Глава 26

Заведение Майло Тэйрэла было очень неплохим по оценкам Лорда Блэквелла. Сытые зелёные глаза скользили по симпатичным девушкам, которые среди ночи не просто так забрели в злачное местечко, полное состоятельных мужчин. Вообще-то девушки и правда казались красивыми, вот только отторгали своей доступностью. Что касаемо официантов в кожаной форме, так и вовсе вызывали одно отвращение. Блэквелл жутко мечтал очутиться дома в своём кабинете в спокойной обстановке, чтобы почитать или взбодрить клавиши фортепиано, но увы – долг обязывал быть здесь.

– Блэквелл, не обессудь, но твоё предложение больше попахивает ультиматумом – нет, я на это не пойду. Я не могу и не хочу жертвовать тем, что имею, ради твоих «высших целей».

– Ты знаешь, что я предлагаю всего раз, потом у тебя просто не будет выбора, всё просто! И будь ты так умён, как из себя строишь, Тэйрэл, согласился бы.

– Ты не на своей территории, чтобы угрожать мне!

Блэквелл сканировал каждую официантку в поисках своей подопечной, но тщетно. Зато он увидел довольно много подозрительной магической публики, пристально следящей за ним. От виски пахло дурманом, и всё же он делал вид, что выпивает, чтобы погасить бдительность врага. За себя он не волновался, но вот за Алису… а она как назло не появлялась.

– Вот что я называю хорошим развлечением! – довольно выпалил Тайрел и хлопнул в ладоши, – Смотри, Блэквелл, ни одна из твоих рабынь с моими танцовщицами не сравнится! Они у меня гибкие, живые, прокаченные. Не то, что селёдки из Сакраля.

– Звучит как вызов. В моей коллекции есть с десяток первоклассных экземпляров, а мой «бриллиант» вообще бесценен, так что не зарекайся, – он посмотрел на сцену.

– Ты о Матильде Эванс? Она горячая штучка, насколько я слышал, но «бриллиантом» я бы её не назвал… так, циркончик! А ещё в Сакрале принято прикрывать ноги и задницы, что по мне – преступно! Зубы у девок Сакраля вообще сплошной мрак, даже член в рот толкать брезгливо.

– Ты в порту что ли себе развлечения искал, а?

– Ладно, про зубы немного перегнул, но одно разочарование, когда хорошенькая шлюшка поднимает подол, а там рыхлые телеса! – он брезгливо поморщился, – У моих вон какие ляшки – заглядение!

Блэквелл скучающе окинул кукольных танцовщиц взглядом, и вдруг чуть не подавился слюной, наткнувшись на знакомые черты. Крепкую соблазнительную попку Алисы обтягивали совсем уж короткие шорты, действуя как гипнотический ряд. Герцог невольно приоткрыл пересохшие губы и наклонил вбок голову, пытаясь примириться с такой дикой провокацией. А потом нашёл в себе силы поднять глаза на открытый плоский живот, ещё выше на бесстыдный топ, с открытыми полушариями немаленькой груди. Тонкая шея и дерзкий взгляд в маске был контрольным выстрелом в висок – Блэквелл сглотнул.

– Вот это зад, посмотри, посмотри скорей на этот зад! – Майло Тэйрэл указывал на Алису, – Мои девочки ещё никогда так горячо не танцевали! Ты посмотри, что творят! – не унимался Майло, – Ты не знаешь, что это за стиль?

Блэквелл конечно же не знал стиль, да и откровенно знать не хотел. Он хотел спрятать Алису подальше от похотливых глаз других мужчин. Чтобы смотреть самому. И не только смотреть.

Ритмичная музыка отягощалась совсем уж безнравственным смыслом. Рабыня Блэквелла умела двигаться, умела себя подать, вызвать крайне острое желание. В жизни она вела себя куда скромнее, что непременно радовало, но сейчас Герцог смотрел голодным зверем на её движения, чувствуя, что даром провёл предыдущий вечер с Матильдой, выматывая наложницу.

