41

То, что именовалось Порталом, на деле оказалось просто причудливо изогнутой веткой яблони у того самого мёртвого дерева, к которому нас переместил амулет. Под этой веткой полагалось пройти хозяйке острова, чтобы оказаться в родном замке.

Звучало весьма сомнительно, поскольку ничего особенного в ветке я не заметила. Ни дрожащего воздуха в очерчиваемом веткой контуре, ни марева, ни загадочного тумана. Совершенно ничего, что давало бы подсказку хотя бы мне, хозяйке острова.

Я потянулась к Себастьяну, желая схватиться за него, чтобы пройти в портал вместе, но нечаянно коснулась звена цепи.

Если до этого Абаль и сомневался в моих колдовских способностях, то теперь его подозрения были бы точно развеяны: металл вспыхнул синим. Себастьян стиснул зубы и поморщился. Выходит, ореливий забрал часть магии у меня? Выходит, эта самая магия у меня есть!

На пальцах осталось странное ощущение онемения, но не более того. Наверно, я очень слабый маг, да и дотронулась лишь на миг.

 –  Это точно портал? – чтобы не показать своё искреннее удивление, спросила я о чём-то совершенно глупом. Конечно, это точно портал, раз Абаль нас сюда привёл!

 –  Да, принцесса,  –  ответил Алмариан. – Я чувствую его магию.

 –  Пойдём скорее! – засуетился Абаль, сверкая глазами.

Но тут эльф снова меня удивил.

Он ловко и как всегда неожиданно достал лук и стрелу, а когда её наконечник оказался нацелен на старика, приказал:

 –  Снимай оковы с Себастьяна. У тебя почти нет магии – ты справишься! Принцессе негоже убивать безоружного, так что освободи его. Он всё равно сейчас слаб и не сможет противостоять принцессе!

Как по мне, было рано. Это всё можно было вполне отложить, но эльф посмотрел на меня серьёзно и заговорил, сбрасывая маски:

 –  Ты не должна приводить на остров это чудовище. Остров может запомнить Абаля как твоего друга, не нужно так.

 –  Я и есть ей друг,  –  прошипел в ответ старик. – А вот ты кто такой? – он вдруг проникся подозрением к эльфу. Остроухий и до этого не очень-то нравился Абалю, а особенно теперь, когда второй раз целился в него. – Ты в одном был прав: около Принцессы нет места предателям! А ты явно на стороне проклятого колдуна!

Мы с Себастьяном смотрели на происходящее, не вмешиваясь. Я схватилась за локоть мужчины, готовая в любой миг ринуться в портал. Кто знает, каков Абаль в гневе!

Старик вскинул посох.

 –  Умри! – он явно рассчитывал, что уж на уничтожение эльфа-то магии в нём хватит.

Магии, может, и правда хватило бы, а вот ловкости – точно нет.

Эльф оказался стремительнее.

Алмариан выстрелил, казалось, не целясь, и попал в правое плечо старика.

 –  Сердце ниже и с другой стороны,  –  сухо и глухо заметил Себастьян. Его голос был тих и слаб, но усмешку в нём было отлично слышно. Кажется, охотник вновь начинал жалеть, что однажды с дядей Колей спас такого оболтуса, который не может и с двух метров попасть в сердце врага.

Я облегчённо вздохнула: Себастьян не так уж и плох!

 –  Я знаю, где сердце, –  отозвался эльф.  –  Но если Абаль умрёт, то портал перестанет существовать. Мы не вернёмся в замок на острове, а здесь воиныАбаля отыщут нас в считанные часы. Нам с Вороникой ничего не будет, а вот что они сделают с тобой... – он усмехнулся и тут же виновато улыбнулся, показывая, что не со зла ответил именно так.

До меня, наконец, дошло, почему эльф не пристрелил Абаля сразу после Отиса. Эльф умён.

 –  Принцесса, нас предали! – с болью и отчаяньем возопил старик, неуклюже пытаясь всё же воздействовать посохом на эльфа, но в то же время покачиваясь от своего ранения и торчащей из плеча стрелы.

 Жаль Абаля не стало. Так бывает: ещё неизвестно, кто прав, кто виноват на самом деле, но душа уже определила, за кого ей болеть, а до кого ей дела нет.

Как ни крути, со стариком вышло очень некрасиво и даже подло с моей стороны, но моя лежащая к Себастьяну душа не испытывала ни малейших угрызений по этому поводу. Словно мы с Алмарианом ловко обдурили старого немощного мага, а не просто запутались и оказались в неловкой ситуации.

 –  Нас предали! Предали!  –  Абаль кричал, и, поняв, что посох бесполезен, он двумя руками ухватился за древко торчащей из его тела стрелы и потянул на себя.

Звук был омерзительнейший, так что даже страдающий от боли Себастьян поморщился. Я отвернулась, чтобы не видеть.

 –  Да, предали…. – пробормотала я. – Ты даже не представляешь, насколько…  –  и, переглянувшись с эльфом, услышала его голос:

 –  Уходим, Вороника! – Алмариан ловко забросил лук за плечо, и тот мигом стал незримым. А затем под крики боли и проклятья понявшего всё Абаля эльф схватил меня за руку и втолкнул под яблоневую ветвь, второй рукой на всякий случай вцепляясь мёртвой хваткой в плечо Себастьяна.

 –  Будь ты проклята, любовница колдуна!  –  ревел нам вслед раненый старик, потрясая окровавленной стрелой, которую всё же вытащил из себя.  –  Будь проклят и ты, охотник! Я знаю! Я знаю о тебе всё! Ты должен умереть, и ты умрёшь собачьей смертью!

Странно, что он проклинам именно нас с Басиком, совершено забыв упомянуть ранившего его эльфа. Несправедлив мир. И этот, и наш. Все миры несправедливы...

Так думала я, пока странный абалевский портал перемещал нас на мой остров.

??????????????????????????