Глава 38. Попытка

Рэя стояла у края четвёртого яруса висячих садов в ожидании момента, когда появится Великий визирь и размышляла над тем, что прошло уже двое суток с момента, когда их привычный мир перевернулся с ног на голову.

Когда она свалилась им на голову. В буквальном смысле этого слова.

Сын поселил её в своих покоях.

Фаворитка более не вернулась в гарем.

А это усложняло весь план.

Бывшая привилегированная пятёрка наложниц, практически не имевшая права покидать женскую половину без позволения Властелина, осталась не у дел.

Теперь всё зависело лишь от Рэи.

Один из садовников едва не сорвался на нижний ярус, потеряв равновесие, когда ухаживал за крайней полосой сада.

Подобная неосторожность могла стоить ему жизни — ярусы находились достаточно высоко друг над другом. Но самым высоким, конечно же, был шестой, личный ярус Властелина песков.

«Хм…, - задумалась перворождённая, подняв взгляд к этажу повелителя песоков. — Способна ли она убить ради сына?».

Какая мать ответила бы, что нет?

*

Рэя знала, когда Властелин мёртвых земель покидает покои и приступает к своим обязанностям правителя.

Она прошла потайными ходами, чтобы никто её не мог видеть и заподозрить в том, что она задумала.

Фаворитка удивилась при её появлении, но не потребовала уйти.

— Ваше Величество, — сдержанно чуть склонила она голову. — Какая неожиданность.

— Да, — согласилась королева-мать, решительно направившись прочь из покоев в сад.

Ненасытной, выведенной Илан твари, которой никогда не будет достаточно одного любовника, не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ней.

— Чем обязана подобной чести? — спросила искусственно созданная Прин, явно не считавшая визит королевы честью.

— Мне кажется, что мы начали немного не с того, — примирительно начала перворождённая, пытаясь не спешить к краю сада, чтобы не вызвать тем подозрение.

— Почему же? — не согласилась КирРа. — Как раз начали неплохо. Закончили не очень.

— Я надеюсь, что ты понимаешь, какие тому причины? — спросила Рэя.

— Более чем, — честно признала Владыка.

И она действительно понимала.

Ни одна мать не желала бы и не обрадовалась, узнай, что её сын не единственный, а один из десятка, а в перспективе, возможно, и из сотни.

«Или тысячи?», — подумала КирРа, сама понятия не имея, куда и к кому заведёт её путь Возрождающей. И сколь долго он будет продолжаться.

Посланница Богини нахмурилась. Она не желала вновь возвращаться к той жизни, полной неопределённости и страхов. Даже мысленно.

— Что Вы всё же хотели? — спросила она королеву, отвлекая себя от тягостных размышлений.

— Я даже не знаю, как это сказать, — неловко начала Рэя, приближаясь к краю и видя, что фаворитка не желает за ней следовать.

Перворождённая пыталась лихорадочно сообразить, как подманить её ближе, и увидела Великого визиря, привычно прогуливающегося в одно и то же время по саду третьего яруса.

— Ты говорила, что, помимо Владыки Небес и Царицы птилаков, являешься ещё и Посланницей Богини, — ухватилась она за возникшую в её сознании идею.

— Да, — отозвалась Прин, выращенная в пробирке, не совсем понимая, к чему клонит королева.

— Чувствуешь ли ты Пары? — прямо спросила Рэя, бросив, словно случайный, взгляд на нижний ярус.

Любопытство побудило КирРу подойти ближе, чтобы увидеть, на что именно смотрит королева. Ей почудилась довольная улыбка перворождённой, и она почувствовала сильный толчок в спину.

КирРа даже вскрикнуть не успела, как поняла, что стремительно летит вниз.

Крылья раскрылись машинально, остановив неизбежное падение. Владыка взмахнула ими раз, другой и медленно стала возвращаться на личный ярус повелителя мёртвых земель.

Глядя в полные потрясения глаза королевы-матери.

— Он не поверит тебе, если ты попытаешься меня оговорить, — с трудом вымолвила она.

— Оговорить? — уточнила КирРа.

— Это случайность, — твёрдо произнесла перворождённая.

Царица птилаков тяжело вздохнула.

Она могла понять попытку матери убить себя, но лицемерие и изворотливость Рэи были ей сейчас до омерзения противны.

— Я ничего не скажу ему, — произнесла она, пытаясь остановить дальнейшие возможные жалкие оправдания и ложь. — Но Вы оставите меня в покое. Я думаю, теперь нам обеим понятно, что лучше держаться друг от друга подальше.

Перворождённая молчала, сверля фаворитку, зависшую в воздухе с невероятными полупрозрачными крыльями, недоверчивым взглядом.

— Однажды я исчезну, — заговорила она, видимо, желая утешить королеву-мать данной «новостью». — И вы заживёте прежней жизнью.

— Кто «вы»? — зло спросила Рэя. — Думаешь, что твоё исчезновение через десять лет, год или месяц вернёт всё на круги своя? Он любит тебя. Твоё исчезновение его лишь уничтожит. И каждый день, что ты здесь, повышает шансы данного исхода.

— Никто ещё не умирал от любви, — заключила КирРа, отказываясь принимать подобное развитие событий.

— Серьёзно?! — саркастично приподняла бровь перворождённая, заставив Владыку усомнится в собственных словах.

Она мало что знала о том, как любят кроны.

— Богиня отправила меня сюда, значит, она позаботится о Бархане, я уверена, — не сдавалась Посланница.

— Ну-ну, — протянула королева-мать и зашагала прочь.

*

Рэя в ярости запустила о стену одну из антикварных ваз человечества, едва оказалась в своих покоях.

И эта тварь ещё говорит, что любит её сына?!

Богиня о нём позаботится?

Так, как она заботится сейчас о них всех?!

"Ну, уж нет", — скользнул её взгляд по разбитому раритету.

Наталкиваясь на безумную мысль.

Но разве был у неё выход?