Задорная музыка сменилась музыкальным провалом. Софиты погасли, девушки ушли в зал, но Алиса осталась на сцене, ловя новый странный и тяжёлый ритм очередной музыкальной провокации. Ленивой походкой от бедра она двинулась к пилону, стоящему прямо около дивана, где сидели её господин с «клиентом». Она неспешно съехала вниз, перед этим облокотившись на металлическую трубу, с вызовом посмотрела сквозь маску прямо на Майло Тэйрела, от чего он непроизвольно схватился за ширинку:

– Ко мне, моя сладкая…

Другие танцовщицы ходили по залу и бесстыдно садились на колени изголодавшихся по ласкам мужчин. У последних на безымянных пальцах нередко поблёскивали обручальные кольца, но никого это не останавливало. Девушки не искали свободных мужчин – их привлекали толстые кошельки.

Алиса прогнулась в «кошечку» и из этой позы грациозно встала, медленно покачивая бёдрами, затем выждала пару мгновений и, вопреки гравитации, оказалась на шесте вверх ногами, казалось бы, ничем не держась. В этой карусели изгибов точеного тела и акробатических элементов она творила настоящую магию.

– Нельзя же так… – хрипло буркнул Блэквелл.

– У этой цыпочки звёздное будущее. – пророчил Тайрел, на что Герцог лишь фыркнул. Сцена и правда любила Алису, как и все зрители, не отрывавшие глаз от происходящего. Заслуга девушки была в том, что она не делала ничего пошлого, а поражала грацией, изгибами и леностью своих кошачьих движений. Даже самые сложные трюки не вызывали натужных ужимок или предварительной концентрации – она будто встала с постели сладко тянулась, равнодушно глядя сквозь толпу. И позволяла на неё смотреть.

Пусть голову снова оккупировали мысли о том, как уединиться с Алисой, Блэквелл всё же не упускал перешёптывания официантов и охраны:

– Тэйрэл, ты если хочешь заманить меня в ловушку, ты делай это толково, а то этот балаган просто оскорбляет! Сколько тебе за меня пообещали?

Майло нервно потёр руки:

– Ты о чём?

– Ты ведь понимаешь, что десяток ряженых охотников за головами со мной не справятся, правда? Зато я обещаю тебе кровавую резню в твоём заведении, которую ты никак не скроешь, а это значит, что этот бар, твоё «детище» будет причиной твоего банкротства. Хочешь проблем? – он испепеляюще посмотрел на своего собеседника.

– Блэквелл, давай замнем всё? Ну мы же старые приятели? Возьми девочку, развлекись, всё за мой счёт. – Майло протянул руку для рукопожатия, но Винсент его проигнорировал и обратил своё внимание на сцену, где не увидел Алису. Вмиг напрягся, а потом почувствовал на плечах ладони.

Он едва сдержался, чтобы не закрыть глаза в наслаждении. Лёгкое прикосновение пробудило волну электричества по всему телу, мужское достоинство прореагировало болезненным желанием.

Алиса обогнула диванчик и, пристально глядя в глаза Блэквеллу, оседлала его, ненароком вышибая из его ладони бокал с виски. Кривая улыбка на её губах и через секунду ласковый шёпот на ухо:

– Вы же не пили эту дрянь?

– Почему ты не приходишь ко мне так дома? – спросил он вместо всего прочего, завороженно глядя на её губы.

– А надо?

Он лишь промычал что-то нечленораздельное, пытаясь обвить девушку руками, но она уже потихоньку вставала, чтобы переместиться к Майло.

Лощеный владелец клуба манил её пальцем. Он взял её руками за точёные бёдра, развернул к себе спиной и притянул. Сделав кошачью волну всем телом, девушка легла на него сверху. Рука Тайрела нагло потянулась к её шее, разворачивая голову девушки к себе губами, а вторая скользила по её животу и ниже к бёдрам в совершенно безнравственном намерении. Алиса напряглась, но не остановила разгорячённого мужчину, а наоборот провела ладонью по его торсу, потом по груди, шее, притянула к себе за шею и их губы оказались в паре сантиметров друг от друга. Её томный взгляд пробежал по губам неприятного нового знакомого, но тут же соскользнул и встретился с таящими первобытную злость глазами своего Хозяина, сидящего рядом. Майло сделал движение к ней, закрыл глаза, но она увернулась и, сексуально потягиваясь, встала. Алиса сделала пару шагов обратно к своему Хозяину и снова оказалась на его бёдрах, только теперь он был к этому готов. И его готовность явно выдавалась, натягивая джинсы бугром.

