Глава 14

После такого приветствия думать о чем-то светлом и радостном у меня не получалось, поэтому я не особенно удивился, увидев рядом со щекой возбужденно подрагивающего Изю. Хвост то бесшумно разевал зубастую пасть, то снова ее закрывал, вертясь во все стороны в поисках неведомого врага. Улишши тоже находились во всеоружии. Да и я был готов в любой момент сменить форму на более воинственную.

Но в доме было на удивление тихо.

– Э-эй, – на пробу позвал я, настороженно озираясь вместе с хвостом. – Говорящая голова… ты еще тут?

– Я – не голова, – немедленно отозвался тот же голос, и мне показалось, что прозвучало это чуть ли не с обидой.

– Да? А кто же тогда?

– Я – дом.

– Какой еще дом? – неприлично ступил я.

– Вот этот! В который ты, между прочим, залез без спроса! – вдруг и впрямь разобиделся голос, отчего зазвучал гораздо громче, чем в первый раз.

– Если бы ты мне дверью под зад не наподдал, я бы, может, просто развернулся и ушел восвояси, – фыркнул я, настойчиво ища собеседника. – Слушай, может, покажешься на глаза? А то ты нас видишь, мы тебя – нет… нехорошо получается.

Дом ненадолго задумался, а потом неохотно бросил:

– Зайди.

Я с сомнением покосился на бесшумно отъехавшую в сторону стенную панель, которая буквально секунду назад выглядела цельной. Затем покосился на заворчавших нуррят и, на всякий случай велев Изе следить за тылами, двинулся к открывшемуся проходу.

За потайной дверью обнаружилась небольшая ниша и уходящие вниз каменные ступени, смутно напомнившие мне лестницу в старом логове. Ступенек на ней, правда, оказалось намного больше. Я раза три успел обернуться вокруг невидимой оси, прежде чем достиг подвала. А когда ступеньки, наконец, закончились и передо мной раскинулось просторное, плохо оштукатуренное и почти пустое помещение, то озадаченно остановился.

Кроме уныло-серого цвета стен, такого же голого (пыль не в счет) пола и низкого потолка, в подвале была всего одна вещь, привлекающая внимание – стоящая у дальней стены металлическая подставка, на которой в специальном креплении возлежал на редкость крупный, искусно ограненный кристалл грязно-желтого цвета.

Я сперва подумал – бриллиант. Потом присмотрелся и с сожалением констатировал, что для полноценного бриллианта кристалл слишком мутный. Да и цвет подкачал. Но когда я подошел ближе, внимательно изучая находку, внутри кристалла ожила крохотная белая искорка, и уже знакомый голос откуда-то сверху пробурчал:

– Ну что, нравится?

Я настороженно огляделся, но простая логика подсказывала, что на глюк это не похоже, поэтому придется признать, что со мной разговаривает… камень. Вероятно, артефакт или еще какая-то штукенция определенно магического происхождения.

Я подошел к стойке вплотную и ткнул пальцем в кристалл.

– Значит, говорящая голова – это ты?

– Эй! Руками не трогать! – возмутился камень. – И никакая я не голова! Сказал же! Неужели не видишь – перед тобой управляющий магоохранительный комплекс высшего уровня, созданный на основе кристаллической структуры!

Ишь. Важный какой. Высшего уровня… да еще и со структурой… прямо искусственный интеллект какой-то. А я-то все переживал, что в этом мире маго-техника совсем не развита.

– Хм. А имя у тебя есть, умник? – поинтересовался я, уставившись на камень с еще большим интересом.

– Не… нету, – отчего-то запнулся голос.

– Как же к тебе тогда обращаться?

– Понятия не имею. Конструкцией данная функция не предусмотрена.

– Жизнь тебя к такому не готовила, да? – понимающе усмехнулся я. – Ну ладно. Магоохранительный, значит, комплекс… давай я буду звать тебя просто Максом?

Кристалл озадаченно мигнул, а потом неуверенно кашлянул.

– Ну, попробуй.

– Отлично. Итак, Макс… меня зовут Олег, и я тут, можно сказать, обычный гость.

– Обычный? – неожиданно хмыкнул кристалл. – Обычные сюда по изнанке не заходят. Да еще с такой компанией.

Я покосился на своих зверей, но те уже успели успокоиться и принялись изучать подвал со свойственным молодежи энтузиазмом. Чувствуя, что я перестал напрягаться, они рискнули оставить меня одного и расползлись по углам, настороженно все обнюхивая, рассматривая и даже пробуя на зуб.

