Глава 11
С удивлением переваривала мысль о том, что в стране эльфов воинов могут не обучать магии вообще. Как такое возможно? Сейчас даже самых задохликов заставляют развивать свой потенциал по максимуму, потому что магов рождается не так уж и много, а там так пренебрегают ценными кадрами! Или у них их много, и они могут себе это позволить?
В попытках понять логику эльфов поднялась к себе на этаж, заглядывая в комнату, чтобы таки взять этот злосчастный каталог по мебели и в тишине подумать. Ну, как в тишине – по всему дому, то тут, то там работали молотки и пилы, возвращая помещениям жилой вид. В воздухе приятно пахло свежим деревом и опилками, напоминая мне о раннем детстве, когда я любила наблюдать зимой за колкой дров на заднем дворе нашего дома.
Спустилась на кухню, которую решили чинить в последнюю очередь, так как тут все было не так уж и плохо – лишь обеденный стол заказать, да паркет подновить. Положила на стол каталоги, распаковывая купленную в кофейне еду и накладывая на неё стазис с помощью артефакта. Обычно в ресторанах это делают сами служащие, имея подобный артефакт или даже собственного мага, но я не пошла в раскрученное заведение, вполне удовлетворившись в прошлый раз едой из той кафешки. А стазис я и сама наложить могу.
Разложила все красиво по тарелкам, рассчитывая ещё и на рабочих лэра Давида. Украсила зеленью, упакованной в отдельную коробочку, и удовлетворенно вздохнула. Вот теперь точно можно немного посидеть, полистать каталоги и подумать. И ещё попытаться построить свой разговор с Сиренелем.
Так я и просидела до обеда, листая обычный каталог с мебелью, уже гораздо тщательнее чем вчера выбирая модели. В холл я выбрала темного дерева журнальный стол, мягкий диван для посетителей, парочку кресел. Припомнив, что там, кажется, был закрытый досками древний камин, решила обыграть и его, чуть позже вызвав печника чтобы понять, рабочий ли он вообще. Но в любом случае как предмет интерьера сгодится. Присмотрела так давно желаемое мной кресло—качалку.
В свою комнату я выбрала большую кровать с высокими столбиками по краям, чтобы вешать туда тяжелые портьеры балдахина. Письменный стол и пару стульев, трюмо и, не удержавшись, добавила ещё парочку кресел – уж больно они были красивые.
Приметила, что можно было бы купить в комнату Сиренеля на первое время, но все же решила сначала показать каталоги ему – пусть сам посмотрит и выберет. Нам же потом съезжаться вместе, так что стоит и ему дать шанс внесли лепту в интерьер общей комнаты.
Ещё мне понравился зеркальный шкаф, и комод, и…
В восторге перелистывала страницы, отрешившись от всего мира и даже не замечая то, что Сиренель уже давно пришел на кухню и стоит рядом, с интересом заглядывая в каталоги мне через плечо.
Из глубокой задумчивости меня вывело только тактичное покашливание лэра Давида, смешанное с подавляемым смехом.
– Лэра Мирелла. Кажется, вы сказали слово обед, – улыбнулся он, замечая, что я ещё не совсем вышла из мечтательной задумчивости, во всей красе представляя наш будущий с Сиренелем дом.
Удивленно моргнула, посмотрев на время, и откинула в сторону отвлекающий каталог.
– Да, точно! И подмастерьев зовите! Я накрыла на всех, – одним движением смахнула стазис с еды, расставленной на древнем перекошенном столе, – приятного аппетита! – уселась на стул, стоящий ближе ко мне, пододвигая тарелку. Я сейчас зверски голодна!
Восстановление конюшни шло полным ходом. Плащ мне хоть и по—прежнему мешал, но я старался сдерживать себя и не возмущаться по этому поводу. Госпожа права. Даже если лэр Давид видел эльфов, это не значит, что другие тоже. А ведь вместе с ним в дом прибыло около десятка подмастерьев. Да и с улицы нас кто-то мог увидеть.
К обеду мы уже почти доделали крышу – осталось немного подмазать, утеплить и сделать перегородки для лошадей внутри. Мы на всякий случай решили сделать конюшню побольше, чтобы в случае чего было где разместить живность гостей, или ещё что-то в таком же духе.
Перед тем как спускаться в столовую, зашел в свою комнату, чтобы переодеться и принять быстрый душ. Все же в плаще и под солнцем на крыше довольно жарковато, хоть он и защищен магией от нагревания.
В этот раз выбрал светло—сиреневую рубашку в тон к глазам. Прошелся по волосам ароматным маслом с запахом сирени, взял другой плащ из чемодана и снова накинул его на себя, в волнении спускаясь в столовую. Надеюсь, госпожа не будет при всех сейчас обсуждать мои ошибки и подождет вечера.
Но все оказалось не так страшно – она сидела с ногами на кухонном столе и что-то увлеченно разглядывала.
