Глава 12. Слабоумие и отвага

Казалось бы, в Академии жизнь по расписанию, с четким распределением занятий, приемов пищи, тренировок и личного времени. Но еще ни один план на день не сработал, как нужно. Поэтому я придерживалась цели просто выжить и не попасть в неприятности. А выжить было непросто. Уже прошло больше двух месяцев с начала моего обучения на боевого мага, но из меня пока не получается ни боевика, ни мага. Я больше «гуманитарий». Жаль, что в этом мире нет такого понятия. Теория дается мне лучше всего. «История мира» и «Основы магии» мне интересны, а поэтому и проблем с ними нет. С «Расчетом магических сил» я действую в основном на автомате, четко следуя формулам, но не понимаю саму механику расчётов. Что же касается «Твареведения», это один из самых сложных предметов, но не из-за физических усилий или непонимания. Для меня сложно представить, что в этом мире существуют такие хищники – смесь животных, магии и безобразия. Такое ощущение, что животных разделали на части, закинули в общий котел, перемешали и соединили между собой. Каждый раз я впадаю в оцепенение, когда перед нами предстает новый вид твари разлома. Что же касается моих неуспехов в физическом развитии, то здесь магистр Роу прав, я не сдам нормативы для перехода на следующий курс. На физической подготовке до сих пор не могу пробежать эти десять кругов ада, сваливаюсь на восьмом. Зато на короткие дистанции и скорость я могу посоперничать с самыми лучшими парнями нашего курса. Метание снарядов и подтягивания совершенно не для меня, «у тебя очень слабые руки» – говорит физрук. Поэтому, вместо подтягиваний на перекладине, я отжимаюсь. Но это еще не самое стыдное. На занятиях по близкому бою мне не позволяют становиться в спарринг, потому как я не выдерживаю силу удара противника, даже когда ставлю блок. В мою тренировку входят отжимания и удары по груше. Изредка мне помогает мастер, и я отрабатываю силу удара на нем. Защитная и атакующая магия даются лучше, но я все время не рассчитываю силу или плохо представляю конечную картинку. Моя стихия то вырывается огненным драконом, то делает маленький «пшик». И это все на глазах у Николаса Тортона. После назначения «личным тренером», он как маньяк, следит за мной практически на всех занятиях и даже в столовой. Я все время ощущаю на себе его взгляд, это заставляет меня нервничать еще больше, из-за чего допускаю ошибки и попадаю в нелепые ситуации. У этого всего есть бонус, от Самуэля я избавилась. Да, он также с насмешкой и издевкой обращается ко мне, но его интерес полностью переключился на девушек Академии. Каждую неделю он встречался с новой. Не то, чтобы мне было любопытно, но сложно игнорировать ежедневные обсуждения за завтраком, обедом и ужином. Стефани распалялась о том, как это противно быть с таким неразборчивым типом, Бетт вела статистку количества дней отношений, поцелуев и других знаков внимания. А Эмили шипела, как кошка, на Бетт и Стефани, чтобы они прекратили столько времени говорить об этом ужасном негодяе. Однако ругалась она уже после того, как всё обсудили. Очередное обсуждение Самуэля прервало появление Кевина, Итана и Алекса. Этих парней объединило пристрастие к изучению боевых артефактов, новинок, которые используются на передовой у разлома. Как я не старалась показать свою заинтересованность «мужскими» увлечениями, ничего не выходило. Куда как интереснее с девочками обсуждать парней, разговаривать на тему исследований Бетт, хохотать с новинок в «побочных эффектах» от Стефани и просто греться в компании Эмили. – Девушки, Том, привет! У меня все готово, – громким шёпотом сообщил Алекс. – Привет, точно все? Или как все предыдущие раз десять? – немного издеваясь, спросила я, потому что примерно так начинался каждый разговор Алекса со мной. Он что-то пересчитывал, досчитывал, собирал и разбирал, и, как следствие, откладывал наш эксперимент по его артефакту «Четырех стихий». – Сегодня точно! Сразу после ужина, если нет дел, – заиграл бровями Алекс. – Мне не нравится эта идея, – Эмили всегда прямо говорила, что она против моего участия в эксперименте. Если Алекс сначала пытался скрыть подробности нашего партнерства, то его болтливость и вдохновленность выдали его план полностью. – Если не провести эксперимент, никогда не узнаешь, хорошая была идея или нет. Можно с вами? – Стефани, с ее жаждой проведения опытов, уже не раз говорила, что готова быть ассистентом. – Это может быть опасно, – отвечал Кевин каждый раз, удерживая Стефани от сомнительного мероприятия. – Ты просчитал риски? Какой процент успеха в эксперименте? – Бетт была неумолима. – Всемогущие стихии, – простонал Алекс, схватил поднос с едой и, уже уходя, проговорил, – Том, 516, приходи один, сразу после ужина. – И ты не возьмешь нас? – обиженно спросила Стеф. – И ты пойдешь? – взволнованно спросила Эмили. – Надеюсь, завтра будет кому рассказать подробно, как прошел эксперимент. И не с койки в лазарете, – спокойно проговорила Бетт. – Я читала научную статью, в которой подобный опыт закончился плачевно. – На твоем месте я бы не ходил. Во-первых, вы можете пострадать, а во-вторых, вас могут выгнать из Академии, – не прожевав еду, сказал Итан. Все нравоучения и их дружеские советы только подгоняли меня в направлении эксперимента. Злость брала от того, что лезут не в свое дело. Опасно – да, страшно – конечно, выгонят из Академии – несомненно, если узнают. Но мне было интересно создать что-то, что поможет воспроизвести технику из нашего мира, а еще, мне очень нужен был доступ в библиотеку без записи поиска в жетоне. И второе гораздо больше, чем первое, а помочь мне мог только такой же немного сумасшедший, как я. Алекс подходил на эту роль как нельзя лучше. – Пойду, – выслушав их доводы, ответила я. И, встав из-за стола, чтобы отправиться в комнату, попрощалась со всеми, – расскажу завтра все, как прошло. За последнюю неделю сильно похолодало, поэтому легкая кожаная куртка сменилась на теплое удлинение пальто. Приподняв воротник, поежилась от ледяного ветра, запустила руки в карманы и вжала голову в шею так, чтобы закрыть уши от ветра. И поспешила в общежитие по главной аллее от Академии. – Ты точно воробей, – Ник оказался совсем рядом, громко рассмеялся и взъерошил мою макушку, одиноко торчащую из большого для меня пальто. – У вас с братом это любимое место вести беседы? – ответила я, не в силах удержаться от колкости, все время хотелось цеплять Ника. – Возможно, – с улыбкой сказал тот. – С завтрашнего дня начинаем тренировки. Сразу после «Защитной магии» на полосе испытания. – Ты и расписание занятий моих выучил, надо же! Вот это заинтересованность, – продолжая быстро шагать, ответила я, – Хотя, думаю, ты выждал, когда станет еще холоднее. У вас просто с братцем разные методы «работы с людьми». – Да у тебя мания преследования, Даррен, – опять захохотал Ник и остановился, уже в спину мне донеслось угрожающе, – Не замерзнешь, обещаю. Всю дорогу до общежития внутри меня бушевал огонь, я злилась на самоуверенность Ника и его непостоянство. То он ведет себя как придурок, то в нем проскальзывает адекватность, то как маньяк следит за мной из-за угла. Просто ненормальный какой-то. Влетела в свою комнату, заставив себя успокоиться. Ведь занятия с Ником мне просто необходимы. Переоделась в тренировочный костюм и уселась на кровать, выжидая немного времени. Заодно надо обдумать условия сделки с Алексом. Мне нужен доступ к книгам без следа. Решительно поднявшись, прошла на пятый этаж, постучала в самую крайнюю дверь. Открыли почти сразу и резко втянули в темную комнату. – Наконец-то! – прокричал Алекс, я же успела уже испугаться и подумать, что меня похищают, нападают, убивают. – Почему так темно, Алекс? – проворчала я. – Погоди, сейчас включу свет, – ответил Алекс. Тут же включился свет, и я, проморгавшись, начала рассматривать комнату. Большая, просторная комната, стены были покрыты серебряной пыльцой, которая тускло поблескивала от преломленного света. Не удержавшись, я погладила стену, шершавая, оставила на ладони блестки. Рассматривая их, застыла, вспоминая обои в зале нашей квартиры с таким же эффектом. – Это вальцит – руда, поглощающая почти все последствия неудачных алхимических опытов, – вывел меня из воспоминаний голос Алекса. Он стоял посреди комнаты, на полу лежали небольшие камни с выведенными рунами в различной последовательности. – Я подготовил несколько артефактов с рунами, попробуем несколько. Мне не очень понравилось сомнение, с которым говорил Алекс. Но лучше варианта у меня все равно нет, поэтому решила сразу выставить условие. – Алекс, помнишь, ты говорил, что за помощь тебе окажешь мне ответную услугу? – Да, конечно. Все что угодно! – с жаром заверил тот. – Это очень деликатная просьба, и о ней никто не должен узнать, ни одна живая душа. – Силой, жизнью, душой! Клянусь, никто не узнает о просьбе Тома Даррена из моих уст, – уверенно произнес Алекс и нарисовал на ладони какую-то закорючку. Если честно, я только слышала о клятвах, но никогда не видела, как ее приносят. От удивления я раскрыла рот и глаза, а Алекс только засмеялся и сказал, – Эта руна молчания, теперь я никому не скажу о твоей просьбе. – А написать можешь? – отмерла я. – Что? В смысле не сказать, а написать? – ошарашенно уставился на меня Алекс, а когда я кивнула, должен был