Глава 19

Всё произошло быстрее, чем ожидала Алиса. Натаниэль Баллак уже утром следующего дня стал её объектом совершенно добровольно. Девушка спустилась в холл и ждала встречи со своим новым «заданием». Наконец, он соизволил спуститься, опоздав на час:

– Какая у меня симпатичная охрана! – начал он, – Но будет ли от тебя толк? Элис, да?

– Алиса Лефрой, – поправила его Алиса.

– Аннабель говорила о тебе, – злорадно сказал он и его лицо озарило выражение, по которому можно было сказать без сомнений: если сказанное Графиней и прошло цензуру, то в любом случае носило негативный подтекст, хотя Алиса и без этого не питала надежд на расположение Аннабель Гринден, – Давай сразу договоримся: я делаю то, что хочу. У меня большие планы на гарем Герцога, а также на его погреб…

Он говорил всю дорогу до столовой, но Алиса не слушала. Она держалась на расстоянии и считала те свечи, что попадались на пути – лишь бы отвлечься от неприязни к заносчивому родственнику Графини. Он нравился ей немногим больше, чем его неприятная кузина, но от этого времяпровождение с ним не становилось легче. Она с горечью осознала, что Блэквелл не зря переспросил её о готовности принять особую службу. Это действительно было неприятно: делать то, что тебе не угодно по чьему-то приказу.

Ей приходилось повсюду следовать за Натаниэлем, куда бы он ни шел, чтобы не делал, а делал он всего несколько вещей: опустошал графины с выпивкой, сплетничал со своими знакомыми, ругался с прислугой и домогался до женщин. Ирония была в том, что выглядел он хоть и холёно, но почему-то женщины совершенно не отвечали на его интерес взаимностью, чему Алиса в душе очень злорадствовала. Причину она видела в абсолютном отсутствии мужественности.

Так прошёл весь день пятницы, а к вечеру Натаниэль вломился в южное крыло, выбрал себе хорошенькую гаремную девушку, которая легко повелась на звон монет.

– Проходи, не стесняйся, – пригласил Алису Натаниэль Баллак.

– Спасибо за приглашение, но, думаю, буду оберегать ваш покой снаружи, – аккуратно ответила она.

– Как хочешь… – он хамски улыбнулся и зашёл в комнату, – Дверь будет открыта… а то вдруг со мной что-то случится!

Через открытые двери Алиса слышала всё, что происходило между её «объектом» и его избранницей. Пыл у него был неуёмный, хотя техника барахлила от выпитого алкоголя. И как бы Алиса не мечтала о конце любовных игр Натаниэля Баллака в эти бесконечно длящиеся минуты, мужчина всё никак не унимался.

Алиса стояла в дверях этой злосчастной комнаты в то время, как к ней подошёл ощутимо нетрезвый Хозяин. Встал рядом и так же как она облокотился на стену:

– У тебя интересный день, да? – в его голосе послышались нотки издёвки.

– До безобразия, – ответила девушка и потупила взгляд, потому что в эти секунды из открытой двери донеслись очевидно наигранные крики гаремной девицы и характерный скрип кровати.

– Вообще-то ты должна не отходить от объекта ни на шаг, – заметил Лорд Блэквелл.

– Вряд ли ему нужна сейчас моя помощь и моральная поддержка.

– Задача номер один – охрана, ты должна выполнять её, несмотря на личную неприязнь.

– Ах вот в чём подвох! – фыркнула она и сурово нахмурилась, – Вы ведь знали, что опасность ему не угрожает, но что он будет вести себя так, что я захочу утопить его?

– О да, конечно знал! – у Блэквелла был очень довольный вид, – Но это способ показать тебе, что особая служба – это не только махание мечом и сцены из книг Дюма. Здесь мало романтики, которую ты ищешь.

– Похоже, что я ищу романтику?

– Ну а что тогда? Не говори слов «предназначение» и «умысел судьбы» – это всё ерунда.

– Я ничего не ищу, Лорд Блэквелл. Я приверженец того простого убеждения, что судьба сама меня найдёт.

– То есть ты ничего не ищешь?

– Нет. Знаете, первое правило, когда вы потерялись? Стойте на месте и дайте шанс вас найти, либо идите к тому, кто скажет вам где вы и объявит на весь супермаркет или подземную парковку: «потерялся ребёнок шести лет и бла-бла-бла». Если бегать искать кого-то, кто в это время ищет вас, двигаясь с такой же скоростью с вами по кругу, то большая вероятность, что вы никогда не встретитесь.

– Логично. Тогда зачем тебе это?

– Моя задача провести время с пользой. Научиться чему-то к тому моменту, как судьба меня найдёт, – она нахмурилась, – Как ваши глаза, Милорд? – попыталась перевести тему Алиса, но по-прежнему стеснялась посмотреть ему в лицо.

– Намного лучше. – веселье подрастерялось, сквозь хмель просматривались обычное сосредоточенное хладнокровие, – Зрение ещё вернулось не до конца, но я вижу, как ты краснеешь и смущаешься, – он захихикал и дыхнул на неё перегаром, – Это потому что ты хочешь туда зайти, да? Любишь подсматривать?

Алиса убийственно посмотрела на Хозяина:

– И что нового я там увижу? В Сакрале на каждом углу то и дело сношаются люди – это ведь у вас в порядке вещей.

– А для тебя это что?

– Гадость!

– Ханжа?

– Да бог с вами!

– Ладно… – он взял её за плечи подтолкнул в комнату, чтобы она видела происходящее внутри. Лорд Блэквелл и Алиса стояли теперь на пороге средних размеров комнаты для гостей, обставленной как большинство комнат этого крыла. На кресле перед книжным шкафом занимались сексом брат Леди Гринден и гаремная девица, – Хочешь, чтобы с тобой делали тоже самое?

