Глава 17

Белое шелковое платье мирно покоилось на моей кровати. После долгого пребывания в ванной я обнаружила, что подвенечный наряд уже доставлен хозяином дома. Шелковая юбка струилась фалдами вниз, гладкая, как масло, и никаких украшений. Только один слой белой ритуальной ткани. Я не расстроилась, всегда любила минимализм, и платье пришлось мне по вкусу.

— Можно войти! — послышался гулкий стук в дверь.

— Конечно, Хлод.

Дверь приоткрылась, но первым зашел не Хлод, а огромное накрахмаленное платье с десятью юбками, расшитое камнями и бусинами, что сплетались в удивительной красоты узоры. Хлод еле затолкал его в дверной проем и протянул мне.

— Вау, Хлод, оно великолепно! Никогда не видела столько замысловатых украшений на одном только корсете! Оу, посмотри, это настоящий жемчуг?

Хлод игнорировал мой восторг и тем временем подошел к кровати и небрежно положил его поверх шелкового.

— Завтрак внизу. Хозяин ждет.

— А во сколько венчание?

— После.

Я спустилась вниз, Эраис стоял у панорамного окна и смотрел в никуда, ибо густой туман снова обволакивал дом непроглядной стеной.

— Ты придумала клятву, Аделина?

— Давно, — сухо ответила я, усаживаясь за стол, вспоминая, как половину ночи не спала в размышлениях о словах про вечность. — Присядь, Эраис, позавтракай со мной в последний раз. Как раньше. Хочу насладиться последним днем с тобой.

Колдун резко развернулся и замер, направив на меня свой глазной мрак. Тишина свинцовой тучей повисла в зале и пролилась безнадегой по венам.

Мне удалось заснуть лишь к утру. Измученная и встревоженная реальностью, я злилась, плакала, жалела саму себя и снова возвращалась мыслями к этому высокому, стройному и совсем не человеку, который сегодня меня убьет.

— Я не должен потерять тебя, Аделина. Надеюсь, что все удастся, — словно прочитав мои мысли, вдруг раздались его громкие слова.

Я подняла красные усталые глаза.

— Если изгнание не удастся, ты ничего не потеряешь и даже не почувствуешь, правда же, Эраис? Ведь трудно лишиться того, чего даже не имеешь…

— У меня есть ты. Это больше, чем всё.

Слезы хлынули нескончаемым потоком. Я не могла остановить их, как ни пыталась. Слова, произнесенные холодно и равнодушно, произвели абсолютно обратный эффект. Я ненавидела и любила его одновременно.

— Прости, — я как смогла протерла лицо и всхлипнула. — Вчера я пообещала себе, что не буду плакать, но твои слова… Они так болят внутри…

Эраис молча сел за стол.

— Не буду говорить тебе не бойся или не плачь, многие женщины были на твоем месте, и их больше нет.

— О, боги! Это самые ужасные слова напутствия, — я улыбнулась сквозь слезы, которые медленно капали в тарелку. — И все они любили тебя?

— Только некоторые. Но им все равно не удалось победить настоящее зло во мне.

— Вот и я тоже думаю, что сегодня последний день моей жизни… Знаешь, но я не жалею! Не жалею, что попытаюсь помочь тебе, кем бы ты ни был. Мне нравится, что ты откровенен со мной… нравится как ты сидишь, ходишь, ешь… Ты тактичен и сдержан, и это тоже мне очень нравится. О твоем теле даже говорить не хочу, ты красив, как Бог…

— Я не слишком был откровенен с тобой, Адель. Ведь в обычный день я сказал бы тебе, что польщен столь приятными словами, но я не польщен, я не раздосадован, нет ничего внутри меня.

Я закусила губу и снова зарылась лицом в тарелку. После таких горьких слез, как сейчас, я должна была быть обязательно счастлива позже, там, где-то в раю. Эраис продолжил.

