Глава 16

— Членов королевской семьи называть только «Ваше величество», — зашептал шут, когда я открыла дверь, и яркий свет маглюмов выжал слёзы из глаз. — И на «Вы», разумеется.

— А остальных как?

— А остальных — как осмелитесь, — Алексис ухмыльнулся, и его лицо сморщилось, подобно печёному яблоку.

Тронный зал был весь выполнен белым камнем. Не мрамором — нет — более нежным, почти прозрачным материалом, слегка отливающим ледяной голубизной. Стоило лишь бросить взор на стены или потолок, как глаза начинали болеть. Необычный метод обескуражить противника? Не думаю. Просто у кого-то из предков короля был дурной вкус.

Фигура королевы Инессы больше походила на чугунный печной горшок, нежели на изысканную Хармингтонскую вазу тонкого фарфора. Даже когда королева сидела на троне, её филейная часть выступала из декоративных отверстий между подлокотниками и сидушкой. Сложно было понять, есть ли у неё талия: обзор закрывали огромные груди. При всём при том, красота и изысканность её лица сражали наповал. Стоило лишь рассмотреть её светлые кучерявые волосы и чувственные губы, заглянуть в глубокие зелёные глаза, как становилось понятно, почему король Рихар предпочёл именно её — дочь кухарки из Томокры — девятнадцати красавицам.

Но на этот раз трон короля торжественно пустовал. Лишь по левую руку от королевы, гордо расправив плечи, стоял принц Рэнимор в чёрном фраке и рубашке, расшитой золотом. Его тугие, пшеничные кудри спускались на плечи, голубые глаза почти безучастно смотрели в пол. Принц походил то ли на мать, то ли на агатовую статую. Я столько раз видела его на экране, но, тем не менее, не узнала бы, встретив в коридорах дворца. Представляла его более сухим, что ли.

За тронами высился полукруг из кресел с карикатурно-громадными спинками. В них гордо восседали ближайшие подданные королевской семьи с такими пафосными лицами, будто они здесь что-то решают. На одном из почётных мест, к своему удивлению, я приметила лысую женщину, что проводила первое испытание. В мужчине, чья одежда была прикрыта белой мантией, я распознала королевского лекаря. Ещё один приближённый очень напоминал оружейника, но это точно был не Рэм. Немудрено: дворец такой огромный, королевская свита так многочисленна. Оружейников может быть и несколько.

— Поклонитесь! — шепнул шут.

Я слегка склонилась вперёд. Плотно налакированные кудри защекотали шею. Было почти не зазорно: всей Аэрии известно, что дурацкие решения принимает король, а не королева. Именно король Рихар приказал окружить Аэрию куполом пятнадцать лет назад! А Инесса, происходящая из не самых высоких слоёв общества, всегда заботилась о народе. Даже «Вороны» это понимали.

Королева легко кивнула, следом за нею — принц. Алексис засеменил к пустому креслу, и мне почему-то стало холодно, будто я лишилась защиты. Впервые за двадцать секунд пробрал ужас. Что я творю, о Богиня?! Зачем ввязалась?! Надо было упираться руками и ногами и отстаивать право на последнее место в очереди!

— Ибреса Лира Крэтчен, — произнесла королева Инесса и легко улыбнулась.

— Совершенно верно, — на редкость бодро отозвалась я, и, опомнившись, добавила: — Ваше величество.

На всякий случай я поклонилась ещё раз. Если играть — так ва-банк.

— Я слышала, вы состояли в оппозиционной группировке «Вороны», — бескомпромиссно заявила королева.

Меня аж качнуло. Заискивать перед королевой резко расхотелось. Ах, она так? Сразу в лоб?! Интересно, как следует понимать такой ход?

— И сейчас состою, — ответила я, решив не врать. — Можете гонца послать, спросить, если не верите.

Королева, к моему удивлению, лишь шире улыбнулась и сильнее распахнула глаза:

— Смело!

