Глава 17 — Найди то, сама не зная что

Если коротко описать Ад, то получится — пеклище. Он будто сильная и независимая, одинокая склочная женщина. Ей все должны, а кто не должен, тот наркоман и проститутка. Жителям Ада жилось не то чтобы плохо, с этой самой женщиной, но хотелось бы лучше.

Пришел в Ад — страдай.

Вот и сейчас перебравшись на полуржавом корыте, именуемом паром, через реку Стикс с едва трезвым капитаном в лице глубокого запойного старца Харона, они, приближаясь к порту первого круга — Лимб. Тот самый круг, где по слухам обитали души некрещеных младенцев и праведных нехристиан в вечном унынии. Но когда Наташа ступила впервые на серый, потрескавшийся асфальт, то поняла, что самые унылые тут черти, которые точно муравьи сновали в разные стороны, периодически хмуро оглядываясь и недовольно морща пяточки.

— Ну, вот и первый круг. Это считай — провинция. Здесь всякие чахлые заводики по производству бальзамов из нытья самых унылых добродетельных нехристиан, несколько домов малютки для некрещенцев и пара подсобных хозяйств, там нехристиане вздыхают круглыми сутками, повышая бюджет на страдания, — радостно объявил Велиал, обводя рукой пятиэтажки из серого кирпича. Вдали виднелся темный едкий дым из высоких труб одного из упомянутых заводов. На всех улицах были развешены агитационные плакаты с призывом исполнить свой гражданский долг и проголосовать, а на огромном рекламном щите то и дело мелькал лик Люцифера, а затем бегущей строкой проплывали строчки из его политических лозунгов.

«Сильный лидер — сильная адская держава»

«Правитель всегда только один!»

И прочие зазывные слоганы. У одного из таких щитов стояли два престарелых черта и старая суккуб, которая недовольно поджимала губы, чуть трепыхая огромными кожистыми крыльями и стуча клюкой кроша и без того разбитый асфальт в пыль, чуть притопывала копытом.

— Ты за кого голосовать-то будешь, Бонифаций? — поинтересовался шепеляво один из чертей, тот, что повыше. Бонифаций потер почти лысую макушку с редким пушком между остроконечных длинных ушей и нетерпеливо дернул хвостом.

— За Асмодея! — решительно заявил, и тут же суккуб возмущенно подпрыгнула, да так, что ее строгий пучок чуть растрепался под цветастым платком.

— Да как можно! Он же предатель и рецидивист! Он обещал лишить нас пенсий!

— Не пенсий лишить, дура старая, а дать пенсионерам возможность заменить пенсию на проживание в пансионате для престарелой нечисты. С комфортом, пытками грешников и возможностью выезжать на природу порыбачить, — возмутился тут же черт, второй недовольно нахмурил кустистые уже тронутые сединой брови и покачал рогатой головой.

— Нет уж, к этому мы хоть привыкли. А Асмодей он что? Молодой еще, зеленый. Если не Люцифер, то кто?

— Вот, правильно говоришь, Аркан, — закивала суккуб, потрясая огромным мешком, набитым чем-то похожим на картошку, — я вот с дачи еду, пять кило везу. Места в транспорте никто не уступает, молодежь совсем обнаглела и Асмодей этот такой же — неуступчивый. В Раю стажировку проходил, а там чему научить могут? Тьфу, — она сплюнула на землю, отчего та вспузырилась, задымившись, — видели, вчера показывали в шоу на государственном Тринадцатом канале? Парад Радужных у них прошел! Видите ли, выступают за права тех, кто жаждет носить цветную одежду, а не только белую. Совсем сбрендили эти ангелы со своей толерантностью.

Наташа закатила глаза, шагая мимо бурчащей троицы, периодически слыша то тут, то там обсуждение вчерашних новостей на Тринадцатом канале в ток-шоу «Демоны покажут», о том, как падают моральные ценности Рая. Рядом стайка молодых суккубов и инкубов пересказывали друг другу очередную серию «Адского дома 2», мимо прошли фурии, одна другой жаловалась на мужа.

— Ты представляешь, этот рогатый хвостоносец сказал мне, что я транжира! Мол, денег и так нет, а я их на всякую фигню спускаю. А я что виновата, что он так мало зарабатывает? — искренне недоумевал она, то и дело трясся свою измученную подругу, которая только качала головой.