– Детка, вернись, мы не закончили… – умолял её обезумевший Тэйрэл, ёрзая рукой по своему члену в штанах.

– Тайрел, ты обещал мне девушку. Я возьму её.

– Выбери другую.

– Нет, я возьму эту.

Блэквелл по-хозяйски положил на круглую попку девушки огромную горячую ладонь, обозначая своё намерение её не отпускать. До этого пассивный хозяин бара неудовлетворённый и злой встал со всей решительностью и подошёл к Алисе сзади:

– Блэквелл, не жадничай! – он пытался снять с Алисы шорты, что было настолько вопиюще и неожиданно, поэтому девушка испуганно вжалась в своего Хозяина, ища защиты.

– Да ты охренел!?. – рыкнул Герцог и укрыл своими мощными руками рабыню, шепча ей на ухо, – А ты думай, прежде чем мужчин провоцировать.

Герцог ногой оттолкнул наглеца прочь с искренне негодующим выражением лица. Покусится на добычу «Великого и Ужасного» было настолько недальновидно, что просто не поддавалось описанию.

Бережно прижатая к воинственной груди своего повелителя, Алиса втягивала ноздрями знакомый запах безопасности и решительности. Она знала и без слов:

– Не бойся, я тебя никому не дам. – и была в его голосе ласка, какая успокаивала по щелчку пальцев. Теперь девушка точно знала: ей ничего не грозит. Блэквелл скорее всех убьёт, чем нарушит обещание.

– Милорд, – прошептала она, не отлипая от его тела, – Мы в захлопнутой ловушке. Но её откроют на миг…

– Ну да, уже догадался. Когда её откроют?

– Какой-то лорд из Вон Райнов придёт в три, но я не сильна в именах. А ещё местные наёмники не знают, кого выслеживать. Тайрел продал информацию, но вашу персону не выдал.

– Чести ему это не делает. Приберёг козырь на сладкое из жажды наживы.

Часы на его руке утверждали о приближении злополучного часа.

– Умница, моя девочка. А теперь слушай план: раз уж наёмники не знают как я выгляжу, то давай просто потянем время. – он коварно улыбнулся и прижал Алису крепче, – Всё верно… ты уже перешла черту и теперь мы просто идём по этому сценарию. – теперь в его голосе не было издёвок, но была серьёзность, отчего Алиса обречённо сглотнула внезапно возникший комок в горле.

Его рука поползла вверх к её соблазнительной попке, вторая скользила к шее, притягивая Алису к своим губам.

Блэквелл пытался вернуть мысли к выполнению задания, целуя свою подопечную в шею. Заветный ключ был так важен, но тщетно – страсть оказалась навязчивей. Давнее желание попробовать Алису на вкус возобладало над ним и теперь он беспрепятственно трогал её там, где хотел, будто под прикрытием, но на деле лишь по велению своих желаний.

Он дышал ею, чувствуя, как под его прикосновениями, её дыхание тоже сбивается. Пусть она была напряжена, пусть не хотела идти по его сценарию, но тело реагировало, а сознание так или иначе постепенно сдавалось. И это оказалось так волнительно, что Блэквелл уже хотел плюнуть на все задания, войны и сделки двух миров.

Герцог облизнул губы и припал к её ключице. Девушка жалобно проскулила, вызывая самодовольную улыбку господина. Он и не думал, что один всхлип пробудит в нём такие дикие эмоции. Его губы осмелели, пальцы сжались на ягодице, и Алиса невольно попыталась свести бедра.

– Отомри. – велел он ласково ей на ухо, не упуская возможность ухватить зубами мочку, оставить влажный след в ямочке рядом, вернуться обратно и добавить, – Ты вроде шлюху играла, так не бросай роль.

