Глава 2

Элис.

На часах одиннадцать вечера. Конец моей смены. Ноги сильно гудят и требуют отдыха. В ординаторской я легла на диван, но никак не могу заснуть. В реанимации находится мой тяжёлый пациент. Мне всю ночь предстоит узнавать о его состоянии, поэтому никак нельзя пропустить ни одного звонка из отделения. Белый потолок практически расплылся перед глазами, а меня настигли воспоминания. Так всегда бывает, когда сон не идёт.

Моя услужливая память воскрешает образ отца. Он всегда был преданным, любящим родителем и заботился обо мне. Мне его очень не хватает. Особенно я скучаю по нашим разговорам по душам, семейным пикникам и вечерним беседам.

Четыре года назад мой отец скончался в этой клинике. Его доставили на скорой с огнестрельным ранением. Наверное, сегодня случилось дежавю, когда я оперировала Бэна. Характер повреждения был очень схож с тем, что было у отца. В последние годы жизни он работал в федеральном бюро расследований и вёл дела о наркотраффиках. Смертельно ранение отец получил в момент захвата дельцов. Его не спасли, не хватило каких-то пяти минут, а может долей секунд или у Бога были другие планы на душу отца. Меня взяли ассистентом на операцию, хотя коллеги знали, что я дочь пациента. Папа умер во время операции, так и не узнав этого. Боль утраты и мучительные мысли о том, что могли спасти, но не успели живут во мне все эти годы.

Размышления о ранении брата Мардж не дают покоя. Бэнджами Хайд — известная фигура в мире бизнеса. Несколько лет назад ходили не подтвердившиеся слухи о его связях с криминальными синдикатами. Два месяца назад я услышала по новостям, что Хайд баллотируется в Конгресс. Самое ироничное заключается в том, что я никогда не видела раньше его лицо. Учитывая вечернее происшествие, зарождается страх, что слухи не случайность и на Хайда было совершено покушение. Неужели я спасла жизнь мафиози?

В дверь ординаторской постучали. Сначала робко, потом настойчиво. Оторвавшись от мыслей, я встаю с дивана. За открытой дверью стоит испуганная Мардж и теребит в руках маленькую сумочку.

— Элиссон, мне нужна твоя помощь, — жалобным голосом говорит она. — Нам нужно срочно увезти Бэна из больницы.

Увезти Бэна из больницы??? Я не ослышалась? Глядя на сестру Бэна, понимаю, что нет. Да не охренела ли ты Мардж? Я просто выпадаю в осадок от её наивной непосредственности.

— Что, ещё что-то случилось?! — выпаливаю гневно понимая, что мои мысли направлялись по верному пути. Мардж аж передёрнуло. Наверное, в этот момент я была страшна.

— Н-нет, — запинаясь отвечает она. — Пока всё тихо. Но послушай, Элис, брата надо вытащить отсюда и чем скорее, тем лучше.

Нормальный ход. И, как она себе это представляет? Как будет забирать из больницы здоровенного, раненого мужика? Он только что перенёс серьёзную операцию. Да он от наркоза ещё не отошёл! Прошу её пройти в ординаторскую и запираю дверь.

— Во, что вы впутались, Мардж? Расскажи мне! Раз пошёл такой расклад, я хочу знать, что произошло с твоим братом?

— Несчастный случай, — пожимает плечами она. — Так получилось.

Я ушам своим не верю! Более нелепого объяснения я никогда ещё не слышала. Мне становится жутко плохо, требуется чего-нибудь выпить. Срочно! По ходу Мардж, от стресса ещё не в себе, да и я вся на нервах, как струна натянутая. Предлагаю ей пойти со мной в бар, что здесь неподалёку, но прежде мне нужно сходить в реанимацию, узнать, как там у её брата обстоят дела.

Узнав, что пациент стабилен, но пока ещё в наркозе от сердца отлегло. Возможно, скоро он проснётся. Хорошо — это обнадёживает. Бэн находится в лучших руках. На этой смене работают суперспециалисты. Повезло мужику сегодня несказанно!

По дороге в бар я ставлю Мардж условие :

— Если ты хочешь, чтобы я помогла, расскажи мне всё без утайки. И предупреждаю тебя: если соврёшь, я не продолжу лечение твоего брата.

Она кивает в знак согласия. Мы заходим в бар, заказываем бутылку красного вина, занимаем самый дальний столик.

— Я слушаю тебя, Мардж.

Она собирается с мыслями. Не очень хочется бывшей сокурснице рассказывать о том, что случилось, но выбора нет. Я её единственная надежда на кражу брата из стен клиники.

— Мы с Бэном выходили из ресторана после ужина, а напротив, грабили магазин. Брат первым увидел выбегающих на улицу грабителей, и они его подстрелили, — не моргнув глазом, солгала Мардж.

— Твоя история нелепость, — усмехнулась я. Люди вроде Хайдов не ходят без охраны и просто так их не подстрелить. — Полицейские уже бы были в больнице, если бы твой рассказ оказался правдой. У меня давно бы взяли показания.