признать, – Да, формулировка не лучшая, согласен, но я обещаю никому не говорить и не писать. – Ладно, верю, – признав, что Алексу и не нужно будет никому говорить, если его напрямую не спросят. – Мне нужно кое-что найти в библиотеке таким образом, чтобы не сохранилось записи о поисках, чтении и о том, что я был в тот день в библиотеке. – Да это невозможно! – начал Алекс, но после почесал затылок и уже с улыбкой выдал, – Хотя может кое-что получиться. Я подумаю, сколько есть времени? – Время есть, но не тяни. Допустим, неделя-две, – не стала загонять его в конкретные рамки потому, что сама не знаю этих сроков, а мне нужен надежный вариант. – Хорошо, тогда давай сейчас к моим артефактам, а после я расскажу, что можно придумать. Но уже могу сейчас сказать, что задачка интересная! Алекс опустился на пол со своими заготовками, взял недалеко лежащий журнал и вписал что-то, а после принялся объяснять. – Нам предстоит зарядить артефакты с уже нанесенными рунами и закаченными стихиями воды, воздуха и земли в различной последовательности. Дело в том, что вода и огонь – это полностью противоположные стихии, и они не контактируют вместе. Вода всегда тушит огонь. Но мне представилось, что существует некая последовательность, в которой вода и огонь могут «подружиться». Начнем с десяти заготовок, они все очень маленькие, поэтому крупных последствий быть не должно. Алекс засунул карандаш за ухо и положил передо мной камушек с начерченными рунами. – Вода, стабилизатор, огонь, воздух, земля, активатор, – начал показывать на руны. – Почти все заряжены ребятами с курса, остался огонь. Давай чуть силы, вплети ее в руну. Совсем немного. Я уже потянула руку к артефакту на полу, когда в голове возник вопрос. – Погоди, почему стабилизатор один? – Потому что вода стабилизируется с огнем, это как будто «мостик» между стихиями, – ответил Алекс и карандашом подвинул артефакт ко мне. – А почему такого мостика нет между другими рунами? – было боязно трогать то, в чем не разбираешься. – Они есть, но на других заготовках, и у каждой стихии свой стабилизатор. В этом и заключается эксперимент. Я уверен, что нужна просто правильная последовательность и использование стабилизаторов и рун. – Но комбинаций может быть миллион! – озарило меня, что у нас ничего не получится в лучшем случае, поэтому с неким разочарованием добавила, – Это как кодовый замок с миллионом вариаций. – Том, я все продумал, – засмеялся Алекс, – Выписал самые редкие комбинации и малоиспользуемые руны. – То есть эти руны никто не использует? – тыкнула я в сторону стабилизатора и, дождавшись счастливого кивка Алекса, заволновалась еще больше. – Может потому, что они опасны? – Не попробуем – не узнаем, – еще ближе подвинул ко мне артефакт. – Ладно, в какую руну нужно вливать силу? – сдалась я, но мысленно вырисовывала щит для себя и Алекса, который бы защитил от стихий, выпущенных нами, в худшем случае. – Вот эту, только немного. Капельку, – артефактор-экспериментатор наклонился к заготовке так, что его нос чуть ли не касался камня. Мои руки тряслись от страха, я все еще медлила коснуться до руны, тогда Алекс рявкнул: – Не бойся! – Всемогущие стихии, Алекс, убери свой нос! Ты хочешь остаться без него? – вспылила я и тут же призвала себя к спокойствию. – Давай на раз, два, три. – Три, – выдохнул Алекс, и я дотронулась до руны. Сконцентрировав каплю силы на кончике пальца, передала ее в непонятную закорючку. Та засветилась на мгновение и потухла. Алекс подытожил: – Потрясающе! Мне же пока было непонятно, что потрясающего увидел Алекс. Мы не взорвались, уже хорошо. – А теперь активатор, руна служит так называемым включателем, тут я сам, – он дотронулся до руны, ни капельки не помедлив. Вот это вера в себя, восхитилась я. В следующую секунду все закорючки засветились матовым светом: вода голубоватым свечением, огонь – красным, земля – зеленым, а воздух – белым. Руна стабилизатора оставалась потухшей. Алекс не разочаровался ни на миг, записывая все в свой журнал. – Так, не сработало. Продолжаем, – он дотронулся до руны активатора, и свечение прекратилось. Выдал новый артефакт. – Почему стабилизатор не светился? – спросила я. – Обычно руна перетягивает часть силы из соседних рун в равном количестве, если верить формуле стабилизирующего постоянства, – ответил мне и почесал макушку карандашом Алекс. – Хорошо, давай продолжим. Мы опробовали еще пять артефактов, но ситуация была аналогичной. Мне же не давал покоя тусклый стабилизатор, почему он не работает? Ведь в нем должна была быть сила. – Алекс, погоди, давай передохнем, – предложила я главному по нашему эксперименту. – Расскажи, правильно я поняла, что не существует артефактов со стихией огня и воды? – Все верно, – очень грустно ответил тот, он уже облокотился на кровать спиной и только изредка дополнял записи подробностями. – Для всех других комбинаций воды, воздуха и земли существуют стабилизаторы, которые действуют по закону постоянства. В моей голове пронеслась безумная мысль кое-то попробовать, а именно накачать руну стабилизатора силой, что я тут же и озвучила. – Ты с ума не сходи, руна стабилизатора – это проводник, труба, мост. Как ты накачаешь его силой, если в нем нет вместилища? – постучал карандашом по своей голове Алекс. Но я уже горела внутри идеей, поэтому пока сама не увижу, то не отстану. – У тебя есть заготовка? – Алекс с подозрением посмотрел на меня. – Давай попробуем просто воду и огонь, прошу. Я сложила руки в молитвенном жесте и только губами прошептала «пожалуйста». Тот смотрел на меня как на умалишённого, но быстро сдался под моим умоляющим взглядом. – Том, да ты еще безумнее, чем я, – захохотал Алекс и с блеском в глазах предложил, – Значит так, я сейчас создаю несколько артефактов воды и огня с разными стабилизаторами, пробуем напитать силой одновременно. Начался процесс начертания рун, Алекс мотался с необходимым инструментом и заготовками по комнате, а потом вышел и вернулся с парнем. – Это Дарий, он маг воды и артефактор с моего курса. Он согласен поучаствовать с нами в эксперименте, – с широкой улыбкой сообщил тот. – У вас ничего не получится, – премерзким голосом сообщил Дарий. Мне стал резко неприятен этот тип. У него были явные проблемы с кожей, все лицо было в рубцах и воспалённых покраснениях. При этом волосы зализаны гелем, и это-то перед сном. Белая рубашка, жилетка, выглаженные брюки. Весь он выглядел не к месту и не ко времени. – С таким настроением не помогай нам, – разозлилась я и проворчала, – Лучше бы Итана позвали. – Я согласился участвовать, чтобы доказать невозможность вашей задумки. Думаете, до вас этого никто не пробовал? – сказал Дарий, а мне думалось только о том, какой же мерзкий голос у этого типа. – А что, если сработает? – сжав кулаки, спросила этого Дария. – Тогда я пробегу голым по всей территории Академии, – заржал еще более мерзким, чем голос, смехом этот Дарий. – А если нет, то бежите вы. – Идет! – в этот момент, видимо, мозг отказал мне, потому как я, ни секунды не раздумывая, хлопнула по ладони подстрекателя. – Эй, Том, ты на что нас подписал? – вспылил Алекс. – У нас все получится, – уже не так уверенно сказала я. – Ладно, потом разберемся с этим. Уже за полночь, нам нужно провести последний эксперимент, и расходимся, – сказал Алекс и положил на пол заготовку с четырьмя рунами – вода, стабилизатор, огонь, активатор. – Дарий и Том, вы вливаете одновременно силы в руны воды и огня, а после одновременно по самой капельке в руну стабилизатора. Я лишь кивнула, как и Дарий. Мы принялись за дело, усевшись вокруг заготовки на пол. По команде заполнили руны своих стихий, а после, переглянувшись с Дарием, прикоснулись к руне стабилизатора. Та никакой реакции не проявила. – Так, хватит, – скомандовал Том. Мы отстранились, а он взял заготовку дрожащими руками и прошептал на выдохе. – Теперь я. Все уставились на его палец, который медленно приближался к активатору. – Раз, два, три, – сам себе прошептал Алекс и на выдохе дотронулся до руны. Время замедлилось, сначала тускло засветились руны воды и огня, а после, мерцающим светом начала переливаться руна стабилизатора. В одну секунду Алекс откинул артефакт от себя, и из еще бывшей заготовки вылетел столб горячего пара. Артефакт подпрыгивал и катался от давления, ударялся о ножки кровати, подскочил на стол. В то же время меня и Алекса накрыл щит, а вот Дарию не повезло. Его окатило столбом пара, тот истошно заорал от боли. Мысленно приказала стихии взять под купол и Дария, тот корчился от боли и продолжал орать. В клубах пара ничего уже не было видно. Секунды растянулись на вечность, казалось, что мы умрем в этой бане. Послышалось, как треснуло стекло, настолько температура нагрелась в комнате. Наконец, артефакт пшикнул пару раз и перестал вырабатывать новый пар. На Дария было страшно смотреть. Его кожа покрылась волдырями, и он тихонько стонал. Я не спешила закрыть щит, потому как неизвестно какая температура за «бортом». В дверь заколотили, как будто стучат не впервые. – Не открывайте! Здесь очень горячо! – закричал Алекс, он испуганно пытался рассмотреть сквозь пар, в какой части комнаты мы находимся. – Дарий, держись, мы что-нибудь придумаем. В эту же секунду дверь выбили, и пар рассеялся. Сквозь тонкую стенку щита начали проявляться очертания комнаты, половицы сильно разбухли, со