Глава 40 · Свадебный торт для феи

— Аррр! Можно я прибью эту блоху⁈ — Лима была на грани.

Мы уже, кажется, в тысячный раз переделывали торт для мелкой, надоедливой, непоседливой феи.

— Мои гости должны остаться довольны угощением! — Динь ничуть не смутилась от высказываний волшебницы.

— Молчи уже! И не вертись под… — я хотела сказать под ногами, но она скорее вертелась под нашими измученными пальцами. Сама размером не больше мизинца.

Не представляю, как бы мы проходили это испытание без волшебных инструментов Лимы. Она снова всех нас выручила.

Мы втроем склонились над широким молодым пеньком и пытались замесить тесто тонкой иголочкой. Рецепт торта был самый простой, всего лишь надо было смешать муку из одного зернышка коринга и полщепотки пыльцы с ароматного цветка камомилии, еще немного нектара для сладости (вы добавили слишком много! У фей слипнутся крылышки от вашего торта). Переделали. Потом снова, потому что забыли добавить три капельки росы (не четыре, а три я сказала!) И опять переделали.

Дальше нужно добавить яйцо жука-кукольника (фу! Ну и гадость). Это мы почетно поручили Лиме. Она посмотрела на нас с Бель исподлобья, как на малых детишек. Мы невинно похлопали глазками. И она со вздохом принялась разбивать яйцо размером с песчинку.

Выпекали мы коржи в малехонькой артефактной печи. Феечка летала над нами и причитала, чтобы мы ни в коем случае не передержали тесто.

— Вытаскивайте! Сгорит ведь! — надоедала мелкая вредина.

В итоге она так нас достала, что мы поторопились. И тесто оказалось сырым.

— Говорила же, не спешите. Глупые великанихи! — в отличие от это малявки великанши вовсе не глупые.

Переделали.

— Помни, что финал скоро, Лима, — твердила я волшебнице, успокаивающе поглаживая ту по руке, — если ты прибьешь невесту, нам не видать его, как своих ушей.

— Ладно, пусть живет, противная козявка.

Мы замешивали малюсенький комочек теста еще несколько раз, пока фея не осталась довольна. Мы почти выдохнули, но она напомнила про крем.

— Эх, а мы думали приготовить торт из готовых ингредиентов будет просто, — вздохнула я. — Но просто не значит легко.

Девчонки посмотрели на меня, потом переглянулись и хохотнули.

— Что? — не люблю насмешки. Мне слишком часто приходилось терпеть их в своей жизни.

— Ничего, — Лима продолжала улыбаться, — просто рассуждаешь, как самая настоящая королева.

— Тише! Вот вы болтушки!

— Боишься, что принц Эдмон нас услышит? Но он же сейчас в другом мире, — отметила Бель.

— Или нет? — Лима подозрительно прищурилась и начала оглядываться в поисках знакомого мужчины.

Она совсем забыла, что он может быть здесь в чьем-то сознании. И, кажется, вон та птичка-наседка на дереве неспроста сейчас сама не своя. Смотрит на меня, практически не моргая.

— Для крема нам нужно смешать чиколети, сурум, снова немного нектара и асиюти, — Лима читала рецепт, нацарапанный на щепке с помощью артефактной лупы, без которой ничего и не разберешь. — Бель, ты же говорила, что умеешь готовить. Давай, займись кремом, — наша хвастунишка замялась под строгим взглядом мастерицы.

— И умею, — Бель вздернула хорошенький носик, — и займусь.

Пока девчонки были заняты спорами о креме, а феечка отдыхала на гибкой травинке после случайного, но меткого попадания в нее капелькой теста, я отошла к дереву, на котором располагалось гнездо странной птички.

— Принц, это вы? — прошептала я.

— Думаю, после всего, что между нами было, можно перейти на ты, — прозвучало в моей голове. Уголки моих губ взметнулись вверх помимо воли, но я удержалась и не расплылась в улыбке, как влюбленная дурочка.

— Вы уже давно перешли, — заметила я.

— Предлагаю и тебе это сделать, — в голове послышался смешок.

— Рада, что вы присматриваете за нами… Ты присматриваешь, — осмелилась все-таки на предложенное обращение.

— Не стоит благодарности, я просто считаю это своим долгом.

Снова он о долге! Его слова разозлили, хотелось услышать совсем другое, но от гордеца разве дождешься. Но не успела я как следует разозлиться, как в голове прозвучало следующее:

— Я всегда буду за тобой присматривать, независимо от результатов отбора. Поняла, мышка? — отвернулась от дерева, чтобы скрыть улыбку, которая выскочила, как солнечный зайчик и растянулась от уха до уха. Сердце сладко заныло. Но моя вредность вдруг выдала следующий ответ:

— Поняла, птичка, — мне было стыдно за то, что я ляпнула, но добрый смех в моей голове успокоил. Не обиделся значит.

Вернулась к девчонкам, а они все спорят.

— И смотри, что ты сделала, безрукая! Крем расслоился. Это ж надо было столько асюити положить, его нужно вдвое меньше, а то и втрое. Придется и здесь применять научный подход.

Лима потратила всего несколько минут и соорудила крохотные весы.

— А раньше не могла такие сделать? — возмутилась Бель.

— Раз такая умная, в следующий раз делай сама.

— Девчонки, не ссорьтесь. Предлагаю быстро все закончить и убежать, пока фея не очнулась и не забраковала очередной миниатюрный шедевр.

Мне снова удалось примирить девчонок. Уверена, этот навык точно пригодится королеве. Хм, королеве. Я погоняла это слово на языке и поняла, что все равно не хочу ею становится.

Было бы чудесно, если бы Эдмон отказался от трона. Зажили бы тогда свободно. Но он не откажется. Не захочет, побоится потерять власть. А для меня свобода заключается в смелости.

Эх, мне и самой не хватает смелости признаться себе в чувствах к принцу. А ведь они не проходят, крепнут день ото дня, ломая все мои представления о собственном будущем.