Оставив оплату, я встаю из-за стола. Пить вино в компании обманщицы мне резко расхотелось. Я направляюсь к дверям бара и выхожу на улицу. Меня разочаровала Мардж, а ведь когда-то мы были подругами. Она бежит вслед за мной и одёргивает за руку.

— У меня только один вопрос, — остановившись говорю я. — Скажи, почему я? В Нью-Йорке сотни клиник, но именно в центральной оказался твой брат. Почему?

Моя давняя подруга пожимает плечами. Она молчит и хорошо разыгрывает несведущую невинность.

— Элис, если ты поможешь похитить Бэна, то не будешь сожалеть об этом. Поверь, моя семья умеет быть очень благодарной.

Это единственный ответ, которым меня удостаивает Мардж. Я не могу поверить, что всё это происходит в моей жизни. Пойми же ты, Мардж, если я помогу тебе осуществить похищение моей карьере врача-кардиолога, придёт конец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Нет, — отрезаю жёстко. — Не рассчитывай на меня. Не впутывай меня в ваши смутные дела и пойми, пожалуйста. Пока.

— Элис! — не унимается Маржд и вкладывает визитку мне в ладонь. — Если ты передумаешь, то позвони мне. Я же сказала тебе, моя семья умеет быть очень благодарной.

Ночь я провела в ординаторской. Спала тревожно и соскакивала от малейшего шороха. Несколько раз я ходила в реанимацию. А утром всё пошло наперекосяк. Как я и предполагала в больницу нагрянули полицейские. В восемь часов утра, они стояли передо мной. Завидная пунктуальность. Логично, в районе произошло стрельбище, и они хотят видеть врача, спасшего свидетеля. Представившись, двое мужчин задали ряд вопросов. Какой характер ранения? Изъята ли пуля и, где она, каковы шансы на выживание пациента. Когда его можно будет навестить, чтобы взять показания?

Я отвечаю на их вопросы сухо и односложно, в основном терминами. Интуиция подсказывает, что полицейские странные. Странный опрос. С одной стороны, вроде всё правильно, но с другой? Не могу пока для себя прояснить. Я ссылаюсь на назначенный приём, чтобы поскорее закончить разговор. Мне срочно нужен отдых и домой идти не вариант. В семь вечера моя законная смена. Нужно выспаться. Завтра появится доктор Миллер. Неприятного разговора с заведующим нашего отделения мне не избежать.

При клинике имеются две комнаты, местные апартаменты. Так мы их все называем. Туда я и направляюсь. Беру у администратора ключи от одной из комнат и поднимаюсь на последний этаж. Когда оказываюсь в комнате, падаю на кровать прямо в одежде. Я не могу раздеться. Усталость берёт верх. Закрываю глаза и моментально проваливаюсь в глубокий сон. Мне ничего не снится. Только отдалённо преследует чувство необъяснимой тревоги.

Я просыпаюсь от назойливого звона будильника. Пять часов по полудни, пора вставать. Я направляюсь в душ и долго стою под струями тёплой воды. Общение с полицейскими никак не выходит у меня из головы. Всё же странные они были. Оба здоровые, широкоплечие. Один был слишком общительный и назойливый, а второй был каким-то отрешённым. Все меня разглядывал с головы до пят. Потом и вовсе утратил интерес к разговору. Я начинаю припоминать детали и есть то, что не вяжется с образом полицейского. У Отрешённого, так я его прозвала, сбоку левой ладони была интересная татуировка. Череп в фуражке и два кинжала. Это определённый символ, но чего?

Выйдя из душа, я наспех вытираюсь и беру телефон. Есть пропущенные звонки от доктора Миллера. Значит, ему уже рассказали. Да, слухи по нашей клинике быстро расползаются. Ну что ж, до завтра я успею составить оправдательную тираду, а сейчас меня интересует тату. Я набираю её значение в поисковике и обнаруживаю, что это символ морской пехоты. Отрешённый был морским котиком? Такие ребята не служат в полиции. Возникает вопрос, зачем они приходили?

С беспокойными мыслями я одеваюсь. Промокнув густые волосы полотенцем наспех собираю их на затылке в аккуратный пучок. Надев чистый запасной халат, отправлюсь на смену. Когда я спускаюсь в отделение интенсивной помощи, подхожу к дежурному администратору узнать не оставляли мне новости реаниматологи.

— Дейзи, скажи есть информация про моего вчерашнего пациента?

— Тот, что с огнестрельным ранением?

— Да.

— Я трижды сегодня узнавала про его состоянии, как вы и просили. Всё нормально. Он благополучно отошёл от наркоза под утро, а теперь за ним пристально наблюдают. И да от вас ждут назначений.

— Хорошо. Я сейчас поднимусь в реанимацию. Не теряй меня.

— Доктор Янг, вот ещё что, - Дейзи осекается, а у меня начинают кошки по сердцу скрести.

— Что, Дейзи? Не тяни, говори!

— Минут двадцать назад приходил один человек. Мужчина интересовался тем же вопросом, что и вы. Про вчерашнего поступившего. Странный такой, с бездонными глазами.

— И где он? — с испугом спрашиваю. — Ушёл?

— Я не знаю, доктор Янг. Мужчина был в зале ожидания, а теперь исчез.