Он не хотел давить или заставлять. Чертовски важным казалось, чтобы Алиса по доброй воле отдавалась его ласкам и дарила их взамен. Блэквелл хмыкнул разнице её поведения: на сцене она была дерзкой, ходячей провокацией и легко походила на опытную самку, в его же руках перестала дышать, сковалась и засмущалась.

И вот её рука пробежала по спине Хозяина, зарылась в его волосах, ногти очертили немыслимый узор. Девушка заёрзала на его руках, но так и не добралась до каменного бугра, так рвавшегося с ней навстречу.

Блэквелл улыбался, смотря в её глаза. Своего возбуждения не скрывал и хотел разглядеть её. А серые глаза пусть украдкой, но метались в поисках спасения – не такого как раньше: от рук похотливого владельца клуба. Теперь и герцог и его подопечная чётко знали: в его руках спасения нет.

– Сир… – простонала она, когда его губы порывисто вернулись к её шее, терзая кожу. Руки натягивали её немногочисленную одежду, блуждали по попке, возвращались по спине вверх, тянули за шею, заставляя то прогнуться назад, то припасть к мощной груди. Алиса невольно подчинялась ритму хозяйских ласк, как вдруг настигла его возбуждение, недвусмысленно упирающееся в её лоно.

Она пропустила дыхание, осознавая даже через плотную ткань угрозу. Хоязин же специально отстранился, чтобы эту реакцию уловить и подтвердить глазами:

– Сейчас я унесу тебя наверх в номер. – изрёк вердикт он. И медленно поднялся с ней на руках, будто она совсем ничего не весит. Всё время он смотрел в е глаза, абсолютно игнорируя окружавшую опасность, – Ты напугана. Моим членом. Думала, что я импотент и у меня не встанет, если на мне прыгает девушка?

– Я… допускала мысль, что такое может быть..

– Что я импотент?

– Что у вас…

– Встанет?

– Да.

– Думала о моей эрекции?

– Нет…

– Разве?

– Выходит, что… да? – её румянец стал очевидной деталью даже в полумраке клуба, вызывая улыбку у герцога, – Я думала об этом в рамках естественной физиологии половозрелого мужчины.

– Ну-ну. – будто согласился он, но в следующий миг снова припал к её шее губами, – Раз я так ужасно занят, ты пока следи за охотниками. И главное не забывай о своей развязной роли.

– Трое по пятам. Двое по коридору на пути к выходу. У чёрного входа… парочка. Нет, ещё трое, чёрт.

– А на лестнице? – зловеще произнёс он полушепотом.

– Никого… – поражённо заметила Алиса, понимая безвыходность ситуации, – Может не стоит уединяться?

– Не отвертишься. Идём наверх в номер.

Блэквелл поднимался по лестнице, прижимая Алису к себе, тело горело, внизу живота тугой узел болезненного желания, голова отказывалась думать. Ногой он открыл дверь первой попавшейся комнаты, и довольно жёстко прижал Алису к стене, сквозь её хриплый стон. Фотография в рамке на стене упала и разбилась вдребезги. Так же бесцеремонно одной рукой он взял Алису за подбородок и немного отстранился, смотря в её опьяневшие глаза – в более ярком свете он с удовольствием рассмотрел ответную похоть.

– Волнуешься… – констатировал он, – Не надо бояться.

Это был очень странный момент для Блэквелла, потому что вопреки обычным желаниям он очень хотел попробовать женские губы на вкус. Он сделал движение к ней, но она отстранилась и напряглась, в глазах появилось сомнение, которое в этот момент было чуждо Блэквеллу. Он знал, чего хотел и стремился это взять, поэтому придавил девушку к стене ещё сильнее, давая ей понять, что не спрашивает её разрешения. Тихий голос разума, потерявший силу в момент этого безумного желания, отметил про себя парадокс: женщины вечно лезли к Винсенту Блэквеллу со своими лобызаниями, что ввергало его в отвращение, но в этот раз он действительно хотел целоваться, в то время как Алиса не разрешала этого сделать, что по сути только разожгло его интерес.