стены стекало покрытие, потолок надулся пузырями. – О, мои боги, – ошарашенно произнес Алекс, оглядываясь, а потом, взяв себя в руки, добавил. – Нам нужен лекарь, срочно. В дверном проеме стоял Уильям Беннет, преподаватель расчёта магических сил, он управлял воздушными вихрями, которые уносили горячий пар в разбитое окно. За его спиной был ректор, магистр Роу и Томас Грин. – Даррен, чтоб тебя змеерыл сожрал! Опять ты! – заревел магистр Роу. Я втянула голову в плечи. – Выходите, уже остыло, – сказал магистр Беннет и отошел в сторону. – Зовите лекарей! Эвакуируйте соседние комнаты, расселите в пустующие преподавательские, завтра проведем оценку ущерба, – начал давать распоряжения ректор. Не решалась схлопнуть щит, до тех пор, пока в комнату не вошел магистр Грин. Он сел напротив меня и, не дотрагиваясь до щита, провел ладонью над его поверхностью. – Неплохо, парень, – заглядывая мне в глаза, сказал тот. – Закрывай, не бойся. Лишь кивнула и в тот же миг закрыла щит, горячая влажность тут же окутала меня. В комнату ворвались лекари с носилками, переложили Дария и унесли. И снова сканирующий взгляд ректора, как тогда, когда уносили Самуэля с обожжённой ногой. – Вы ранены? – спросил Грин. – Нет, магистр, – ответил Алекс за нас, я пока не решалась вообще говорить. Он же продолжил, повернувшись к ректору. – Во всем виноват я, господин ректор. И готов понести наказание. Также я должен сообщить, что мы доказали исключение из закона стабилизирующего постоянства, а также совершили первую в мире связку воды и огня. От довольства собой он разулыбался и расправил плечи, но тяжелый взгляд ректора не потеплел ни на миг. – Любопытно, адепт Рей, – он переступил порог комнаты и огляделся. – Ваше сомнительное открытие могло стоить жизни вам и вашим соучастникам. Сколько правил вы нарушили? И по какой причине живете в комнате алхимика? Откуда у вас дорогостоящий материал? Кто курировал ваш опыт из преподавателей? Кто докажет чистоту испытания? С каждым словом он наступал на Алекса и давил всей своей аурой, Алекс же с каждым вопросом мрачнел и изредка поглядывал на меня. Мне же было интересно услышать ответы на вопросы, а еще хотелось, чтобы мой «проход в библиотеку» не отчислили. – Господин ректор, – неуверенно вступила я, – Мы можем повторить опыт, как только придумаем, как регулировать температуру или интенсивность пара. Ректор переглянулся с магистром Грином, после чего одним взмахом руки приказал мне замолчать и, судя по выражению лица, никогда больше не открывать рот. – К вам у меня еще больше вопросов, адепт Даррен. Как вы додумались участвовать в этом мероприятии? Почему вокруг вас всегда раненые и стихийные бедствия? Мне казалось, что вам нужна учеба в АБМ, но пока я не вижу никакой отдачи. Я опустила голову, стыд опалил мне щеки. – А мне интересно, простите, господин ректор, – заговорил магистр основ магии, – Что за щит использовал адепт Даррен? – Это обычный щит – липучка, – начала придумывать я, так как понятия не имею, существует ли в природе аналог моего щита, выдуманного совместными усилиями мозга и стихией, – Просто больше силы влил от страха. – Ты все делаешь от страха! – влетел в комнату магистр Роу. – Я требую отчисления Даррена. – Это ваш самый сильный студент на курсе, магистр Роу, поэтому я бы на вашем месте держался за этого парня. И просто направил его энергию в нужное русло, – проговорил магистр Грин. – Сильный?! – засмеялся куратор, а потом выплюнул слова в мою сторону, – Слабак, который никак не пробежит десять кругов и ни разу не подтянется на перекладине! Позор Академии боевых магов! – Хватит, – рявкнул ректор, – Вы достаточно наговорили. Адепт Даррен, жду вас утром в кабинете вместе с наставником. – С Тортоном? – растерялась я, – А он зачем? – Он несет за вас ответственность больше, чем вы сами. Выговор с занесением в личное дело вам обоим. А с вами, адепт Рей, будет отдельный разговор, сегодня переночуете в другой комнате, – еще раз осмотревшись, сказал ректор и, уже выходя из комнаты, добавил, – Запечатать, никого не впускать. Мы стояли как нашкодившие мальчишки, не поднимая головы и не зная, что делать дальше. – Даррен, уйди с глаз моих! – заорал магистр Роу так, что я сорвалась с места. Уже в спину услышала, – Я чувствовал, что от тебя будут одни проблемы. Шла к себе в комнату с полным разочарованием. Радость от получившегося опыта была напрочь заглушена горечью от осознания, что из-за меня у Дария ожоги, у Тортона незаслуженный выговор, а у Алекса угроза отчисления. А все из-за моей идеи. Как им теперь смотреть в глаза? Дарий чуть не умер! Тортон просто убьет меня, уничтожит, ведь этот выговор может повлиять на его военную карьеру в будущем. А Алекс? Что будет с ним? Он очень талантливый, я уверена, что он мог бы стать лучшим артефактором современности. А теперь? Моя ошибка погубит их жизни. С такими переживаниями я кое-как уснула и с ними же проснулась. Звук рева бизона помог раскрыть глаза. Мысли, что сегодня мой последний день в Академии, старалась гнать изо всех сил. Быстро собралась и, с надеждой на лучшее, взяв учебники и тетради, отправилась в столовую. Подумалось, что нужно все рассказать Тортону самой и при свидетелях, чтобы тот не убил меня сразу. Видимо, очень быстро бежала, подгоняемая своими тревогами, потому как столовая была еще практически пуста. Набрала поднос еды, села за наш столик. Мысли в голове не отпускали и прокручивали вчерашнее приключение снова и снова. Я так погрузилась в себя, что не заметила, как за столик сел сам Ник. Подняла глаза, и, наверное, у меня на лбу было написано, как я сильно сожалею о случившемся. – Рассказывай, – невозмутимо начал тот и положил ложку каши в рот. – Прости, я честно не думал, что так получится, – отложила я приборы, все равно кусок в горло не лезет. – Давай по делу и не ной. Времени в обрез, что я должен знать до похода к ректору, – очень строго сказал Ник. Не ругает и не орет, уже хорошо. – Я участвовал в опыте с Алексом Реем, – начала я. – С этим чокнутым, – хмыкнул Ник, и с него тут же слетела маска серьезного человека, – Неудивительно, у тебя все окружение с придурью, как и ты сам. – Так вот, мы нашли способ для взаимодействия стихий воды и огня, – я решила не обращать внимания на его комментарий. – Что вы? – замер с ложкой у рта Ник. – Мы накачали силой руну – стабилизатор, а когда активировали артефакт, то произошла катастрофа. Дарий чуть не умер, он обварился в пару. Я успел поставить щит только на себя и Алекса, потом и на Дария. Всемогущие стихии, я сам чуть не умер от страха. Стекла трещали от температуры, все стены стекли на пол, а ведь они были покрыты вальцитом! – к концу своей речи поддалась панике, мой голос перешел на шепот. – Но страшнее всего было, когда пришел ректор и куратор. Они были в бешенстве. Точнее, магистр Роу, ректор просто был злой. – Погоди, то есть ты хочешь сказать, что вы вчера создали пар на основе формулы взаимодействия? – подался вперед Ник, явно игнорируя мою эмоциональность. Он вообще слышал меня? Мы чуть не умерли! – Похоже на то, – сказала я, рассматривая чаинки в стакане. – А еще, ректор сказал, что нам обоим впишут выговор в личное дело, потому что я нарушил кучу правил Академии. – Одним больше – одним меньше, – пожал плечами Ник, а потом тихонько рассмеялся, – С тобой не соскучишься, Том Даррен. В этот момент начался хаос, в столовую вошли подруги. И чуть ли не с порога начали задавать вопросы, кидаться фразами «я же говорила», «я требую всех подробностей» и «возьмите меня с собой в следующий раз». От такого напора Ник потерял дар речи, осмотрелся по сторонам в поисках места, куда ему пересесть, но все уже было занято. – Я же говорила, что это опасно! Ты как мой братец, который вечно лезет в неприятности! – Эмили отвесила мне подзатыльник, не сказать, что больно, но было неприятно. – Наш этаж весь гудит, пришли с дежурства девушки и рассказали, что ночью к ним был доставлен некий Дарий Фагуст весь в ожогах. И ты представляешь, оказывается, он участвовал в опыте двух ненормальных людей и чуть не умер. Чем ты думал, Том Даррен? Есть ли в этой голове мозг? Она больно потыкала в мою голову своим пальцем. Ее строгий взгляд ждал ответов на последние два вопроса. Я молчала, а что тут скажешь, ведь она права. Мозг если есть, то вчера забыл о самосохранении. – Как жаль, что меня не было с вами! – восторженно заявила Стефани, Ник перевел взгляд на нее, а потом на меня, и весь его вид говорил: «с придурью, как и ты сам». – Если цель того стоит, то можно и рискнуть, – задумчиво сказала Бетт, – у вас получилось? – Да, – сухо ответила я. – Это прорыв в артефакторике! Вы перевернете привычный научный мир своим открытием! Вы же понимаете, что все устоявшиеся законы взаимодействия стихий и стабилизирующего постоянства теперь падут прахом, так как вы доказали обратное?! – подскочила Бетт, невероятно, сколько страсти было в ее речах. – Бетт, они чуть не умерли! – Эмили с ужасом смотрела не нее. – Ни одно открытие не стоит человеческих жертв. – А как ты думаешь, откуда появляются методы лечения той или иной болезни? – Бетт опустилась на стул. – Через человеческие жертвы. Люди умирают и за меньшее. А для Дария – это подарок богов, участвовать в таком открытии. Все замолчали и опустили головы. – Мы очень рады, что все живы и относительно здоровы, – решила