Алиса смотрела на происходящее сквозь открытые двери, но любовников свидетели совершенно не смущали, даже наоборот: голая девушка стала вести себя вызывающе, смотря на пьяного Хозяина зазывно, а Баллак начал стараться пуще прежнего, толкаясь бёдрами в зад гаремной девицы с шумными вздохами.

– Нет, – тихо, но уверенно сказала Алиса.

– Почему?

– Потому что… – она упрямо прикрыла двери и тряхнула головой, – Ему на самом деле без разницы с кем этим заниматься, он не очень-то её хотел, просто хотел попортить ваш гарем. А она… – Алиса притворяется слишком уж неприкрыто. И думает наверняка о чём-то постороннем…

Блэквелл хитро улыбнулся и сделал ментальное усилие, после которого довольно ответил Алисе:

– Она думает обо мне. И о том, как она жалеет, что не успела выпить перед работой.

Блэквелл видел только образы двух людей, занимающихся сексом, но возбуждало его не их занятие, а то, как смущается его подчинённая.

– О том и речь: они занимаются не сексом и не любовью… это кроличьи потребности. А кролики не получают удовольствия от самого процесса размножения. Для них это чуть увлекательней, чем мне ходить за никчёмным человеком весь день. Отсюда вопрос: с чего мне хотеть так же?

– А если немного изменить сценарий?

– М? – Алиса повернула к нему голову и посмотрела снизу-вверх.

Он взял её за локоть и отвёл подальше от переигрывающих любовников.

– Если бы мужчина хотел женщину, а она получала от этого удовольствие? – он стоял сзади, но не касался её, – Представь, что они отдаются друг другу ради того, чтобы сделать партнёру приятно. Всё это время, что они занимаются сексом, они не считают секунды до конца, а молят, чтобы время не кончалось. И им действительно это нравится… – с каждым словом щёки Алисы пылали всё сильнее, хотя она и пыталась сойти за безразличного человека, – В этом сценарии нет эгоизма. Он читает её желания, а она… позволяет это делать. Ей всего лишь надо захотеть, сделать сознательный выбор! Только тогда это принесёт удовольствие. – его губы коснулись уха и прошептали обжигающе, – Представь.

Алиса закусила губу, ощущая себя неуютно. Её воображение работало более чем хорошо, потому что она прекрасно представляла именно такую ситуацию. Фантазии закружили образами, как Герцог, стоящий сзади, прикасается своей властной рукой к её талии, делает шаг вперёд, прижимаясь красивым телом к спине Алисы. У неё участился пульс, несмотря на попытки сдержать контроль над разумом и телом, но близость бешенного источника тестостерона делала усилия ничтожными. Она вдруг поняла, что он её не касается, хотя ей этого очень хотелось. Алиса поочерёдно сжимала кулаки добела, провоцируя полушария мозга к деятельности, и, наконец, магическое воздействие обаяния Хозяина начало уступать воле упрямой рабыни:

– Представила. Дальше что?

– Хочешь так? – спросил её Блэквелл, но она не ответила, а он продолжал давить.

– Вы какое-то странное удовольствие получаете от моего смущения, да?

– Сейчас ты кажешься девственницей – это очень забавно, – он издевательски хихикнул.

– Лорд Блэквелл, вы шли куда-то, наверно дела важные, да? Не опоздаете?

Слова Алисы рассмешили:

– Да, мне в соседнюю комнату, буду тоже рождать порок, вызывая румянец на щеках у таких, как ты. Я же обещал отвлечь кузину Нэйта?

– Тогда поспешите совершить свой благородный подвиг, Милорд! – она учтиво присела в реверансе, хотя хорошенький носик наморщился.

– И всё же… – он ухмыльнулся, – Ты права!

– В том, что вам пора? Определённо!

– Нет. В том, что ты не для этого бездарного обмена жидкостями, – он кивнул в сторону комнаты, где сейчас проходила финальная партия сексуальных игр Натаниэля Баллака, – Ты для тех ночей, когда не засыпают, боясь упустить хотя бы десять минут. – его долгий гипнотизирующий взгляд растекался по Алисе хмельной патокой, будто душу из тела выталкивая прямо в объятия Хозяина.

Щёки Алисы вновь залились краской, этого эффекта и добивался её Хозяин. Он смотрел на неё хитро и интригующе, не отводя глаз, взял её руку в свой горячий плен и сокрушительно медленно поцеловал, зависая губами на коже, всё так же смотря ей в глаза:

– Когда-нибудь я покажу тебе. – он сделал многозначительную паузу и поклонился, – А сейчас можешь идти к себе и отдохнуть. Натаниэль больше не твой объект, у тебя будет новое задание, – его глаза смотрели на неё хитро, – Будь на чеку с утра, я пришлю тебе записку.

– Не смею вас больше задерживать, – сухо кивнула она, с трудом связывая слова. На простую фразу ушла прорва сил, казалось даже земля из-под ног уходит, а в голове скрежет и гул.

Медленно приходя в себя, Алиса и сама теперь уже не вполне трезвой походкой брела к себе, ведя пальцами по стенам бесисленных коридоров. Ей показалось, что Хозяин не столько пьян, сколько просто в хорошем настроении, а ходить по нервам людей, испытывая их – просто его хобби.

– Вот и приди в себя, дурочка. – ругалась себе под нос, пытаясь стряхнуть морок и избавиться от томящих ощущений в теле.

Она даже не придавала значения тому, как весь путь до спальни назойливо чесались знаки Лимбо на запястьях.