– Алиса. – позвал он шёпотом, медленно сокращая расстояние между губами. На самом деле даже это довольно невинная близость их лиц будоражила, – Я поцелую тебя. Обязательно попробую…

Она нахмурилась:

– А если не понравится?

Он даже хмыкнул:

– Разве такое возможно? – он легонько ткнулся кончиком носа в её нос, вдыхая её дыхание, жар, запах… и в этом таилось что-то кроме голой страсти, некое обещание, трепет, особая важность.

Алиса побеждённо опустила ресницы, жалобно сведя брови к переносице. В этот момент обидеть её казалось так страшно и неприемлемо. И пусть она, обвивая её бёдра ногами, ощущая его возбуждение своим лоном, казалась доступной, но в её мимике и взгляде читалась невинность, страх, недоверие, которое хотелось исправить и стереть.

И вот Блэквелл дождался момент и накрыл её губы своими. Неторопливо, пробуя момент на вкус. И этот вкус не походил ни на какой другой, лишь на описание пищи богов или чего-то сродни – явно за пределами реальности. Герцог чуть прижался, чтобы через секунду отстраниться, вдохнуть, а потом уже с новым натиском, с уверенностью и обещанием наслаждения припасть вновь, раскрывая постепенно осмелевшую Алису. Она чуть впилась в его спину ногтями, выдавая нетерпение, и это стало сигналом – Блэквелл тут же жадно вторгся бескомпромиссным языком в её рот, изучая её, покоряя, лаская, доводя до дрожи в его руках.

Алиса вся сжалась, застонала, не в силах выбиться из хватки, но хозяин точно знал – она пытается сбежать лишь от удовольствия. И потому он непримиримо накатывал с новыми более откровенными ласками, одними поцелуями выбивая рваное дыхание. Она неторопливо отвечала на поцелуй, даже осмелилась прикоснуться к его языку своим, и этот момент окончательно снёс крышу герцогу. Он замер на этой ласке, давай себя на растерзание, чтобы через секунду усилить поцелуй. Тело рвалось в бой, и потому сдерживать напряжённый член в джинсах стало за гранью реальности. Блэквелл качнул бёдра и вжался ими в Алису, выбивая ошеломлённый стон. Снова толчок приятный до скрежета в зубах.

– Пойдём на кровать…

– Милорд… – взмолилась она хриплым голосом, – Не надо.

И в этот миг дверь распахнулась.

– Ох… отбой! – крикнул охранник, увидев очень правдоподобную приллюдию перед сексом, – Прошу прощения.

Блэквелл не хотел её отпускать. Заглянул в её хмельные глаза, очертил большим пальцем разгорячённые румяные щёки и коснулся губ, которые припухли от поцелуев.

– Если на поцелуй ушло так много времени и уговоров, то что же будет с… – он мельком посмотрел на минутную стрелку и нервно хохотнул, – Стоп. Наш план тянуть время. И ты его тянула. – он снова нашёл её взгляд, чтобы убедиться в безупречной актёрской игре, – Играла?

– Вы велели роль не бросать.

– Я велел играть шлюху. И в случае успеха по этой незатейлевой роли, я бы уже застёгивал штаны.

– Проблемы с эрекцией? – огрызнулась она, ощутившая обеими ногами пол.

– Мы сейчас вернёмся домой и ты сама это можешь проверить без ограничений во времени, – вторил её манере Блэквелл, – Не шути так, Алиса. Так ты изображала недотрогу, или правда такая?

– Вы… – начала она, но он сощурился и оборвал:

– Давай-ка попробуем говорить правду с Лимбо. Правду: ты притворялась, когда я тебя целовал?

– Нет. – злобно проронила она и пихнула его в грудь, тут же почёсывая свои запястья с сигилами, – Вы ни разу не джентельмен, как я погляжу!

– Вот как? – криво улыбнулся он, – Зато я хотя бы знаю, что с тобой нужны долгие прелюдии, а не быстрый секс в подсобке.

– Видимо раньше на мне помимо рабства висела репутация Алисы-сунул-высунул-насухую.

