Глава 28

Лорд Крайчестер:

Я вернулся в экипаж после посещения храма в странном настроении. Обещание выполнил, богиня приняла дар и, если я правильно понял знак, оставила Пашу со мной. Но почему тогда Паша сидит нахохлившись, как будто недовольна. Еще и явственно ворчит на своем вороньем.

— Эй, что случилось? — спросил я, погладив шелковые перышки.

— Кар-р! — бормотнула птичка, но отодвигаться не стала. Только вздохнула.

Очень понятно.

Я еще раз погладил Пашу по спине, но она все так же ворчала, хоть и заметно тише. Ладно, приедем в Комитет — расспрошу. Сейчас ответа я не добьюсь. И переключился на планы. Сегодня мне опять предстоят аресты, допросы и отчеты, отчеты, отчеты. Продолжая машинально гладить Пашины перья, мыслями я ушел в работу.

Кто же все-таки этот предатель? Он точно должен был работать в Комитете, причем где-то близко ко мне, но вряд ли на руководящем посту. Некоторые признаки говорят о том, что утекает низовая информация.

В этот раз я не забыл взять свою пернатую с собой. Хватит, налеталась одна. Еще один такой цирк с розысками и лечением я не переживу.

— Паша, пойдешь со мной? Тебе все еще не безопасно летать по городу, — для порядка спросил я сидевшую на плече ворону — все же она самостоятельное существо, и нужно создать видимость свободной воли, а то обидится. Я этот прием выучил, когда Крис еще подростком была и училась у меня.

— Кар-р, — вздохнула птичка и переступила когтями по плечу. Ну и отлично.

У секретаря я забрал свежие сводки, на ходу пробежал половину глазами. Не отрываясь от данных, вошел в кабинет.

За моим столом сидела Кристина. Она частенько работает в моем кабинете, так что не удивлен. Хуже другое. Сидит бледная, как листы, которые я держал в руках, под глазами синяки чернильного цвета, а на столе штук шесть пустых чашек, кабинет же пропах тонгом.

Кристина что-то писала. Пыталась писать… Даже с расстояния я видел, что буквы разъезжаются в стороны, строчки то ползут вниз, то подпрыгивают и ложатся почти вертикально. Пару букв я даже опознать не смог.

Боги… Крис всю ночь работала?!

— Кыр, — тихо буркнула Паша с интонацией отчетливого неодобрения, но каркнула как-то сочувственно.

— Отстань, дурацкая птица, — пробормотала Крис, делая на листе жирную кляксу.

Паша хлопнула крыльями и перемахнула на шкаф. Прошлась по нему туда-сюда, поглядывая на нас сверху. Мне почудилось что-то скептическое в ее взгляде, особенно недоверчиво птичка косилась на королеву. Или не недоверчиво? Ревниво, что ли? Да ну…

Назвать Кристину «Крис» у меня язык не повернулся. Сначала надо извиниться, а только потом возвращаться к нормальному общению.

— Ваше величество?

Королева вздрогнула, но с заметным опозданием, медленно подняла голову, выгнула бровь. И посмотрела на меня как на тлю.

— Лорд Крайчестер, вы что-то хотели? — а у самой глаза уже друг в друга глядятся и руки трясутся.

М-да, а ведь королева не глава Комитета, лезть с уколами никто не осмелится. Впору самому шприц взять. Иначе эту упертую девчонку из-за стола не выкорчевать.

— Ваше величество, вы давно смотрели, что пишете? — я указал пальцем в текст.

Кристина опустила взгляд.

— А? — она попыталась сосредоточиться, но получилось плоховато.

— Ваше величество, вам немедленно нужен сон. Позвольте я провожу вас в комнату отдыха?

Я протянул ей руку, но Крис лишь зло прищурилась, и такое впечатление, стоит ее коснуться — укусит.

— Мне нужно закончить! — отрезала она и снова попыталась что-то изобразить на листе.

— Ваше величество, эти каракули потом не то что секретарь, вы сами прочесть не сможете. Что за глупое упрямство?

— Не мешайте, лорд Крайчестер!

— Кур-р-рка, — не одобрила со шкафа Паша, а я покосился на нее и вздохнул. Курка, да… но коронованная. Ладно, пришла пора действовать решительно. Помиримся потом.

— Ваше величество, — я выхватил листок у упрямицы и убрал его в стол, — не сходите с ума. Отдых! Срочно!

