Глава 17

ГЛАВА 17

Мы с Инной нарядили елку, украсили, как могли зал. Обычно у Долянского этим занимались специалисты, но в этом году нам не повезло с новым начальством, а поэтому устроили себе праздник сами.

Наступал вечер последнего рабочего дня в этом году. Мы с Инной уже договорились встретить новый год втроем: я, она и ее парень Вадик. Тихо, по-домашнему. Без лишнего шума, которого хватало и на работе.

Два змея приползли, как только стемнело. Солнце зашло – повылезали упыри.

Оглядевшись вокруг, они остались равнодушными к нашим стараниям, а елку обошли дугой, словно вампиры чеснок. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось их похвалы. Не для них старались.

– Иди сюда, – поманил рукой второй змей Инну. Та вздохнула, отдала мне мишуру и направилась к их излюбленному столу. – Принеси чего-нибудь поесть. На свое усмотрение, но чтоб вкусно. Короче, накрой стол.

Оба выглядели уставшими и это радовало. Меньше будет сил истязать нас.

Инна по-быстрому обслужила их, отошла на безопасное расстояние.

– Может забыл про телефон? – спросила меня.

– Не думаю, – покачала головой я.

Вздохнули в унисон.

Ползучий, как ни странно, на меня даже не смотрел. Молча жевал свое мясо, глядя в тарелку. Это хорошо. Не хотелось опять кусаться с ним. Так, чего доброго, он меня однажды отметелит. Бандит же, что ему стоит?

Инна пошла убирать со стола пустую посуду, а Барха поднял на нее взгляд.

– Ну что, телефончик дашь сама? – спросил ее с ухмылочкой.

– Нет, – коротко ответила Инна.

– Ну и не надо. Я уже взял его у твоего бывшего шефа. Твой? – он продемонстрировал номер на экране своего дорогущего телефона, а Инна удивленно захлопала глазами.

– Удалите!

– С чего бы это? Буду звонить тебе по ночам, – продолжал издеваться второй змей.

– У меня парень есть! Удалите! – повысила голос Инна.

– Ой, зря ты это сказала, – прошептала я, понимая, что подруга сейчас совсем себе не помогает.

– Парень есть? – вздернул брови змей. – Ааа… Ну тогда… Буду звонить тебе чаще, – подытожил он.

Инна вернулась к стойке, едва не плача.

– Вадик меня не поймет, если этот, и правда, начнет названивать.

Я поджала губы, не зная, что ей ответить. Вариант с черным списком мы уже проходили.

– Идите сюда! – позвал нас Ползучий и мы, переглянувшись, потопали к ним. – Завтра новый год отмечаем здесь.

– Эээ… В каком смысле? Мы с Айей завтра выходные. Работает другая смена и закрываются раньше. Ну, всегда так было. Корпоративы закончились, а новогодние программы мы не ведем.

– Это раньше у вас так было, – оборвал ее Ползучий. – А сейчас будет так, как скажу я. Завтра вы выходите после обеда, так и быть, выспитесь. Новый год встречаем здесь. Всем коллективом.

– Мы против, – вступила я.

– А мне до фонаря, против ты или нет. Или соблюдай мои правила, или в следующем году ищи себе другой кабак. Правда, я сделаю так, что тебя никуда не возьмут. Даже если ты озаботишься вдруг учебой и станешь сама ресторатором.

А вот это было обидно. Уколол так уколол. Откуда он знает о моем образовании? Вернее, о его отсутствии? Вот козел бородатый.

– И зачем мы вам здесь нужны? – вздернула подбородок я, несмотря на то, что хотелось спрятать взгляд от стыда.

– Развлекать нас будете. Это первый новый год, который я буду отмечать. Мне после зоны хочется праздника. С вас фуршет и вежливые улыбки. Даже если что-то не нравится, – пристально посмотрел мне в глаза. Подлюга гадская. – Все понятно?

– Нет, не понятно. А куда нам прикажете девать своих родных, с которыми мы собирались и уже спланировали встречать новый год? – не успокаивалась Инна. Я же поняла, что никто нам вольной не даст. Узурпаторы.

– Родные – это парень, что ли? – встрял в разговор другой змей. – Придется парню перетоптаться. Праздник только для коллектива.

– Вы понимаете, что так не делается? Нельзя так поступать с людьми, даже если те на вас работают? – Инна подалась вперед и мне показалось, что она сейчас вцепится Бархе в лицо. Было бы эпично. Но опасно, конечно…

– Разговор закончен, – парировал ей змей, а я взглянула на Ползучего.

Гад сидел и улыбался. Потешался надо мной. Знал, что я не хочу его завтра видеть.

Я сощурилась и подарила ему самый злобный взгляд, на который только была способна. Но Гада это только потешило, потому что он заухмылялся еще шире.