Глава 27

Меня не покидало странное чувство дежавю. Мне казалось, что я уже точно так же стояла перед зеркалом, в этом же платье и собиралась на встречу с Демоном.

Замерла в руке с тушью, так и не поднеся кисточку к ресницам. Волнение не стихало, а лишь усиливалось. И на меня нахлынуло чувство тревоги, словно вот-вот что-то случиться. Что-то плохое и необратимое.

Решила позвонить маме. Ведь живет на самом краю географии. Вдали от цивилизации. Мало ли, кого может занести вечером на кладбище. Вариантов тьма!

Мама не сразу ответила на вызов. Пришлось звонить отцу. Пусть он и не горел желанием видеться с бывшей женой, но моей просьбе уступил. Обещал перезвонить, как только доберется до домика матушки.

Отложила телефон в сторону и вновь принялась наносить макияж. Руки дрожали. Решила плюнуть на все и пойти вот так, без «грима». Ведь, в конце концов, Демон меня видел и не такой!

Застегнула молнию на платье, сунула ноги в легкие туфли и выключила свет в квартире.

Я опаздывала всего на две минуты. Не сказать, что критично. Но не хотела провоцировать Луку лишний раз. Просто знала, что упрямый Чиполлино способен на самые импульсивные и неожиданные поступки. А мне все же хотелось его немного помучить словесными перепалками.

Я спускалась по винтовой лестнице. А взгляд уже прилип к «черному» входу в «Три туза». Признаться, я не ждала, что Демоненко будет поджидать меня прямо здесь, на улице. У хозяина столь успешного заведения есть дела куда более важные. Но ошиблась. Лука стоял рядом с охранниками, о чем-то говорил с ними и смотрел в мою сторону.

Я думала всего секунду, помахать ли ему рукой. Но решила не впадать в детство. К тому же, пусть Лукошко не думает, что я очень уж рада видеть его угрюмую физиономию.

Так я и спускалась, преодолевая ступени металлической лестницы. И когда оставался последний пролет, упустила Луку из виду.

А потом поняла, что Демон перешел дорогу и стоит непосредственно у стены моего дома.

С поднятой вверх головой.

И скрещенными на груди руками.

Злой, как черт. Разве что из ушей не валил дым, и искры не сыпались из глаз.

Как только мои ступни коснулись брусчатой поверхности дороги, Демон тут же отдернул ладонями подол моего платья.

— На хрена тебе юбка, если твои трусы только слепой не увидел! — прорычал Лука, нависая надо мной.

— Так темно же! — опешила я, но из-за плеча умудрилась рассмотреть, что охранников под дверьми клуба уже не было.

Наверное, Лука загнал их в здание. Вот же ревнивый идиот!

— Тут фонари кругом! И камеры! — не унимался Демон. — А у тебя слишком красивая задница, чтобы игнорировать ее вид!

— Вот спасибо за комплимент! — вспылила я.

— Да, пожалуйста! — не сбавлял оборотов Демон.

Я собиралась отодвинуться от нависшего надо мной мужчины. Просто из вредности. Ну, или наоборот, обнять его. Чтобы не орал, точно девица, которую режут в безлюдном переулке банда гопников.

— Демон! — кто-то крикнул из-за спины Луки.

Я выглянула из своего укрытия только лишь из любопытства. И мое сердце замерло. Мозг отказывался анализировать и строить прогнозы. Все, что я успела, со всей силы толкнуть Луку в сторону. Одновременно с моими попытками сдвинуть Луку с места, тишину вспорол громкий звук выстрела. Я прекрасно видела стрелявшего, но не узнала его. А потом мне стало плевать на все вокруг.

Лука завалился на бок, прислонился к стене. Из его груди вырывались шипение и маты.

Вокруг замелькали охранники. Кто-то звонил. Кто-то кричал. Кто-то пытался оттащить меня от Луки. Но я крепко держала его обеими руками, не позволяя упасть на землю. Осторожно помогла повернуться спиной к стене. Прижимала ладони к тому месте, откуда лилась обжигающая кровь, окрашивая все кругом в багровые цвета. Кто-то подложил под спину Луки свернутый пиджак, пытаясь заткнуть входное отверстие от пули. А я сжимала пальцы на его груди.

— Малышка… — пробормотал мой Демон, с трудом шевеля губами.

— Молчи, Луняша, только не отключайся! — просила я его.

— Мелочи все, — пробормотал Демон. — Не плачь.

И только сейчас я поняла, что беззвучно рыдаю. Судорожно затрясла головой, заморгала глазами, пытаясь хоть как-то стряхнуть льющиеся слезы.

— Я не плачу! — упрямо заявила я и тут же взглянула на Медведева и парней из службы охраны. — Где «скорая», мать вашу?!

Парни тут же засуетились еще активнее, а мое внимание вернулось к моему Демону.

Этот гад улыбался. Его лицо с каждым мгновением становилось все белее. Крови вокруг разлилось по колено! А он — улыбается!

— Тебе пойдет моя фамилия, малышка! — из последних сил пробормотал Лука, и его рука безвольно упала на мокрую от пролитой крови землю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я не отнимала рук от раны, из которой продолжали вытекать жизненные силы моего любимого мужчины. Сама не знаю, каким чудом мне удалось не поддаться истерике.

— Я вас всех пристрелю, если он не выживет! — пригрозила я притихшей охране.