— Ой, ладно твой. Мои чего учудили. Попросила один раз с ребенком посидеть, так они все обои разрисовали, художники, а я ведь только-только ремонт в квартире сделала. — жаловалась вторая.

— Дети, они и в Аду зло, — пробормотал Велиал, покачав головой, и невольно потер большим пальцем квадратный подбородок.

— Сказал многоженец, — фыркнула Наташа, следуя за Веней прямо к порталу, ведущему на второй круг, который располагался на главной площади. Через него, как через таможню в России, проходить надо было по документам и разрешению на переезд с последующей регистрацией места жительства. Хотя бы временного, потому что гастарбайтеры из всех уголков Ада жаждали уехать из провинциальных кругов, отдаленных от властьимущих, где были самые желанные рабочие места и большие возможности. К тому же в последнее время желающих переселиться на главный девятый круг или хотя бы на восьмой с седьмым стало много, а вот сами круги резиновыми не были.

— Кстати, а где меня поселят? На седьмом или восьмом круге? — поинтересовалась Наташа, и Веня дернулся, качнув головой.

— На пятом, — коротко отозвался, а девушка скривилась. Отлично просто — поселять в круг, где обитают лентяи и психопатичные истерики, отрабатывающие наказание в болотистой местности. Комары, повышенная влажность и кругом одни бездельники. Что там чертям делать? Только смотреть, как сидят грешники по шею в болоте, да комаров со стрекозами гонять.

— Не поеду я на пятый, охренел?! — возмутилась Наташа, топнув ногой и резко остановившись, прекратив катить чемодан, — там же делать нечего. Тогда уж лучше на третьем, там хотя бы кругом Макдаки.

— На третьем тебе не понравится, там черти вместо говядины сою в котлеты кладут и прочую живность, что по подвалам бегает, — фыркнул Велиал, остановившись и поворачиваясь к девушке, — да и стоны обожравшихся грешников не впечатлят. Валяются там, стонут, подняться не могут и все едят. Оно тебе надо с чревоугодниками и чертями-философами, жить, которые кассирами работают да продавцами шаурмы?

— На четвертый? — с надеждой спросила Наташа, и Веня закатил глаза к алому небу с двумя солнцами.

— А там тебе мигом всучат кредит, там же одни жадины. Банки кругом, казино, а с ними по соседству коллекторные адские конторки. Хочешь получить ипотеку, потом бегать по углам от бесов-мордоворотов?

— Не буду я кредит брать, — возмутилась Наташа. Вновь хватая ручку чемодана и катя его к порталу, где уже виднелись проверяющий документы недовольный Минос, недовольно зависший над землей точно карающий перст, когда у одного из проходящих что-то зазвенело в чемодане от металлоискателя.

— Запрещенные товары из Рая есть? — недовольно бубнил судья проклятых, а Наташа вновь отвернулась к Вене, встав в длинную очередь.

— Там все берут. Причем кредитками, — ответил Велиал, уверенно, отчего Тараканова загрустила.

— А на втором у вас что? — вскинула брови девушка, и Веня насупился недовольно.

— Квартал красных фонарей, клубы бдсм-досуга и стриптиз-бары. Там же похотливые грешники. Неверные мужья, жены и любовники. И все страдают от плеток.

— А точно, — закивала Наташа, глядя, как сокращается очередь. Она невольно бросила взор на украшающего флажком ближайший фонарь черта и удивленно покосилась на Князя Тьмы.

— У вас, что опять праздник?

— Так у нас 200 дней в году праздник, — похвалился Велиал, от гордости выпятив грудь, — самое большое количество праздников наше. Завтра день Бугимена.

— Кого? — вскинула брови девушка, а Веня вздохнул.

— Вот ничерта ты не знаешь, а жить тут собралась. День Бугимена — всемирный день пугалок и ночных вылазок на землю, чтобы распугивать детишек. Люцифер учредил в честь своего питомца Буги. А потом адский субботник, затем День адского труда, после… — Наташа перебила его, понимая, что Велиал собрался перечислить ей все праздники календаря. А их там за сотню точно наберется.

— Все-все, ясно, — кивнула, наклонив голову, — а почему мне на седьмой хотя бы нельзя?

