17

Тагиров мрачно скалится, глядя на меня. Его тяжелый взгляд не предвещает мне ничего хорошего.

Но тут раздается стук в дверь.

Зэк мрачнеет. Отворачивается от меня.

И… отпускает.

Времени не теряю. Сразу отхожу подальше. Останавливаюсь за массивным креслом. Наблюдаю, что делает Тагиров.

Наконец, он решает прикрыться. Подхватывает полотенце, оборачивает вокруг бедер. Идет открывать.

— Это все, что удалось достать на данный момент, — слышится мужской голос из коридора. — Но как только у них будет больше информации, мне все сразу отправят.

— Проходи, — бросает Тагиров. — Расскажешь, что выяснил.

Он разворачивается, направляется обратно. Усаживается на диван, так и не отрывая взгляда от содержимого папки. Пролистывает там что-то.

Небольшой листок выпадает, приземляясь на пол возле его ног.

Это… мое фото⁈

Тагиров поднимает его. Кладет обратно. Продолжает невозмутимо изучать бумаги дальше.

А я даже не замечаю, как в комнату проходит другой мужчина. Высокий блондин в темном костюме.

— Осман, ты чего? — слышится его голос, на который я и оборачиваюсь, немного очнувшись. — Эта девка? Здесь?

— Полегче, Степан, — бросает Тагиров, не отрывая взгляд от документов. — Она моя гостья.

— Ты издеваешься? Девка же явно подставная! Хромова пришили. А ты ее в дом свой привел. Держишь здесь. Тебе что, блядь, проблем мало?

Тагиров отводит взгляд от папки. Смотрит на блондина.

— А ты с чего взял, что это она Хромова пришила? — спрашивает.

— Все доказательства против нее, — отвечает. — Менты уже в розыск ее подали. А уж с учетом того, кто ее папаша…

Тут он кривится с неприязнью.

— Вообще, ничему не удивлюсь, — добавляет. — Может он ее и натаскал. Кто знает?

— Мой отец честный и порядочный человек, — говорю, не выдержав. — Не знаю, с чего вы взяли, будто он…

— Смирнов? — хмыкает. — Это он-то порядочный? Да на нем клейма негде ставить. Осман бы тебе многое мог рассказать.

Тагиров молчит. Но смотрит на своего приятеля очень выразительно.

— Что? После всего? — выдает тот. — Ты его еще покрывать будешь?

— Я вам не верю, — не могу промолчать. — Не верю ни единому вашему слову.

— Поверь, детка, я знаю о чем говорю, — повышает он голос.

— Давай без эмоций, — заявляет Тагиров. — По сути. Что у ментов на нее есть? По фактам.

— Секретарь показания дала. И сотрудники.

— Так быстро все собрали?

Блондин кривится с недовольством, будто его четкая версия начинает разваливаться. И ему это совсем не по вкусу.

— Хромова грохнули вечером, — говорит он. — Задержался под конец рабочего дня, когда все разошлись. Но одна из теток что-то забыла, вернулась. А он там лежит. С пробитой башкой.

— И?

— На входе она с ней столкнулась, — блондин на меня кивает. — Сказала ментам, что девка была перепуганная. Торопилась.

— Степан, — оскаливается Тагиров. — Мои люди девчонку еще днем забрали. От офиса Хромова. Врет тетка. Как дышит, блядь. Найди мне эту бабу. Ясно? Поговори. Если потребуется, прессануть можешь.

— Слушай, ты уверен, что хочешь в это лезть?

— Работай, Степан, — отрезает Тагиров. — Иногда не мешает заняться благотворительностью. Окажем добрую услугу ментам. Найдем убийцу.

Он вдруг переводит взгляд на меня.

И в горле пересыхает.

Тагиров явно не из тех, кто будет заниматься благотворительностью. Даже страшно представить, во сколько мне обойдется его «доброта».