Глава 63. Сюрприз за сюрпризом

— Где Акан? — спросил ПиткКарРу, пока они летели к стене города, к которой приближались Падальщики.

— Не знаю, — ответила Царица птилаков. — Илан где — то прячет его.

— Жив, — резюмировал Король Кварца.

— Да, — отозвалась она. — Ты встанешь на защиту города? — была немного удивлена КирРа.

— Разве не этого бы ты хотела? — уклончиво ответил Царь.

Она недоверчиво на него покосилась.

— Зачем ты прилетел?

— Беспокоился. И не зря, как оказалось, — посмотрел он ей прямо в глаза серьёзным взглядом, вынудив отвернуться.

Это был не тот ПиткКарРу, которого она оставила в цепи с суровыми законами птилаков «не можешь — умри».

Поверить в то, что она — единственное для них исключение, было столь же сложно, как и в то, что правила изменились для всех.

— Ты тоже здесь, — презрительно бросил Царь дочери Богини, опускаясь на стену.

— Это пока ещё мой город, — ответила она ему и перевела взгляд на КирРу. — Может, решишь всё по-быстрому, богиня надежды и возрождения?

КирРе было плевать на то пренебрежение, с которым она к ней обратилась. Вообще почему-то было на неё плевать. Она словно превратилась для неё в пустое место.

— Сейчас это было бы очень кстати, — произнёс ПиткКарРу, глядя на многочисленные стремительно приближающиеся чёрные точки Падальщиков.

Богиня Надежды и Возрождения прислушалась к себе, пытаясь вновь почувствовать, нащупать или призвать недавнюю, словно дремлющую силу, но не нашла её.

Она отрицательно махнула головой, когда Царь обернулся.

— Что ж, — протянул он, — не в первый раз остаёмся без божественной благодати — разберёмся сами.

— Стой! — схватила КирРа его за руку, когда он почти взлетел.

ПиткКарРу задержал взгляд на крошечной сияющей кисти, таким контрастом выделяющейся на сильном тёмном предплечье. Почему — то ему вспомнился момент, когда она сделала так впервые — когда-то давно. Словно в другой жизни. Каким же дураком он тогда был!

— Я… — неловко отдёрнула она руку, как и в прошлый раз. — Тебе обязательно лететь в самую гущу?

Царь усмехнулся. Она старательно прятала от него взгляд, но он был уверен, что она и сама понимает, какую глупость ляпнула.

От беспокойства за него! — согрело его чёрствую душу осознание.

Пит опустился на ноги и взял в ладони её лицо, чтобы она не могла больше увиливать от его прямого взгляда.

— Я люблю тебя, — произнёс он, видя, как от удивления застыло изображение в туманном взгляде, отображавшее состояние Царицы — беспроглядную чёрную дыру в космосе, которая безвозвратно поглощала всё, оставляя после себя лишь тьму и пустоту. — И я вернусь, — добавил он, чтобы её успокоить, коротко поцеловал и взмыл навстречу хорошей битве, предвкушение которой горячило ррат.

Рождённый свободным, ставший подопытным, затем рабом, вождём птилаков, благословенным Царём авантюриновых земель, а затем и Королём Кварца улыбался. Она ответила ему! Даже в тот крохотный миг, когда он едва коснулся её губ, она с готовностью отозвалась на поцелуй.

Просто не успела подавить порыв души и отклик плоти?

Неважно! Это дарило ему надежду. И шанс.

Он обязательно вернётся, чтобы им воспользоваться!

КирРа, нервно заламывая руки и кусая губы, смотрела вслед ПиткКарРу, пока её внимание не привлёкла яркая вспышка света.

Они обе с Илан повернулись на свет, из которого появился сияющий золотым свечением Каер, в образе архангела, с огромными белоснежными крыльями.

— Что это? — непроизвольно выдохнула бывшая Владыка Небес.

— Я подумал, что, возможно, этот облик будет тебе приятнее, — ответил Третий, опускаясь на стену рядом с ней. — И привычнее, — добавил он, имея в виду лицо бывшего палача владетельницы.

— Умираю от любопытства узнать, каков же твой настоящий облик, — съязвила стоящая рядом Илан, на которую никто не обращал внимания достаточно долгое время, чтобы это начало бесить дочь Богини, за столетия привыкшую к поклонению.

— Энергия, — тем не менее, ответил ей Бог Равновесия, бросив короткий, ничего не выражающий взгляд.

— А где Хранители? — обеспокоенно спросила КирРа. — Они же вернутся? Богиня обещала мне. А ДэкКар? Его она не упоминала вообще. Дэк вернётся? — уже запаниковала Царица, Владыка, Посланница, оказавшаяся Богиней.

— Вернётся, — ответил Третий. — Он моя Тень и будет жить, пока существую я.

— Неужели хоть кто-то в этом безумии не оказался Богом, — съязвила Илан.

— Слабее он от этого не будет, — бросил на неё бывший раб ледяной взгляд, от которого она поёжилась и перевела свой на приближающегося врага.

— Сейчас начнётся самое интересное, — протянула правительница алмазного города.

