Глава 26

Вито Она что-то делала, не произнося ни слова. Выводила меня на эмоции, которых я не хотел. Все, чего я ждал, — это подчинение, и оно было. Скай слушалась меня, не истерила, ну почти. Она успокоилась, когда узнала, что ее мать жива, и все выглядело лучше, но потом в спальне что-то поменялось. Я хотел ее, а Скай плакала. Молча, в этой полутьме. Я чувствовал себя каким-то зверем, перед которым дрожала овечка. И я не хотел уже ее убивать. Мне было тошно от самого себя, если честно. У нас с Софией все было иначе. Мы смеялись, бесились, дурачились. Мы были молоды и беззаботны, даже когда родилась Лесси. Я чувствовал, что это моя женщина, Софи полностью мне подходила. Скай не такая. Нет, она мне не противна, она просто не моя. Вроде бы. Но и отпустить я уже ее не могу. Я хочу ее. Вдыхать ее запах роз, смотреть на нее, на нее всю. Она нежная, сладкая роза, я бы облизал ее всю. Мне сложно от нее оторваться физически, но общение у нас не складывается. Она обижена, я знаю, но я не могу переступить через себя, зная, кто ее дядя. Я и так первый раз с трудом ее взял. Не потому, что не хотел, просто внутри словно какой-то барьер стоял. Я был верен Софии, так было всегда. А теперь ее нет, а я, блядь, не понимаю, как мне позволить себе взять другую женщину. Я не хотел делать Скай больно, но она все равно ревела. Даже стоя предо мной на коленях. И тогда я сам ее уложил на кровать и вылизал. Я хотел ее успокоить и не знал, как иначе. Я просто не знал. Дальше был секс. Приятный, долгий, обучающий ее в каком- то смысле. Я не рвал ее, не терзал. Я брал ее, делал своей, показывал, подчинял. Скай слушалась, и все выглядело нормально. Кончила даже, я тоже кончил, а потом Скай расплакалась. Этот пузырь повиновения лопнул, и на меня полились все ее обиды, обвинения. То, чего слушать не хотелось, но пришлось. Я не выдержал. Она уже моя жена, ей надо было с этим смириться, но я понимал прекрасно, что предо мной двадцатилетняя девочка, она еще не знала жизни и не о таком браке мечтала уж точно. Я вышел из спальни, Скай еще долго плакала. Я не ночевал с ней в эту ночь, не мог. Я сам себя загнал в угол, и, кажется, решения не было. Этот брак одобрил отец, я так хотел мести. Все, что я планировал, мне удалось осуществить, вот только итог почему-то не радует. Отношения с дочерью не наладились, с братом я поцапался, а моя новоиспеченная жена, с которой у нас медовый месяц, рыдает в спальне. Вот такой итог моей мести. *** Я спала сегодня одна. Всю ночь мерзла и ворочалась, но Вито не пришел. И я не искала его, гордость не позволила. Я бы хотела позвонить Белле. Она показалась мне очень доброй и понимающей, но у меня не было ее номера, а просить его у мужа мне тоже хотелось. Я просыпаюсь одна от какого-то копошения. Открыв глаза, вижу Вито. Он собирает наши чемоданы. Сам. — Что ты делаешь? — Мы уезжаем. — Почему? — Мне нужно возвращаться к работе. — Что-то случилось? Что-то с Лесси? Вито бросает на меня острый взгляд. — Нет. Больше мне никто ничего не поясняет. Я тоже не проявляю желания лезть ему в душу. Вчерашняя ссора с Вито не была громкой, но эти тихие слова, которые мы друг другу сказали, ранили меня сильнее всего. Вито сравнивает меня с Софией не в мою пользу, и это правда больно. Понимать, что я недотягиваю до его идеала по всем просто параметрам. Что никто в замке не хочет меня видеть. Что я не София, даже маленькая Лесси предпочла бы, чтобы я куда-то удалилась, а ее мама вернулась. Я теперь в браке, как это все будет теперь, понятия не имею. Наверное, я просто буду пленницей без кандалов. Заключенной вне решетки, хотя замок Чезаре и есть самая настоящая тюрьма. Медовый месяц был коротким, я последний раз смотрю на лебедей. Они все так же плавают парой, они неразлучны, а мы мы едем обратно. Туда, где все началось, где мрак и холод, где темница — моя лучшая подруга. Чуть что — сразу же пойду туда, нет никаких сомнений. Кольцо ему нужно было просто для вида, а по факту мы все еще враги. Всю дорогу я молчу, сказать нечего. Вито тоже молчит. Коротко с кем-то переговаривается по телефону. С Анжело — я слышу его взволнованный голос. Что-то происходит — правда, пока не ясно, что именно. Замок встречает тяжелым молчанием. Белые розы все так же цветут. Я вижу издалека Лесси. Она гуляет на заднем дворе. Машу ей, но она не отвечает. Просто разворачивается и уходит. Вито рядом. Сцепляет зубы, как только видит дочь. — Подойди к ней, Вито, Прошу тебя! Поговорите. — Я занят, — бросает холодно и уходит. Не захотел, не знаю, почему у них так сейчас. Франческа говорила, что раньше Вито с Лесси были очень близки, а теперь между ними холод, но все равно Вито отец. Он должен сделать первый шаг. Лесси еще ребенок, она хочет внимания отца, его заботы. Оставшись без матери, эта девочка как никогда одинока. Неужели он не понимает? Не знаю. Скорее, просто делает вид, что ему все равно, тогда как в реальности это и близко не так. — Иди в наше крыло, Скай. — Я хочу погулять на улице с Лесси. — Я сказал — иди в замок! — Ты говорил мне, что я свободна и могу гулять, где и сколько хочу! — Здесь это правило не работает. Иди. Я ничего не ответила, спорить не было смысла. Увидела издалека, как к воротам подъехала машина и из нее вышел Анжело. Он коротко мне кивнул, я ответила и ушла в замок. Франческа уже ждала меня там. Она долго спрашивала, не нужен ли мне врач, все ли в порядке, а я просто молчала, не зная ответа. Вроде все в порядке, я жива, но внутри все равно больно. Этот брак оказался сложным, потому что он построен не на любви, а на мести. — Почему приехал Анжело? — Не знаю. Может, по работе что-то. Как ты, Скай? На тебе лица нет. Вито что-то сделал? Франческа не отлипает. Отпаивает меня чаем с печеньем, а мне не хочется уже ничего. — Нет. Мы были на озере. — И? Ты ехала туда в слезах, а вернулась просто разбитая. Девочка, у тебя болит что-то? Вито тебя обидел? — Нет, то есть все нормально. Мне надо привыкнуть. — К чему привыкнуть, господи? Вито ни разу Софию не обижал. Все в порядке у них было. — Нет, вы не подумайте. Вито не сделал мне больно физически. Мне просто надо привыкнуть к тому, что он не любит меня, а любит Софию. Разве я могу его винить за это? В глазах Франчески виднеется тоска. Тяжелая и молчаливая. Она подходит и приобнимает меня, поправляет мои волосы. — Мне жаль это слышать, девочка, но да, Вито такой. Их любовь с Софией была крепкой, но все же ее больше нет. А жизнь продолжается, Вито это поймет. Дай ему время. — Он сказал, что я не такая, как София, и никогда не стану такой. — Конечно, не станешь, потому что ты уникальна. Ты ничем не хуже ее, девочка. Ты просто другая. Вито поймет это со временем, он разглядит. — Я не уверена, что хочу этого. — А чего же ты хочешь? — Я хочу хочу просто, чтобы он перестал меня с ней сравнивать. Если даже не любит, ничего. Я привыкну. — Бедная моя девочка. Как же он мучает тебя! — Он не мучает. Он просто не любит. Не целует даже. Ни разу не поцеловал. Всхлипываю, слезы стекают по щекам. Франческа подливает мне еще чая, протягивает платок. — Вот, возьми. Я сейчас пойду и все выскажу ему. Не стоит это твоих слез! — Нет! Не надо, прошу! Пожалуйста, не говорите ничего! — Ну все-все, будет. Не переживай, как-то да наладится. — А как вы тут без нас? — Как на кладбище. Скучно без вас, дети, Лесси совсем загрустила. Ходит как призрак, никому не нужная. Благо Анжело с Беллой приезжали к ней, играли. Но это все равно не то. Она ждет Вито, а он как камень холодный. — Почему он такой с ней? — Винит он себя. Не может смотреть дочери в глаза после всего, что с Софией случилось. Это их общая трагедия, но каждый сам по себе ее переживает. Все, иди отдыхай, я уберу тут сама. Франческа меня отпускает, и я поднимаюсь к себе. Не иду в комнату Вито, ведь он там жил с женой. Там ее фотография и ее вещи некоторые остались. Я не могу просто. Это чужая территория, не моя. Я ведь не бессовестная скотина, которая пришла на все готовое. О нет, София, если бы ты только знала. Я не хочу забирать у тебя ни мужа, ни дочь. Я сама здесь пленница. Прости меня, я не такая, как ты, и никогда тебя заменить им не смогу. С этими мыслями я забираюсь на подоконник и обхватываю колени руками. Что теперь будет, неизвестно. Этот замок полон тайн, и, кажется, скоро они все начнут открываться.