Глава 21

Вова остановился у лестницы, продолжая держать Яру на руках. Посмотрел ей в глаза.

— Борщ потом, да?

Ярослава глубоко вздохнула.

Вова слегка напрягся, боясь, что сейчас может сорваться переход в горизонтальную плоскость, но Ярослава тихо выдала:

— Только аккуратно, не надо быстро.

Вова кивнул. Хочет она прелюдию, значит будет. Желание дамы закон.

Он остановился на втором этаже, секунду помедлил и потащил Ярославу в большую гостиную. Посадил в кресло, напротив электрокамина. Чуть повозился и включил современное чудо техники, создавая уютную обстановку.

— Музыку можно на центре включить, но тут наверное лучше тебе, я не сильно современный.

Смущающийся Вова Вольский, который признаётся в своей слабости, надо этот день отметить в календаре. Ибо Ярослава готова была поставить месячный заработок на то, что делает он это не так часто.

— Я включу.

Сбросила туфли и пошла к аудиосистеме, немного покрутила, настраивая звук и выбирая мелодию. Пока она возилась, Вова успел открыть бутылку вина и плеснуть красную жидкость в бокал. Себе налил коньяк.

— Не пью, — коротко напомнила Ярослава.

— Прости, — произнёс Вова.

Пошёл ближе к ней. Ярослава на фоне Вовы казалась маленькой хрупкой птичкой, чуть сильнее сожмёшь и сломаешься. В глубине толкнулось сомнение, может не стоит, не для него она, найдёт себе молодого человека, без замашек бандитских и заморочек бизнесменских, купят квартирку, детей нарожают. И самому от этих мыслей тошно стало.

Положил свои тяжелые горячие ладони Ярославе на талию, стараясь крепко не сжимать. Медленно начал раскачиваться.

— Из меня правда танцор так себе.

— Я тоже в хореографическом не училась, — растянула губы в улыбке Ярослава.

Вова выписывал пальцами узоры на спине Ярославы. Его руки как-то сами собой переползли с талии на спину. Горячее дыхание, приправленное коньяком, шевелило волосы у виска. Ярослава и не подозревала, что Вова дышал ароматом ее волос, и в голове мутнело, куда там выпитой рюмке крепкого напитка. Губами провёл по волосам, виску, шумно выдохнул. Спустился короткими поцелуями по скуле к губам. Легко мазнул своими губами по губам Ярославы. Сопротивления не встретил, но и особого отклика она не проявила. Ладно, она же просила не торопиться. Вова провёл языком по сомкнутым губам девушки, чуть надавил, пытаясь их раскрыть. Ярослава подчинилась. Вова время терять не стал и скользнул языком ей в рот. И да. Торкнуло так, что чуть ноги не подкосились. Как будто за оголенный провод схватился. Вова действовать старался аккуратно, но давалось ему это с большим трудом. Синий жакет Ярославы валялся на полу, маечка выдернута из штанов, и руки Вовы уже выписывают узоры не на ткани, а на тёплой нежной коже. По телу Ярославы пробегали мурашки, Вова их чувствовал под своими грубыми пальцами. Не прерывая поцелуя, подхватил Яру и посадил себе на бёдра. Дверь в комнату открыл и закрыл ногой. Опустил Ярославу спиной на широкую кровать и только тогда оторвался от ее губ, взглянул в затуманенные глаза. Провёл руками, стягивая с неё маечку. Под ней обнаружился белый бюстгальтер без всяких кружев и рюшечек. Тут Ярослава осталась собой. Носом зарылся между чашечками бюстгальтера, лизнул языком верх груди. Завёл руку под спину, нащупывая застежку, та быстро поддалась, и Вове предстала налитая грудь Ярославы с темными острыми сосками. Вова сжал зубы, пытаясь подавить зверя, готового зарычать и немедленно впиться в эту бордовую сладость зубами. Нельзя пока, Ярослава просила не торопиться. Спугнет сейчас и не получится ничего. Сдерживаться правда приходилось из последних сил. Он мужчина опытный и женщин было много, порой и не по одной, но именно вот от этой девчонки становился он пьяным без всякого алкоголя. Дурел от одного ее запаха. А если будет долго смотреть на ее грудь, то и вовсе наверное кончит. Ярослава была такая вкусная на вид, что хотелось всю ее облизать. Собственно почему он должен себе в этом отказывать? Вова провёл языком по верхушке груди и подул на сосок. Тот затвердел ещё больше и яйца в штанах Вовы поджались, грозя взорваться в любой момент. Вова гладил руками талию Ярославы, постепенно спускаясь ниже, и освобождая ее от штанов и нижнего белья. Одновременно втягивал в рот сосок, проходился по верхушке языком, ловя кайф от того, как Яра стонет и выгибается ему навстречу.