— Но стоит лишь приблизиться к тебе… Встать хотя бы на расстоянии шага, все твои чувства перетекают ко мне. Я словно росток в сухой земле, каждый раз наслаждаюсь даже крохотной каплей твоих чувств, а сейчас это целая река. Ты понимаешь о чем я говорю?

— Да. Ты мой энергетический вампир, — улыбнулась я сквозь слезы. — И враг, и похититель, и спаситель.

Он усмехнулся и встал.

— Нам пора. Через два часа буду ждать тебя внизу

— Венчание будет здесь?

— Да.

* * *

Та девушка, в зеркале, стояла не отводя глаз от роскошного королевского платья, что пришлось ей в самую пору. Хрупкие плечи накрывала едва ощутимая накидка. В простой прическе красовалась осторожно вставленная шпилька от умелых ювелиров из незнакомого мира. Бледное лицо и растерянный взгляд выдавали все накопившиеся чувства. Хлопая ресницами, дабы смахнуть очередную слезу, я сказала три раза это имя.

— Эраис.

Минуло всего пару секунд и его образ возник из ниоткуда.

— Ты не должна была этого делать, — произнес полупризрачный виновник моих грёз и кошмаров.

— Я должна была попробовать… Ведь у меня осталось еще две попытки.

— Тебе идет белый цвет, — негромко произнес он, рассматривая платье.

— Ты знаешь, что в нашем мире незамужних девушек хоронят в свадебном платье?

— Знаю.

— Это не поместиться в коробку с крышкой, вот то, на кровати, в самый раз.

— Аделина, ты сходишь с ума. Соберись! — фыркнул Эраис и наклонился, поглощая меня тьмой своих глаз. — Ты должна верить в лучший исход, верить своим Богам и доверять мне.

— Ладно, — опустив голову, я заставила себя взбодриться, не киснуть и привела мысли в порядок. — Я хочу заключить сделку.

Эраис прищурился, но по своим собственным законам клана Нижнего Чертога отказать не мог.

— Слушаю.

— Я хочу, чтобы ты сейчас сквозь портал перенес нас к моим родным. Хочу попрощаться. Взамен я обещаю служить тебе как Хлод.

— То есть ты готова отдать мне душу за такую мелочь?

— Если это мелочь, то сделай это бесплатно! — я подняла бровь и уверенно задрала подбородок. — Это последнее желание…

— Я не джин… На этот раз я смогу отменить сделку, но не искушай судьбу, женщина!

— Эраис, пожалуйста, будь человеком… хотя бы сегодня!

— Ладно, для этого мне нужно явиться к тебе во плоти.

— Я подожду.

Он согласился! Просто не верилось, что сегодня я увижу любимую и дорогую сердцу семью, свое начало перед своим концом… О, я опять начала раскисать… Пощипывая себя за щеки, я прикусила губы, чтобы кровь хоть как-то окрасила мое бледное лицо, ведь мама должна думать что я счастлива.

Тёмный бог с белыми волосами появился в дверях буквально через минуту. Черный костюм, белая сорочка с рюшами, идеально уложенные волосы в пучок на затылке. Он был бы самым красивым мужчиной, которых я когда-либо встречала, если бы у него были глаза.

Он взял мою руку и прошептал заклинание. Портал открылся настолько большой, что в него без проблем влезло все мое необъятное платье.

По ту сторону уже собрались все члены семьи, потому что выход из портала появился раньше нашего прибытия.

— О, Господи! Аделина, девочка моя! — первая подбежала мама, и крепко обняла, уже роняя слезы счастья.

— Здравствуй, Арнольд, — поздоровался Эраис с отцом, который едва сдерживался от злости. — Ты воспитал прекрасную дочь.

— Да уж не для тебя! — вспылил отец.

— Папа, иди сюда, обними меня!

Отец вместе с Адрианом и Авророй подошли ближе. Я видела страх и сомнения в их глазах. С осторожностью они посматривали на колдуна, отошедшего на несколько шагов вглубь комнаты. Мне понадобилось несколько мгновений в окружении своей семьи, чтобы стать снова собой, весело смеяться и быть живой. Эраис упорно не отводил глаз.