– Ох как мы заговорили! – усмехнулся мужчина, не давая увести от себя взгляд, – Раз ты всё равно уже в бешенстве, я позадаю ещё вопросов: тебе понравилось то, что произошло?

– А что произошло?

– Не так много, как бы я хотел, и всё же уже кое-что.

– Вы не обязаны после этого на мне жениться, Милорд, – рассмеялась Алиса, – Не стоит придавать этому значения! – и прежде, чем он продолжил перепалку, она постучала ногтем по циферблату его часов, – Тик-так, лорд Блэквелл. У вас тридцать секунд. Хотя может за эти тридцать секунд вы и успеете…

– Алиса! – рявкнул он, но скрыл на деле смех, – Нарываешься!

– Через минуту ловушка снова захлопнется, надо уходить. Разве нет?

Блэквелл не без усилий отстранился от девушки, а потом взял с тумбочки светильник и кинул его в окно, разбивая стекло.

– Прошу на выход, Миледи.

На часах было ровно три утра, когда мужчина выбрался из окна первого этажа вслед за девушкой, и они стремительно двинулись к месту, откуда телепортировались из Мордвина. Он посмотрел на звёзды, закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Ты неплохо придумала, внедряясь в подтанцовку. И всё же план не сработал, – он резко повернулся к ней, – И не советую больше никогда меня дразнить, в следующий раз я могу показать, что на деле значит не быть джентльменом. – он посмотрел в её невозмутимые глаза с угрозой, – А сейчас накинь на себя что-нибудь, иначе «следующий раз» будет прямо сейчас.

Девушка закашлялась, а, восстановив дыхание, сделала руками крутящее движение от себя, растопырив пальцы. В темноте ночной улицы над Алисой появилась чёрная мантия с опушкой по капюшону, шелестя тканью и мягко легла ей на плечи. Девушка продёрнула руки в рукава, выправила длинные волосы, поверх накидки, и накинула капюшон. Блэквелл наблюдал за ней сурово, пока она не решилась спросить:

– А что этот ключ открывает?

– Тайну, которую я долгие годы разгадываю.

– Это как-то связанно с уничтожением Некроманта?

– Верно, – он в очередной раз поразился её смекалке.

– А вы уверены… – осторожно начала она, – Что готовы эту тайну узнать?

– Что за…? – нахмурился он, – Конечно готов. Ты думаешь иначе? В любом случае: не сегодня.

Она больше ничего не говорила, лишь загадочно смотрела в ночное небо, а он украдкой смотрел на неё и не знал, как себя вести. Лорд Блэквелл ужасно злился, ведь путь к этому ключу был долгим, таким долгим и непростым, что он не помнил сколько лет он посвятил поискам. Злость была невероятной, но… он снова посмотрел на девушку и гнев прошёл, уступив место смятению:

В мыслях царил хаос, думать трезво казалось совершенно невозможным. Была лишь одна навязчивая мысль, ввергающая его в шок:

«Я что влюбился?» – и в осознании сжал зубы до скрежета. Алиса стояла рядом на расстояние руки и воплощала собой его муки, смятение, страх и дикое волнение в безумной коктейле со страстью и нежностью.

Он поражённо склонил голову, искоса глядя на свою подопечную. А она всё так же смотрела на холодный свет звёзд хрустальным взглядом. Будучи на полторы головы ниже своего Хозяина, она казалась в эти секунды царственней и выше поникшего Блэквелла, который удивительного неба и сказочно украшенных улиц будто не видел.

Он протянул руку, а Алиса, с опаской взглянув, вложила свою ладонь. Миг этого целомудренного взаимодействия казался таким же будоражащим кровь, как и страстные поцелуи несколькими минутами ранее, но таил в себе обречённость и вновь воцарившуюся между Хозяином и его подопечной дистанцию.

– Домой. – хрипло сказал он, тяжело глядя на Алису, а она медленно кивнула.

– Как скажете, мой Герцог. Домой.

Они телепортировались и через минуту ловушка захлопнулась, оставляя Майло Тайрэла наедине с только что прибывшим Роландом Вон Райн, посланным либо забрать из ловушки Винсента Блэквелла, либо убить Тайрэла.