77

— Рассмотришь, значит? — хрипло уточняет Тагиров, продолжая поедать меня глазами.

Вообще, вид у него, будто у хищника, который загнал добычу в угол, где никаких других вариантов не остается.

— Да, — повторяю.

И совсем не чувствую уверенности.

Но с другой стороны — о чем я волнуюсь?

Скорее всего, он не сможет мне помочь. Эту проблему нельзя решить так просто, даже если допустить, что в какой-то мере Тагиров связан с убийством Хромова. Все доказательства у следствия против меня. Они не станут искать никого другого. Тем более, отец пытался решить вопрос по-разному. Об этом мы успели поговорить. Ему удалось выйти на Аверина. Но тот тоже в ближайшее время не сможет помочь в том смысле, чтобы с меня сняли лживые обвинения.

А если у Тагирова все же что-нибудь получится, ну так я не давала обещания выйти за него замуж. Мои слова еще ничего не означают. Рано об этом думать. Переживать не о чем. Ведь у меня проблемы похуже. Но как и обещала, я серьезно рассмотрю этот вопрос.

— Понял тебя, — криво усмехается Тагиров. — Договоримся.

Не нравится мне этот его тон. И пристальный взгляд нравится еще меньше. Возникает такое чувство, будто он уверен, что сумеет решить вопрос.

— Ты что-то знаешь? — не выдерживаю. — Тебе удалось найти какую-то информацию об убийстве Хромова?

— Узнаешь, когда придет время, — замечает он.

— Или ты… ты говорил, что не причастен, но у вас были общие дела. Хромов же с тобой общался, — запинаюсь под его взглядом.

— Мы это проходили, Лена, — говорит Тагиров. — Хромов был той еще гнидой. Но живым он бы мне пригодился больше. Если ты хочешь спросить что-то у меня, то спрашивай. Прямо.

— Ты его случайно не убивал?

— Нет, — спокойно отвечает Тагиров, а после прищуривается: — Хотя, как выясняется теперь, его убийство тоже дает серьезную выгоду.

Повисает тишина.

Он так и продолжает смотреть на меня, а после говорит:

— Ладно, Лена, главное ты услышала. Теперь думай. Время до следующей недели у тебя есть.

Его угрозы насчет разборок с Авериным никак не отменяются. Он четко дает это понять.

Новые условия еще ничего не значат.

Но как бы там не сложилось, мне бы совсем не хотелось оказаться что-то должной Тагирову. Только кажется, уже поздно.

Он сам решает все. И сейчас мне лучше не обманываться, не думать, будто мое мнение имеет особое значение в той ситуации, которая складывается. А может он и вовсе свои игру ведет, о которой пока не подозреваю.

Не верится, что без причины хочет свадьбу.

— Ты не волнуйся, — добавляет Тагиров. — Я тоже время терять не стану. Твоим делом вплотную займусь. Моя супруга должна понимать, что я всегда буду на ее стороне. Поэтому даже если бы ты реально грохнула Хромова, мы бы уж как-нибудь этот вопрос закрыли.

Сказав это, он поднимается. Проходится по мне долгим, выразительным взглядом, буквально изучая с головы до пят. А потом разворачивается, направляется на выход.

Кажется, в этот момент мне даже как-то дышать становится легче. Напряжение немного спадает.

Наблюдаю за высокой темной удаляющейся фигурой. В мыслях полный раздрай. На душе разыгрывается шторм.

Тагиров задерживается на выходе.

Некоторое время он и Сергей изучают друг друга. Без слов. Видно, что никто из них ничего не говорит. Ничего не происходит. Только обмен взглядами. Однако накаленность все равно ощущается.

Выдыхаю, когда эти двое все же расходятся.

Обратно мы с Авериным-младшим едем в тишине. Только под конец, когда машина уже заезжает за ворота особняка, он вдруг обращается ко мне:

— Лена, я хочу, чтобы ты знала, — смотрит в глаза. — Сколько бы ни было власти и ресурсов у Тагирова, я готов тебя поддержать. Всегда. В любой момент.

— Я думала, ты собираешься уезжать. Довольно скоро.

Это уже недавно обсуждалось. Сергей приехал ненадолго. Должен был снова вернуться в ту гуманитарную миссию.

— Собирался, — говорит он. — Но теперь вижу, что здесь я могу оказаться нужнее, чем на другом континенте.

— Не хочу, чтобы ты менял свои планы из-за меня.

— Этого хочу я, — произносит Сергей.

И тут не могу не заметить, что в его взгляде, в самом выражении лица появляется больше жесткости.

Молчу. Не зная, как реагировать.

— Думаю, сейчас мне лучше идти. Я очень устала сегодня.

— Конечно, — произносит он. — Иди.

На самом деле, мне нужно поговорить с его отцом. Как можно скорее. Потому что нельзя оставлять вопрос не выясненным. Тагиров слишком многое мне сказал, чтобы я теперь молчала.

Оказавшись в доме, узнаю у одного из помощников Аверина, могу ли я пройти к нему в кабинет.

— Разумеется, проходите.

Тот меня провожает до двери.

Переступаю порог, вижу, что Аверин стоит возле окна, заложив руки в карманы брюк, но стоит мне войти, как он поворачивается.

Чувствую его внимание на себе.

— Я должна с вами поговорить, — выдаю сразу.

Он кивает, побуждая меня продолжать.

— Я тебя ждал, Лена, — говорит спокойно.

— В кино я встретила Османа. Думаю, у вас с Тагировым была договоренность. Насчет нашей встречи. И он…

Запинаюсь, не сообразив, как лучше выразиться сейчас.

— Осман согласовал эту встречу со мной, — произносит Аверин. — Сегодня. Очень хотел тебя увидеть. Поговорить лично.

— Да, — сглатываю. — Но он говорил такое… я не хочу, чтобы у вас начались проблемы из-за меня. Тагиров ясно дал понять, что настроен на борьбу до последнего. Если потребуется война, то и на это готов. Не откажется от своих планов. Я должна была вам это сказать. Не хочу, чтобы из-за меня у вас и вашей семьи были проблемы. Вы и так очень много для меня сделали. Как быть?