Глава 31

Калугин с невероятной ненавистью, которая поглотила всё его существо, смотрел, как Владимир Жёстков поднялся, отделяясь от забора и медленно приближается к нему, опасливо озираясь по сторонам. Остановился, не доходя до Влада метров трёх.

Калугину этот человек сейчас показался таким гадким, жалким и трусливым, но желание убить его от этого не поубавилось, даже наоборот, хотелось на части разорвать ублюдка.

То, что этот шакал явился сюда без Киры, заставляло Калугина нервничать. Почему он пришёл сам? Куда девал девушку.

Владислав не мог более терзаться этими вопросами, решительно намереваясь всё выяснить здесь и сейчас у самого Владимира. В одно мгновение он преодолел разделяющее его расстояние от Владимира и схватил его за шкирку, словно пса, тряхнув его.

— Где Кира? Что ты с ней сделал, шакал паршивый?

— От того, что ты будешь кидаться на меня и обзывать ничего не изменится. Только хуже станет. Мы теряем время, Калугин. — Владимир отпихнул от себя Влада, устремив взгляд в сверкающие яростью глаза Калугина.

— Полагаешь, что я горел желанием видеть тебя, Калугин?

— Тогда, какого чёрта ты припёрся? Я же убью тебя, мразь, ты хоть понимаешь это, что Я. Тебя. Убью! — чётко произнося каждое слово, процедил он, неотрывно смотря на ненавистного мужчину.

— Влад, хватит, пусть скажет, что ему надо, — вмешался Ярослав.

— Я пришёл сюда, чтобы ты, Калугин, помог мне спасти мою дочь.

— Именно этим, Володя, я и занимаюсь в последнее время, что пытаюсь спасти Киру от тебя.

Владимир усмехнулся, только вот смешок его был каким-то совсем не радостным.

— От меня мою дочь спасать не надо.

— Где ты её прячешь?

— Она не со мной, Калугин.

Владислав переглянулся с Яром, а потом оба с удивлением посмотрели на Жёсткого.

— Что значит не с тобой? Что за хрень ты несёшь?

— Она была со мной. Несколько часов назад я отправил Киру со своими людьми в аэропорт. Но, — он тяжело выдохнул, а потом снова вздохнул, — по дороге её перехватили.

Владислав пристально смотрел на Жёсткого, прекрасно понимая, кто именно перехватил. И последующие слова Жёсткого лишь подтвердили его догадку.

— Камиль Булатов забрал у меня Киру, Калугин. И он с ней церемониться не станет. Он знает, что Кира моя единственная дочь. Он не побрезгует и убить её, чтобы досадить мне, поиграть на нервах, прежде, чем открыто напасть на меня. Но, перед тем, как убить её, может отдать девушку всем своим шавкам. Булатов очень жесток и полностью обезбашен, непредсказуем.

Владимир ждал хоть какой-то реакции от Калугина, но тот словно впал в какой-то ступор и молча смотрел на мужчину.

— Мне нужна твоя помощь, чтобы найти Камиля, а, соответственно, и Киру. Лишь одних моих сил не хватит, чтобы попереть против Булатова сейчас. Как бы мне не хотелось этого признавать, но я вынужден объединиться с одним врагом, чтобы погубить другого, который является нашим общим врагом.

Владислав молча повернулся спиной, схватил Яра за локоть и оттащил к машине.

— Ты слышал, что сказал этот шакал, Яр?

— Слышал, Влад, вопрос в другом, что делать будем?

— Поверить не могу, что Камиль, как только уехал после нашего с ним разговора, отправился за Кирой. А это именно так, если я правильно понял Жёсткого.

— Влад, просто Булатов понял, что на тебя воздействовать даже через Киру он не сможет, а вот на Жёсткого ещё как. Он вывел тебя из своей игры, Калугин, — ответил Ярослав.

— Да, но почему я должен верить словам этой швали? Он мог сам спрятать Киру и припереться ко мне, чтобы при помощи моих рук уничтожить Булатова. С этого гада станется.

— Я не знаю, Влад.

У Влада дёрнулся мускул на щеке, он круто повернулся и, подойдя к Жёсткому, схватил его за глотку.

— Ты ведь лжёшь? Хочешь, чтобы я помог тебе от Булатова избавиться? — прошипел Калугин.

— Пусти, придурок, Кира действительно у Булатова.