разрядить обстановку Стефани. – А еще мне хочется знать все подробности! – Может, сегодня вечером, если меня не отчислят, – сказала я, все еще ковыряясь в своей тарелке. – Если ты доел, то пошли к ректору, – заговорил Ник, насмотревшись на моих подруг. Вышли из столовой в молчании. – Интересные у тебя подруги, – заговорил Ник. – Как думаешь, меня отчислят? – задала самый волнующий меня вопрос. – Точно нет, поругают, прикажут мне следить за тобой день и ночь и отпустят под честное слово, – ответил Ник, и мне стало немного легче до тех пор, пока не добавил с улыбкой. – Но я могу ошибаться. В ответ я только изобразила улыбку, больше похожую на оскал. Ник ухмыльнулся, и мы начали подниматься к ректору в его башню. За что спасибо этой бесконечной лестнице, все яркие эмоции будь то страх, злость или нетерпение, выветриваются, и появляется только одно желание – дойти уже наконец-то. В приемной, как всегда, было светло и пахло цветочным ароматом, исходившим от секретаря. Видимо, парфюм был нанесен перед нашим приходом. – Здравствуйте, адепт Даррен, адепт Тортон, – госпожа Ирвин искренне улыбнулась нам. – Вас уже все ждут. Ее «уже все ждут» мне не понравилось. Я посмотрела на Ника, который решительным кивком указал на дверь. Пришлось идти первой, постучавшись, вошли. – Здравствуйте, адепты, – сказал ректор, сидевший, как всегда, за своим столом. На стуле перед ним сидел Алекс и, кажется, не выглядел расстроенным или напуганным, был обычным. На диване сидели господин Грин и куратор первого курса Лари Горделиус, магистр Роу стоял у окна. – Здравствуйте, – поздоровались мы. Ник указал мне на свободный стул рядом с Алексом. Сам же остался у двери. – Нам как раз рассказал Алекс все подробности эксперимента, – продолжил ректор. Он серьезно смотрел на нас. – Вы нарушили правила безопасности в общежитии, подвергли опасности людей, а также причинили вред имуществу Академии. Вам вынесен выговор с занесением в личное дело, а также наказание, в виде отработки 50 часов в качестве ассистентов. Даррен отправляется под руководство господина Грина, Рей – господина Горделиуса. Помимо этого, адепт Рей, вам предстоит написать научный доклад, провести дополнительные расчёты, опыты и исследования для доказательства вашего открытия. Теперь думать о глупостях вам будет некогда, а если даже и подумаете, то на свершения не останется времени. – Адепт Даррен, жду вас каждый день за два часа до ужина в своем кабинете, – сообщил, не скрывая своего счастья, магистр Грин. – Терпеть не могу бумажную работу, вам будет, чем заняться. Мысленно застонала, времени совершенно не будет хватать ни на тренировки, ни на поиски пути домой, ни на подготовку к приближающейся сессии. Но не отчислили – уже хорошо. – Если это все, господа, то предлагаю расходиться, – сурово закончил нашу встречу ректор. – Благодарю, господин ректор, – сказала я. – Адепт Даррен, в следующий раз я послушаю магистра Роу и отчислю вас за нарушение правил Академии. Вам ясно? – строго посмотрев на меня, решил закрепить результат встречи. – Да, господин ректор, – я опустила взгляд и последовала за Тортоном, за мной вышел Алекс. – До свидания, адепты, – госпожа Ирвин улыбнулась нам, пытаясь сгладить все неприятные ощущения после выхода из кабинета ректора. – Сразу после занятий на полосе препятствий, Даррен, – напомнил Ник и поспешил по своим делам. Мы же остались с Алексом вдвоем, но не решались заговорить до конца лестницы из башни ректора. После Алекс завел меня в темную нишу под лестницей и громко зашептал: – Том, это просто потрясающе! Мне дали научного руководителя, лабораторию и дополнительные часы на испытания! О таком я не мог и мечтать. – Поздравляю! – зло ответила я, потому как мне столько радости не перепало. – А мне – бумажную работу! – Том, не злись, смотри под другим углом. Знаешь, сколько всего интересного хранит магистр Грин? Старые рукописи, эксклюзивные научные работы и первые издания различных книг по рунологии и ритуалам, – в Алексе пропадал талант великого продажника. Я тут же посмотрела на свою отработку совсем по-другому. Возможно, мне действительно не понадобится библиотека, я смогу все найти у Грина. Конечно, от таких мыслей посветлела в лице. – Так-то лучше! – похлопал меня по плечу Алекс. – А что Дарий? Как он? – спросила я его, все еще волнуясь за последствия и чувствуя свою вину. – Да что с ним будет? Подлечили уже, но еще у целителей. Если хочешь, сходим к нему, – предложил он без энтузиазма. – Хочу, но сейчас не успеем, давай на обеде? – Договорились. На этом мы разошлись каждый в свою сторону. На «Истории мира» сегодня рассказывали о войне между древними народами, о захвате власти и династических браках. Однако я витала в облаках и полудреме, не могла сконцентрироваться на словах магистра Дартса, потому как адреналин от переживаний прошел, и на его место пришла усталость после бессонной ночи. Хвала богам, магистр не требовал какого-то бурного участия, поэтому занятие прошло мимо меня, без последствий. Итан и Кевин не проявляли интереса к моим приключениям, видимо, выжидали удобного случая обо всем расспросить. На «Твареведении» мы сели на свои места, и к нам тут же присоединились девушки. – Как все прошло? – громко зашептала Эмили. – Тебя не отчислили? – Как видишь, – ответила, стараясь не привлечь внимание магистра Корр, он очень строгий преподаватель, может и выгнать. – А Алекса? – спросила Стефани. – Нет, – раздражаясь, ответила я, неужели нельзя подождать, когда закончится занятие. – Как вас наказали? – спросила Эмили, но тут же получила в бок от Бетт, которая внимательно слушала про гаусбрава, огромного рептилоидного пса. – Я потом все расскажу, – громче, чем стоило бы, ответила я, чем привлекла внимание Корра. – Имеет шипы на передних и задних лапах, толстая шкура не пробиваема режущим оружием и магоустойчива. В клыках яд, на хвосте жало. После встречи с гаусбравом, редко кто остается в живых. О способах выживания расскажет нам адепт Даррен. Мне пришлось встать и судорожно придумать ответ. – По возможности не встречаться, а если встретился, то бежать? – не то спросила, не то ответила я. В ответ раздались смешки, и даже магистр Корр улыбнулся краешком рта. – Все верно, адепт Даррен. Либо не встречаться, для чего необходимо знать места обитания стай гаусбравов, либо прятаться на деревьях. У этих тварей, несмотря на всю их неубиваемость, есть существенный недостаток. Они не могут посмотреть вверх, их шея не позволяет этого. Магистр Корр взглядом разрешил мне сесть и продолжил рассказ, используя ужасные иллюстрации тварей и последствий встречи с ними. Как только закончилось занятие, все поспешили в столовую. Мне нужно было очень быстро пообедать, переодеться в тренировочную форму и навестить Дария. За несколько минут обеда я отбивалась от девушек, требующих подробности от встречи с ректором, и засунула в себя обед. Добежала до общежития, переоделась в тренировочный костюм и уже возле целительского корпуса увидела Алекса. – Долго ты, – упрекнул меня Алекс. – Пошли быстрее. – Как думаешь, он сильно на нас зол? – спросила я, все еще переживая за Дария, все-таки он чуть не умер. – Он еще тот говнюк, если честно. Думаю, он нас замучает своим нытьем. – Не хотелось бы, – решительно потянула на себя дверь здания целителей, которое находилось напротив алхимического корпуса. На входе нас встретила дежурная медсестра, получив ответ, к кому мы пришли, она проводила нас на второй этаж в палату. – Проходите, только ненадолго, у пациента скоро будет обед, – предупредила она нас и указала на дверь. Я боялась увидеть обезображенное лицо Дария, почувствовать злой взгляд и услышать проклятия. Но знала, что должна убедиться в том, что он будет жить, несмотря на увечья. Собравшись с духом, постучалась и потянула дверь на себя. – Наконец-то! – заорал Дарий, подорвался с постели и подбежал к нам. – Как я вас рад видеть, друзья! Он принялся нас обнимать забинтованными руками, от самого пахло травами, лицо было покрыто розовыми разводами новой кожи. Но сам он светился от счастья. Первой моей мыслью было, что его накачали чем-то лекарским, с эффектом позитива. Мы переглянулись с Алексом, не зная, как себя вести, ведь готовились к другой реакции. – Алекс, ты гений! Том, ты бог огня! – по очереди начал трясти нас за плечи «больной». – Дарий, как ты себя чувствуешь? Мы очень переживали за тебя, – решила все-таки перейти к сути дела, узнать, что все хорошо и пойти на занятия. – Мне очень хорошо! Мне давно так хорошо не было! – я снова посмотрела на Алекса, с немым вопросом, что делать дальше. – Вы даже не представляете, насколько я вам благодарен! Участвовать в открытии столетия! Потрясающе! С меня голопопый пробег по Академии! Дарий засмеялся в голос, покружился по палате и плюхнулся на кровать, чтобы мгновенно вырубиться. – Наверное, нам пора, – проговорил ошарашенный Алекс. – Да, пора, – подтвердила я. Уже на улице я озвучила свои опасения по поводу настроения Дария. – Как думаешь, это он от препаратов такой довольный? – Посмотрим через пару дней, – пожал плечами Алекс. На том и разошлись, я побрела на «Защитную магию», в надежде, что магистр Роу не будет на мне срываться из-за ночного происшествия. Занятие прошло как нельзя лучше: куратор полностью игнорировал мое присутствие, не поставил в пару для отработки