Глава 44

Руслан вошел в незнакомую квартиру и незаметно огляделся, пока снимал пальто. Вероника была в своей стихии, она знала тут каждый уголок. Предупредила, что крайняя вешалка держится «на соплях», что дверь на кухню скрипит.

В самых обыкновенных кварталах на окраине Москвы, в простой, не дизайнерской квартире она чувствовала себя, как рыба в воде. И это очень удивляло Руслана. Возможно потому, что ему и самому всегда была чужда показная роскошь, ему даже не нравилось в квартире, которую для Ники снимал Концерн, на Москва Сити, в тех небоскребах. Слишком большие комнаты, слишком дорогая мебель, слишком выхолощенная, неживая атмосфера… не то, что здесь.

В самом лучшем смысле этого слова — обычная квартира. Жилая, в которой на видном месте коридора лежит коврик, где спит собака, а в углу разбросаны тапки хозяйки квартиры. Руслан не смог сдержать мечтательную улыбку. Поистине, замечательная идея — заболеть, чтобы попасть в такое гнездышко, где можно, пускай и на короткий срок представить, что они с Вероникой живут вместе.

Как семья. Муж и жена, не медийные личности, а просто… он приходит с работы, а его встречают сияющие глаза Ники, из кухни заманчиво пахнет пирогом с вишнями, а на руках она держит ребёнка. Мальчика, так похожего на него самого.

Но… Руслан чувствовал какую-то фальшь в нарисованной им идилистической картине. Словно он упускал что-то важное. Кусочек пазла выпал и никак становился на место. Ушла его привычная ясность мозга, и температура дала эффект того, что голова казалась набитой ватой.

«Вспомнить, я должен вспомнить…» — изредка пульсировало в висках. Но что вспомнить? Руслан тряхнул головой, возвращаясь в реальность. Именно из-за этого чертового кусочка выпавшего пазла он так и не смог ответить на признание Вероники в любви. Словно и не ждал его, словно не верил…

«Словно не она признавалась тебе в любви!» — Неожиданно ударила крохотная молния в затылок, и он поморщился.

— Руслан, как ты себя чувствуешь? Тебе надо лечь! — Вероника появилась возле него, как добрый ангел, и захлопотала, таща за собой в спальню.

— Эй, красавица, не переживай, я в норме! — Ее узкая прохладная ладонь скользнула к его лбу.

— Действительно, температура упала. Ты не такой горячий, как в аэропорту.

— О, ты ошибаешься, детка. Я горяч, как вулкан! — Руслан выразительно поиграл бровями, а Вероника хихикнула.

— Ладно, вулкан, устраивайся тут. Свежее постельное белье я постелила, и даже положила пульт от телевизора, если тебе полегчает, и будет скучно. А я буду не рядом. Скоро приедет Дэм и мы решим, что будем с тобой делать дальше.

— Я не очень люблю телевизор. — Честно признался Руслан, с наслаждением опускаясь на прохладные простыни. — Лучше просто приятно проведем время. Поболтаем, вспомним детство, например. Или даже поиграем в Эрудит. Ты умеешь?

— Конечно. — Просияла Ника, направляясь к двери. — Я тебя сделаю, умник.

— Ну, это вряд ли. — Хмыкнул Руслан, вспомнив свой ай-кью, но не стал разубеждать девушку.

— Отдыхай, а я пока отправлюсь на кухню. Приготовлю тебе что-то легкое. Бульон, например?

— Лучше вишневый пирог. — Вырвалось у Руслана прежде, чем он успел подумать. Он жадно смотрел на ее губы, цветом напомнившие ему вишни с дедушкиного сада, и… не о еде он мечтал сейчас. А смять эти нежные губы своими поцелуями…

Но жизнь — боль. И мечты — не сбываются. Руслан понял, что сморозил, когда брови Вероники поползли вверх.

— Не знаю. — Неуверенно проговорила она. — Тебе вообще-то сейчас такое нельзя, но если ты так хочешь… — Если честно, Руслан хотел обнять Нику, прижать к себе и не просто целовать, а уложить ее в постель, и слиться воедино.

Но с его состоянием, он не пожелал бы такого единения и врагу. Бациллы беспощадны. Поэтому он только тяжело вздохнул, чувствуя, как отступает биение молоточков в висках — спасибо жаропонижающему и второму лекарству, название которого он забыл. Его веки словно налились свинцом и ему захотелось спать.