— Я найду, Киру, мразь, обязательно найду у тебя или у него, неважно. А ты, родительское недоразумение, не смог удержаться от того, чтобы не втравить дочь в свои разборки, да? Ты с Булатовым поделить что-то там не можешь, а в эпицентр всей этой бури поставил Киру. Ты именно её поставил под удар в этой своей войне с Булатовым, Володя! И ещё, — глаза Калугина сверкали жаждой убийства, но он сдерживался, — ты заставил Киру избавиться от ребёнка или нет?

Жёстков снова отбросил от себя Калугина.

— Твой выродок не пострадал. Мы с Кирой заключили договор, поэтому я сохранил жизнь твоему ублюдку.

Владислава затрусило от ярости, он и сам не понял, как в его руках оказался пистолет. Он навёл его на Жёсткого, Яр только дёрнулся к Калугину, как раздался выстрел.

Владимир ощутил обжигающую боль в бицепсе левой руки и полными ненависти глазами уставился на Калугина, который подошёл к нему, схватил за волосы и, ударив в живот кулаком, ткнул лицом в землю, вдавливая.

— Если ты, мразь, посмеешь ещё раз назвать моего ребёнка ублюдком, я тебе башку прострелю.

Один из людей Жёсткого достал оружие и направил его на Калугина, но Влад среагировал моментально, одним выстрелом выбив из рук мужчины оружие. А потом кивком головы дал знак своим парням. Те подошли к людям Жёсткого и обыскали их, отобрав оружие.

Владимир захрипел, комья земли лезли в рот, забивали нос и глаза, он и вздохнуть почти не мог, с такой силой Влад придавил его.

— Влад, хватит, не убей гада раньше времени, — Яр отдёрнул его от Жёсткого, который, поднялся, схватившись за руку, сжал, пытаясь остановить кровь, которая текла из раны. Он плевался и кашлял.

— Мы ещё встретимся с тобой, Калугин, и выясним отношения, все и навсегда, но сейчас нам необходимо действовать сообща, чтобы помочь Кире, — процедил настойчиво Жёстков.

— Я не знаю, Володя, чем ты руководствовался, когда сказал то, что сказал сейчас, но логику я исключаю сразу. Ты и правда думаешь, что мы с тобой можем хоть в чём-то работать сообща? Твоё предположение примитивно даже банально, хотя… в твоём случае сойдет за глубокую и неординарную мысль.

— Ты из меня дурака не строй, Калугин. Я прекрасно понимаю, что говорю, кому и зачем.

— Никто из тебя дурака не делает, Володя, это полностью твоя инициатива.

— Будь осторожным, Калугин, а то ведь можешь упасть с завышенного уровня своего самомнения на уровень своего приземлённого интеллекта и разбиться.

— Пытаешься меня приземлить, Володя? Сохраниться перед этим не забыл или бессмертным себя считаешь? Прежде, чем что-то говорить, фильтруй свой базар не только через рот, но и пропускай его хоть немного и через мозг, если таковой у тебя вообще имеется. Если я ещё раз ударю тебя по морде, шваль, то следующий мой удар придётся уже лишь по крышке гроба… твоего!

— Хватит! — рявкнул Соколовский, теряя терпение, — схватив Влада за плечо, поворачивая к себе.

Владислав обдал Яра взглядом, а потом подошёл к своим парням.

— Этого свяжите и закиньте в сарай, — процедил Влад, показывая на Жёсткого. — Руку перетяните чем-нибудь, чтобы не сдох, гад, раньше времени. И этих двоих — он ткнул на парней Жёсткого, к нему же.

Владимир неверяще уставился на Калугина.

— Ты что задумал, гадёныш ты мелкий? Кира…

— Для того, чтобы найти Киру, мне нужна помощь такого ничтожества, как ты, — резко перебил его Владислав. — Я не работаю с теми, кто в любой момент готов всадить в спину нож.

Кира жалась у стенки, вздрагивая под взглядом четырёх мужчин, которые, бросая в её сторону похотливые взгляды, медленно приближались.

Она и понять ничего не успела, как машина, в которой она ехала, резко остановилась. Перестрелка, которая быстро кончилась. А потом неизвестные мужчины вытащили её и кинули в другую машину.

Кира даже подумать не успела о том, как же ей уже порядком надоело быть в центре разборок между Жёстким и Булатовым, как необходимо было снова выкручиваться из неприятной ситуации. Кира знала, что от этих мужчин ничего хорошего ждать не придётся. Следующие их слова лишь подтвердили её опасения.

— Смотри, а она боится нас, — процедил один из них, — сейчас стену продавит, слившись с ней воедино.

— Ничего, думаю, что она скоро освоится и ей даже понравится, тащи её сюда, положи на диван, — рука второго вытянулась в направлении дивана.