заклинаний, смотрел сквозь меня. Лучше бы наорал, наказал, заставил мыть полы, но его безразличие нервировало меня. «Близкий бой» для меня прошел так же, как и все предыдущие занятия. Разминка со всеми, повторение комбинаций и защитных стоек и вместо спарринга отработка ударов по груше. И хоть мастер Вайт был настроен ко мне положительно, все же не ставил меня в пару с парнями, боясь, что те покалечат меня. С занятия чуть ли не бегом добралась до полосы испытания, с которой и началось мое обучение в Академии. Даже легкая грусть накрыла от увиденного, дорожка с цветами была безжизненной, а ветки дерева спилили, видимо, чтобы не повадно было таким, как я поступать так легко в Академию. В ожидании Ника, я закуталась в куртку, сезон увядающего мира был в самом разгаре, холодный ветер пробирал до костей. – Замерз? – неожиданно спросил Ник, чем напугал меня. – Ник, ты смерти моей хочешь? – зло спросила, схватившись за сердце. – Да, слабоватые боевые маги пошли, – с сарказмом ответил тот. – Так, времени мало, поэтому быстро на полосу испытаний, покажи, на что ты способен. – Я сразу скажу, что не пройду, не достану до перекладин. – А как ты до этого прошел? – нахмурился Ник. – Видишь, ветки спилили? Я с них прыгал на перекладины, – сказала я и грустно вздохнула. – Магистр Роу подготовился, значит, – с улыбкой сказал Ник, – не грусти, Том, у меня есть план. Ты думал, я просто так за тобой ходил все эти недели? – Если честно, да. Думал, это такой психологический ход, чтобы я первый к тебе подошел. – Интересно, но нет, – помотал Ник головой, – А ну-ка, дай стариной тряхну. Мой рекорд – 3 минуты 7 секунд. Он скинул куртку на землю, потянулся, подошел к старту и превратился в огромного кота. С такой грацией и скоростью он преодолевал препятствия, что я смотрела с открытым ртом. Да, это не я, которая бежала по мостику над бревнами или барахталась в зыбучих песках. Ник ловко перепрыгивал с бревна на бревно, перекувыркнулся, спрыгнув с последнего, в два шага преодолел дорожку с живыми цветами. Сразу двумя руками ухватился за перекладину, даже не наступая на зыбучие пески. Пролетел над грязевой лужей за несколько секунд, пропуская по несколько штук деревянных брусьев. Также быстро он пробежал по широким листам на болоте и завершил полосу испытаний. На финише посмотрел на хроны и, с виду совершенно невозмутимый и не запыхавшийся, подошел ко мне. – 3 минуты 30 секунд. Старею, – сказал Ник и с улыбкой начал натягивать куртку. – Это тренировочная полоса испытаний, на турнир ее, конечно, поменяют, но принцип тот же. Пошли в тепло, расскажу, как ты выиграешь турнир. А план его был прост до невозможности. Научиться не проходить испытания, а обходить. Принцип уже известен, я так и была зачислена на курс. Что касается других туров соревнований, то у меня есть большие опасения. – Ник, ты с ума сошел! Я в близком бою дальше груши никуда не проходил, извини, но я не справлюсь. – Ну ты и расчирикался! Успокойся, самый сложный последний этап – сражение на мечах. – Я в руках держал только нож! Ты издеваешься?! Как ты мог заявить о моей победе? – Спокойно! – рявкнул в столовой Ник, так что на нас обернулись все несколько адептов, также о чем-то болтавших за пустыми столами. И очень тихо продолжил, – Ты истеричка, Том Даррен. Просто следуй моим указаниям и тренируйся. Я не собираюсь из тебя делать боевого мага, нам нужно лишь выиграть турнир. Ты быстрый и легкий, у тебя девятый уровень магического дара, и все заклинания получаются с первого раза, твои щиты самые сильные, которые я видел. Голова работает нестандартно, это мы уже проверили не раз. А то, что ты занимаешься только у груши, моя просьба. Никто не должен видеть в тебе настоящего противника. Тренируемся за закрытыми дверями. Ясно? Кивнула, сама просто обалдела.  Уже давно не слышала так много хорошего о себе, а точнее никогда. Тем временем Ник продолжил: – Во-первых, питание. Те крошки, что ты сметаешь за завтраком, обедом и ужином – это еда воробьев. Ты должен питаться очень хорошо для набора мышечной массы, в основном мясо и овощи. Во-вторых, никаких опытов по ночам, качественный сон. Встречаемся каждый день в тренировочном зале по управлению стихиями, начнем с близкого боя, а после перейдем на полосу испытаний. – Ник, а как же моя отработка у магистра Грина? – Совсем забыл, – растерянно произнес Ник. – Так, нужно договориться об отработке: два раза в неделю, иначе ты загнешься раньше, чем ступишь на арену турнира. – Ты такой заботливый, Николас Тортон, – капелька сарказма все же пробилась. – Конечно, ведь ты мой пропуск на свободу, – ухмыльнулся тот. – Иди на отработку к Грину, завтра увидимся. И поешь сегодня нормально, на тебя жалко смотреть. С этими словами он встал из-за стола и ушел, я проводила его взглядом, а через мгновение отправилась за ним. Мне нужно срочно переодеться и идти на отработку, кажется, я уже опаздываю. Ураганом донеслась до своей комнаты, быстрый душ и чистая одежда прибавили мне сил. Но я отчаянно не успевала на отработку, а еще подумать над словами Тортона. Кабинет магистра Грина встретил меня ярким освещением и заваленными стеллажами. Тот сидел за столом между двух стопок папок, бумаг и свертков. – Наконец-то, адепт Даррен, видите, до чего довело ваше опоздание? Здесь негде развернуться из-за бумаг. – Извините, магистр Грин, я задержался из-за встречи с наставником, – пробормотала оправдание. – О, кстати, я поставил на вашу победу. Не подведите, – подмигнул магистр. – Спасибо за веру в меня, но не стоило, – речевой аппарат отказал почти полностью. Ставки на меня? Между преподавателями? Но нужно пользоваться ситуацией, поэтому решила сразу договориться, – Раз уж мы заговорили о турнире, могу я вас попросить об отработке два раза в неделю? Так как мне нужно тренироваться, а еще скоро сессия. – Да, отработки у меня не вмещаются в твой плотный график, – задумчиво сказал магистр. – Давай так, мне все равно, когда ты будешь приходить, держи ключ. Задача разложить все на свои места и рассортировать так, чтобы я мог хоть что-нибудь найти с первого раза. Он протянул мне ключ от кабинета с красной ленточкой. – А в выходной можно? – Можно. – И после ужина? – И после ужина, – с улыбкой ответил магистр Грин, обвел взглядом залежи на своем столе, – Как видишь, мне нужна помощь, я совершенно не люблю бумагу в любом ее состоянии. Если хочешь, можешь начать со стола, пока я не выкинул все. С этими словами он поднялся из-за стола, накинул мантию, поправил манжеты на рубашке, очистил невидимые пылинки. – Закроешь кабинет, как закончишь, ключ оставь себе. До завтра, Том, – с этими словами он очень быстро вышел из кабинета. Я же оставалась стоять посреди комнаты с ключом в руках и совершенно растерянным видом. Что же, работа сама себя не сделает, а я заслужила наказание. Кстати, не самое худшее, что мог придумать ректор. Мне очень повезло. Решительно переложив все бумаги со стола на пол, начала просматривать, что там, чтобы хоть как-то классифицировать. Уже через час две огромные стопки превратились в пять маленьких – контрольные работы, учебные планы, методический материал, почта и прочие документы. Книги я решила складывать рядом со стеллажом, поближе к будущему месту. Так увлеклась, что не заметила, как проревел сигнал на отбой. Быстро распределив оставшиеся бумажки по своим стопочкам, закрыла кабинет и рванула в комнату. Не хочется попадаться на глаза кому-нибудь в Академии после отбоя. Выбежав во двор, обратила внимание, что двери библиотеки все еще открыты. И все здание выглядело волшебной шкатулкой, крышка которой приоткрыта. Мягкий свет из дверей манил разгадать тайны. Серебряные буквы на стенах в свете ночных фонарей горели золотом, казалось, что по ним бежит живой огонь. Полюбоваться дольше не дало чувство бесконечной усталости. Раздумывая по дороге о плане Тортона, как выиграть турнир, развеселилась. Он просил следовать его инструкциям, которые я нарушила в первый вечер. Кажется, мой девиз по жизни: «Послушай и сделай наоборот». Память снова подкинула то утро, когда мама, провожая меня на музыку, крикнула вдогонку: «Возвращайся скорей». Ничего не получается: ни быстрее, ни медленнее, ни поужинать, ни выспаться. С такими упадническими думами я вошла в общежитие. В комнате стянула с себя одежду, размотала бинты на груди и сделала глубокий вдох. Набрала в легкие вместе с воздухом сил на еще один день выживания, вранья, поисков пути домой, общению с подругами, изучению волшебства. Чувствовала себя полезной, гордилась собой. Как сказал Ник, у меня самые сильные щиты, которые он когда-либо видел. А что, если я могу помочь закрыть разлом и спасти этот мир от тварей разлома? На мой немой вопрос теплота прошлась волной по всему телу. Такие отклики на меня всегда действовали отрезвляюще. Я снова прислушалась к себе и спросила уже шёпотом: – Что ты за сила? – мой вопрос остался без ответа. Темная комната и тишина были свидетелями, и даже внутри никакой огонь не зашевелился. – Совсем с ума сошла, – также шёпотом ответила я себе и провалилась в сон. Глава 13. Один день в компании настоящих му Плелась на завтрак без сил. Проснувшись вместе с рёвом будильника, я ощутила полную пустоту в резервах. Стресс, физическая усталость и насыщенность на события исчерпали меня за один день. Нужно срочно брать в себя в руки