— Ой, — Веня махнул рукой, вновь вздыхая, — понимаешь, моя пятая жена, как раз та, что на восьмом, прознала, что у меня есть любовница. А через нее узнала о третьей жене с девятого. Та вскладчину с пятой узнала о четвертой, и вся эта троица неведомым образом выяснила, что у меня еще есть вторая жена с седьмого! И это еще хорошо, что они все не узнали о первой, иначе дорогая бы мне рога отпилила, потому ты селишься на пятом, чтоб не дай бог не прознали еще и о тебе, — фыркнул Велиал, а пока Наташа переваривала эту сложную схему, наступила их очередь. Сгрузив чемоданы на ленту, девушка дождалась, пока Велиал протянет документы и дернула его за рукав пиджака.

— А на шестом? — спросила, когда демон обернулся.

— С баптистами да свидетелями Иеговы жить собралась? — ужаснулся тот, а сама Тараканова, поняв, что ляпнула, тут же замотала головой.

— Не-не, тогда уж лучше болота!

— Там кстати уже есть вай-фай, все перестроили, а на окнах в домах антикомариные сетки, так что все хорошо, — заверил ее Демон.

Наташа его уверенности не разделяла и, шагнув в портал, оказалась посреди кричащих неоновых вывесок, размалеванных суккубов, инкубов, которые подгоняли плетками стонущих грешников, запряженных в карету, и задумчиво пожевала губу.

— Может, надо было в Чистилище проситься? — пробормотала невольно, на что позади нее раздался короткий смешок. Мимо прошествовала развеселая компания пьяных младших демонов, то и дело хватающих за прелести проходящих мимо игриво виляющих бедрами гарпий.

— Ты что, собралась к этим трудоголикам? Все знают, что в Чистилище только и имеют, что подделки штамповать, да помирать от переработок, — фыркнул демон.

— Зато у них там все налажено, — буркнула Наташа, — уже давно впереди всех в техническом плане ушли, роботехника и прочие прелести. Древняя культура, кругом суши-рестораны, вежливые официанты, вышколенный персонал.

— И все на одно лицо, — перебил девушку Велиал надменно, а Наташа закатила глаза.

— Ты расист!

— Мы, конечно, с Чистилищем неплохо ладим и даже позволяем им строить у нас заводы, но они же поддержали Рай в санкциях против нас, потому нечего там делать. Хитрые маленькие двуличные нейтралететники, — отрезал демон. — Кстати, Рай им по самые корни деревьев Эдемского сада должен. Это так, к сведению. Нет им веры, вообще.

Наташа только вздохнула, двинувшись демоном, стараясь не потерять его в пестрой толпе, размышляя над своей унылой судьбой. И почему у нее все вечно, не как у нормальных людей? Или хотя бы муж?

Выудив из кармана ангелфон, девушка быстро открыла чат, видя сообщения от девчонок с вопросами о переезде. Похоже, слухи распространяются быстро. Интересно, ее кто-то видел или вернувшийся Гордей всем сообщил такую новость? Открыв недавнюю переписку с Гордеем, девушка заметила зеленый кружочек, оповещающий о том, что собеседник онлайн, но никакой активности с его стороны не было. Он не писал, даже не звонил. Вообще что ли не волнуется? Хоть бы спросил, куда деть ее вещи!

Она быстро принялась печатать, ругаясь, когда значок 4G сети пропадал.

Nata_Tarakan: «Не трогай мои вещи, я за ними вернусь *угрожающий*»

Nata_Tarakan: «И не вздумай поселить в номер свою курицу, я не для того ладаном все обкуривала, чтоб она там флюиды свои распространяла»

Nata_Tarakan: «Але!! Типо мы обиделись? Ничего так, что я тобой разговариваю, стрелочник?!»

Долгожданный значок карандашика появился, а сама девушка в ожидании сжала крепче пальцы, продолжая вышагивать за Велиалом вдоль улицы к следующему порталу.

Горгей: «Я занят»

Наташа от возмущения задохнулась, почувствовав вновь поднимающееся из глубины раздражение, от которого пара настойчивых инкубов даже шарахнулось подальше, стоило ей бросить на них испепеляющий взор.

Nata_Tarakan: «Не успела съехать, ты уже налево покатил?»

Очередные мучительные минуты и вот долгожданный ответ, который совсем не удовлетворял.