— Но Булатов не говорил, что девку можно трогать!

— Это и так ясно. Можно, тащи, кому говорю.

Кира переводила испуганный взгляд с одного на другого, прикидывая расстояние до дверей.

Кира рванула к дверям, а потом громко вскрикнула, когда руки одного из мужчин грубо сомкнулись вокруг её талии, больно сдавливая живот.

— А ну отпусти её, если не хочешь, чтобы я убил тебя, — услышала девушка хрипловатый грозный мужской голос.

Повернув залитое слезами лицо, она увидела Камиля Булатова. Он стоял в дверях, лениво опираясь о косяк, взгляд его был устремлён на девушку, которая едва ли не упала, когда его человек её отпустил.

— Вышли все отсюда, — рявкнул Камиль.

Мужчины попятились на выход и быстренько удалились.

Кира в страхе смотрела на Камиля, который приблизился. Его взгляд остановился на её едва округлившемся животе. Кира вздрогнула, когда его рука обхватила её запястье, а потом он потащил её к дивану. Девушка стала упираться, понимая, для чего он тащит её к дивану.

— Отпусти! — всхлипнула она.

— Успокойся, дура, я ничего тебе не сделаю. — Подхватив девушку на руки, он поднёс её к дивану и посадил. Сам отошёл и сел недалеко на стул, пристально рассматривая её, словно она была какой-то экзотической зверушкой. Он ухмыльнулся, заметив, что она отчаянно пытается унять дрожь в руках.

— Ты голодна?

— Ч-что? — она поражённо уставилась на него. Он что, ей предлагает поесть, вместо того, чтобы отдать на забаву своим людям или придумать что-то ещё. Мало ли, что у него на уме.

— А ты кормить меня собрался?

— Почему бы и нет, — тихо произнёс он. — Ты беременна, тебе необходимо поесть и отдохнуть.

Кира наверное упала бы, если бы не сидела.

— Это что? Последняя трапеза перед казнью, да? — уточнила она, не веря в то, что он просто так оставит её в покое. Накормишь, а потом людям своим отдашь или в запасе для меня припас какую-то иную экзекуцию.

Его взгляд остановился на её лице.

— А знаешь, я начинаю понимать почему Калугин так прикипел к тебе. Ты смелая, Кира, не унижаешься и не умоляешь меня не трогать тебя.

— А разве это что-то изменит?

— Нет, — отрезал он. — Так ты голодна?

— Ты издеваешься?

— А ты странная. Я же поесть тебе предлагаю, а не побить.

— Что ты сделаешь со мной?

— Ничего.

— Не понимаю.

— Что ты не понимаешь, Кира? Я ничего тебе не сделаю. Тебя никто не собирается здесь обижать. Я никому не позволю из своих людей обидеть тебя, даю слово. Я использую тебя для определённой цели, а после — отпущу.

Она не верила ему.

— Ты лжёшь. Я знаю, какая у тебя репутация.

Он приблизился к ней, усмехнувшись.

— Я вынужден поддерживать такую репутацию, чтобы выживать в своей среде, Кира. Но я не совсем бездушный монстр. Большинство того, что обо мне говорят — это лишь слухи. Один год в жёсткой школе жизни научит гораздо большему, чем пять лет, посвящённых изучению великих наук в институте. Чтобы судить меня, девочка, надо для начала самой испытать удары судьбы и познать разочарования жизни.

— Зачем я тебе!

— Мне жаль, что тебе не повезло с отцом, Кира. Из-за него ты здесь. Но не ты цель моей мести, ты один из методов и не более того. И думаю, что ты спасибо должна мне сказать, что я забрал тебя у этого «типа» папочки. Неизвестно куда бы он тебя увёз и что сделал. Поверь, со мной ты будешь в большей безопасности. Я не собираюсь причинять вред ни тебе, ни твоему ребёнку, в отличие от Жёсткого.

— Вот уж спасибо, — процедила Кира, уже и сама думая о том, что Камиль прав. Поразительно, но Булатова она боялась меньше, чем того, который называл себя её отцом.

— Не иронизируй, а то ведь я могу и передумать, — процедил он.

— Влад найдёт меня.

— Для тебя же будет лучше, чтобы не нашёл. Я не хочу убивать Калугина, Кира, но он может вынудить меня это сделать.

— Или он убьёт тебя.

— Силёнок не хватит

Кира отвернулась.

Булатов к её удивлению сдержал слово. Её покормили и больше не трогали. Здесь она не была в таком напряжении и страхе, как с биологическим отцом. Кира переживала за Влада, только бы он не пострадал.