До слуха донеслись одинокие аплодисменты. И я, конечно, знала, кто хлопает в ладоши. Только нервы натянулись ещё сильнее. Как струны скрипки, когда завинчиваешь колки до предела. А полоснёшь по ним смычком — заскрипят и взвизгнут!

— А что вас привело к «Воронам»? — взял слово принц. Голос его был мелодичным и тягучим. И знакомым… Накатило чувство, будто я знаю его всю жизнь. — Вы недовольны политикой правящей двойки?

«Не рисуйся!» — всплыло в памяти прежде, чем я осмелилась открыть рот.

— Не то, что бы я настроена радикально, — осторожно начала я, — но считаю, что Купол — излишняя мера. Соседние страны так же сильно нуждаются в магическом источнике, как и Аэрия. К тому же, эта мера… раскрывает правящую двойку не с лучшей стороны. Ведь теперь все думают, что мы боимся войны. Да и оставлять золотой рудник лишь одному государству — это несколько несправедливо.

На мгновение в зале повисла тишина: такая же слепяще-белая, как пол и стены.

— Весьма забавная точка зрения, — раздался вдруг голос. Один из подданных — мужчина в тёмно-синей мантии — поднялся со своего места и поправил остроконечную шапку. — Вы родом из семьи торговца, но немного слабы в экономике. Золото шло на экспорт. Сейчас же, когда Аэрия изолирована, толку от него, мягко говоря, нет.

— Никогда не ладила с точными науками, — призналась я. — Но у меня достаточно ума, чтобы понять, что изоляция — это плохо. В Аэрии который год неурожай, и торговля с соседними государствами могла бы спасти народ от голода.

— А про мор вы слышали? — снова заговорил принц.

Опять двадцать пять! Они все тут сговорились, что ли?

— Слышала, — я едва боролась с возмущением. — Но верю лишь в то, чему есть объективные доказательства. Я не видела ни одного заражённого человека или эльфа в Аэрии. И уверена, что не увижу.

— А если вам покажут заражённого человека, вы поверите? — настаивал принц. Холодно, бесстрастно: как и полагается принцу.

Он поднял на меня глаза. Его взор был серьёзным и глубоким. Растворяющим. Ра-зу-беж-да-ю-щим. Я едва не растеклась, как кисель, и готова была забыть всё, чему меня учили… Но лишь на миг.

Резво закусила губу, возвращая рассудку трезвость и ясность. Хватит, Лира! Принц — высокомерное, жестокое и бахвальное чучело! Но — Богиня — как же он вышел лицом! Под стать своей матери…

— Мне его не покажут, — отрезала я.

— Вы так думаете? — принц дерзко вскинул бровь и улыбнулся на один бок.

— Я уверена. Будь в Аэрии хоть один человек, заражённый мором, все аэрийцы давно бы лежали в земле. Ведь, если верить леген… вашим данным, мор очень заразен.

Принц неожиданно сдался. Закивал, натянуто улыбаясь. В его глазах мелькнул лукавый огонёк, и чувство дежа вю снова накрыло меня с головой. Я знала его раньше. Но когда?!

— Ваша точка зрения понятна, — подытожил он. — Но что-то подсказывает мне, что у вас есть другая причина для неприязни к правящей двойке.

Сердце словно кинжалом проткнули. Воздух вокруг сгустился и превратился в стекло. Всё здесь, оказывается, куда серьёзнее, чем просто игра. Уже и в наших досье поковырялись основательно. А к моему — я уверена — придирались пуще всего. Интересно, известно ли этим зажравшимся мордам, когда у меня выпал первый молочный зуб?!

Что там говорили? Отвечать честно? Думаю, врать дальше не имеет смысла. Раз они спросили меня именно об этом, значит, им уже известен ответ.

— Королевство отняло у меня мать, — прошептала я, чувствуя, как на глаза наползают слёзы.