Как оказалась без штанов и трусов Ярослава не помнит, только почувствовала, что пальцы Вовы скользят по ее складкам, размазывая влагу, и это доставляет ей безграничное удовольствие. Рубашки на Вове не было, ширинка расстегнута и четко обозначается немалых размеров достоинство, прилично натянувшее трусы.

— Я аккуратно, — зашептал Вова, на каком-то животном уровне почувствовавший ее сомнения и спешащий успокоить.

Ярослава встретилась с ним глазами, провалилась в два потемневших омута и вместо ответа потянулась своими губами к его.

Вова больше медлить не стал. Одним рывком освободился от штанов вместе с трусами, провел пальцами по промежности, отмечая, что Ярослава готова. В голове билась мысль, что не надо торопиться.

Так он и стал медленно продвигаться внутрь Ярославы, под непрекращающийся бой в голове: не торопиться, не торопиться, не торопиться. Внутри было тесно настолько, что ему зубы пришлось сжать, удерживая поток нецензурщины. Ярослава конечно ни нежная фиалка, но портить момент не хотелось, особенно если он насчитывает на продолжение. Член, итак с трудом протиснувшийся внутрь, уперся в преграду. Вова честно старался, но тут вариантов никаких. Будет больно. Заглянул Ярославе в глаза, отметил напряженные скулы и коротко бросил:

— Прости.

Резко толкнулся вперёд, одновременно губами поглощая болезненный вопль. Дальше стал толкаться в медленном темпе, понимая, что удовольствия Ярослава все равно не получит, а лишний вред и боль причинят ей не хотелось. Накрыло Вову быстро, он уткнулся Ярославе в основание шеи и приглушенно зарычал. Силы остались только на то, чтобы скатиться с Ярославы, они все ж таки в разных весовых категориях. Притянул ее ближе к себе, поцеловал коротко в висок.

— Сейчас передохну и в душ тебя унесу.

— Я вроде ни безногая.

Вове хотелось закатить глаза. Не сговорчивая девчонка. Хотя действительно, девчонка она и есть. Тем более выросшая в детском доме, где свои права отстаивала. Привыкла о себе заботиться. Вова рассусоливать эту тему не стал. Что толку бодаться с Ярославой, проще взять и сделать. Поэтому отжался на руках от кровати, поднялся и подхватил, не успевшую встать следом за ним Ярославу.

Та попыталась брыкаться, но Вова держал крепко.

— Теряю я хватку, если у тебя на борьбу сил хватает, — вздохнул горестно.

Ярослава свои попытки вырваться оставила. Да и не очень хотелось. На руках у Вовы было приятно. Ее в принципе никто на руках не носил. Не того она характера человек.

В душе ополоснулись быстро. На Ярославу резко навалилась усталость. Надо же, казалось только-только была полна сил и вдруг сдулась, как воздушный шарик. Вова донёс полусонную Ярославу, замотанную в полотенце до кровати и улёгся рядом. Размотал влажное полотенце, отбросил в сторону и укрыл их обоих одеялом. Спать с кем-то у него было не принято. Длительных отношений не заводил, а с женщинами по вызову рядом не то что спать, глаза смыкать для длительного моргания не стоит. Но Ярослава — это другое. Ее хотелось схватить и не отпускать. Лежать вот так и смотреть, как на горящий огонь. Бесконечно. Влажные русые волосы разметались по подушке, губы чуть приоткрыты, ресницы бросают тень на щёки. Нет, неправильную он картину на машину заказал. Надо было не орла, а ее вот такую рисовать. Разморенную в кровати. И машину никому не показывать, даже внукам. Закрыть в гараже и самому любоваться.

Вова и сам не понял, что его удивило больше, мысли о внуках, или о том, чтобы до конца жизни любоваться Ярославой. То, что он на ней слегка помешан, это уже понятно, но думать о будущем. Значит все серьезней, чем он об этом думал.