82

Штормит меня. Крепко.

Весь вечер в зале тренируюсь. Разминаюсь. Железо тягаю. Грушу луплю так, что цепь не выдерживает. Звенья расходятся под натиском ударов.

Я же не первый день здесь отрываюсь.

По ходу скоро собственный тренировочный зал к хуям разнесу.

Напрягает все. Злит. Каждая, сука, мелочь. И сильнее всего — то, что Лена в чужом доме. У Аверина. Рядом его сынок-долбоеб трется, слюной на мою женщину капает. А я нихера сделать не могу. Вся воля теперь уходит на то, чтобы не сорваться, не разломать все к херам.

Вроде отпускает. Немного. Ненадолго. Но потом еще жестче и мощнее прикладывает. По блядскому кругу хожу.

Еще и с расследованием никакого продвижения нет. Нескольких спецов подключил. Никто нормально сделать не может. Ни одной зацепки не найти. Сколько бы не копали, не рыскали, а следа того, кто всю эту ебанину с убийством Хромова затеял нет.

Загвоздка в том, что его смерть многим выгодна. Врагов он нажил достаточно. Не меньше чем отец Лены. Смирнов. Принципиальный, сука. Было время ему от меня взятку предлагали. Не взял. Не повелся. Одним он срок без проблем скостил, а в мою глотку прямо зубами вцепился.

Ладно, похер. Теперь он уже не так меня злит. Забрал у меня год свободной жизни, но все же мы считай родственники. Он родитель моей Лены.

Что я, отца своей Лены обижать буду? Не катит такой расклад. Не трону.

Заканчиваю тренировку.

В башке не проясняется. Нихрена. Иду в душевую. Там врубаю сперва горячую воду, потом холодную. Так чередую. Только это тоже не работает.

Глаза закрываю. Вижу ее.

Нежная. Тонкая. Хрупкая. Улыбается. Сидит, болтает с этим гребаным Сергеем, улыбается ему.

Врезаю кулаком по кафелю.

Блядь.

До зубового скрежета меня одна эта картина в голове доводит. Как представлю, что она с ним. Общается вот так. Воркует. Так и начинает крыть.

Эта гнида никак в свою Африку не уебет.

А пора бы.

Ну если еще потянет, дальше будет у Аверина в доме околачиваться, то я ему лично сопровождение обратно организую. С почестями. Первым же рейсом.

А какие варианты? Раз сам не отгребает, то проводить надо.

Вода бьет вовсю. Постепенно расслабляет.

Опять перед глазами встает Лена. Ярко. Живо. Все по-настоящему. На максимум.

Она улыбается. Мне. Одному!

Рядом больше никого.

Красивая. Довольная. Ее глаза призывно поблескивают. Она подходит вплотную ко мне. Маленькие ладони ложатся на мои плечи. Разминают. Поглаживают. Опускаются ниже. По груди. Ногти слегка царапают кожу.

Кайф. Да. Вот так.

Она и ластится ко мне, и на расстоянии держит. Дразнит. Ее тонкие пальцы скользят по моему животу. Ниже, ниже. А после взмывают вверх. И у меня вырывается недовольный рык. Мало мне этого. Мало, блядь.

Но я ей не мешаю. Пускай резвится.

Лена льнет ко мне ближе. Ее напряженные соски упираются в мою грудь. Она прижимается губами. Целует и… сжимает мой ствол в ладони.

Все это настолько реально, что кажется, могу даже ее пульс ощутить.

Сам свой член теперь сжимаю. Крепко стискиваю.

— Давай, — рычу.

Лена опускается передо мной на колени. Продолжает надрачивать мой член. В такт моим собственным движениям.

Взгляд у нее поплывший. Как тогда, когда ее трахал. Когда она кончала подо мной и царапала мою спину ногтями.

Пухлые губы приоткрываются.

Раз — и она уже накрывает ими мой жилистый ствол. Плотно меня ртом обхватывает. Пропускает глубже. По языку. До предела. В самую глотку. До того момента, пока полностью не вхожу в ее горло. До яиц.

Ебать.

Дрочу как одержимый. Гель в ладонь выдавливаю. Снова ствол обхватываю. Сдавливаю. Аж ток вдоль хребта пробегает. Резкими разрядами. Коротит меня пиздец как.

Картина того, что Лена отсасывает у меня, заводит до искр из глаз. Представляю, как накрываю ее макушку ладонью. Как задаю нужный мне ритм. Как вбиваюсь в ее горло снова и снова.

А потом выдергиваю член в самый последний момент, чтобы разрядиться ей на лицо. Всю залить спермой.

Охуенно.

Я и в реальности кончаю. Бурно.

Потом смотрю на мутные брызги, покрывающие стенку душевой кабины и понимаю, что надо с этой дрочкой завязывать.

Совсем жесть пошла.

У меня уже глюки. Слишком реально Лену рядом вижу. Она будто и сейчас передо мной на коленях. Сверкает глазами. Тяжело дышит. А губы распухшие, растраханные… так и тянет ей снова засадить.

Долбанулся по ходу. В край. Так совсем ебнуться можно.

Все это блядские фантазии. А мне реальность нужна.