сразу после завтрака. За нашим столиком в столовой сидели девушки, Итан, Кевин и Алекс. Даже соскучилась за ними. Вчера так и не удалось встретиться со всеми, чтобы рассказать последние новости и послушать сплетни. Девушки показали мне на поднос с кашей, пирожком и чаем. Я уже направилась за стол, как дорогу мне перегородил Ник. – Привет, пернатый. Пошли со мной, раз ты не можешь даже поесть, как положено, я тебя покормлю, – он взял меня за предплечье и повел к своему столику. – Звучит, как угроза. И я могу поесть сам, просто вчера так получилось. Я задержался на отработке и… – договорить мне не дали, жестко усадили за столик со старшекурсниками. Тут же стушевалась, не умею быстро находить общий язык в новой компании, а тут еще и серьезные боевики. – Знакомься, это Тони и Райн. Сегодня ты ешь с нами и тренируешься тоже. Парни помогут кое с чем, – он принялся за еду. – Хоть посмотришь, чем питаются настоящие боевики. – Привет, Том? – больше спросил мое имя Райн. Крепкий парень с жесткими короткими волосами, на нем была белая рубашка, под которой не оставалось свободного места для маневров, казалось, что она вот-вот разойдется от одного неловкого движения. – Ник сказал, что ты будущий победитель турнира. И даже готов уступить тебе новый рекорд на полосе испытаний. Парни широко заулыбались, но не прекращали есть. Мое внимание привлек Тони, он уничтожал еду, а не ел. Вытянутый и худой, полная противоположность Райну. Во все глаза я следила за его движениями: он прожевал очередную ложку каши, после откусил от огромного бутерброда с мясом, запил чаем. И повторил. Он так методично ел, что я только наблюдала, как в нем пропадает еда. Сама не решалась начать есть, было как-то неловко. – Первый раз видишь, что еду едят? – наконец заговорил Тони, не поднимая глаз на меня. – По тебе заметно. – О нет, видел, конечно. Простите, – я покраснела и решила приступить к своей еде. Каша, два бутерброда, овощи, яйцо, чай. Начала с каши. Решила идти от большего к меньшему. – Расслабься парень, и ешь спокойно. – Райн был более дружелюбно ко мне настроен. – Ник, слышал, что вчера проиграли «Огненные вожди» «Вальрукам»? Так позорно обосраться. – Неудивительно, мертвые были на поле, – вставил Тони. – Да, слышал, даже рад, что вчера не получилось попасть. Ожидаемо, в «Вождях» три замены из-за грубости на поле, – вступил Ник в обсуждение. – «Вальруки» тоже хороши, но смотрящий сделал вид, что не видел. Говнобитва, – подытожил Райн. – Говорят, что смотрящего купили. Хотя я думаю, что у «Вождей» все равно не было шансов. Они все силы отдали, чтобы добраться до финала, – это Тони. – Ну и «Вальруки» хороши, закупились магами до сезона, сыгрались. А «Огненные вожди» стариками бегают. – Если бы не слепой Смотрящий, то у «Вождей» был бы шанс. Дальше я просто вспоминала, что мне вообще известно об этой игре. Называется «Битва магов», цель – забросить как можно больше мячей на сторону противника. Из тех рассказов, которые я слышала, мне показалось, что игра чем-то похожа на регби, только вот в защите и нападении ограничений практически нет – огонь, воздух, вода, земля. Очень эффектные битвы, наверное. – Том, а ты что думаешь? – вдруг спросил меня Ник. Я примерялась в этот момент к огромному бутерброду, и вопрос застал меня врасплох. – Э, говнобитва, смотрящий слепой, а «Вожди» – чемпионы, – выдала я все, что поняла из этого короткого обсуждения. – Неплохо, – рассмеявшись, ответил Ник. – Не следишь за битвами магов? – Не очень, – опустила взгляд в стакан с чаем. – Ладно, это мы тоже исправим, – многообещающе произнёс Ник. – Ник, тебе не кажется, что ты пытаешься залатать душевные раны с помощью парня? Братец воспитанию не поддавался, так птенца подобрал? – опять засмеялся Райн. – Очень похоже, – вставил свое весомое Тони, который уже все съел и поглядывал на мой второй бутерброд. – Если хотите, возьмите. Я наелся уже, – предложила, проследив за взглядом. Тот не стал отказываться и поглотил его в два укуса. – Том, прекращай делиться едой, тебе самому надо. Ты практически ничего не съел. Чем больше тратишь физических и магических сил, тем больше нужно есть. Откуда силам браться? Так и будешь дохлым. – Ник перевел взгляд на Тони, – А тебе лень на раздачу сходить? Не отбирай у парня, он слишком добрый, чтобы отказать. Так, ладно. Доедай быстрее и пошли на занятия. – Я все, больше не могу, – откинувшись на спинку стула, похлопала себя по животу. – Да, придется поработать, – вздохнул Ник. – Если честно, мне уже страшно за тебя парень, – засмеялся Райн, – Ник слишком хочет выиграть турнир. Со смехом все встали со своих мест и пошли на выход. Напротив стола с друзьями я остановилась, чтобы подойти к ним хоть на пару минут. – Даррен, идем, потом вернешься в свой курятник, – поторопил меня Тортон. – Не называй так мою компанию. Я же никакие прозвища не даю тебе и твоим друзьям. – Как придумаешь, расскажи, интересно послушать, – тут же отозвался Райн. – А вот и придумаю, – сказала, уже заходя в тренировочный зал «Управления магией». И уже через десять минут я снова растворялась в воспоминаниях. Запах задутой свечи, парфюм мамы. Объятия родителей, счастливые улыбки. Мы режем торт, под ножом крошится надпись «С днем рождения». Папа разливает чай, я слышу, как журчание воды становится тише по мере наполнения кружки. И его заботливое: «Осторожно, горячо», такое теплое в сердце. И такое тяжелое в горле. Сила, скопившаяся в ладонях, вернулась в солнечное сплетение, пульсировала с каждым ударом сердца, растекаясь мягкой волной по телу, и ударялась о комок в горле. – Заканчиваем, – негромкое от магистра Беннета вывело меня из губительного состояния. Сегодня я остро почувствовала, что все воспоминания о родителях приносят не счастье, а боль утраты. Перетирая воспоминания в пыль, развеиваю все счастливое и оставляю только обиду на то, что я здесь, а они там. На то, что я не просила волшебства и магии, а мне вручили. Как же я хочу домой. Злость, боль, обида. Вот что стоит за моими воспоминаниями. Приходя в себя, не заметила, как все уже покинули зал. Попрощалась с магистром, тот сказал: – Сила – это дар, а не проклятие. Прими ее, чувствуй и не ограничивай. – Сказал он тихо, но слова его вознеслись до потолка и разбились эхом. – Спасибо, магистр, – ни капли не хотелось благодарить, эти «Советы за 300» не работают со мной. Особенно зная, что моя сила плавит камни. Мне страшно ее не ограничивать, а еще страшнее принимать как есть. Выйдя из зала, наткнулась сразу на Итана и Кевина, которые поджидали меня у зала. – Ты как, Том? Тортон полностью взял тебя в оборот? – спросил Итан без церемоний. – Можно и так сказать, – не хотелось рассказывать о своих переживаниях, и, особенно, как меня достало внимание. Как же хорошо было быть заклёванной сироткой в таверне, никому дела до меня не было, а здесь со всех сторон интерес. – Девочки переживают за тебя. – Слушай, я тоже очень за себя переживаю, даже не представляешь как. Я чертовски устал, хочу спать и немного одиночества. А в итоге получается, что всем от меня что-то нужно, – вспылила я, все эмоции во мне бурлили. Тем временем мы уже поднялись на третий этаж. – О, адепт Даррен, наконец-то! – услышала, как меня окрикнул магистр Грин. – Спасибо за порядок, но я не смог найти заметок к нашей лекции. Прошу, помогите. Сжав кулаки, я медленно повернулась к сияющему магистру Грину. Тот ждал с открытой дверью в свой кабинет. Небольшого кусочка стола, который попадал в поле зрения, хватило, чтобы понять, что все мои труды были напрасными. Если бы можно было спалить все в кабинете магистра Грина, то я бы это сделала. Найдя листок в единой куче бумажек, прошла в аудиторию и устало села рядом с Итаном и Кевином. Спасибо им за понимание, вопросов и, не дай богиня, слов поддержки не было. – Добрый день, адепты. Тема нашего занятия: «Заклинания». Начнем с определения. Кто скажет, что такое заклинание? Может, адепт Даррен? – я мысленно застонала, и, видимо, все муки размышлений отразились на моем лице, потому как магистр Грин добавил, – Своими словами, адепт, как понимаете. – Заклинание – это формулировка действий на древневирийском языке, – кое-как подобрала я слова, чтобы выразить свое понимание процесса. – Все так и есть, только кое-чего не хватает. Ну, кто дополнит? Может адепт Тортон? – он смотрел на Самуэля в упор, тот сидел расслабленно, раскинув руки на спинки лавочки. – Силы, – только и сказал Тортон. – Хотелось бы больше уточнений, адепт, но разве вы способны выражать свои мысли так же полно, как адепт Даррен? – с ухмылкой добавил магистр Грин, я же напряглась, как только это услышала. А вот Самуэль озверел и почему-то смотрел на меня. Магистр же тем временем продолжил, – Но вы абсолютно правы! Силы! Он снова залез на свободную лавку и уселся на стол, положив ногу на ногу. – Записывайте, мои дорогие. Заклинание – это мыслеобраз направленного действия, заключенного в формулировку с применением силы. Все заклинания произносятся на древневирийском языке, что отбрасывает нас на многие тысячи лет назад. Вы какую версию хотите, легенду или научно доказанный факт? – не дождавшись ответа на наших хмурых лицах, продолжил, – Придется и ту, и ту.  