ГЛАВА 30

Резкий переход из теплой спальни в ледяную стужу заставил зубы стучать, а кожу покрыться инеем. Я была в одной ночнушке до сих пор, но на плечах резко оказался плащ архимага, а сам он резко отошел прочь. Я закуталась в плаще, прикрывая наготу, но оставалась босой и пальцы синели от ледяной корки на полу.

Знакомое ощущение — как в темнице.

Мои волосы трепал холодный ветер — мы на самом последнем этаже Башни. И она оказалась открытой, никаких стен, лишь толстые колонны, хоть как-то создающие иллюзию закрытой комнаты.

Словно этаж парил в воздухе.

Видны лишь белые облака и блестящий снег, искрящийся на ветру. Крыша представляла купол, под которым растянулись ледяные узоры. А пол был круглый и напоминал поле для ритуала — на нем было что-то изображено, выведено на камне, но я не могла разобрать из-за снега.

Испугано я упала на колени. Подойду к краю — совсем пропаду. Как же высоко, страх сковал тело, но я смогла поднять голову. Видела лишь прямую спину Руанна, а перед ним темная точка, вся в снегу.

Я протерла глаза — этой точкой был Киран. Слабый, изможденный, в порванной одежде, он нашел силы встать, опираясь на свой посох и отряхнуться.

Он увидел меня и его лицо просияло — будто он не испытывал ни капли боли.

— Фрэнсис! Ты жива!

— Поздравляю, Мердрад, — голос Инира отзывался эхом. — Ты победил. Забирай её.

Киран поверил не сразу. Но когда Инир отошел в сторону, то кинулся ко мне, чуть не падая на ходу.

Киран обхватил мои дрожащие плечи. От него пахло гарью и кровью — он прошел все испытания и теперь здесь.

Он должен был найти Фрэнсис Роуз мертвой.

Но теперь все иначе.

— Хочешь драться — бессмысленно! — отзывался от колонн голос Инира, будто он стоял вдалеке, а не наблюдал в стороне. — Ты не убьешь меня, пока слаб.

— Плевать, — отозвался Киран, смотря только на меня. — Главное, Фрэнсис жива и мы можем вернуться домой…

Я пережила первую реакцию на холод, успокоила стучащие зубы и нашла силы, чтобы встать.

— Нет, — сказала, дрожа. — Я остаюсь здесь.

С трудом я пошла в сторону Инира, а тот рыкнул:

— Проваливай! Ты, предательница, тебе нечего делать здесь!

— Я остаюсь! — выкрикнула, перекричав ветер. — Потому что люблю архимага!

Мои слова улетели куда-то ввысь, набатом повторяясь из раза в раз, будто сама Башня пыталась помочь мне.

Инир замер, смотря на меня в ужасе, он начал дрожать, но ему не было холодно. Сжал руки, прикусил нижнюю губу и молчал.

Позади раздался стук — Киран подошел, опираясь на посох. Я умудрилась так быстро забыть про него! Он тоже должен знать.

— Я не Фр…

— Ты околдовал её?! — взревел парень. Его руки покраснели, стерлись до крови о посох. — Отвечай мне!

— Послушай меня… — попыталась, но боялась коснуться Кирана — он был незнаком мне, и я боялась его реакции больше, чем Инира.

— Бою быть! — продолжил Киран и на удивление уверенно вышел на центр круга.

Он направил посох на Инира и горел праведным гневом.

И не только им — пламя охватило его тело. Пламя было необычным: светлым, белоснежным, ярче снега — само Солнце. Киран пылал им и не сводил взгляда с архимага напротив.

Он был серьезен в своих намереньях и даже шрамы с его лица исчезли, будто их никогда и не было.

Странная вибрация исходила от него, отчего я на животном уровне чувствовала — надо бежать.

— Ты… — Инир тоже смотрел на него, сделал осторожный шаг вперед. Его глаза были широко распахнуты. — Ты уже можешь, но… почему?!

Можешь?

Киран замялся, опустил голову.

— Ты уже получил свое страдание? — ошарашенно спросил Инир, впервые глянув на меня, будто я могла дать ответ.

Этого не может быть — по книге, только после смерти Фрэнсис Киран обрел силу.

Но что тогда с ним происходит сейчас? Эта сила, от энергии которой мне, простому человеку, хочется или спрятаться, или завороженно наблюдать…

— Да, — ответил Киран и посмотрел на меня.

В его глазах столько боли, что мне стало дурно.

Но как…?