Глава 13

Ужин проходил в какой-то напряженной обстановке. Эльф ерзал и постоянно опасливо косился на меня. В конце концов я не выдержала и спросила напрямую:

– Что тебя так беспокоит? – отставила кружку с чаем в сторону, желая наконец хотя бы немного понимать, что происходит.

Тяжело вздохнула, мечтательно думая о том, насколько все было бы проще, если бы я взяла и просто прочитала его мысли, узнав его лучше. Но где один раз, там и второй. К своему дару без особой необходимости и желания обоих участников лучше не обращаться. А Сиренель явно вчера показал, что не в восторге от моих способностей. Может, он вообще думает только о том, какая я страшная по сравнению с эльфийками, а я ему в голову полезу. Нет, не буду. Сначала необходимо завоевать его доверие и лучше понять его самого, а потом все остальное.

От моего вопроса эльф заерзал ещё больше, сверкнул странным взглядом, но таки выдавил из себя признание.

– Вы так и не сказали, когда мы можем обговорить мои обязанности.

Подумав, решила не откладывать это дело в долгий ящик. Время перед сном ещё есть, почему бы и не расставить все акценты сразу. Сиренель уже давно доел, так что, по сути, ждали мы только меня. Залпом допила чай, засунув в рот последнюю печеньку.

– Пойдем, прямо сейчас и обсудим, – позвала его, поднимаясь наверх, в наши комнаты.

У дверей немного затормозила, не зная, куда лучше пойти – к себе или к нему. Посмотрела на эльфа, но тот стоял с каменным выражением лица, словно не живой, и явно ожидал моего решения.

Устало вздохнула. Ладно, он к себе меня точно не звал, так что лучше пойти ко мне. Открыла дверь в свою комнату, приглашая будущего мужа пройти первым. Но он упорно стоял и ожидал, пока зайду именно я. Закатила глаза к потолку, заходя в комнату и присаживаясь на кровати. Ну, теперь-то ты не отвертишься, я хочу понять тебя как можно лучше!

– Садись, Сиренель, – похлопала рядом с собой по кровати.

Эльф осторожно уселся.

– Ну, рассказывай…

И чем больше мужчина говорил, тем сильнее у меня вставали волосы дыбом. Нет, все было вполне в рамках нормы, но просто я представила, что он делал бы всё это один в таком большом поместье… А если ещё работа? Я ведь не думаю, что он всю жизнь будет сидеть в четырех стенах нашего дома, вытирая пыль и готовя мне завтраки, обеды и ужины.

Но в целом подход к своим мужчинам у эльфиек мне понравился, хоть я и сразу отмела целую кучу обязанностей мужа. Будить по утрам поцелуями… начинание, может, и хорошее, только вот на добровольной основе, а никак не принудительно, о чем я ему сразу и сказала. Отмела ещё пару совершенно дурацких требований.

В общем, спорили мы с ним, что должен делать муж, а что нет, до самой полуночи. Сиренель оказался очень упертым и давил именно на то, что так ему завещала его Богиня леса, и это правильно, а я давила на то, что он ничерта не будет успевать, если делать все и сразу.

Короче, сошлись мы с ним только на частичной уборке дома и приготовлении пищи. И то, если не успевает, то лучше заказать, чем мучиться и переживать. Я не привередливая. Да, впрочем, иногда и сама люблю у плиты постоять под настроение.

Также договорились, что многие работы по дому мы заменим ему на работы по саду. Ещё не хватало, чтобы он паркет мне тут до блеска кверху попой отдраивал. Вызовем бригаду, и дело с концом, или ещё лучше – научу его делать бытовые заклинания.

В общем, день выдался хоть и тяжелым, но плодотворным – я все же смогла чуть лучше понять будущего мужа, а он, надеюсь, меня.

Спать я легла уже далеко за полночь и совершенно измученная.

Я снова лежал у себя в комнате и изо всех сил пытался понять – это проверка такая, или она действительно просто забывает про моё наказание? Может быть не стоило испытывать судьбу, а просто попросить? Покрутил эту мысль в голове, решив для себя, что, если она снова забудет или промолчит – завтра я попрошу.

Не то чтобы мне очень хотелось получить это наказание, но это было правильно и очень привычно. А мне бы хотелось сохранить хоть одну привычку в этом мире. Тут и так все слишком незнакомое, непривычное, совершенно другое.

Радует то, что уже достаточно скоро мы поедем вновь ко мне в страну, чтобы связать себя узами брака, и, возможно, мне удастся уговорить Миреллу немного там задержаться, перевести дух, а может быть даже разрешит взять туда с собой Дану.