Я быстро, обещаю. Магистр подскочил, расправил полы мантии и встал на стол, на котором только что сидел. – Жил-был вириец, и силушки в нем магической было немерено. Но страдал тот от рассеянного внимания. Хотел костер разжечь, собрал силушку, да только отвлекла птичка, мимо пролетавшая, и направил силу наш вириец в древо, рядом стоящее. Хотел помочь матушке печь растопить, да отвлекла она его, и пришлось новый дом отстраивать. Хотел он свой меч огнем закалить, да расплавил его полностью. Расстроился наш вириец и ушел с позором искать место, где еще не слышали о таком неудачливом маге. И в пути встретил он девушку, которой рассказал все как есть про свои беды. А она, мудрая женщина, взяла, да и направила его. Говорит «А ты, чтоб не отвлекаться, проговаривай, что хочешь сделать и как, со всеми подробностями». И у того все стало получаться. И жили они долго и счастливо. Надеюсь, узнали историю в моем исполнении. Это легенда про Первого Мага Огня, и первый здесь не порядковый номер, а уровень силы. Магистр спрыгнул со стола и встал посреди аудитории, завел руки назад. И, с уже совершенно серьезным лицом, проговорил: – Помним, что в каждой легенде есть зерно, которое вырастает в такие красивые сказочки. В нашем случае, у зерна есть научно доказанная теория. Потоки магии обретают форму на вирийском языке, так как это первый язык людей. Читаем параграф 17, скучно, но очень полезно. Особенно для контрольной работы, которая будет уже через 3 недели. И тут меня снова понесло в угнетающие мысли, когда и как готовиться к сессии. Катастрофически не хватает времени. После занятия у дверей аудитории меня уже ждал Ник с парнями. Он что, реально будет весь день кормить меня? Реально. За обедом я снова слушала лекцию о питании, о качественном сне и о том, что боевик может быть тупым, но не слабым. Но, как сказал Ник, это не в моем случае. В споре между парнями о том, на каком курсе учатся самые симпатичные девушки, я не участвовала. – Том, ну скажи, с кем ты из своих подружек в близких отношениях? – Райн двигал бровями и широко улыбался. – Ни с кем, они мои подруги, – сегодня явно не мой день, раздражает все неимоверно. – Даже с этой прехорошенькой блондинкой? – спрашивал Райн, при этом смотря мне за спину. – Она явно по тебе сохнет, кажется, вот-вот она подойдет к нам. – Слушайте, ничего у меня ни с кем нет. Это просто мои подруги. Отстаньте, – я резко поднялась и сказала перед тем, как выйти из столовой, – мне нужно переодеться в тренировочную форму. Не провожайте. Пулей вылетела из столовой, за несколько минут добежала до комнаты и закрылась в ней. Хотелось, хоть на мгновение, остаться одной. Просидев несколько минут под дверью, силой воли заставила переодеться и пережить еще два занятия – «Атакующую магию» и «Физическую подготовку». «Атакующая магия» проходила по сценарию «Защитной», куратор меня игнорировал, в пару не ставил и не проверял, чем я там метаю. Оно и к лучшему, потому как сила бурлила во мне, откликаясь на сдерживаемую злость. Занятие по атакующей магии было своевременно, я выпустила немного пар и немного успокоилась. «Физическая подготовка» проходила в другой стороне от полигона, перейти с места на место было несложно. Однако спокойно дойти мне дали. – Как дела, воробышек? – перегородил мне дорогу наигранно расслабленный Самуэль, он улыбался. – Нормально, как твои? – изо всех сил спокойно спросила я. – Не твое дело, – улыбка сползла с его лица, – Я тоже буду участвовать в турнире, чтобы у всех на глазах отбить желание учиться здесь дальше. Терплю тебя последний год, ясно? – Да, предельно, – сжала зубы, чтобы не наговорить этому придурку еще чего-нибудь. Самуэль прошел мимо меня, больно задев плечом. Я же выдохнула в небо, подумав о том, как же меня бесят Тортоны. – Чего он опять хотел от тебя? – рядом появился Итан. – Да так, говорит, в турнире будет участвовать, – буркнула я, глядя себе под ноги. – Супер, ставки взлетят! – воскликнул Итан, Кевин же молча продолжал идти рядом. – Хоть заявки на турнир принимаются только после первой сессии, но турнирная таблица уже выглядит не слабо. Мы, кстати, тоже будем участвовать. – Говори за себя, – сказал Кевин, – я еще не решил. Просто отлично, все самые сильные ученики нашего курса будут участвовать, у меня ни шанса. А чего я ожидала собственно? Мне все поддадутся, потому что у меня великая цель? Здесь каждый сам за себя, хотя готовят команды боевых магов. На физподготовке мы снова бегали, подтягивались, отжимались, растягивались. Однако во второй части занятия мастер Вейнер построил нас перед уже знакомой мне полосой испытаний. – Адепты, перед вами тренировочная полоса испытаний, задача пройти полосу. Не на время. Я знаю, что адепт Даррен ее проходил, поэтому он первый, покажет, как справился. Страх неудачи и злость опалили меня изнутри. Где-то глубоко в подсознании я понимала, что он хочет показать меня сильным хоть в чем-то. – Я не смогу, мастер Вейнер, – тихо проговорила я. – Почему? – нахмурился тот. – Не достану до деревянных балок, – видя непонимающий взгляд, пришлось полностью ответить на вопрос. – Раньше там были ветки, с которых я спрыгнул на перекладины. – Ясно, – помрачнел еще больше мастер. – Все равно вы первый, проходите. Прошла на старт, учитель дал отмашку, и я побежала к первому испытанию. Бревна – мостик прибили гвоздями, видимо, чтобы такие умные, как я, не могли смухлевать. Взяла разбег и припомнила, как проходил Ник. Быстро, легко, практически одним движением перепрыгивал с бревна на бревно. Что ж, у меня почти получилось. Я еле удержала равновесие и кое-как дошла до конца. На дорожке с живыми цветами было активное движение, психанув, я накинула на себя щит. Цветы открывали пасти и бросались на меня, но наткнувшись на барьер, отстранялись как ошпаренные. Хорошенько разогнавшись, повисла на перекладине над зыбучими песками. Все получилось. Эта мысль окрылила меня, практически в прямом смысле слова. И я подумала, что могу использовать силу, чтобы подняться к перекладинам. Представила огненные ступеньки и, вбежав по ним, ухватилась за перекладину. На середине испытания почувствовала, как мокрые от напряжения руки начали соскальзывать. Поспешила пройти дальше, но не удержалась и рухнула в грязь. Холод и липкая жижа тут же обхватили меня и забрались в самые потаенные места. Я опять злилась на себя и свою самоуверенность. Мне не тягаться по силе с парнями. Нужно быть честной самой с собой. Ударив от злости в поверхность лужи, получила новый плевок грязи прямо в лицо. – Выбирайся и в душ, – услышала я голос мастера. – Можно в комнату? – спросила, пытаясь вылезти из скользкого бассейна. – Можно, – бросил мастер сухо и разочарованно. Не стала дожидаться и смотреть, как проходят испытания остальные. Хочу скорее снять с себя мокрые и грязные вещи. Бежала я вокруг Академии, потому как за мной оставались капли грязи, и не хотелось оставлять за собой следы в здании. – Даррен, это ты, что ли? – неуверенный голос Ника, и очень уверенный смех следом за вопросом. – Ты что, свалился в лужу? – Ник, отстань, я иду переодеваться, – сдерживать злость становилось все тяжелее. Мне было крайне некомфортно: грязь засыхала или замерзала на мне, кожу на лице стянуло, а в ботинках хлюпала жижа. – Пошли, я с тобой, – бесцеремонно увязался за мной Ник, – А ты знал, что если вот так свалишься в грязь на испытании, то можно вылезти и проходить дальше? Просто времени больше занимает, ну и грязь все-таки. Неприятно. Только зло сверкнув глазами, показала свое отношение к вышесказанному. Весь остальной путь Ник разговаривал сам с собой. Про испытания и как он подтянет меня в физической подготовке, так как мне нужен точечный подход к каждому препятствию. Как он сделает из меня человека, как я ему еще буду благодарна за его наставничество. Влетела в свою комнату и, не церемонясь, вытолкнула Ника за порог, потому как он нацеливался войти в комнату. – Жду тебя снаружи, Даррен, у нас тренировка, – только прокричал мне веселый до невозможности Ник. Я же не понимала, что со мной происходит. Откуда столько эмоций, раздражает абсолютно все. Мои нервы натянуты, как струна, на них можно было бы сыграть. Одежду я почти срывала, грязные пальцы не слушались. Вся была в коричневой жиже, даже бинты и трусы пропитались. Только теплая вода примирила меня с реальностью. Хорошенько отмывшись, застирала нательное, остальное только выкинуть, наверное. Почувствовав себя немного человеком, вышла и сразу наткнулась на скучающее лицо Ника. – Чего так долго? Собираешься, как девчонка на свидание. – Ник, умоляю, отстань. У меня сложный день, – устало ответила я. – У тебя сложная жизнь. Ты неудачник, Том Даррен, но я сделаю из тебя человека, – опять завел свое Ник. – Я не неудачник, – было обидно, промолчать не смогла. – Неудачник. – С тобой невозможно находиться рядом больше 5 минут, – сказала я, начиная снова заводиться. – А придется, – хохотнул Ник. Мы шли дольше, чем обычно, так как нам нужен был самый дальний тренировочный полигон. Он был обнесен защитным барьером. Войдя на поле, заметила сидящих прямо на земле Райна и Тони, они о чем-то переговаривались, но, завидя нас, поднялись и пошли навстречу. – Сегодня у нас тренировка по магическому бою, – начал Ник, – не отработка заклинаний на атаку и защиту, а бой. Твоя задача довести до автоматизма использование заклинаний. Пусть их сейчас в твоем арсенале немного, используй все, что знаешь. Поранить никого не бойся, на парнях