34

34

Я уже хотела возмутиться, но тут навстречу нам вышел радостный Лаврик.

— Вы пришли! – встретил он нас, словно мы не мыться ходили, а из двухнедельного похода вернулись. – Заходите быстрее! Я уже всё приготовил!

Фраза заинтриговала, потому что никаких инструкций пугалу я не оставляла. Я вообще только запросила у туфелек ингредиенты для окрошки с мыслью, что выйду и бани и нарежу сама. И заправлю. А то дольше объяснять моим нейрошпилькам, какого размера должны быть кубики, а какого пластики и как вообще что резать. В этом вопросе я оставалась придирчива.

Честно сказать, заходя в дом я ожидала подвох. Однако Лаврик мало того, что нарезал всё на мой вкус, так ещё и квасом залил. Очевидно, когда услышал, как мы идём.

— Конечно, мне казалось, я с ножом не работал, но вроде получилось, – осторожно сообщил самоназначенный повар опираясь на тросточку и словно ожидая нашего вердикта.

— Спасибо, – поблагодарила я задумчиво, присаживаясь на своё место.

— Это что? – заглянул в тарелку Темир, смутив меня ещё сильнее.

— Окрошка. Блюдо такое, летнее. Здесь его не делают?

— Первый раз слышу, – пожал плечами рыцарь. – Но выглядит вкусно. Спасибо, Лаврик, за заботу!

— Ой, да не за что, право слово! Вы для меня сделали намного больше! – засмущалось пугало, однако я вот думала совершенно о другом.

— А ты откуда знал, как окрошку готовить? Я же только продукты достала и название сказала, – напомнила я, совершенно не понимая, как висевшее на шесте кучу лет чучело знало такие нюансы. – Тоже птицы рассказывали?

— Нет, – столько же озадаченно протянул Лаврик. – Просто ты сказала, и я сразу вспомнил. Само оно как-то.

Донимать того, у кого проблемы с памятью, я не стала. Просто задумалась, что Лаврик тоже мог прийти из моего мира, только задолго до меня. И даже знать дорогу обратно. Ну, если память ему вернуть, а не сейчас, конечно. Вряд ли туфельки привели меня к нему просто так, да и реакция тех птиц сильно настораживала.

Сегодня я с этим решила не разбираться – всё равно дорога из жёлтых кирпичей шла куда-то вперёд, а значит конечной цели мы ещё не достигли. Лечь спать мы сегодня решили пораньше – Лаврику сон не требовался, поэтому он пообещал остаться на стрёме и, чуть что, будить нас.

Вот только чуть что ещё не произошло, мы с Темиром забрались на печку и только-только присонились, как чучело начало нас будить. Точнее, мешать спать, потому что ему приспичило пообщаться.

— Антон Палыч, а Эсми с Темиром такая красивая супружеская пара, да? – спросил он одобрительным шёпотом, и мой пёс аж поперхнулся, а пока кашлял, кажется, проснулся от таких новостей.

— Они не женаты, – хрипло, но стараясь нас не разбудить, сообщил Антон Палыч.

— Ох, неловко-то как! – тут же пошёл на попятный Лаврик, однако не угомонился, а подытожил: – Но, значит, влюблённые. Очень гармоничная пара, да. Как давно они вместе?

— Несколько дней, – мрачно прояснил пёс, а потом с намёком зевнул.

— Прости, пожалуйста, я тебе мешаю. Спи, – тут же повинилось пугало.

Ненадолго наступила блаженная тишина, дрёма вновь начала на меня накатывать, однако Лаврик, который слишком долго висел на шесте, повторить подвиг не мог. Он начал шуршать.

Он бродил по нашей небольшой комнатке из угла в угол и шуршал своими лавровыми листами под одеждой. То ли он о чём-то усиленно думал, то ли тренировался ходить без трости, то ли просто не мог усидеть на месте. Остальным он похоже, не мешал – Темир спокойно посапывал, да и Антон Палыч даже ухом не вёл в сторону нарушителя спокойствия, а меня всё это изрядно нервировало.

Не выдержав, я приподнялась на локте и шёпотом гаркнула:

— Лаврик!

Шум тут же прекратился – пугало застыло, словно пойманное с поличным.

— Сядь на табуретку, положи руки на колени и сиди так до утра! И не двигайся, пока мы не проснёмся. Только если в случае чрезвычайной ситуации. Если я не высплюсь, я тебя съем!