Все никак не мог заснуть, ворочаясь на подушке. Распущенные волосы с непривычки мешались. Наконец, подумав о родной стране и бескрайних лесах, мечтая ещё раз прокатиться по ним с Даной, я сумел уснуть.

Утро встретило ярким солнечным лучом, гуляющим по моему носу. Поспешно встал, вспоминая, что на завтраки госпожа всё же согласилась. Она, конечно, искренне пыталась отговорить меня от готовки, но лучше я встану чуть раньше и сделаю ей приятное, чем потом буду весь день разгребать последствия её плохого настроения.

Зашел в ванную, чтобы привести себя в порядок, и со вздохом отметил растрепанную шевелюру на голове. Взял расческу, в который раз за последние пару дней продираясь сквозь густые пряди. Кто бы мог подумать, что распущенные волосы – это так хлопотно! Быстро принял душ и смазал волосы бальзамом, чтобы блестели. Тело натер сиреневым маслом, как тогда сказала сестра. Госпоже этот запах явно понравился. Я видел пару раз, как она довольно ко мне принюхивается.

Снова расчесался и пошел одеваться. На сегодня выбрал наряд в тон моих волос и глаз. Вчера были темные цвета, сегодня пусть будут светлые, посмотрим, что госпоже понравится больше. Оценил свой внешний вид в зеркале – вроде нормально.

Спустился на кухню, напевая себе под нос тихую песенку о природе, и как вкопанный остановился, даже не зная, как реагировать. На кухне у плиты стояла Мирелла, тоже что-то себе напевая и качая бедрами в такт. На столе рядом лежал венчик и кастрюля. В воздухе пахло тестом. Блины?

Ещё одно плавное движение бедрами, и я залип, только сейчас осознав, что она не просто стоит здесь и сейчас на кухне, явно готовя. Она стояла в одной ночной сорочке и босиком! А сквозь тонкую прозрачную ткань призывно проглядывало стройное девичье тело, аппетитные полушария ягодиц и округлые бедра.

Напряженно сглотнул, ощущая, как все мое тело невольно возбуждается от этого зрелища. Как не кстати! Попытался осторожно и бесшумно отойти назад, чтобы меня не заметили, и подойти заново, но более шумно – может, тогда она прикроется, и я не увижу того, что мне не позволено видеть? Но планы накрылись медным тазом, когда девушка спокойно сказала:

– Кончай рефлексировать, – приятный голосок Миреллы набатом ворвался в мое сознание, заставляя замереть на месте в испуге. – Садись завтракать. Сегодня открытие ярмарки, лучше выйти пораньше, чтобы не попасть в самую толкучку.

Девушка обернулась ко мне, держа в руках полную тарелку блинов, а я так и не смог оторвать жаждущего взгляда от её грудей, мягко очерченных шелковистой тканью. Госпожа нахмурилась, явно недоумевая, отчего я так себя веду, но я уже не мог остановиться, жадно рассматривая её тело – тонкая талия, плоский живот, милые коленки, и маленькие ступни с аккуратными ноготками на пальчиках.

Снова сглотнул, затравленно глядя на девушку. Она издевается? Специально провоцирует меня на наказание? Не придумал ничего лучше, кроме как медленно опуститься на колени, виновато поджав губы и прекратив её разглядывать.

Со стороны плиты донесся тяжкий вздох, и она повторила:

– Сиренель, садись! На стул! – сказала она, и я все же подорвался с места, выполняя то, что она хочет, недоумевая над тем, что происходит. Безумно хотелось спросить – чего она добивалась, спустившись на кухню в таком виде, но я все же предпочел промолчать, замечая, что девушка все же чем-то недовольна.

– Доброе утро, госпожа, – кое—как выдавил из себя, вспоминая о вежливости чуть ли не в самый последний момент.

– Мирелла. Называй меня Мирелла.

– Простите, доброе утро, Мирелла, – покорно повторил. Да, действительно, она уже несколько раз просила называть её по имени, а я снова забываю! Это плохо! Очень плохо!

Девушка снова тяжело вздохнула, поставив передо мной тарелку с блинами и чашку с чаем.

– Ешь уже.

Во избежание дальнейших ошибок, предпочел кушать молча и без комментариев. Глаза старался от своей тарелки тоже не поднимать. Чисто на всякий случай.

А фигура-то у неё красивая…

По телу снова пробежалось возбуждение. Черт!