Минуты тянулись медленно, а каждая секунда оставляла глубокий незаживающий шрам на моем сердце, которое кровоточило.

— Проверь пульс! — закричала я Медведеву, понимая, что сама не смогу отпустить рану.

Машина «скорой помощи» стремительно ворвалась в узкий переулок между домами. Но я не двигалась, опасаясь, что стоит мне убрать ладони, как кровотечение возобновиться. А еще я боялась, что отпущу Луку, и его не станет.

— Все, девушка, спасибо вам. Теперь мы займемся парнем, — спокойный и собранный голос вывел меня из состояния ступора.

Я послушно отодвинулась в сторону, боясь дотронуться до Демона, боясь навредить.

Я стояла и смотрела, как врачи транспортируют Луку до машины и увозят в ближайшую больницу, включив сирены и маячки. Я не могла пошевелиться. Мне казалось, что с моих рук льется его кровь. А в душе появилась огромная дыра размером с дом.

— Муза Эдуардовна, пойдемте, я отвезу вас! — кто-то произнес очень близко.

А я даже не поняла, кто именно это был. Послушно шла следом. А взгляд не отрывался от собственных рук, испачканных в крови и дрожащих до такой степени, что было невозможно сцепить пальцы в замок.

* * *

— Мам, ну почему не ты это делаешь?! — в который раз прошептала я, вытирая слезы отцовским платком.

Мы сидели в кабинете хирурга и ждали новостей из операционной. Мама насильно вручила мне граненый стакан с коньяком, отец обнимал за плечи, словно боялся, что я вот-вот вскочу на ноги и умчусь к Демону.

— Я бы не смогла, дочка. Он ведь мне как сын, — пробормотала мама, виновато отводя взгляд. — Доктор Рахимов лучше справится. Я уверена.

— Мам! Рахимов? Да я его помню, когда он еще интерном был и тискал медсестер в ординаторской! — возмущалась я.

— Он первоклассный хирург, — возразила мама. — Эдик, ну скажи ты это своей дочери!

— Милая, Альберт справится. Не нужно терять надежды! — поддакнул папа словам матери.

— Ты с ней соглашаешься? У нас что, наступил конец света, а я не в куре??? — удивилась я.

— Дочь, мы все ждали подходящего момента, не знали, как сказать… — если бы я не балансировала на грани истерики, я бы удивилась. Ибо впервые в жизни я увидела смущение на лице отца. — Словом, мы с мамой решили узаконить наши отношения. И подали заявление в ЗАГС.

— Отлично! Не прошло и двадцати пяти лет, как вы созрели для такого серьезного шага! — язвительно произнесла я. — И что же стало тому причиной? Только не говорите, что ты, мама, вот-вот подаришь мне братика или сестренку!

— Мы лучше внуков дождемся, — возразил отец, а потом глубоко вздохнул и перехватил мою мелко подрагивающую ладонь. — Понимаешь, дочка. Ваши отношения с Лукой заставили нас расставить приоритеты иначе. Мы прекрасно видели, как плохо вам друг без друга. И нам с мамой так же. Мы были слишком гордые, чтобы пойти навстречу друг другу. И мама… Знаешь, наша мама — очень замечательная.

— Эдик, прекрати! — строго пробормотала мама.

— Юмочка, позволь сказать! Сама знаешь, я не мастак говорить. И раз уж начал — слушайте, — возразил отец и продолжил: — Когда вы с Лукой разбежались, мы с мамой решили, что вам обоим нужна наша поддержка. Мама всегда лучше ладила с Лукой, чем я. К тому же, мы не могли оставить мальчишку одного. Он слишком много сделал для нас. Для тебя. Даже поездку в Европу он оплатил. И содержание Вольки. Думаешь, Егорыч сам бы справился? От государства ведь не дождешься помощи! А когда Лука попросил продать «Изюминку», мы с мамой не думали ни минуты! А денег не взяли, ты не думай. Нет, то есть взяли, конечно. Но я все до копейки перевел на счет. Вам на расходы. А нам с мамой ничего не нужно. Я бы и дом продал, все равно собираюсь у мамы обосноваться.

— Да что ты! — хмыкнула мама. — У меня ведь там мертвецы на каждом шагу. Сам говорил, что и шагу не сделаешь в том направлении.

— Это я так, к слову, — не моргнув глазом, произнес отец. — На самом деле мне очень даже нравится у тебя. Вот сделаем ремонт и поселимся у тебя. Станем внуков нянчить. Я просто уверен, что внуки нам скучать не дадут. С такими-то родителями!

Я не смогла больше делать вид, что все в порядке. И что самое необычное во всей сложившейся ситуации — грядущая свадьба родителей. Слезы хлынули из глаз, грудь сдавило точно тисками и я, спрятав лицо в ладонях, разрыдалась.

Попытки отца отвлечь меня от мыслей о Луке и об операции, которую проводил Рахимов, провалились. Его разговоры о внуках лишь воскресили в моих мыслях минувшие события. И я помимо воли поддалась дикому и неконтролируемому страху.

— Эдик, ты дурак? — пробормотала мама и оттеснила отца от меня. Сама села рядом, обняла, прижала голову к своему плечу.

А я позволила боли вылиться через слёзы. Я не думала о том, как пройдёт операция. Я знала, что Альберт обязан вытащить моего Демона. В противном случае я достану Рахимова и придушу голыми руками без наркоза.