— Отдайте сейчас же! — вспылила Крис и даже покраснела от возмущения.

Не знаю, сколько бы еще пришлось препираться с этой… куркой упрямой, если бы не громовое воронье «КАР-Р-Р-Р!» со шкафа.

Паша перелетела на боковой стол, где все еще лежал поднос с песком, и вывела гораздо ровнее, чем сейчас получалось у ее величества: «Вы еще подеритесь. Как дети малые».

— Что?! — вызверилась Крис. — Да ты! Ты, дурацкая птица, меня не проведешь! Можешь немой прикидываться, но я знаю, что ты говоришь. Ты…

— Сама дур-р-ра!

Пашка:

Ну а кто она еще, если не дура? Я тут пока у Края на плече ехала, слышала, как секретари шептались, мол, ее величество не спит третьи сутки. Еще бы она не была такая зелененькая и дохленькая.

Но вот на моего лорда нечего шипеть, тоже мне нашлась. Он ей трон спас, между прочим. С моей помощью! Хоть бы спасибо сказала, курка облезлая.

Но деваться некуда, и этих двоих надо мирить, а то вивисектор переживает за свою дурную королеву как за родную сестренку. Кстати, у него действительно к ней отношение похожее. А Кристина, кажется, его ко мне ревнует не как женщина, а именно как младшая сестра. Угу, как дура.

— Сама дур-р-ра! — еще раз повторила я с наслаждением, перепорхнула на плечо к своему вивисектору и с интересом уставилась в вытаращенные глаза королевы. А потом еще клюв открыла и показала ей язык.

Кристина похлопала ресницами, булькнула что-то негодующее, ткнула в мою сторону пальцем, словно призывая Края оценить, какая я нехорошая птица, потрясла им, но слов так и не нашла. Бессильно плюхнулась обратно в кресло и судорожно вздохнула, как маленькая девочка, которая вот-вот разрыдается.

Я уже испугалась даже, что ее слезы подействуют на Края, но эта курка взяла и… заржала. И главное, я на нее таращусь и чувствую, как вивисекторское плечо подо мной начинает ходуном ходить, смотрю, а он тоже ржет. Кар-р!

Но самое интересное случилось потом. Королева, которая ржала в голос, вовсе даже не по-королевски, а по-лошадиному, постепенно стала смеяться все тише и тише, а потом откинулась на спинку кресла и, все еще хихикая, закрыла глаза. А через пару минут и вовсе, кажется, уснула. Ух ты, ух ты! Прико-ольно!

— Умница, — вдруг шепотом похвалил меня вивисектор. — Она бы еще час тут со мной препиралась, а потом без настойки уснуть бы не смогла. Так бывает при сильной усталости… но мне все равно интересно, какие еще слова ты знаешь, кроме тех, которыми выразила свое почтение к ее величеству.

— Сам дур-р-рак, — с готовностью выдала я и слегка надулась. Я тут вообще кто, ворона с чувством собственного достоинства или клоун-усыплялка?

Край хмыкнул, пересадил меня на стол и осторожно поднял королеву на руки. А та даже не проснулась. Так что вивисектор спокойно переместил ее в соседнюю, смежную с кабинетом комнатку, где уложил на диван, подсунул под голову подушку и даже заботливо укрыл пледом. Я прямо не знала — умиляться его навыкам или ревновать.

— Вот и отлично, проснется уже нормальным человеком, — резюмировал Край, возвращаясь за свой рабочий стол. — Ну а мы пока тут разберемся… Знаешь, птичка, какую гидру благодаря тебе удалось за хвост из норы вытянуть? Подумать страшно, что бы без тебя с нами было… Эти твари собирались вернуть старые порядки и отдать королевство на откуп работорговцам и прочей мрази. Да вот не получилось. Теперь мы всю шушеру вычистим, пользуясь благовидным предлогом. Надолго охота заговоры строить пропадет.

Я надулась от гордости и важно уселась на стол слева от погрузившегося в какие-то бумажки вивисектора. Приятно чувствовать себя спасительницей королевства, только немного скучно. Так что минут через пятнадцать я тихоньку подтащила к себе какую-то папку и принялась с интересом изучать протокол чьего-то вскрытия. Хм, а зачем у этого чувака в желудке был якорь? Проглотил нечаянно или это ему такое порицание с занесением сообщники вынесли?