12.4

– Фаворитка? – недоверчиво протянул Мадер, смотря на меня.

Похоже, моя внешность полностью вернулась к первоначальной. Ведь и Форст узнал во мне Катарину, но не признал прачку, которая несколько месяцев сопровождали его. И советник этот… а я сейчас наверняка не в лучшем виде, губы разбиты,  на лице синяки,  и все же меня узнали.

– Да, уверен. Память на лица у меня феноменальная. Это кантеса Лия Жерар, первая фаворитка Алексана Третьего, продержалась в этом статусе по моим данным почти полгода, потом исчезла.  По слухам,  он ей даже не изменял. А ведь до этого имел репутацию самого развратного правителя, – все это советник проговаривал, продолжая задумчиво меня рассматривать. – Итак, повторяю вопрос, что она здесь делает?

– Это и есть та шпионка,  о которой я говорил. Поймана с поличным. Прибилась к моему крылу несколько месяцев назад, представилась бывшей кухаркой при дворце нашего салтэ. Это подтвердила другая бывшая работница кухни… Все это время служила моей личной прислугой. Как такое могло произойти?

Я бы сказала, что это риторический вопрос, но Мадер впился в меня взглядом.

– Узнать все, вечером доложить. Она может быть гораздо полезней, чем думали, – отдал приказ советник и развернувшись вышел.

– Я лично, займусь этим, с удовольствием,– протянул сэл Элим  и повернувшись к Форсту продолжил, – можешь идти по своим делам, я тут надолго.

С этого момента начался мой личный ад.

***

Мадер не соврал. Он получал удовольствие, видя мою боль. Началось все с банального избиения. Он бил, задавая вопросы и не получая на них ответы, продолжал избиение. Держал на грани. Несколько раз я почти проваливалась в небытие, но он улавливал этот момент и обливал холодной водой, не давая уйти в спасительную темноту.

Я выблевала остатки еды прямо на себя,  от ударов по животу, захлебывалась кровью из разбитого лица. Привязанные руки стёрлись до мяса. Каждое движение причиняло боль,  а холодное и мокрое насквозь платье липло к телу.

И если изначально я старалась хоть как-то группироваться, даже привязанной к столбу, то теперь лишь ждала когда это закончится, пытаясь  абстрагироваться от боли. Для этого сосредоточила внимание на сером пятне въевшемся в полотнище шатра в дальнем углу.

А сэл Элим, продолжал методично избивать, ожидая ответов.

Нельзя идти на контакт. Этому меня научили давно. Если при пытках, ты ответишь хоть на один, самый незначительный вопрос, то ты сломался. Это начало конца. Психология человека так устроена, дав один ответ, из тебя будет легко достать остальные. А я слишком много знаю о защите столицы и дворца. Слабые и сильные стороны обороны. Если я сдамся, то Рулад проиграет войну. И все было зря. Защитники погибли зря,  а убитые дети, женщины и старики останутся неотомщёнными.

Эти мысли придали мне силы бороться дальше. Сцепив чудом уцелевшие зубы, подняла глаза на мучителя. Точнее один глаз, второй уже заплыл.

Он был весь взмылен,  продолжая так же с ненавистью изучать меня.

– Молчишь, дрянь, – констатировал факт он. – Это не надолго.

И ещё один удар по голове. Не выдержав, взбесился и снова не рассчитал силу.

Уже уплывая услышала как кто-то вошёл в шатер.

– Демон, я хотел с ней позабавиться и хорошенько оттрахать во все дыры, но сейчас сука больше похоже на кусок мяса, даже член не встанет, – узнала я голос Форста, пропитанный  отвращением. – Не перестарайся Мадер, если сдохнет ничего не сказав, советник и салтэ, которому он все передаст, тебя не похвалят.

– Не лезь,– отрезал сэл Элим. – Посмотрим как она запоет оставшись тут без воды и еды.  Если не расскажет перейдём к более изощренным методам.

Судя по шороху и тишине меня оставили одну и я тут же отрубилась, в глубине души надеясь, что больше не очнусь.