— Ты же поможешь нам? — спросила КирРа Третьего. Почему-то предчувствуя его ответ.

— Нет. Я не могу вмешиваться.

— Может, тогда поможешь нашей поломанной богине и единственной надежде научиться пользоваться своей силой? — вновь дерзила вернувшая себе самообладание дочь Богини.

— Это не её бой, — ответил «Каер».

— Ты пришёл, чтобы увидеть, как все мы умрём? — осторожно, с опаской, предположила КирРа.

— Чтобы быть рядом, — твёрдо ответил он, глядя в глаза той, которую смог полюбить. Впервые с начала существования мира. И вряд ли сможет испытать нечто подобное к кому-то ещё. Когда-либо. Никогда! — Чтобы ты не сходила с ума от беспокойства, — продолжал он, — не металась в панике и знала, что всё будет хорошо.

— Это совсем не похоже на «хорошо», — выглянула она из-за его плеча. Отчётливо видя могучую фигуру Царя птилаков, возглавлявшую живой щит, который первым примет на себя удар. — Он выживет? — не смогла она не спросить.

Боль, прозвучавшая в голосе любимой, разрывала Богу Равновесия Душу.

Он порывисто обнял её, практически скрывая их обоих за огромными белоснежными крыльями.

— Всё действительно будет хорошо, поверь мне, — тихо произнёс он, с радостью в сердце чувствуя аромат её золотых волос.

Как он раньше жил без него? Без неё?

*

КирРа услышала боевой клич птилаков и шум начавшейся схватки. Она попыталась высвободиться из объятий Каера и посмотреть, что там происходит, но он словно умышленно удерживал её, не позволяя увидеть ужас происходящего. Держа в кольце крепких рук и под защитой огромных крыльев.

Часть Падальщиков пробила плотные ряды птилаков и прорвалась в пустой город. Им там нечем будет поживиться, пока Сиятельная не даст добро горожанам подниматься на поверхность из убежищ.

Прорвавшихся пытались остановить демоны. Вокруг творилась мясорубка: лязг мечей, острых лезвий-когтей, шипение птилаков и Падальщиков, проклятья демонов, крики смерти и ярости, но никто из них словно не замечал под покровом белоснежных боевых крыльев Божественную пару, застывшую посреди этого хаоса.

Падальщиков было больше. Значительно больше. Они были сильнее обычных птилаков и демонов. Землю заливало ррат противников, заваливало их мёртвыми телами.

Богиня поискала взглядом Илан, вспомнив о своём обещании Земле, и заметила её в пылу схватки с мечом в руке рядом со своими творениями, залитую с ног до головы ррат врага.

Дочь Богини едва держалась на ногах, но явно не собиралась сдаваться.

— Каер, — обеспокоено заёрзала в его руках КирРа, чувствуя, что должна что-то предпринять.

— Ш-ш-ш-ш, — склонился к её уху Бог Равновесия, обнимая любимую со спины. — Это не твоя битва, — повторился он. — У этого мира уже есть и другие защитники. Три, два, один, — словно начал он вести отсчёт, пока по алмазным землям не разнёсся властный требовательный приказ, заставивший застыть птилаков и Падальщиков.

— Прекратите!

Каждый, кто услышал сей голос, обернулся в поисках его источника. И замер в растерянности, глядя на существо, походившее на птилака, но явно им не являвшееся.

Нечто иное. Нечто более древнее. Более могущественное.

— Жив всё-таки, — нарушил гробовую тишину насмешливый голос Илан, который обратил на себя его внимание.

— Ну, здравствуй, — сказал он ей, словно тоже узнал.

— Рада, что ты выспался, наконец, — продолжала она язвить. — Может, теперь объяснишь, что ты такое?

— Сам, ты имеешь в виду? — послышалась и в его голосе насмешка.

— Ну, раз уж ты соизволил проснуться, почему нет? — ответила дочь Богини, столетиями ломавшая голову над тем, на кого же именно она наткнулась в недрах своих земель и чью ДНК взяла для создания птилаков, так до конца и не разгадав её секрет.

— Я дитя, появившееся на свет от связи смертной женщины и Бога Небес, — ответил он. — Дитя, которому нет места ни в одном из миров. Которого не должно было существовать. И которое бы не выжило без крови живых существ, ходивших ранее по Земле. Так я думал, по крайней мере, пока не пришёл Отец и не развеял мои представления о самом себе, сообщив о том, что Богиня намерена истребить человечество, — добавил он. — Я должен был укрыться под землёй и за миллиарды лет ослабел достаточно, чтобы не оказаться в состоянии проснуться самостоятельно, но пролитая сегодня вами кровь…

— Но ты знаешь меня, — подозрительно прищурились глаза дочери Богини, во всём искавшей подвох и не верящей никому в этом мире. Да, и в любых других, если бы ей довелось в них побывать.

— Мой разум бодрствовал, — ответил он, — с тех пор, как ты впервые появилась в пещере.

— Не сладко тебе должно быть пришлось, — сказала она, хотя в её голосе не было и намёка на сострадание. Скорее издёвка. — Это было около трёх веков назад.

Сын Бога тихо рассмеялся. