Бонус 2

.

– Мама, я же уже говорила тебе, я уже выбрала мужа! – упрямо сморщила носик, отвергая очередного заумного выскочку из столицы. Не хочу я никого кроме Риналиэля и все тут! С самого детства вижу лишь одного его, а нам лишь только запрещают быть вместе, только потому что мы вроде как воспитывались как брат и сестра.

– Чара! Ты опять за свое! – возмущенно фыркнула матушка, отпивая из винного бокала немного жидкости. Папочка, стоящий тут же быстро подлил ей ещё, неодобрительно косясь на меня.

– Детка, мы же говорили тебе выбрать любого другого мужчину, – снова завел он старую пластинку. Мать одобрительно кивнула.

Закатила глаза к потолку. В глади зародилось раздражение.

– Значит Дайре можно желать себе в мужья Сиренеля, а мне нельзя Риналиэля трогать?! – соскочила со своего места.

– Чара! – зло прошипела мать, – мы уже говорили с тобой об этом!

– Говорили, – передразнила их, психуя и нервно меряя комнату шагами. – Плевать мне что вы говорили! Я все равно добьюсь своего! – наконец решилась, выскакивая за дверь и громко хлопая оной.

Надо пойти к Матери дома! Надо срочно туда почти! Только она сможет попридержать его ещё годик—другой, не отдавая никому в мужья! Нервно металась по дому выискивая эльфийку. Наконец, где-то у старых конюшен она таки нашлась, давая какие-то поручения своему фавориту, заведующему хозяйством дома.

– Бенетрис! – крикнула, привлекая её к себе внимание. Женщина удивленно обернулась, должно быть удивляясь что я такая, запыхавшаяся и растрепанная подбегаю к ней. Выпрямилась, стараясь держать ровно спину. – Бенетрис, я могу с вами поговорить? – отдышалась, надеясь, что мои родители ещё не успели обо всем договориться.

– Давай пройдем ко мне в кабинет, – она приветливо улыбнулась и махнула мне рукой. Поспешила за ней. – Я слушаю тебя, Чара, – мне предложили присесть в кресло напротив. Её муж принес нам по чашечке чая.

– Я хочу Риналиэля в мужья! – сразу огорошила её этой новостью.

Женщина к её чести даже не улыбнулась, в то время как моя матушка, когда я это ей сказала, хохотала мне в лицо практически полчаса.

– Чара. Тебе шестнадцать и ещё рано иметь мужа. А он уже подходит к тому возрасту, когда ему пора подбирать невесту.

Упрямо сдвинула брови.

– Я подожду пока будет можно! – твердо произнесла, но тут же скатилась снова в мольбу, – Ну пожалуйста! Бенетрис! – сложила руки у груди, жалостливо глядя на эльфийку. Сердце трепыхалось загнанной пташкой в страхе что мне откажут.

Мать Дома действительно какое-то время молчала, явно осмысливая что-то у себя в мозгу. Я ждала, боясь даже вздохнуть громко. Наконец, она отмерла и оценивающе на меня посмотрела.

– Хорошо. Но будут несколько условий.

Отчаянно закивала готовая ради Рина на все, что угодно!

– Первое – ты поступаешь в столичный вуз и учишься там исключительно на одни отлично! Второе – в течение следующих лет, пока ты учишься, к нему ты лезть не будешь. Вообще. Я не хочу, чтобы вы совершили глупость, из—за которой он потом не сможет сделать приличной карьеры.

Поморщилась, ощущая, как в груди распространяется горький ком, но кивнула.

– И, наконец, третье – сам Риналиэль не должен знать о нашем договоре. Если выполнишь все три условия, да и сам мужчина не сорвется в течение следующих лет, я так и быть отдам его тебе в мужья.

Тяжело вздохнула, чувствуя, как на глаза наливаются слезы. Всхлипнула носом.

– Я могу с ним хотя—бы попрощаться, прежде чем уеду? – жалостливо посмотрела на Мать Дома. Пусть она и не ответила однозначным согласием, но я на это и не рассчитывала. В любом случае это не категоричный отказ, как у моей матери.

– Можешь, – женщина кивнула.

– Спасибо, – всхлипнув ещё раз, поблагодарила. – Я буду очень стараться учиться хорошо!

– Не сомневаюсь, – мне улыбнулись.

Вышла из её кабинета сразу же попадая в теплые, надежные руки Рианлиэля, словно он меня тут и караулил уже давно.

– Госпожа, – ласково улыбнулся он, вытирая своим рукавом с моих щек влагу, – ну что вы…

Обняла его крепче как нельзя остро понимая, что возможно сейчас это последний шанс побыть с ним рядом.

– Я уезжаю учиться Рин, – снова всхлипнула, улыбаясь сквозь слезы. – Проведешь со мной этот вечер?

– Конечно, госпожа, – он нежно улыбнулся. И мы пошли в мою комнату как тысячи раз до этого делали, запираясь там и дурачась, только вот этот вечер был скорее наполнен другой атмосферой щемящей в груди грусти и отчаянием. Не моим – Рина. Он ведь думал я его забуду… Наивный…

Следующие шесть лет я буквально вгрызалась в гранит науки, стараясь быть лучше всех практически во всех областях. А приезжая на каникулы домой чуть ли не на луну выла от безысходности и того, что я больше не могу подойти с моему Рину. Он по первости попытался было со мной заговорить, но суровый взгляд Матери Дома меня остановил. Нельзя. Нельзя нам до моего выпуска.

Сам мужчина неожиданно держался, Бенетрис держала свое слово – все запросы, которые приходили на него от других домов, да и от нашего она отклоняла.

Однажды я вообще чисто случайно подслушала его разговор с одним из его друзей и потом ночь в подушку рыдала от сострадания. Он думал, что он никому не нужный! Да и про меня он даже не заговорил, наверняка уже поставив крест на всем этом, подумав, что это лишь детская влюбленность была, не больше.

Но вот годы шли, он держался молодцом, так и не скатившись в любовники, я собственно тоже действительно училась лишь на одни отлично и… вот оно! Долгожданный выпуск и возвращение домой!

Мать Бенетрис практически сразу вызвала меня к себе в кабинет для серьезного разговора. Как в старые добрые времена села напротив и уверенно улыбнулась, ощущая, как внутри все взволнованно сжимается.

– Ты молодец Чара, – похвалила она меня первым делом.

– Спасибо, – кивнула, уверенная в том, что я точно уже сделала все, чтобы заполучить любимого.

– Надеюсь ты не передумала про Риналиэля? – хитро сверкнула она глазами. – А то его возраст уже считается практически перестарком, ему пора выбирать супругу, – покачала она головой.

Нервно облизала губы.

– Не передумала! – твердо ответила, но тут же засомневалась, – а он сам, ни к кому клинья не подбивает?

Мать рассмеялась, отрицательно качая головой.

– Если ты уверена и готова взять его мужем, то можешь забирать парня, – она улыбнулась.

Нахмурилась. Да, в этом она права, но…

– Знаете. Столько лет прошло. Я хотела бы быть уверена в том, что он тоже до сих пор этого хочет, – я печально улыбнулась. Да, за эти годы я повзрослела и много об этом думала. Я не хочу его принуждать к браку со мной, делая нас обоих несчастными.

– То есть сначала возьмешь любовником? – мать хитро прищурилась.

– Да, если вы не против?

– Не против. Я могу закрыть на это глаза и предупредить жрицу если таки решитесь.

Конечно у нас есть непреложное правило, что мужчина должен жениться только девственником, но по факту, если соитие было только лишь с одной женщиной, пусть и не однократно и именно она и желает взять его мужем, то такое тоже можно. Ведь фактически до нашей первой ночи он все же им был.

– Знаешь, – Бенетрис вдруг уважительно мне кивнула, – даже если у вас ничего не получится, я все равно закрепляю решение его жизни за тобой. Ты это честно заслужила.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась. – Если у нас ничего не получится, я все равно дам ему статус моего фаворита. Я хочу, чтобы у него было уважение общины.

– Достойное решение, – кивнула женщина.

Этим же вечером я сидела в саду позади нашего дома в некогда любимой нами с Рином беседке и медленно перебирала струны лютни. На общий ужин идти не хотелось, тем более я точно знала, что его там не будет. Пришлось спуститься на кухню и узнать, что он предпочитает есть у себя в комнате в одиночестве, а не за семейным столом. Да и я как-то не хочу сейчас видеть мать, которая изначально была против наших отношений. Я её ещё не простила за тот смех.

Неожиданно кусты невдалеке зашевелились и зашуршали, а на небольшую полянку у беседки вывалились два мужчины – Сиренель и Рин, схлестнувшись в поединке на мечах. Буквально прилипла взглядом к необычайному зрелищу – обычно Сиренель не дает частные уроки никому, а тут…

– Держи локоть чуть выше, – брат остановился и подправил Рину постав, заставив поднять руку выше. Меня они явно не заметили.

– У меня не получается эта связка, – сказал Рин, пытаясь воспроизвести что-то в воздухе прыгая с ноги на ногу. Я чуть не засмеялась. Не получается – это мягко сказано!

Сиренель покачал головой, улыбнувшись. Заметила невдалеке наблюдающую за ним Дайру. Помахала ей рукой, привлекая к себе внимания и указывая на Сира. Она кивнула. Облегченно выдохнула, расслабляясь. Пусть мы с сестрой не очень-то и близки, да и не сестра она мне, но помочь друг другу готовы всегда. Не то что эта напыщенная Нина, разговаривающая только со своим отражением.

Дождалась, когда ещё один совершенно разгромный раунд для Рина закончился. Сиренель не зря носил свое звание элитного воина, да и Дайра его гоняла только так, заставляя стать ещё выносливее. И выскочила из—за кустов, делая вид что долго—долго их искала.

– Сиренель! – улыбнулась брату, приобнимая его за плечи. – А я тебя уже обыскалась! – заявила я, – тебя Дайра ищет, беги скорее!

Эльф сразу сбледнул с лица и припустил в сторону дома. Да, гоняет Дайра его все же знатно, надо будет потом подумать, как вывести его из—под её удара.

Рин же, потеряв партнера по спаррингу растерянно остался стоять посреди поляны, впрочем, опустив голову к земле, как положено.

– Добрый вечер, госпожа, – поздоровался он первым.

– Здравствуй Рин, – кивнула, с улыбкой глядя на него. Вздохнула даже не зная, что сказать. – Не знала, что ты интересуешься мечами, думала тебе достаточно магии.

Мужчина закусил губу.

– Да вот, решил, что лишним точно не будет. Госпожа Бенетрис дала свое разрешение на занятия, – решил он добавить, как будто я собираюсь ему что-то запрещать. Ведь именно она считалась его воспитательницей и отвечала за его поведение в обществе. Ну сейчас это в прошлом, но все же – он то об этом ещё не знает!

– Что ж, – подошла чуть ближе пальцами подцепляя его подбородок и поднимая голову выше, чтобы он посмотрел на меня, – возможно ты прав. Не против если я заменю Сиренеля?

Конечно мне до мастерства брата ещё жутко далеко, но меня хотя бы обучали основам.

Мужчина стушевался, но отказать не посмел. Быстро сходила до оружейной, беря свой тренировочный клинок и встала напротив.

– Нападай! – встала в боевую стойку, но мужчина не стремился даже двигаться. Удивленно глянула. – Рин, – окликнула его ещё раз, привлекая к себе внимание, – нападай!

Что же. Надо признать, что занятие вышло весьма продуктивным не только для Рина, но и для меня. В конце, вдоволь намахавшись мечами и устав как не знаю кто, мы стояли друг напротив друг и пытались отдышаться. Я отмерла первой.

– Ты уже ужинал? – спросила, наблюдая как горизонт плавно темнеет, уступая ночи.

– Нет, госпожа, – мужчина осторожно посмотрел на меня.

– Не будешь против моей компании? – улыбнулась, прикидывая где можно вдвоем вполне уединенно провести достаточно времени. По сему выходило что все же здесь, в беседке.

– Нет, госпожа, – снова односложно ответил, но мне и этого было достаточно.

– Тогда я прикажу подать ужин сюда. Встретимся через полчаса в беседке, – махнула рукой на строение.

Рин кивнул и поспешил удалиться. Я тоже времени зря не теряла. Белое длинное платье, цветы в волосах, все, в лучшем виде.

В беседку, где уже Рин дожидался меня я вплывала с видом победительницы, сжимая в руке подготовленное заранее кольцо, которое я при случае собиралась подарить мужчине. Да хотя бы за старания, давая ему обдумать мысль о том, что я хотела бы расширить наши сегодняшние отношения.

Села на свое место, под чутким и внимательным взглядом. Улыбнулась.

– Вам что-то положить, госпожа? – он всегда безукоризненно вежлив.

Указала ему на легкий салат и рыбу, дождавшись, когда он закончит с ухаживаниями и вдруг, неожиданно, задала ему вполне откровенный вопрос.

– Итак. У тебя есть дама сердца Риналиэль?

Мужчина вздрогнул и странно посмотрел на меня как-то криво улыбаясь и отводя взгляд. Я надавила.

– Я жду ответа.

Парень прикусил губу, но признался, жутко краснея.

– Я… я думал это очевидно. Но столько лет прошло, – его взгляд затравленно остановился на мне, – я хотел сказать, что все понимаю, госпожа, и не настаиваю ни на чем.

Нахмурилась не совсем понимая, о чем он.

– Что очевидно? Мне клещами из тебя каждое слово вытягивать?

Рин судорожно сглотнул, но в этот раз я не торопила. Пусть он соберется с мыслями сам.

– Я… вы мне нравились раньше. Очень, – тихо сказал он.

– А сейчас? – заинтересованно дотронулась рукой до бокала с услужливо налитым вином и отпила глоток пряной жидкости.

– И сейчас, – он покраснел, а я улыбнулась.

– Ну, хорошо, – не стала дальше развивать тему. – Ты есть то будешь? – вполне дружелюбно улыбнулась, приступая к трапезе.

Мы так и ели в тишине. Я не хотела сбивать его с его явно каких-то мыслей по поводу меня, тем более взгляды он кидал вполне красноречивые, и попутно продумывала свой следующий шаг. Посему выходило что лучше выждать, давая ему свыкнуться с тем, что я вернулась и имею на него какие-то виды. Кстати про это!

Уже когда мы вставали из—за стола, и он вызвался проводить меня до моей комнаты, уже у самых дверей, когда пора было прощаться, я все же обернулась и ласково погладила его по щеке, вкладывая в его руку свой подарок.

– Можешь считать, что я даю тебе шанс, – нежно улыбнулась ему и тут же быстро заскочила к себе в комнату с колотящимся где-то в районе горла сердца. Я сделала это! Сделала!

Счастливой улыбки и восхищения парня подарком я уже не видела, но мне это и не надо было. И я так знала, что он чувствует, являясь средней степени эмпатом.

Следующие месяцы были наполнены для меня буквально непрекращающимся праздником. Риналиэль действительно ухватился за этот шанс и безумно старался. Дом утопал в цветах, лично выращенных им за ночь с его даром природника, он выкладывал мою постель лепестками, напросившись ко мне в личные слуги, услужливо приносил завтраки обеды и ужины, гулял со мной по городу, то и дело выращивая для меня все новые и новые цветы, буквально осыпая ими. Только для меня трава была более зеленой, ветки деревьев не лезли в лицо, все вокруг моей персоны распускалось и расцветало.

Я была счастлива, порхая по дому в облаке радужного марева!

Но даже за всеми этими делами все же успела внести свою лепту на семейном совете по поводу Сиренеля, успев нашептать мужу Матери, входящему в совет, про своего брата, которого третирует Дайра. Я же видела, что он ей совсем не рад и счастлив с ней никогда не будет, а мне хотелось, чтобы меня окружали только счастливые люди!

Следующее украшение для Риналиэля я выбирала с особой тщательностью, зная, что хочу предложить ему довольно невыгодную для него сделку – попробовать стать любовниками. Все же, как бы он не старался и как бы я не порхала от счастья, я вполне отдавала себе отчет в том, что у нас может и ничего не получиться. Иногда чувства – это ещё не все, что надо.

Разговор явно предстоял тяжелый, так что я специально постаралась создать для него более интимную атмосферу, пригласив Рина в свою комнату. До этого один на один в столь интимной обстановке мы не оставались, даже не смотря на то, что это совершенно не запрещено правилами.

Мужчина волновался не меньше меня, но первым разговор не лез начинать, явно понимая, что я что-то хочу от него.

Неловко помолчала, собираясь с мыслями и перекатывая в пальцах красивую коробочку, в которой находились серьги для моего любимого.

– Рин, – наконец, решилась. Не до ночи же молчать и передала ему подарок, – это тебе, – робко улыбнулась.

Эльф плавно открыл подарок и восторженно улыбнулся.

– Спасибо, госпожа. Но… – он нервно сглотнул, – в честь чего подарок?

– Я хочу предложить тебе стать моим любовником, – выпалила сразу, не желая оттягивать неприятный момент.

Мужчина на мгновение прикрыл глаза, явно в растерянности, но затем, явно что-то решив, утвердительно кивнул.

– Я согласен, – в его глазах зажегся огонь упрямства. Он прекрасно понимал, что, соглашаясь на подобное будучи девственником, он, возможно, навсегда закрывает себе карьерный путь и, если у нас не получится, станет общедомовым развлечением. Конечно тогда он будет волен сам выбирать себе любых женщин, но мужем ему уже не стать. Если только фаворитом.

– Рин.. – начала было я, желая пояснить, но меня перебили. Мужчина сжал в своих руках мой подарок.

– Нет, госпожа. Если это все, что вы хотите мне предложить, то я согласен. Я все прекрасно осознаю и про статус, и про остальное, – в его голосе прорезались так несвойственные ему стальные нотки. Раньше я их не слышала, – я слишком долго ждал, чтобы сейчас отказываться от чего бы то ни было. Я надеюсь суметь вас достаточно заинтересовать, чтобы когда-нибудь стать фаворитом, – он преклонил колени и низко поклонился. У меня защемило сердце. Я не думала, что моё желание будет выглядеть именно так. Он все неправильно понял!

– Рин… я хотела… муж… – невнятно попыталась объяснить, растерявшись от его напора.

– Я прекрасно понимаю, что рано или поздно у вас появится и муж, – растолковал он мои слова по—своему. – Я приму это, – процедил он сквозь зубы, явно ревнуя заранее, – и почту за честь воспитать ваших детей как своих.

Беспомощно на него посмотрела. Ой, что-то я перемудрила сама себя, похоже.

Нервно встала и схватила его за плечи, желая, чтобы он разогнулся.

– Рин! Ты все неправильно понял! – вскликнула, не зная, как лучше в такой ситуации ему все объяснить, а потом решила просто сказать правду. – Ты просто не знаешь всего! – отчаянно сказала. – Ты же помнишь какие у нас были раньше отношения? – опустилась рядом с ним на колени, заглядывая в его глаза и быстро тараторя, не желая ранить сильнее. – Я хотела, чтобы ты стал моим мужем, безумно хотела! Но мне запретили! Мать Дома Бенетрис поставила мне несколько условий в числе которых было обучение и то, что до момента моего выпуска я не стану тебя трогать. Вообще никак. Ни словом, ни действием, чтобы не испортить тебе карьеру. Я тогда согласилась на все условия и честно их выполняла, чтобы в будущем иметь возможность быть к тебе ближе, – робко улыбнулась, глядя в такие родные и знакомые с детства глаза, – а сейчас, столько лет прошло, – печально покачала головой, – что я боюсь сразу в омут головой. Я предлагаю тебе на какое-то время статус любовника, а если у нас все будет хорошо, то ты станешь мужем. Если не получится – я и без того оставлю за тобой место фаворита.

Мужчина по мере моего рассказа улыбался все шире и шире.

– То есть я могу- таки стать мужем? – его лицо осветила широкая, задорная улыбка, совсем как в детстве.

– Ну конечно! Я не стала бы предлагать тебе что-то меньшее! Я не для этого шесть лет училась в столичном вузе! – нежно улыбнулась. – Мать Бенетрис обещала поговорить со жрицей, чтобы отменить проверку в случае чего.

– Вы не пожалеете! – он вскочил на ноги, поднимая меня за собой.

Герань, стоящая на моем окне, вдруг расцвела буйным цветом. Я засмеялась.

– Я надеюсь на это, Рин…

И да, он действительно безумно старался и ночью в постели, раз за разом доставляя мне удовольствие и днем в свободное от его работы время, заставляя природу вокруг меня распускаться и благоухать.

И как я могла отказать ему в свадьбе если я была окончательно и бесповоротно счастлива только лишь с ним? И да, я также была рада и за Сиренеля, моего любимого младшего братишку. Он заслужил своей счастье с этой человечкой. Она показалась мне хорошей девушкой и искренне любила мужа, уж я-то, эмпат, чувствовала! Ну а то, что она иностранная шпионка, так это было даже забавно. Между нашими народами давно мир и я не вижу смысла в том, чтобы устраивать бучу из—за какой-то нелепой мелочи. Ну а другим, другим мы не скажем!

– Госпожа! – окликнул меня муж, вырвав из потока воспоминаний. Мне на колени приземлился огромный букет белых редких лилий. Только Рин мог ночь не спать, чтобы вырастить их для меня. Нежно погладила по лепесткам ароматных цветов. – Вы ничего не хотите мне сообщить? – муж лукаво улыбнулся, кося взглядом на мой пока ещё плоский живот и счастливо улыбаясь.

Я, ласково улыбнувшись, покачала головой. И как только узнал, я же только сегодня ходила к знахарке проверить свои подозрения, ещё даже сама осознать не успела!

– Ну раз уже ты все равно все знаешь, будущий папочка, – хмыкнула, откладывая букет в сторону, чтобы не помять редкую красоту, – иди сюда и помоги своей жене кое в чем, – игриво приподняла подол платья, недвусмысленно намекая на обоюдоприятное времяпрепровождение.

Рин счастливо засмеялся, подхватывая меня на руки и усаживая на стол беседки, в которой я от него пряталась, ожидая пока он закончит свою работу на соседнем участке. Его губы мягким облаком опустились на мои, заставляя задыхаться в удовольствии совсем как тогда, ещё в первый раз, когда мы поцеловались в уголке будучи нелепыми подростками, прячась от взрослых.

Его руки мягко и нежно легли на мой живот, поглаживая сквозь ткань платья кожу.

– Вы воплощение моей мечты, госпожа, – тихо пробормотал мужчина, не в силах выразить то, что он сейчас чувствует, другими словами. И я его понимала.

– А ты моей, – прижала его голову к своей груди, чувствуя, как мягкие шаловливые губы мужа уже начали наш совместный и далеко не последний на сегодня танец страсти, – мне даже думать больно, что тебя бы могло не быть в моей жизни! Я люблю тебя! – растрепала его идеальную прическу, в который раз нарушая установленные нашей общиной правила. Но нам обоим сейчас было плевать на них.

Не имеет значения где мы и какие правила устанавливает мир вокруг нас, главное то, что мы несем в своем сердце…

Конец.