защита. Да, Райн и Тони были в защитной форме, я такую еще не видела. Переливалась она темным серебром и выглядела жестким металлом, однако парни не чувствовали скованности, и форма сидела четко по фигуре. На плечах, коленях и груди были плотные металлические вставки. – Потрогай, – видя мой интерес, Райн протянул руку. Я коснулась рукава и удивилась, очень мягкая ткань. – Это алхимическое покрытие, в основе вальцит и рудний. – Ну, все, натрогался? Мы и тебе принесли. Она будет великовата, но ничего, хотя бы куртку надень, – нетерпеливо проговорил Ник, стащил с меня мою куртку и наспех накинул на меня защиту. – Парни, предлагаю сразу приступать. Узнаем сейчас, что ты из себя представляешь как маг, Том Даррен, не неудачник. Эти насмешки меня взбесили, но я решила не отвечать, сжала еще сильнее кулаки и глубоко задышала в попытках успокоиться. – Давайте сразу втроем, разомнемся. Воробышек, слушай мои команды. Защита – ставишь щит, любой, какой знаешь. Атака – атакуешь, кого хочешь и как хочешь, кроме меня. Я твой куратор, без меня ты не выиграешь турнир. Ясно? – столько в нем было неприятного счастья и ненужной радости, что я уже смотреть не могла на него. Дождавшись моего кивка, он отошел в сторону и крикнул уже нам как капитан Тортон, – На позиции. Прошла на центр площадки и встала напротив парней, те выглядели расслабленно. Я же не могла похвастать спокойствием и собранностью. Все нервировало меня, зудело в голове мыслью о неудачах, о слабости. Но это все не про меня. Кто он такой, чтобы так говорить? – Защита! – понеслось мне. Установила самый обычный щит-липучку. На стенке тут же растеклась клякса земли от Тони, в сферу ввинчивалось торнадо от Райна. – Еще! Держать щит! Несколько минут в меня летело все, что только можно: ветки, грязь, пыль, земля, ураган, торнадо, но я же крепко держала оборону. – Атака! – истошный голос вывел меня из зоны комфорта, убирать щит не хотелось. – Я сказал, атака! Пришлось повиноваться, схлопнув щит, на мгновение увидела парней, они стояли под своими щитами. Никогда такие не видела, они сплели магию воздуха и земли вместе. Атаковала их небольшими огненными шарами. – Бьешь как девчонка! Зачем ты пришел в боевики? Позориться? Так, у тебя получилось! Ты позор! Защита! – сквозь обидные слова, я расслышала команду, натянула щит, уже не заботясь шевелить губами или говорить заклинания. – Держи щит, потому как ты только и можешь, что забиться в угол! Наверняка Роу это тебе говорил, потому что ты и есть щенок! Злость и обида застилали глаза, а руки горели от сдерживаемой силы. В висках пульсировала кровь, мне было адски жарко. – Атака, – взревел Ник, – Защита! Атака! Защита! Ты слабак и неудачник! Меня уже трусило от сдерживаемых эмоций, я горела изнутри. – Атака! Покажи, кто ты! – орал Ник не своим голосом. Кто я? Я самый сильный маг огня во всем мире! Мне не нужны заклинания, чтобы спалить все до основания. Во мне течет чистая стихия. И только я удерживаю ее, чтобы не расплавить камни! Собрав всю злость в комок огня, направила его на парней. Тот продолжал расти по мере приближения к ним. В миг, когда огонь соприкоснулся с их щитом, мимолетное удовлетворение сменилось на страх. Я испугалась, что парни пострадают. От меня отлетел небольшой огненный шар, а в них уже неслась горящая комета, не меньше. – Нет! – вскрикнула я. Было поздно. Защита парней и мой шар встретились. Грохот, крошки земли и стена пыли. Я сорвалась с места, пытаясь хоть как-то разглядеть, что впереди. Уши заложило от страха, пульс и биение сердца были громче, чем то, что мне говорил Ник. Он почему-то улыбался и тряс меня за предплечье. – Эй, Том, – сквозь заглушку пробирался его голос, – Вот это ты дал! – Что? – пробормотала я, Ник даже в такой ситуации вел себя как придурок. – Говорю, наконец-то раскрылся. Парни, вы где там? – Ничего себе, воробей! – смеясь, в облаке пыли показался Райн. – Мощный парень, – по плечу меня стукнул Тони, – Молодец. – Теперь я ставлю на победу Тома, – Райн отряхивал пыль со своей защиты. – Да, шансы велики, согласен, – Тони все еще смотрел на меня. – Да, а я вам о чем? Силен наш воробышек, – со смехом Ник похлопал меня по плечу. Смотрела на парней, чувствуя, как по щекам текут слезы, а на место всепоглощающего страха приходит пустота. – Я думал, убил вас, – тихо проговорила, растирая грязь по щекам. И,  набирая громкость, сообщила то, что хотелось сказать еще с утра, – Вы такие идиоты, просто придурки конченые. А если бы я убил вас? Вот чтобы мы делали, если бы я убил вас, идиотов таких?! – Не убил же? – опять смеясь, сказал Ник, – И хватит слез, ты перенервничал просто. Только посмотри, какой ты сильный. Ты раскрыл эмоции, высвободил силу и порвал двух самых сильных магов воздуха и земли на курсе, а ведь их щит в связке непробиваемый. Все это он проговаривал, взяв меня за плечи и показывая воронку, оставшуюся после моей огненной кометы. – Теперь наша задача дойти до этого тура. Тренироваться будем через день: полоса испытаний, близкий бой, начнем с меча, потом к рукопашке перейдем, ну и в магспаринге позанимаемся, – видя мое безразличие, он повернул меня к себе и наклонился, чтобы сказать прямо в глаза. – Том, ты выиграешь соревнования, обещаю! Просто теперь тебе нужно поверить в себя и найти цель, ради чего ты их выиграешь. – А ты знаешь, что сейчас на твою победу невероятный коэффициент? Если ты поставишь 5 золотых, то получишь 500, – как бы, между прочим, заметил Тони. – Да, огромные деньги, – поддакнул Райн. – А еще от девчонок отбоя не будет, они любят эти смазливые истории: «Слабак победил чисто из упрямства». – Да он и так пользуется популярностью, только делает вид, что не замечает. Хватит ему и подружек своих, – улыбаясь, сказал Ник. – На сегодня все? – спросила, не узнав свой голос, он был глухим, безжизненным. – Все, воробышек. – Ник с беспокойством посмотрел на меня, – Ждем на ужине. – Не ждите, – стянула с себя защитную куртку, всучила в руки Ника. После развернулась и ушла в направлении Академии. Это как надо было меня весь день раскачивать, чтобы я полностью потеряла контроль. Мысленно поблагодарила силу за то, что не убила этих идиотов, и почувствовала теплую волну по телу. И как это работает? «Ты со мной?» – в голове задала вопрос, хотя глупый. Конечно, всегда со мной. Может прав магистр Беннет, нужно к огню относиться как к подарку? На мои мысли снова прошлась теплая волна и остановилась в груди. Это тепло придало мне успокоение и уют, несмотря на то, что шла я в одной рубашке, обдуваемая всеми ветрами увядающего мира. Еще и куртку забыла. Не мой день. В комнате, после очередных душевых процедур, я улеглась на кровать, полностью опустошенная. Понимала, что нужно найти в себе силы сходить на ужин и зайти в библиотеку, чтобы поискать информацию и просмотреть еще раз газеты со статьями от Виктора Гряза. Стук в дверь прервал мои угрызения совести по поводу «ничего не делания для возвращения домой». Не спрашивая, кто там за дверью, открыла. На пороге стояла делегация из моих курочек, уже с привычным подносом еды и термосом. – Ты опять не пришел на ужин! – не здороваясь, вошла Эмили и с порога начала накрывать на стол, сдвинув все тетрадки и книги. – Разве так можно издеваться над своим желудком! – Ты выглядишь уставшим! – проговорила Стеф. – Тебе нужно больше отдыхать! – На самом деле мы хотим знать все, что произошло у тебя за последние два дня, – с деловым видом Бетт уселась на кровать, к ней тут же подсели и остальные в ожидании рассказа. – На самом деле я очень хочу рассказать, что произошло у меня за последние два дня, – с улыбкой ответила я. Как же я соскучилась за девочками, за нормальными девчачьими разговорами и настоящими эмоциями. Весь мой рассказ девушки охали и ахали, Бетт от восторга о проведенном опыте, Эмили ворчала на меня за неосторожность. Стефани никак не могла выбрать сторону, так как и сама не прочь была поучаствовать в испытаниях, но и страшилась последствий. Когда же я перешла к рассказу о сегодняшнем дне, не опустив ни одной детали, а также крепкого словца по поводу всех парней с боевого курса, девушки поддержали меня. – Ты знаешь, ставка – неплохая идея, ты реально можешь заработать на своей победе, – рациональная Бетт из всего моего рассказа вычленяла главное, – А еще плюс, что они вывели тебя на новый уровень своей силы. На занятиях ты такого результата не добьешься. Хорошая практика. – Мне вообще не нравится вся эта история, но если участвовать, то нужно побеждать, – вдруг сказала Эмили, которая изначально была против участия в турнире. – Ты сильный, Том, и мне кажется, Ник, каким бы он ни был придурком, приведет тебя к победе. – Мы верим в тебя, Том! – Стеф подскочила ко мне и обняла, – У тебя все получится! – Спасибо, – ответила я на ее крепкие объятья, на мгновение забывшись. Проведя вечер с подругами, успокоилась. И перед сном с улыбкой вспоминала, как чуть не размазала парней своей силой. Мысли вернулись к дару. Хотелось снова почувствовать контакт, ведь мне не могло показаться, сила отвечает мне, успокаивает и греет меня. Сколько раз я спала на улице в свои не лучшие времена, я ни разу не замерзла? Нужно поискать информацию о моей силе, еще один пункт в моей тетрадке. Дядя Джон мог сказать только то, что лучше о ней никому не знать. Но скрывать свою мощь становится все сложнее.