Глава 20

ГЛАВА 20

Мы с Инной пили мало. Боялись расслабиться, дать слабину. За ней все время увивался Барха, то и дело подливая ей в бокал шампанского, хотя тот почти не пустел. В итоге Инна поставила его на столик и больше не прикасалась.

Я немного отпивала. Заглушала стресс, вызванный повышенным вниманием Ползучего. Байсаев подозрительно активизировался и всячески доставал меня своими разговорами и вопросами.

– Почему не училась? – спросил у меня, а я вздохнула и закатила глаза.

– Какая тебе разница?

– Я могу помочь. Помочь с учебой, деньгами. В этом ведь проблема? Тебе не хватает денег на образование?

– С чего такая доброта? Уж не задумал ли ты…

– Я задумал помириться с тобой. Хоть и выводишь ты меня знатно. Но что-то есть в тебе. Готов признать свою ошибку, что был… Слишком настойчивым. Готов помочь тебе. Если перестанешь огрызаться, как волчонок.

– Мира хочешь? А надо было раньше думать! Я тебя ни за что не прощу. И купить меня у тебя не получится. Я сама в состоянии заработать себе на учебу. Просто пока не готова.

– Охотно верю, – усмехнулся он. – А что с отцом не заладилось?

– Он всегда считал меня обузой! – вырвалось у меня. И зачем ответила на его вопрос? Какое его дело? И вообще, откуда он все знает обо мне? Наводил справки? Каким образом? Хотя… Бандит же.

– Зря он так. Хотя родителей надо уважать. Если ты с ним общалась так же дерзко, как со мной, то я его понимаю.

– Ничего ты не понимаешь. Я его любила. И… Люблю. Он мой папа. И останется им навсегда. Только он сам не хочет меня видеть. Да, мы поскандалили, когда я попросила у него денег на учебу. Он отказал, а я обиделась. Наговорили друг другу много лишнего и он прогнал меня из дома. Но я все равно считаю его своим отцом. Не пытайся сравнивать себя и его. Ты мне чужой человек.

– А ты мне заноза, – ответил он невозмутимо. – А помириться с отцом не пробовала, раз все еще считаешь его родным?

– Нет. Не пробовала. Он не станет мириться. Я его знаю.

– Глупо. Недальновидно. Тупо, я бы даже сказал. Ты была неправа, а я в этом уверен. Так почему бы не пойти и не попросить у него прощения? Гордыня мешает?

– Нет у меня никакой гордыни.

– Ага. А чего ж не извинишься?

– Потому что не время еще! И вообще, чего ты пристал? Какая тебе разница?

– Не люблю, когда к родителям относятся неуважительно. Ты слишком резка в высказываниях, я это уже понял. Но мне до лампочки. А вот твой отец, возможно, ждет твоих извинений.

Я задумалась. А ведь Ползучий прав. Вполне. Да и Новый год. Время чудес и время прощать. Время начинать все с начала, забыть старые обиды.

– Что замолчала? Дело говорю?

– Впервые за все время, – пробубнила я на автомате.

– Опять хамишь. Ты всех грызешь, кто тебе пытается помочь? – то ли он подпил, то ли уже привык к моим колкостям и больше не злился. Пока не злился. А может он на что-то рассчитывает сегодня? И как я сразу не догадалась? Он же планирует меня споить и снова затащить в свою постель. Не получится, товарищ Гад.

Внимание на себя переключила открывшаяся дверь ресторана. Кто-то выходил курить и забыл ее снова запереть. Все повернулись ко входу, а Инна резко отскочила от Бархи, который пристроился рядом с ней.

Пришел Вадик – ее парень.

– Здравствуйте, – поздоровался он. Вежливый. Не то, что эти неандертальцы.

– Я сейчас, – проговорила Инна и двинулась было к нему, но Барха ее остановил, схватив за запястье. Сунул ей в руки бокал.

– Ты лучше выпей. Я сам провожу гостя. Эй, парень, у нас тут корпоратив. Ты дверью ошибся.

– Вообще-то я к Инне, – напрягся Вадик.

– Вообще-то я тоже, – отрезал Барха, а Инна закрыла глаза и что-то прошептала себе под нос.

– В смысле?

– В смысле, она сегодня занята. Иди погуляй. Дверь там, – Барха указал ему на выход, а Вадик уставился на Инну.

– Ин, не хочешь объяснить, что происходит?

– Вадик, я все объясню. Ты иди пока домой. Я скоро…

– Да, она скоро вернется. Отдохнет, погуляет и вернется. С женщинами так бывает, – продолжал потешаться змей.

– Жду тебя дома! – бросил Вадик и пошел к выходу, явно догадавшись, в чем тут дело. Только не правильно он догадывался. Это не Инна решила гульнуть. Ей выхода не оставили. Если только не сбежать…

Эта идея пришла мне в голову сразу же, как только за Вадиком закрылась дверь.

Я покачала головой.

– Какие же вы… – бросила злой взгляд на Барху, потом на Гада.

– Обычные мы. Тоже хотим женского внимания. Почему нет? – невинно пожал плечами Барха. – Отдыхайте, дамы. Гуляйте, расслабляйтесь.

– Согласен, – кивнул Байсаев.

– В туалет-то нам можно сходить? – прошипела я и, схватив Инну за руку, потащила за собой.

Та плакала.

– Как я теперь ему все объясню? Вадик и без того ревнивый, а этот… этот…

– Успокойся. Объяснишь все своему Вадику, – прошептала я, толкая дверь в туалет для гостей, который находился у выхода из ресторана. Охранника у входа не было, он праздновал с остальными. – Так, сумки брать не будем. Не получится пробраться в раздевалку незаметно. Пойдем к тебе, Вадик нас впустит.

– В смысле? – округлила глаза Инна. – Мы бежим, что ли?

– Ага. Линяем отсюда. Правда, придется пройти раздетыми до твоего дома. Готова?

– Ну… наверное. А что, если они заметят?

– Это их проблемы. Не наши. Валим отсюда, – я подтолкнула подругу к выходу, мы осторожно открыли входную дверь и выскользнули на улицу. Было морозно и снежно, но нас грела мысль о победе.