Горгей: «По-моему мы это обсуждали, разве нет?* Ты съехала сама, я тебя не выгонял из НАШЕГО номера. А ты уже в своей голове придумала какие-то глупости. Я и правда занят, у меня отчет, давай поговорим лично? Это не чатный разговор»

В секунду раздражение достигло пика, а бешенство на скоростях достигло сознания, прерывая любые возможности конструктивного разговора даже в сетевой форме. Она чувствовала, как злость накатывает на нее, как сегодня, как тогда, когда увидела их вдвоем на сцене. Хотелось заскочить на подиум, оторвать обнаглевшую музу от парня и…

И что?

Горгей: «Наташа?»

Девушка замерла в длинной очереди, резко остановившись, и зло забегала пальцами по экрану, едва не вдавливая его в корпус, словно готовясь сломать.

Nata_Tarakan: «Да пошел ты»

Nata_Tarakan: «Поговорить ему надо, с собой поговори. Или лучше с бабами своими! У тебя отлично выходит!»

Nata_Tarakan: «мудак крылатый!!!»

Она выдохнула, шагнув вперед, когда место освободилось, убирая ангелфон подальше, дабы не соблазняться боле возможностью прочесть ответ Гордея, который тот, несомненно, напишет. Велиал с любопытством посмотрел на девушку, он словно знал, что происходит, но молчал. Может в силу опасения, а может из чистого садизма. Демоны они такие, только с виду кажутся хорошими. А на деле те еще обманщики. Хотя главной проблемой девушки сейчас был вовсе не Велиал и даже не маячившаяся перспектива поселится в кругу, полном болот и комаров.

Очередь продвинулась и вот уже Наташа шагнула к большой каменной арке сияющего водоворота портала, который проведет ее ниже уровнем. Велиал только потянулся к документам, как вдруг проговорил:

— Не ответишь? — спросил, когда телефон пискнул. Тараканова мотнула головой решительно, а сам демон пожал плечами, вновь было, протянув бумаги духу. Стоящие позади жители уезжающие зароптали, когда Веня внезапно хмыкнул, вновь повернувшись от стража портала — огромного трехголового пса, чьи слюни капали на стойку, за которой он сидел, сверкая красными глазищами, чуть порыкивая. Когда одна из голов зевнула, показав клыки, кто-то в очереди резко передумал переезжать, развернувшись в противоположную сторону. А Цербер недовольно фыркнул, наклонившись к Велиалу ожидающе.

— Отвечай, — вдруг потребовал Веня, и Наташа возмущенно засопела.

— Не буду! Давай уже документы!

— Тараканова, живо ответь, иначе дальше не двинемся! Опять будешь всю дорогу в чате, — рыкнул Князь Тьмы, и надувшаяся Наталья все же потянулась к ангелфону, доставая его и разблокировав экран, просмотрела сообщение. Глаза пробежались по тексту. Еще раз. И еще. А затем лицо покрылось пятнами от ненависти, а сама Наташа не хуже любого высшего демона прорычала, сжимая телефон и хватая ручку чемодана.

— Ну, ванильный пузан, я тебе твой лук тебе на задницу натяну, и стрелы в одно место вставлю! — взревела, бросившись назад, а Велиал с интересом посмотрел ей вслед и тяжело вздохнув, сжал ручку второго чемодана, который катил, кивая Церберу, отчего тот понимающе гавкнул.

— Женщины, — пробормотал Демон, шагнув следом за бегущей Наташей, зная, что ее не пропустят через портал без него.

Горгей: «Ладно, моя злобная ревнивая блондинка, так и быть. Сейчас позову девочек в номер, устроим оргию на кровати. Но все это ерунда, главное ты открыла мне глаза. Действительно, давно пора признать, что я безнадежно влюблен в Валерию, она такая чудесная девушка, не кричит, а главное зовет меня нормальным именем. Мы обязательно назовем дочь в твою честь, даже если сын родится — все равно назовем. Ты нам так помогла, главное там не скучай, навещай нас хоть иногда. И не забудь про крем с SPF, говорят в Аду очень жарко. Приезжай на крестины, люблю, целую, твой Горди. Пы. сы. Кстати, тут Даша заходила, просила твое платье от Валентино, а еще Мамонтов выпросил две твои помады. О, а Кокошников что-то искал в твоем ящике с нижним бельем, ты же не все забрала? В общем, я разрешил, ты же теперь съехала»