Эпилог
Таяна
Легкий летний ветерок игрался маленькими колокольчиками над детской кроваткой. От чего по комнате разлетался мелодичный перезвон, убаюкивая, умиротворяя.
За окном стояла летняя жара.
Я отчаянно боролась с подкрадывающейся дремой, наблюдая, как хмурится во сне малыш Эдерон наследник престола Нилиндерии. Мой сын. Совсем крошечный, такой беззащитный. Но уже наследник престола. И от этого мое материнское сердце сжималось.
Какая судьба ему уготована? Очень хотелось взять в руки бабушкины Таро, заглянуть в будущее, но… я поклялась себе больше не загадывать. Судьбу мы вершим сами. В этом мой король был прав. И даже если казалось бы все предрешено. Мы все равно сами выбираем будущее.
Потому я больше не стану умышленно заглядывать в будущее, а Таро пусть так же остаются на полке, напоминая нам о цене, уплаченной за настоящее.
— Он прекрасен, Таяна, — раздался мелодичный женский голос над головой, выдернув меня из моих размышлений.
Я узнала его мгновенно. Может, потому, что все еще слышала его во снах. Иногда мне казалось, что в толпе мелькало ее лицо, стоило покинуть мне стены дворца.
— Разве я могу с вами спорить? Для меня он великолепен, — улыбнулась я, качнув кроватку, и по комнате снова разлился мелодичный перезвон.
Девушка-сильф приблизилась к колыбели, чуть склонившись.
— Он похож на твоего отца, — улыбнувшись, обронила она.
Сердце перевернулось в груди. Долгое время, я думала над тем, какими были мои родители? Почему так поступили с нами? Что с ними случилось?
Но задать эти вопросы почему-то не повернулся язык. Почему? Может потому, что страшно было услышать ответы. Правда — не всегда сахарный сироп. Порой, она горше полынной настойки.
Девушка медленно обошла колыбель, приблизилась. Несмотря на то, что ветерок в комнате был едва ощутимый, ее стального цвета балахон взлетал, словно от порывов штормового ветра.
Я невольно поднялась на ноги, удивившись, насколько она была миниатюрной. Обманчиво слабой.
— У меня для тебя подарок, Таяна, — пропела она, взяв меня за руку и развернув ее ладонью вверх.
И тут же мне в ладонь упало два обручальных кольца. Прохладный металл коснулся кожи, и… сознание поплыло, смазалось…
Ветки яблони в розоватом цвету. Осыпаются лепестки, словно снежные хлопья.
Женщина, с белоснежными цветами в причудливой прическе и букетиком в руках. Платье цвета стали, словно вторая кожа, обтекает ее стройное гибкое тело и едва заметный округлившийся животик. Ее глаза сверкают счастьем, когда тонкий ободок обручального кольца касается кожи. Женщина… как две капли воды похожа на мое отражение и сердце замирает.
— Люблю тебя, — шепчет высокий мужчина ей в волосы. Немного острые черты лицо придают ему схожести с хищной птицей, но не отталкивают, а притягивают взгляд.
Сердце замирает. Это они — мои родители. Счастливы…
И видение меняется. Словно перетекает в другую картину.
…Простенько обставленная комната. Женщина со свертком в руках. Звуки сражения. И ее страх, почти осязаемый. В комнату врывается демон. Словно наполняя пространство тьмой. Мама прячет меня за спину, но…
И снова картина изменилась.
Бабушкин дом утопает в ароматах сирени. Отец у крыльца с корзиной в руках. В корзинке беспокойно сучит руками ребенок. Статная властная женщина показывается на крыльце. Черты южанки уже немного смяло время, черные волосы тронула седина. Один взгляд на мужчину и ее лицо окаменело. Она понимает, знает, чувствует. Но ни слез, ни обвинений. Она просто молча протянула руки, принимая внучку.
— Сделай так, чтобы она никогда не попала в руки темным силам, — шепчет моя бабушка. — А я воспитаю ее хорошей девочкой.
Она обещает. Клянется. И я уже знаю, исполнит свое обещание.
Бабушка скрылась за дверью, а мужчина все так же продолжает смотреть ей вслед.
— Я прошу тебя, присматривай за ними, — его голос хриплый, надтреснутый, словно камнепад в горах.
— Конечно, — отвечает отцу мелодичный женский голос, который я уже ни с чем не перепутаю. — Но… ты мог вернуть время и все исправить. Она осталась бы жива и…
— И тогда умрет мир. Они будут искать нас, и найдут все равно. А значит… я должен исчезнуть, Иллая. Раствориться. Стать ветром. Все равно я не смогу жить без… нее.
Она шумно перевела дыхание. Явно больше понимая, чем я. Но это все, чем девушка выдала волнение.
— Я прошу тебя… когда придет время… отдай ей это, — на ладонь девушки падает пара обручальных колец. — Я хочу, чтобы она знала, как мы любили ее.
Видение отхлынуло мгновенно, оставив сосущую пустоту и боль в груди. Щеки были мокрыми от слез, а в горле стоял густой ком.
Девушки по имени Иллая уже нигде не было. Она оставила меня наедине с прошлым.
Моих плеч коснулись сильные руки супруга, и стало немного легче. Словно я снова обрела опору. Такую важную, такую нужную и надежную.
Он молчал. И это было куда важнее, чем тысяча слов. Просто побыть рядом, когда слова просто не нужны. Наше счастье, наш мир, наша любовь — все это благодаря жертвам. Его предков. Моих.
И теперь я понимала, что мы просто обязаны им быть счастливыми.
Я сделала шаг, к колыбели и вплела в нитки игрушки два обручальных кольца.
Мы обязательно будем счастливы, вместе. Навсегда.