролебузиновна?

– Сочетание фамилий четырех вождей – Троцкого, Ленина, Бухарина и Зиновьева.

– Ух ты, как интересно. Но при чем тут Элла?

– Пока ни при чем, но если маман сумеет выдать ее за дядю Егора, то эти славные старички станут ее самыми ближайшими родственниками и настоящим кошмаром.

– Они такие плохие?

– Скорее, особенные, дед Петя – старший брат Даздрапермы. Он родился, когда их мама еще была замужем за обычным госслужащим, но потом она полюбила красного офицера. Бросила мужа. Родила девочку, которой и досталось "модное" имя. Детей они воспитывали в соответствии с социалистической моралью. Петр со временем женился, у него родился сын Егор. Жена спустя какое-то время сбежала, не выдержав идеалов мужа и его сестрицы. Даздраперма осталась верной Ленину и партии, незамужней и бездетной. Егору тетушка заменила мать. Петр неожиданно взлетел на военном поприще и стал ни много, ни мало, а целым генералом. А сама Даздраперма долгое время работала в женской колонии надзирательницей.

– Какая интересная история. Откуда ты так хорошо все знаешь об этих людях, Антон?

– Так они соседи моим родителям, генеральский особняк через дорогу. Дядя Егор женился рано, но почти сразу с женой развелся. Долгое время жил в городе, отдельно от отца и тетки. Но в последние годы дед Петр чудить начал. Физически он еще очень крепкий, а вот из ума почти выжил. Командирские замашки никуда не делись, ходит с наградным наганом по поселку и молодежь строит. Поэтому дядя Егор городскую квартиру продал и теперь они все вместе в особняке живут.

– Ой, мамочки!

– Да нет, он безопасен, и Егор Петрович давно копию нагана заказал. Но Петечка, так его в поселке называют, испугу на местных подростков навел, даже тише по ночам стало. Даздраперма тоже уже в годах, по хозяйству не управляется. А взять прислугу в дом для бывшей пионерки, комсомолки, активистки, партийной работницы – просто кощунство. Поэтому, чтобы Егорушка женился, тетя не против, а очень даже за.

– Бедная Элла, если она окажется в этой семейке. Отставной генерал и бывшая надзирательница. Ей же пахать придется. А скажешь слово против – расстрел!

– А может ей так и надо?

– Так и надо! – рассмеялась Кристина. – Ну ладно, спокойно ночи. До завтра. Думаю, день будет непростым. Целую тебя и Питошу…

Моя девочка, моя развратная невинная богиня отключилась.

– Че рано отбой нажал? – возмутился Питоша. – Секс можно и по телефону…

Я улыбнулся:

– У нее тетка строгая и ушастая. Будет тебе секс, Питон! Совсем скоро. Завтра куплю магические артефакты в виде свадебных колец.

Бляха-муха, я делаю предложение! Завтра! После чего Кристина Кирсанова будет моей. Навсегда. С этой мыслью в голове и мечтательной улыбкой я провалился в сон.