17 глава

Мы стояли возле машины и не могли оторваться друг от друга. Казалось, что если я его сейчас отпущу, то мир рухнет. Мой мир без него. От этого хотелось кричать и реветь одновременно, но я изо всех сил старалась, чтобы он не видел, как мне плохо, не видел, как уже задыхаюсь без него.

Когда Медведь напомнил, что уже пора, и Сергей попросил ещё пару минут, мои ноги чуть не подкосились. Две минуты рядом, две минуты с ним, и потом долгая разлука. Но и тогда я смогла взять себя в руки. Сергей протянул мне ключи и мог бы не говорить, я и так всё поняла. Но он сказал и пробил мою броню. Рыдания вырывались из меня бешеным потоком, и лишь его поглаживания и те первые слова смогли вернуть меня обратно.

Поднявшись в его руках на самый максимум, притянула за голову и стала целовать, чтобы запомнить, чтобы потом лелеять эти воспоминания, чтобы он знал и помнил! А в голове бились молоточками другие мысли: «Последний поцелуй, последние прикосновения… Не отпускай…»

– Мы справимся.

От боли и тоски в его голосе я зажмурилась, и только когда машина отъехала, смогла открыть глаза. Вместе с ним уехала моя душа, оставив тут одну оболочку.

Внезапно снова почувствовала, как мне стало не хватать кислорода, как сердце стало медленно биться, и чтобы не упасть, я облокотилась на большой забор и опустилась на землю.

– Серёж…

Закрыв глаза, я так просидела какое-то время, приводя свои чувства в более-менее нормальное состояние. Твёрдо решив для себя, что выдержу, дождусь ради нас, стала потихоньку подниматься. Не хотелось своим состоянием пугать остальных, особенно Соню.

Ко мне подбежал Карат и, лизнув руку, ухватился за край платья и потащил во двор. Умный и добрый. Я погладила его по холке и, плотно закрыв ворота, пошла в дом.

– Уехали?

– Да.

– Хочешь холодный лимонад? А потом давай что-нибудь посмотрим?

Я улыбнулась моей новой маленькой подруге, прекрасно понимая, что она сейчас всячески хочет мне помочь и отвлечь.

– Да, давай, я только умоюсь.

Мы сидели и смотрели какой-то сериал, попивая лимонад, закусывая яблоками и клубникой. Если же Соне было интересно, то я, как кукла, просто пялилась в экран, абсолютно не понимая, что показывают, и о чём речь. Лишь когда мы услышали, как Медведь заехал во двор, кое-как пришла в себя.

– Ну, как вы тут?

– Я смотрю сериал, а Маша только делает вид.

– Я тоже смотрела.

– Так я и поняла, особенно когда спрашивала у тебя, что сказал тот герой или этот, когда выходила.

– Правда? Да, прости…

– Соня, вот чего ты пристала?

– Маш, пойдём завтра на речку? – спросила Соня, не обращая внимание на отца.

– А у меня спросить?

– Пап, ты же и так пойдёшь!

Несколько дней я была, как на иголках, уже молчу про ночи, когда почти до утра лежала и просто смотрела в потолок. В эти моменты мне хотелось отдать всё, что у меня есть, лишь бы узнать, как он, что сейчас с ним.

Медведь, как мог, меня развлекал. Соня от него не отставала, и я была им безумно благодарна. Но мне всё чаще хотелось закрыться в комнате, а лучше всего уйти в тишину природы и побыть одной. Столько всего хотелось знать, что иногда меня прямо разрывало.

Почему нет известий от Сергея? Почему угроза в виде моего ещё мужа висит надо мной? В конце концов, я сдалась и решила занять себя хоть чем-нибудь. И ничего лучше не могла придумать, как вылизать, навести кристальную чистоту в доме Медведя. Ох, как он бурчал и гонял Соню, чтобы мне помогала. Только в эти моменты я могла от души посмеяться.

Чтобы я делала без Валеры и его дочки?! Друзья Сергея стали и моими, я искренне их полюбила. Да и как по-другому, когда они приняли меня такую, какая я есть, как говорится, со своим багажом проблем?

– Отдохни, золушка.