Сначала я её не трогал, стараясь как можно незаметнее рассмотреть девушку, пока она занята. Тихо—тихо подошел ближе – зеленое платье отлично оттеняло её кожу, делая её жемчужно—розовой и едва заметно сияющей. На скулы ложилась ровная тень, рельефно очерчивая лицо. Чуть тронутые помадой губы, длинные натуральные ресницы темного цвета. Высокая полная грудь едва заметно выглядывала из весьма скромного платья, впрочем, все же очерчивающего приятные формы и тонкую талию.
Замер, разглядывая её узкие ступни, выглядывающие из—под подола платья. Одну туфельку госпожа чуть приспустила с ноги и слегка ей покачивала. Аккуратная пяточка призывно так и манила меня дотронуться. Бездумно протянул руку…
– Любуешься? – неслышно подошел сзади ко мне лэр Давид, неожиданно хлопая по плечу.
Вздрогнул и очнулся от своеобразного транса. Засмущался, не зная, что ответить.
– Да ладно тебе. Девушка действительно хороша, – улыбнулся плотник. И вдруг неожиданно громко закашлялся.
Госпожа отмерла.
После обеда мы снова все разошлись по своим делам. Подмастерья лэра Давида пошли доделывать конюшню под пристальным вниманием Сиренеля, а мы с мужчиной сели рядом на диван и начали обсуждать, какую мебель я куда хочу.
– А тот, второй каталог вы смотрели? – хитро улыбнулся мужчина, заставляя меня вспомнить о так и забытом в спальне каталоге.
Слегка смутилась, вспоминая ту мебель.
– Смотрела.
– И что вы об этом думаете?
– Не думаю, что это так необходимо, – твердо ответила. Встала, сходила к себе в комнату и отдала каталог мужчине
– Хм… знаете, – принял из моих рук буклет мужчина, – оставьте себе. Возможно, в будущем он вам пригодится.
Отложила каталог в сторону, не став спорить с лэром.
– Я дам вам пару адресов приличных магазинов предметов интерьера, – он написал на ещё одном катонном листке действительно пару строчек, – продают очень красивые вещи.
– Спасибо, – приняла записку.
– А что на счет вашего мужа, он будет выбирать мебель?
– Да, конечно. Вечером дам ему каталог. Долго ещё будут проводиться работы в доме?
– Около недели. Некоторым сортам дерева надо дать отдохнуть, принять форму перед покраской.
– Хорошо.
Мы обсудили цену конечной работы со скидкой, ссылаясь на то, что я покупаю много мебели разом. Удовлетворенно кивнула, довольная и удачной сделкой, и общением с довольно приятным мужчиной. Даже пару раз печально вздохнула, что уже без пяти минут замужем, а измен политические браки уж точно не предполагают.
С удовлетворением отметил удобство и красоту новой конюшни. К счастью, она была названа первоочередной задачей и сделали её быстро. Да и старое помещение удалось как-то использовать – не пришлось начинать стройку с самого начала, что существенно сократило время.
Все здесь было хорошо – просторные стойла, высокие кормушки, полки для инвентаря. Подвел Дану к новому месту жительства, давая ей возможность самой выбрать себе место.
Лошадь невольно фыркнула, мягкой поступью обошла все помещение, обнюхала поилки, выбирая себе место и, наконец, довольно пофыркивая, повалилась на сухое сено, катаясь по полу.
Я засмеялся, наблюдая за любимицей.
– Ну ты и вредина, – протянул я, когда она намеренно боднула меня головой, валя на стог сена, найденный на территории нашего особняка и чудом оказавшийся не испорченным. – Мне даже вычесать тебя сейчас нечем, – с сожалением протянул, наблюдая, как её хвост и роскошная грива превращаются в жуткую мешанину из кусочков травы, листьев и волос.
Дана ворчливо фыркнула, мол, не до красоты ей совсем, но всё же дала хотя бы частично вытащить сухие травинки. Переплел несколько косичек, принес воды в поилку.
На пороге конюшни показалась госпожа Мирелла, с улыбкой рассматривая меня.
– Ты идешь на ужин сегодня? – как-то напряженно улыбнулась она.
Испуганно вскинулся. Уже так поздно? Все давно уже ушли, а я тут, получается… И я так ничего и не приготовил?! Вот же..! Совсем распустился и забылся!
Резво подскочил к госпоже, прося прощения. Сердце взволнованно билось где-то в районе горла – ведь говорили же мне сестры, что теперь готовка и уборка будут целиком на мне! А я, как обычно, все пропустил!
Привычно встал на колени, глядя на хозяйку снизу—вверх, и судорожно сглотнул ком в горле. Заметил в руке у госпожи острые кухонные ножницы. Что? Волосы?
Затравленно опустил взгляд в пол, стараясь отрешиться от происходящего.
– Простите меня, пожалуйста, – склонил голову, поспешно снимая капюшон и вытаскивая волосы из—под одежды, в последний раз проводя руками по всей длине ещё пока моих волос. – Я очень виноват. Обязательно исправлюсь, – тихо прошептал, не в силах совладать со своим голосом. – Только не очень коротко, пожалуйста… пожалуйста, Мирелла… – зажмурился, чтобы не видеть этого кошмара. Не хочу знать, не хочу видеть…