– В первый раз вижу человека-шайена, – вдруг признался Макс, заставив меня вернуться к кристаллу. – Хотя, говорят, раньше такие встречались.

– Я тоже первый раз с искусственным интеллектом общаюсь, – сообщил я. – Хотя, может, ты и не искусственный вовсе?

– Перемещенное сознание, – с гордостью подтвердил мою догадку Макс. – Старая магия. Хозяин одно время практиковал… пока был жив, разумеется.

– Это же магия разума, разве нет?

– Она самая.

– Разве она не запрещена в Архаде?

– Теперь уже запрещена, – со вздохом согласился дом. – Но лет четыреста-пятьсот назад ее не считали запретной. Даже наоборот. Мой последний хозяин был когда-то почетным членом гильдии магов. Жил себе не тужил. Диковинки всякие создавал. Считал себя уважаемым человеком. А потом все изменилось, и он из уважаемого человека внезапно превратился в отступника. Какое-то время скрывался здесь. Потом, когда каратели стали частенько наведываться в этот квартал, решил покинуть столицу. И вот с тех пор я его больше не видел. Не знаю даже, сумел он сбежать или же был казнен на королевской площади вместе с остальными.

– И давно ты один? – спросил я, когда Макс снова тяжело вздохнул.

– Лет сто или даже побольше. В тишине да на изнанке время тянется дольше обычного. А ты чего сюда пришел-то? – вдруг встрепенулся дом.

Я пожал плечами.

– Да просто увидел тебя с изнанки, удивился: защита стоит, а в верхнем мире ничего вроде нет. Здесь я тебя прекрасно вижу, а там – только пустырь.

– Иллюзия, – не без гордости сообщил Макс.

– Да я уже понял. Просто проверить хотелось. И заодно понять, почему тебя никто до сих пор не нашел.

– Магов старой школы давно не осталось, а новым этот тип заклинаний незнаком. Стариков ведь тогда всех в расход пустили. Их книги и лаборатории сожгли. Много знаний было утеряно. Народу погибло еще больше: мастера, подмастерья, ученики… всех под нож уложили. Поэтому теперь меня могут увидеть только мертвые души, исконные обитатели изнанки, ну и такие, как ты. Шайены. Что тебе здесь понадобилось? – снова поинтересовался Макс, резко сменив тему.

Я оглядел каменный потолок.

– Да я, в общем-то, ищу где пожить. Враги… то есть каратели… сожгли, понимаешь, родную хату. В новом логове мне некомфортно. Поэтому присматриваю более удобное помещение. Тебе случайно сосед не нужен?

Дом настороженно умолк.

– Если нет, то я пошел, – на всякий случай предупредил я. – Ночь не бесконечна, к утру мне надо быть на другом конце города. А туда еще добраться надо.

– А с чего ты решил, что сможешь уйти? – у Макса вдруг нехорошо изменился голос.

Я удивленно вскинул бровь.

– А кто мне помешает?

– Думаешь, не смогу? – вкрадчиво осведомился дом, и сверху послышался шорох вернувшейся на место стенной панели. – Ты здесь один. Периметр опечатан. Без моей помощи тебе даже в холл не попасть. И еще большой вопрос: захочу ли я тебя отпустить? С ворами, знаешь ли, не церемонюсь.

Я тихо присвистнул.

– Вона ты как заговорил… я ж сказал: просто в гости зашел. Жилье ищу. Ничего другого мне не надо.

– Знаешь, сколько сюда народу в свое время пыталось пролезть? И скольких я похоронил под этим самым полом, пока сторожил хозяйское добро?

Я фыркнул.

– Да что тут брать-то? Колонны с фресками? Статуи из холла?! Благодарю покорно. Мне такой хлам не нужен.

– Хлам? – еще более настороженно переспросил дом, и в ближайшей стене открылась еще одна потайная ниша. За ней что-то сверкнуло. Затем несколько плит на потолке тихонько засветились потусторонним светом. После чего я смог более внимательно оглядеть открывшуюся кладовку и беспорядочно наваленные в ней золотые монеты, старинные кубки, покрытое пылью столовое серебро и другие предметы обихода. – Это, по-твоему, хлам?!

– Конечно, – хмыкнул я, оглядев мини-сокровищницу. – Здесь ценного всего ничего. Я бы, может, вон тот кубок прихватил, если бы был сильно голоден. Ну или вон тот медальон, он вроде со слезой Аимы, если меня зрение не подводит. А остального добра хватит от силы недели на полторы.