Я заканчивала на кухне, когда за стол сел Медведь и, налив полный стакан холодного кваса, залпом его выпил.

– Всё хотела у тебя спросить, а кто сейчас занимается вашим СТО?

– Мой зам.

– У зама есть зам?

Я отвлеклась от посуды и посмотрела с вопросом на Медведя.

– Да, Серого же часто и подолгу не бывает, а у меня тоже бывают другие дела. Вот и нашёл толкового парня.

– Теперь понятно.

Вытерев руки о чистое полотенце, села рядом с Валерой и, налив себе кваса, так же выпила залпом. А потом всё же решилась задать тот вопрос, над которым раздумывала несколько дней.

– Валер, расскажи, как вы познакомились с Серёжей.

Сейчас для меня Медведь стал связующим звеном между мной и любимым мужчиной. Я так мало знала о нём, что сейчас, когда он вдали, хотела говорить только о нём и много-много слушать.

– Он не рассказывал?

– Нет.

Я опустила взгляд и мотнула головой.

– Я и говорю, Серому не в хирурги, а в партизаны надо было идти.

Валера усмехнулся, усаживаясь поудобнее на стуле и вытягивая вперёд ноги.

– Хорошо, значит, слушай.

Валера внимательно посмотрел на меня, а потом в открытое окно и через пару секунд начал рассказывать.

– Нас свёл трагический случай, и я ему теперь по гроб жизни должен.

Я удивилась первой фразе, а Медведь тяжело вздохнул и снова наполнил стакан квасом.

– Что произошло?

Я ласково коснулась его руки и крепко сжала.

– Ладно, как тебя Серый называет? Кнопка?

Я искренне улыбнулась, но внутри вся собралась, позвоночником чувствуя, что рассказ будет нелёгкий.

– Это случилось чуть больше четырёх лет назад. Я тогда ещё служил контрактником, и жили мы в другом городе. По долгу службы нас часто отправляли на всякие задания, а так как я был командиром отделения, то частенько не бывал дома. С женой у нас поначалу всё было отлично, родилась моя Сонечка, я в ней души не чаял и из кожи вон лез, чтобы мои женщины ни в чём не нуждались. Короче, впахивал по полной. И сам не заметил, как с женой пошёл разлад. Соня росла умницей и красавицей, но я стал замечать, вернее, тёща стала всё больше жаловаться мне, что Соню жена ей оставляет, пока меня нет. Я доверял. Но потом до меня стали доходить слухи, что она с подругами частенько стала погуливать. Начались скандалы и разлад в семье. И вот как-то дочка упросила нас отдать её в ледовый учиться кататься на коньках. Мы были не против.

Медведь сделал глоток и стал смотреть в окно, а я увидела в его глазах столько боли, что уже пожалела о своём вопросе.

– Я сам стал её возить, так как тогда был в отпуске. В один день всё было, как обычно, Соня встала на коньки и уже умело начала выполнять упражнения, а мне позвонили с работы, и я вышел ненадолго. Чёрт… А когда вернулся…

Валера на секунду замолчал, нервно дёрнул подбородком и продолжил.

– Она лежала на льду и не шевелилась. С одной стороны, к ней бежала тренер, с другой я. Быстро осмотрев, мы не нашли внешних переломов, но когда тренер попыталась её приподнять, она застонала, и я тут же запретил её трогать. Вызвали скорую и, пока ждали, соорудили носилки и перенесли в медчасть. А дальше больница и страшный диагноз. Перелом шейки бедра. Нужна операция.

– Боже…

Я закрыла рот рукой, чтобы не застонать в голос.

– Поверишь или нет, но Соня ни разу не заплакала и не пожаловалась.

– Я верю, она очень сильная.

– На работе попросил дать мне ещё отгулы, а жена… сука. Прости. Первую неделю появлялась в больнице, чтобы пожалеть себя и устроить очередной скандал, обвинив во всём меня.

– Ты прав, сука, она.

Валера криво усмехнулся и кивнул.

– В итоге, она заявила, что это теперь моя проблема и опять ушла в загул. Ей наша дочь такая была нахрен не нужна. В нашей больнице такие операции не делали лишь потому, что не было нужного специалиста. Я стал искать, подключил товарищей по службе, и уже через пару недель я вышел на Серёгу, – Медведь перевел дыхание, сделал глоток и продолжил.

