44

Пару дней мне казалось, что все — это безумие никогда не закончится. Я то просыпалась, то проваливалась в забытье. Постоянно было то слишком жарко, то слишком холодно. Кажется, мне что-то кололили, ставили капельницы. В те редкие минуты, когда я могла осмысленно следить за происходящим, меня навещали врач и медсестры. Все они постоянно успокаивали меня, говорили, что все наладится — надо только потерпеть. Но мне казалось, что конца и края этому нет…

Я уже настолько потерялась в происходящем, что порой мне чудилось, будто рядом сидел Руслан. Но на все мои просьбы увидеться с ним мне говорили, что рано еще, и заверяли, что с Волковым все хорошо и он уже идет на поправку.

В отличие от меня…

А однажды мне даже привиделось, будто любимый человек сделал мне предложение. Мне казалось, что в этот момент мое сердце попросту не выдержит всего того, что я испытывала, но не имела возможности выразить словами. Но, видимо, это был мой очередной бред, потому что ни разу мне не удалось увидеть Руса вживую.

Как-то раз у меня даже промелькнула мысль, что вот так моя жизнь и закончится — глупо и бессмысленно. Мое воспаленное воображение рисовало картины, в которых тот самый злой и страшный Герман давал указание не лечить меня, чтобы ничто не мешало Руслану работать на него…

В общем, бредила я по полной.

Просветление наступило внезапно. Просто одним утром я проснулась и поняла, что не испытывала того жара, что мучил меня все это время. И вообще дышалось гораздо легче. Настолько, что я тут же попыталась привстать с постели. Но, конечно же, вошла медсестра и строго-настрого запретила подобное.

— Вам еще рано! Скоро придет врач и расскажет о дальнейшем лечении.

Ждать пришлось немало. Но когда доктор все же пришел, то явно был доволен результатом осмотра и сообщил, что кризис миновал, и дальше все должно пойти уже гораздо легче.

— А когда мне снимут бинты?

— Не терпится увидеть новое лицо? — понимающе улыбнулся тот.

— Не то чтобы… Но отчасти да. И вообще хотелось бы уже… закончить лечение.

— Как минимум, еще пару-тройку дней придется потерпеть.

— А как Руслан? Я могу его увидеть?

— У него все в порядке. Что касается визитов… Я бы пока подождал — просто чтобы перестраховаться. Ваш организм пережил немалую нагрузку. Лучше побольше отдыхать.

— Но как наша встреча помешает? — не понимала я.

— Вашему другу уже сняли бинты, — неохотно ответил доктор. — И шок от увиденного может привести к нежелательным последствиям.

— Но я ведь знаю, что он будет другим!

— Послушайте, Алиса, мой опыт говорит о том, что зачастую люди оказываются не готовыми к подобному. Даже если им кажется, что они уже знают, что увидят. При полной смене облика необходим некоторый период адаптации. Поэтому мы подождем результатов ваших анализов, понаблюдаем день-другой. И если все будет в порядке, вы увидитесь с ним.

— Но я…

— Вы ждали так долго — неужели не подождете еще немного?

— В смысле?

— Ваш друг проводил здесь много времени, — снисходительно улыбнулся мужчина. — Устроил настоящий скандал, когда его отказались пускать. Так что не волнуйтесь — скоро вы увидитесь и начнете привыкать друг к другу.

Врач замолчал, а я все сидела и прокручивала в голове его слова. Получается, Руслан был тут? Не оставил, настоял! Добился того, чтобы быть рядом…

Слезы снова выступили на глазах против воли.

— Вот поэтому я и говорю, что рано, — неодобрительно цокнул доктор. — Вам нельзя плакать и расстраиваться. Поймите это и наберитесь терпения.

— Да-да, конечно, — всхлипнула я.

Наверное, это были самые сложные пару дней в моей жизни. Я изнывала от желания покинуть палату и пойти к нему — к Волкову. Хотелось почувствовать его руки, поцеловать его, обнять. Хотелось увидеть новое лицо, да. Но не потому, что мне не нравилось старое. Скорее, это было просто любопытство. Мне даже мое не так было интересно.

Наконец наступил тот самый момент — мне не только позволили встретиться с мужчиной, но и обещали перед этим снять бинты. Волнение появилось, лишь когда мой лечащий врач стал осторожно разматывать повязку. Только в этот момент я в полной мере осознала — все, пути назад нет. От прежней меня ничего не осталось.

А ведь я примерно знала, что, а точнее, кого увижу в зеркале. Хотя… Реальность оказалась далековата от исходной картинки.

— Пока еще остался небольшой отек, — произнес врач между тем, указывая на некоторые части моего чуждого лица. — Но в целом все вышло очень неплохо. Через пару дней будет видно лучше. Но даже сейчас понятно, что вы стали настоящей красавицей.

Честно говоря, я не разделяла его мнения. Потому что пыталась привыкнуть к новому отражению. Отеки меня не пугали — меня пугало новое лицо. Вот теперь я, наверное, поняла, о чем именно говорил доктор, когда не разрешил мне встречу с Русланом. Не то чтобы я была впечатлительной девочкой, но все же это было настолько непривычным, что мне потребовалось какое-то время.

— Да, я понимаю, — наконец выдавила я. — Спасибо.

— И, кстати, вы можете навестить своего друга, — добавил он.

— Уже можно? — неуверенно спросила я.

— Я бы даже сказал, нужно, — усмехнулся мужчина. — Вас проводит медсестра, как только будете готовы.

Он ушел, оставив меня наедине со своим новым образом. Какое-то время я разглядывала себя со всех сторон, осторожно прикасалась к новым скулам, новому носу. От меня остался разве что цвет глаз. И все!

Наверное, прошло не меньше часа, прежде чем я собралась с мыслями и вышла из палаты. Медсестра понимающе улыбнулась и попросила следовать за ней. Каждый шаг давался непросто. Несмотря ни на что, я волновалась. Даже слегка боялась. Вдруг моя внешность все же окажется не по душе Руслану?

Шли мы недолго, но я довольно быстро запуталась в хитросплетениях больничных коридоров. Наконец медсестра остановилась перед одной из дверей и, тактично постучав, открыла ту и отступила в сторону. От неожиданности я даже зажмурилась, понимая, что вот он — момент истины, момент знакомства.

Глубоко вдохнув, я сделала шаг вперед и открыла глаза. Волков стоял у окна, спиной ко мне. Стоило только увидеть его, как пружина во мне распрямилась. Здесь и сейчас я поняла — все будет хорошо. Потому что он рядом, здесь, живой.

Дверь за мной тихо закрылась, и мужчина, наконец, обернулся. Мой мужчина с чужим лицом.

— Привет, — хрипло произнес он…