Макс озадаченно крякнул.

– Ты так много тратишь?

– Нет, – снова фыркнул я. – Я так много ем!

– Чего ешь? Золото?!

– Золото, серебро, жемчуг, драгоценные камни… особенно алмазы люблю. От них зубы крепче становятся. Лучше бы ты сюда стали хорошей натаскал. От нее чешуя в полноценный доспех превращается.

– К-какая еще чешуя?

Я демонстративно дернул хвостом, который в последнее время и впрямь начал менять колер с темно-серого на стальной. На все тело мне пока материала не хватало, только кости и кожу частично успел изменить. Но я упорный. Да. Сколько надо, столько и сожру.

– Ну хотя бы вот эта. Изя, ты чего зубами щелкаешь? Опять голодный? Макс, можно я у тебя займу пару золотых до завтра? А то с собой ничего не прихватил, а соседа регулярно кормить надо.

Дом молча подбросил в воздух пару монеток из общей кучи. Изя быстрее молнии метнулся вперед, прямо на лету сцапал обе. Одну тут же съел, смачно зачавкав, а вторую бережно перехватил и принес мне.

– Спасибо, друг, – благодарно кивнул и, забрав золотой молг, с удовольствием откусил от него кусок. Золото на языке приятно запузырилось, зашкворчало, словно сало на разогретой сковородке. Я слизнул с губы выступившую пену и с хрустом доел остальное. – Очень вкусно. Примесей процентов тридцать, не больше. Сейчас такого уже не найти. Сплошные подделки под старину… безобразие. Так, Макс, ты еще хочешь меня тут задержать? Или все-таки договоримся?

Дом явно заколебался, но потом в кристалле все-таки сверкнула непримиримая искра.

– У тебя сил не хватит отсюда выбраться. Защитная магия абсолютно надежна.

Я только вздохнул.

– И почему ты такой упрямый?

Макс вместо этого открыл еще одну панель, на этот раз – в полу, и мои улишши радостно зашипели, когда оттуда одна за другой полезли сонные, вяло шевелящие отростками кляксы. Не знаю, чем именно дом хотел произвести на нас впечатление, но когда нуррята с урчанием принялись пожирать мертвые души, пол у меня под ногами заходил ходуном, а с кристаллом случилась такая истерика, что по всему подвалу загуляли разноцветные блики.

– Нет! Не надо! – вскрикнул Макс, когда шесть моих проглотов одним махом уничтожили половину его поголовья душ. Кстати, наверное, тех самых, которые остались после смерти пойманных им воришек. – Хватит! Олег, прикажи им не убивать!

– Еще чего, – недобро улыбнулся я, подойдя вплотную и нависнув над панически мигающим кристаллом. А затем демонстративно плюнул на один из держателей, в лапах которых он покоился, и довольно заурчал, когда железка начала послушно плавиться. – Понимаешь, Макс… обычно я человек добрый, честный и даже сговорчивый, если, конечно, на меня не начинают давить…

– Ты не человек!

– Подумаешь, какие мелочи. Так вот, обычно я все-таки добрый. И сегодня был добрым. С утра. Шел себе мимо, заглянул сюда исключительно полюбопытствовать… но теперь меня терзает мысль: а что будет, если я поточу об тебя свои зубы? Как думаешь, моя слюна достаточно для тебя ядовита? А Изина?

Хвост демонстративно разинул пасть и со смачным чмоком присосался к краю кристалла, словно голодный питон. Пасть у него, правда, была значительно меньше моей в звериной личине, поэтому Макс туда целиком не поместился. Но судя по раздавшемуся шипению, слюни у Изи были достаточно едкими, чтобы разъело даже древний магический артефакт. А Макс – достаточно умным, чтобы вовремя сообразить, что пора давать задний ход.

– Хорошо! – завопил он, почуяв, что дело плохо. – Я не буду… не буду тебе мешать! Иди куда хочешь, бери что понравится! Только не убивай души! Иначе я… мне совсем ничего не останется!

Я удивленно отпрянул.

– Так ты ими питаешься, что ли? Как улишши?

– Конечно! – плаксиво отозвался дом и аж взвыл, когда Изя еще активнее принялся отгрызать от него кусок. – Чем мне защиту на доме подпитывать, спрашивается? Как негодяев от хозяйского добра отваживать? На все же энергия нужна! А откуда ее взять на изнанке?!

– И правда, – вынужденно согласился я. – Только от золота да с мертвецов.