– Встретившись с ним в первый раз, я, конечно, немного офигел. Тогда он не был так ещё забит татухами, но… Всё ему объяснил, показал историю болезни. Он, не раздумывая, согласился. И, знаешь, операция-то не дешёвая! Но он сказал, чтобы я оплатил только всё, что связано непосредственно с больницей. Как потом узнал, Серый смог договориться по своим каналам, и счёт мне выставили не такой уж и огромный. А сам он не взял ни копейки. Но самое главное, он поставил мою девочку на ноги, для меня совершил чудо, и я был готов за это всё ему отдать.

Я сидела с открытым ртом, и, как назло все слова разом вылетели из головы, смогла только кивнуть. А Медведь продолжил.

– Он лично наблюдал за выздоровлением Сони, нашёл нам хорошего ортопеда, и уже через полгода она не просто ходила, а бегала. Поэтому для меня он не просто друг, а почти как брат, для которого я всё сделаю.

– А жена что?

Медведь махнул рукой и, ухмыльнувшись, сказал:

– Шалавой она оказалась. Не рассмотрел в ней этого поначалу, вроде нормальная была. После операции вернулся один в тот город, развёлся с ней, подал на лишение её родительских прав и уволился из органов. Она, кстати, приезжала потом один раз, повидаться с ребёнком, но Соня, даже видеть её не захотела. И я ей запретил появляться. Вот так и живём мы с Соней, можно сказать, душа в душу. Серёга, кстати, сразу запретил все физические нагрузки, поэтому мелкая нашла себя в рисовании. Она не говорила?

– Нет. А что она рисует?

– В основном природу. Но и портреты у неё неплохо получаются. Я ей скажу, чтобы она тебе показала.

– Да, мне очень интересно. Спасибо, Валер, что рассказал, для меня это многое значит.

Я встала и, подойдя к нему, крепко обняла и поцеловала в щёку.

– Ну-ну, всё нормально.

– А сколько тебе лет? И как вы с Сергеем решили создать общее дело?

– А вот это я расскажу завтра, а то ещё неизвестно, сколько нам тут куковать, будем развлекать друг друга рассказами.

Я улыбнулась и согласно кивнула.

Поужинав, мы все вместе вывалились на улицу, удобно устроились на небольшой веранде и решили поиграть в карты. Но, не успев начать, на мобильный Медведя пришло сообщение, и он со скоростью спринтера забежал в дом, а потом также быстро вернулся и поставил на стол ноутбук.

– Готовься, Маша, сейчас будет видеосвязь с Серым.

От этой новости я как будто ожила, а руки предательски задрожали.

– Всем привет!

Не передать, какое это было для меня счастье, видеть своего Великана.

– Здравствуй, любимый.

– Привет, Сергей, – поздоровалась Соня, а за ней и Медведь.

– Здаров, брат, как ты там?

Качество связи, конечно, было не очень, немного рябило, и иногда пропадал звук, но для меня это было неважно, я видела его снова, такого любимого и единственного.

– Нормально, нас переправили в новое место, а здесь жуть что творится. Работы страсть как много.

– Наша часть?

– Наполовину, делим с Сирийской армией.

– Тогда понятно.

Каждый понимал, что открыто говорить о том, что там происходит, нельзя, и поэтому всё было поверхностно.

– Кнопка, ты не представляешь, как я соскучился.

Краем глаза я заметила, как Медведь взял дочку за руку и повёл в дом, оставив нас наедине.

– Серёж, я с ума схожу без тебя. У тебя лицо усталое.

– Да, было подряд несколько сложных операций, почти тринадцать часов на ногах. Вот только сменили, сейчас завалюсь спать, даже кушать не хочется.

– Береги себя.

– Сегодня что-то плохо с видео звонками. Завтра позвоню в это же время.

– Я буду ждать.

– Кнопка, я скучаю…

Сигнал внезапно пропал, и я не успела ответить, но главное я услышала и впервые за эти несколько дней спала спокойно всю ночь.