— Это свадебное платье? — Аврора не смогла удержать любопытство.

— Да, сегодня у нас венчание.

Воцарилась тишина. Все обернули взгляды на Эраиса. Тот стоял без дыхания и без движения.

— Аделина, он живой? — вопросительно скривился Адриан.

— Не совсем, — честно призналась я и заметила, как у Эраиса слегка дрогнула губа.

— Венчание? Сегодня? С ним? — Аврора ткнула пальцем в сторону мага.

Все как по волшебству надели мрачные маски. Нужно было создать видимость счастья, дабы мама навсегда запомнила меня такой.

— А что тут удивительного, я же говорила, что он обычный парень и теперь очень его люблю.

Родители замерли подобно Эраису. Очевидно, они не поверили ни единому моему слову. Я продолжила.

— Недавно я виделась с дядей Альбертом. Папа, он передавал тебе привет.

Глаза мамы расширились донельзя, а папа задумчиво опустил голову.

— Так что, всё это правда, что рассказывали родители? — Адриан распихал всех локтями и нарисовался прям возле моего носа.

— Да, это правда.

— Почему венчаетесь? Что ему нужно от тебя, — мама взяла обе мои ладони и сжала в своих.

— Чтобы я любила его, — я чуть потянула рот в улыбке и нежно посмотрела туда, где стоял колдун. Надо было подключить все свои таланты в актерском мастерстве, чтоб родители поверили в каждое слово.

— А что, больше некому? — не отступал Адриан.

— У него кроме меня никого больше не осталось, — жалостливо скрестила я брови домиком, во что родители поверили, но не Адриан.

— А правду можно узнать?

— Это правда, я люблю его.

— А он тебя любит? — рыкнул папа и кинул недовольный взгляд через плечо.

— Конечно, — моя фальшивая улыбка почти сползла, но Эраис вовремя заговорил.

— Альберт по сей день правит Империей, Альфред живет в горах на западе, он тоже жив и здоров.

— Ты как и прежде читаешь мысли? — фыркнул отец. — Береги ее, вижу она счастлива вместе с тобой.

— Я сделаю всё, что в моих силах, Арнольд. Но нам уже пора уходить.

Слёзы навернулись на глаза, но я быстро взяла себя в руки.

— Ты можешь приводить ее почаще, Эраис?

— В определенных обстоятельствах, если будут на то подходящие условия, — запудривал мозги родителям колдун, который никогда больше не приведет меня сюда. Потому что будет просто некого приводить.

Он открыл портал и взял меня под руку. Не успела я и ртом пошевелить, как уже оказалась в приемном зале поместья Холодного Лорда. Священник в зеленом одеянии, с испуганным взглядом, стоял у небольшого стола, на котором лежала толстая книга в старинном переплете. Он открыл нужный разворот. На каждой из страниц был нарисован черный контур ладони в круге с какими-то выступами и знаками.

— Станьте на колени и закройте священный круг, — скомандовал священнослужитель.

Я двигалась медленно и неуверенно, не зная что делать. Эраис взял в руки мои запястья и развернул лицо к лицу. Интересно, сколько раз он стоял вот так перед алтарем и что за женщины были с ним?..

— Никогда, Аделина, — прошептал он. — Я стою здесь впервые с тобой.

Улыбка сама собой озарила лицо счастьем, я верила в эти слова, потому что он никогда меня не обманывал, и навряд ли это сделал бы перед святыней.

Колдун опустился на колени и я последовала его примеру. Не отпуская одну мою руку, положил свою правую ладонь на правую страницу, а я левую. Так мы замкнули круг с этой старинной книгой, страницы которой будто дышали под нашей кожей. Священник спросил готовы ли мы, Эраис кивнул.