– Вот именно! Золото уже к концу подходит, серебро я почти все использовал… а запас душ в последние лет пятьдесят пополнить было негде! Вон до чего я докатился: случайных гостей приманиваю, как крыс, специально делая для них бреши в защите! А все почему?! Потому что по-другому не выжить!

Я встрепенулся.

– Изь, погоди его жрать. Я тебе что-нибудь более питательное найду.

– На! – обрадованно воскликнул дом, и в нас полетел тот самый кубок, который я присмотрел чуть раньше. – И это… и вон то… все забирайте! Только уходите отсюда!

Хвост ловко перехватил добычу, умудрившись пробить иглами кубок насквозь. Улишши радостно взвыли, загоняя в ловушку последнюю, чудом уцелевшую кляксу. Слегка оплавившийся с одного боку, явственно потускневший кристалл окончательно запаниковал. А я неожиданно задумался.

– У меня другое предложение, – после недолгого размышления сказал я, мысленно попросив Ули придержать наших разохотившихся нуррят. – Макс, что ты скажешь, если я, к примеру, арендую у тебя одну из комнат наверху? Плата – один золотой в неделю. При этом мы не трогаем тебя, ты не трогаешь нас. Мы тихо уходим и приходим, никого не тревожим, а ты по-прежнему охраняешь дом от проходимцев. Все довольны, все счастливы. Согласен?

– Нет, – шмыгнул невидимым носом Макс. – Золотого в неделю мне мало.

– А сколько надо?

– Три. Тогда я защиту с иллюзией хотя бы на минимуме смогу поддерживать. А если будет еще и душа, то и до среднего уровня дотяну.

– Хм. А насколько будет надежной твоя защита, если ее включить на полную мощность? Каратели не одолеют?

– Обижаешь, – насупился Макс. – Если я на максимум выйду, сюда даже толпа карателей не пролезет. Хоть они тут всем Орденом соберутся.

Я потер руки.

– Тогда я повторяю свое предложение и предлагаю арендную плату в количестве трех золотых и двух мертвых душ в неделю. Твои запасы мы, так и быть, не тронем. Поголовье клякс восстановим до исходного уровня. Обязуемся сохранить чистоту и порядок в выделенном помещении. Взамен ты обеспечиваешь нас жильем, максимально возможным уровнем комфорта и делаешь все, чтобы наше пребывание здесь осталось тайной для посторонних. Идет?

Макс ненадолго задумался, а потом тяжело вздохнул.

– Нет. Я хозяйским добром не торгую. Нельзя мне. Я ж вроде как за сторожа тут сижу.

– Хозяин твой давно мертв. И наследников, как я понимаю, после себя не оставил. В сложившейся ситуации ты не распродаешь доставшееся тебе на хранение имущество, а делаешь что возможно для его сохранения. Разве нет?

– Ну…

– Мы не претендуем на твои сокровища. Сами что надо добудем. Еще и твою казну пополним. К тому же без нас ты по-любому загнешься. Не сейчас, так через год. Не через год, так через десять. Как только запасы подойдут к концу, так ты и исчезнешь. Правильно?

– Да, – уныло подтвердил дом. – Если не будет магии, чтобы удерживать меня внутри, я тоже умру. Ладно, уговорил. Сдам в аренду пару комнат. Но только на время, понял? И еще мне подготовится надо. Там, наверху, не прибрано совсем. Грешно в такие комнаты гостей заселять.

– Пары дней для наведения чистоты тебе хватит? – поинтересовался я.

– Если ты мне парочку новых душ наловишь, то с лихвой.

– Отлично. Малышня, дуйте-ка на охоту. А я в трактир. Собирать манатки и готовить дядюшку к скорому расставанию.

* * *

Поутру меня, как обычно, разбудил недовольный голос двоюродного братца. Чего, спрашивается, приперся? У меня, между прочим, травма. Тяжелая. Производственная. Потенциально претендующая на инвалидность. А он стоит за дверью и блажит, будто ему яйца прищемили.

– Рани! – надрывался кузен, со всей дури молотя кулаками в отчаянно трясущуюся дверь. – С каких это пор ты стал запираться?! Вставай, ублюдок! У отца для тебя работа!

Нет, ну что за паскуда, а? Я ж только пару ринов назад вернулся! Так нет же, обязательно надо было разбудить, хотя до обеда времени еще до хрена и больше!

Я с ворчанием сполз с топчана и, глянув одним глазком на изнанку, поплелся к двери. Бедная. И так на соплях держится, а этот говнюк по ней еще и ногами долбит.