— Сегодня мы собрались в этом месте, дабы навечно соединить сердца и души этих двоих влюбленных с позволения и благословения Богов. Готов ли ты, Эраис, потомок князя Тьмы, взять в законные жены женщину, что держит тебя за руку? Если ты готов, произнеси свою клятву, без лжи, от сердца.

— Стоя перед этим священным алтарём, перед лицом богов света и тьмы, клянусь тебе, Аделина, в верности, любви и преданности. Отныне и до скончания времён мой дух сплетён с твоим. В радости и в горе, в свете дня и во мраке ночи, в славе и в забвении — я буду рядом. Клянусь хранить твои тайны, быть опорой в бедах, исцелять твои раны, оберегать твои сны. Моё сердце — твоя крепость, мои руки — твой щит, моя душа — твой дом. Пусть свет и тьма станут свидетелями, пусть само время запомнит этот миг. Явное и тайное, мысли и каждое слово, побуждения и все мои деяния — всё принадлежит тебе, отныне и навсегда. И да будет так.

Каждое новое слово звучало колким ударом прямо в сердце. Я слушала, поглощая каждый звук, смысл каждого произнесенного слова, ибо Эраис никогда не ронял слов на ветер. Благословленные самими богами, слова проникали сквозь меня, больно вышивали золотыми нитями узоры любви и вечности, сплетая наши судьбы воедино. Мое сердце будто выросло вдвое, и чувства к нему, к этому человеку из иного мира, стали такими сильными, что, казалось, я срастаюсь с ним в одно целое.

— Готова ли ты, Аделина, потомок Богов четырех стихий, взять в законные мужья мужчину, что держит тебя за руки? Если готова, произнеси клятву, без лжи, от сердца.

Время будто остановилось. Вокруг исчезло все, кроме нас двоих. Я смотрела прямо в его серебристые радужки глаз, лунный свет которых пробирал до мозга костей. Они прояснились за мгновение до клятвы. И теперь меня слушали все души и Боги во вселенной.

— Я стою на коленях перед тобой, мой возлюбленный, чистая душой и телом, и клянусь в верности и любви тебе, Эраис, перед лицами всех Богов всех миров, навеки вечные. Клянусь быть преданной тебе, любить и оберегать твою душу и тело. Рука, что держит твою, никогда не отпустит и будет опорой в болезни и здравии. Сердце, которое бьется в моей груди, не изменит и не покинет тебя, пока смерть не разлучит нас. Я буду твоей поддержкой, убежищем, твоей слабостью и силой, душа моя будет тебе пристанищем, где ты всегда будешь любим. Я стану твоим светом в темные времена и твоим согласием в моменты сомнений. Я обещаю быть твоей надеждой, дыханием, твоей тенью и тишиной. Клянусь быть твоей до конца, в этом мире и в следующем, потому что ты — моя вечность.

И тепло и больно было произносить откровенные слова. Я чувствовала, как он все сильнее сжимает мою руку, как теплеет его кожа, как глаза смотрят прямо мне в душу. Под грудью сильно запекло, как только я произнесла последнее слово. Видимо, метка запечатала клятву.

— Можете скрепить этот священный круг и ваш союз поцелуем, — пробормотал священник.

Я не знала, сможет Эраис поцеловать меня сейчас, сколько боли он терпит, чтоб вот так стоять со мной рядом. Но он не стал медлить и просто прикоснулся губами ко лбу. А я поднесла тыльную сторону его ладони к своим губам.

Да будет так.

— Хранители соберутся через три часа, у нас есть время побыть наедине, — ровным тоном произнес Эраис.

— Да, я хотела бы просто посидеть рядом с тобой.

Попрощавшись со священником, который постоянно испуганно оглядывался, мы прошли в сад, все еще окутанный туманной дымкой. Тяжелое платье шуршало под ногами и когда я уселась на скамью, то почувствовала что несколько слоев ткани сделали меня значительно выше, чем раньше. Эраис сел рядом. Воцарилась неловкая тишина.

— Спасибо за то, что позволил повидаться с родителями.