– Что?! – рявкнул я, убирая от двери стул и спросонья напрочь позабыв, что должен молчать в тряпочку и втягивать голову в плечи.

Эх, поизносилась моя личина. Настоящая личность то и дело проглядывает. Точно пора отсюда линять. Причем как можно скорее.

Увидев зверское выражение на моей физиономии, Тарр едва не отпрянул. Правда, быстро опомнился, всунул мне в руку клочок бумажки вместе с кожаным мешочком, где что-то тихо звякнуло. После чего отвесил мне звучный подзатыльник, но неожиданно зашипел, потряс ушибленной рукой и, окатив ненавидящим взглядом, потопал прочь.

Мудак. Надеюсь, он себе всю лапищу отбил о мой железный затылок. А если нет, то я при случае добавлю. Ногой. Или даже двумя. Уж больно много братец успел мне задолжать.

«А вы, малышня, лежите, – разрешил я, когда такие же квелые улишши вопросительно глянули на меня с изнанки. Лежак я им давно расширил, старое ведро заменил на широкий лист раскатанного в блин железа, поэтому сверзиться со второго этажа им даже при нынешних размерах не грозило. – Тоже небось намаялись. Спите».

Зверюги благодарно вильнули хвостами, а я, отчаянно зевая и пытаясь пригладить торчащие во все стороны волосы, спустился вниз. Сбегал до сортира, проклиная начавшийся не к месту дождь. Затем перехватил на кухне немного вчерашней каши. Покрутился по дому. Но дядьку Гоша нигде не нашел – уперся куда-то старый хрен с утра пораньше. Поэтому устных распоряжений от него я не получил.

Да и черт с ним. Все равно от работы меня никто не избавит.

На улице же тем временем зарядил настоящий ливень. Вроде бы и теплый, но лужи на земле разлились такие, что впору было брать лодку и весло. А у меня ботинки дырявые. И окромя рубашки с жилеткой ничего путного из одежды не было. Что за невезуха? Жил бы я один, юркнул бы на изнанку и красота: дождь оттуда был только виден, как солнце или луна, но вот до земли призрачные капли никогда не долетали, так что даже в такой ливень я бы остался совершенно сух.

Но нельзя. По возвращении братец и остальные обязательно поинтересуются, как это я пробежался по улице, не намокнув. Да и по дороге можно нарваться на кого-то знакомого, так что лучше было не рисковать.

Нет, вообще, конечно, столице с климатом повезло. Большую часть года тут стояла теплынь и ярко светило солнце. Самый юг королевства, где снега днем с огнем было не сыскать. Правда, в то время, как в более северных землях наступала зима, в Архаде и его окрестностях начинался сезон дождей.

Я за свои полгода пребывания в этом мире столкнулся с этим явлением впервые, но память Лурра и Рани подсказывала, что теперь месяца два-три с неба будет лить, как из ведра, а часть города при этом стопроцентно подтопит, особенно если ливневка, как обычно, засорится. Какое-то время после этого в припортовых районах будет вонять подгнившим мусором и стоячей водой. Оттуда на время в более сухие части города переберутся крысы, бомжи и бездомные собаки. Ну а потом снова вернется солнце, вода спадет и все станет как прежде.

Выйдя на крыльцо и с тоской оглядев разлившееся во дворе море, я прочитал выданную кузеном бумажку и окончательно помрачнел. Черт. Топать придется в самые что ни на есть трущобские трущобы. Я там всего несколько раз бывал, да и то в личине нурра. Ночью. В сухое и спокойное время года. И то на всякие гадости насмотрелся, включая две драки, три разбоя и пять грабежей. А теперь дядька хочет, чтобы я нашел там некоего нера Доори… нет, вы слышали? Уважаемого нера! В квартале нищих! Ха-ха! Так вот, он хотел, чтобы чтобы я нашел там некоего нера и отдал ему целых четыре серебряных молга вместе с запиской, где было указано, что это оплата в счет законченной работы. Какой – не знаю, Тарр не сообщил. Но видимо, достаточно важной, чтобы за нее заплатили такую цену.

Тьфу.

Услышав за дверью шаги старшего братца, я поежился и, спрятав бумажку в карман, шагнул под дождь. Кое-как пробрался к воротам. Само собой, моментально вымок. Тихо ругнулся, провалившись одной ногой в лужу почти по щиколотку. А затем похромал прочь, старательно имитируя последствия вчерашней травмы и очень надеясь, что мне не придется это делать дольше нескольких дней.

По улице за воротами тоже бежали ручьи. Полноводные, журчащие и закручивающиеся над канализационными решетками полноценными воронками. Только благодаря им, а также тому, что столицу отстроили на холме, из-за чего улицы шли под приличным уклоном, Гоар еще не затопило целиком. Старый город, расположенный на самой вершине холма, вообще беда не затронет – какими бы обильными ни были ливни, буржуины себе ножки не намочат. А вот тот райончик, куда послал меня Тарр, в разгар сезона дождей почти всегда уходил под воду, несмотря на наличие канализации, магические насосы, расположенные недалеко от города шлюзы, о которых меня просветил старый Лурр, и выстроенные вдоль берегов Шарры дамбы.

Выбравшись с затопленной улицы и завернув за ближайший угол, я, естественно, припустил в полную силу, на ходу додумывая, как буду уговаривать дядюшку со мной расстаться. Наиболее приемлемым вариантом, на мой взгляд, была имитация еще одной травмы или болезнь. Скажем, побегаю я денек под дождем, попрошу Ули сделать и без того «травмированное» колено совсем большим и страшным. И поскольку тратиться на мое лечение дядька не захочет, то мне будет несложно превратиться из бесплатной рабочей силы в дармоеда.

Скорее всего, какого-нибудь захудалого травника в конце концов дядька Гош все-таки для меня найдет. Скрипя зубами и ежечасно напоминая себе, что мы родственники. Но как только станет ясно, что на ноги я больше не встану, меня попросту выпрут на улицу – подыхать от голода и лихорадки, которую Ули непременно мне наколдует, а я еще и раскашляюсь, как при воспалении легких. В диагнозах, конечно, дядюшка не силен, но если заплевать ему пол кровью, думаю, он всеми силами постарается от меня избавиться.

Конечно, были еще варианты – попасть под телегу, свалиться с крыши или с лестницы, а то и прилюдно нахамить ниису, если тот вдруг пожалует. Но совсем уж до крайности я доводить дело не хотел. Достаточно было того, чтобы дядька возжелал меня выгнать и больше не вспоминал, что у него когда-то был «любимый» племянник.

Так. Ну и где, спрашивается, нужный мне дом на Серой улице?

Остановившись посреди запруженной водой и всплывшим с земли мусором улицы, я закрутил головой.

А. Вот он. Предпоследняя развалюха в череде таких же старых и полуразвалившихся халуп. К слову, именно в этом мерзопакостном райончике я нос к носу столкнулся с карателем. И еще тогда удивился: неужели тут кто-то живет? Угу. А вот и сарай, в котором каратель прибил неосторожно выбравшуюся из подземелий кляксу. Мне нужен следующий домишко. Вернее, такой же грязный и разбитый сарай, у которого, тем не менее, кто-то не так давно успел починить прохудившуюся крышу.

М-да.

Ну ладно. Тук-тук. Тут ли живет уважаемый нер Доори?

Похоже, что тут: сумеречное зрение показывало наличие за стеной одного живого индивида чуть выше меня ростом и гораздо более серьезной комплекции. Деталей, правда, не различить – ни лица, ни наличия оружия, но судя по отсутствию подозрительных нитей, артефактов этот человек при себе не имел. Зато был одет гораздо теплее, чем я. Вон, даже плащ нацепил, чтобы не намокнуть.

Я просунул нос в проем, собираясь известить нера о своем появлении, но тут из сараюшки выстрелила рука в перчатке, с силой дернула меня за рубаху и буквально втащила внутрь. Одновременно с этим вторая рука легко и непринужденно всадила мне в живот сантиметров двадцать стали. И еще разок, для верности, заодно с хрустом провернув лезвие в ране. После чего меня все-таки отпустили, и знакомый до отвращения голос с усмешкой произнес:

– Тебе привет от брата, щенок. И подарок. От него же.

Я машинально прижал ладонь к животу и моргнул, увидев перед лицом окровавленный кинжал, а потом перевел взгляд на убийцу и понял все.

– Ошши…

– Ну как? Понравился подарок? – издевательски усмехнулся бывший друг Рани, отходя на шаг и откидывая с головы капюшон. – Надеюсь, ты принес деньги за работу? Твой братец обещал мне всю сумму сразу.

– Тварь! – выдохнул я, моментально припомнив их недавнее общение и подозрительно довольную морду Тарру. Но тут в темноте снова сверкнула сталь, и мне стало не до размышлений.