Он кивнул и продолжил сидеть без малейшего движения, повернув лицо к моему.

— Тебе нужно переодеться, — заговорил мой манекен.

— Хорошо, — безропотно согласилась я, погружаясь в мысли о замужестве, о первой ночи…

— Ад, ты жалеешь, — перебил молчание Эраис.

— О,чем? — поинтересовалась я, начиная все больше дрожать в его присутствии.

— О том, что у тебя не было выбора.

— Нет, что ты! Если бы я была кошкой, то отдала бы тебе все девять жизней, — улыбнулась я.

— Надеюсь, на этот раз все будет иначе. Не хочу тебя потерять.

— Говоришь так, будто у тебя есть чувства.

— Есть, твои. Самые чистые, самые бескорыстные.

— Но они все-таки мои…

Он едва дернул плечом и снова оглянулся.

— Эраис, пообещай мне кое-что… — я заглянула в его глаза и проглотила ком в горле.

— После, перенеси мое тело домой, пусть родители позаботятся о нем.

— Не могу пообещать.

— Почему?

— Потому что ты и все твои кусочки теперь принадлежат мне. Они останутся со мной навсегда.

— Исполни эту просьбу, ведь ты не злодей.

— Именно таким я всегда был.

— Я не верю, ты не делаешь зло просто так.

— Смотря что ты подразумеваешь под злом, Аделина? Сегодня я женился на женщине, которую насильно забрал себе, разве это не зло?

— Нет, я люблю и хочу тебя, Эраис! С самой первой минуты знакомства я ощущаю силу притяжения неведомых масштабов. В тот день, когда ты заговорил со мной, все мое существо не переставало думать о тебе! Не знаю почему, но ты так сильно нужен мне, как вода источнику, как огонь костру, понимаешь? Сейчас я сижу возле тебя, но ты живешь не рядом, ты внутри меня. Это не тьма, Эраис, это свет, который греет мое сердце и освещает мой путь. Я просто люблю тебя так сильно, что мне кажется я сейчас задохнусь и умру от этой любви.

Колдун взял мою ладонь и накрыл ею свою. Будто электрические разряды пронизывали кожу от его прикосновения. Я цепко продела пальцы сквозь его и сжала ладонь. Мой. Никому никогда не отдам.

Ничего не нужно было говорить, ведь теперь мы читали мысли друг друга. Его сексуальный голод ощущался каждой клеткой. И не медля ни минуты, он вцепился в мои губы. Еще мгновение и он уже стягивал корсет вниз, оголяя грудь. Казалось, он не мог насмотреться, не мог насладиться этим моментом. Я спешила высвободить свое тело для него так же, как он спешил получить хоть малейшее удовольствие, пока не явился его демон. Обнаженная по пояс, в туманном и сыром саду, где кроме тишины, были только мы вдвоем, я сидела на его коленях, снова и снова жадно ожидая поцелуи на своей коже. Каждое прикосновение обжигало до умопомрачения. Ловкие пальцы закопались в моих волосах.

— Ты такая красивая, — прохрипел он и завел руку себе за спину, чтобы продлить наше уединение. — И так сильно хочешь меня.

Свежая кровь осталась на его пальцах, а после, и на моем платье.

Он избавил меня от этой невыносимо тяжелой юбки и молниеносно быстро перенес в мою комнату. Чувственные поцелуи растекались волнами блаженства и вновь собирались в волнующую жажду, которая усиливалась с каждым новым прикосновением.

Он отвлекся и прислушался.

— Первые хранители прибыли…

— Эраис, они правда будут с нами? — спросила я, хриплая от страсти.

— Нет, в комнате кроме нас не будет никого. Они будут внизу, прямо под нами. Я приду за тобой через час. Нужно встретиться со всеми хранителями.

— Хорошо…

— Аделина, — уже стоя в дверях, он развернулся. — Я видел будущее. Смутно. Но ты была в нем.

— Обнадеживающе, — прошептала я вслед исчезающему магу.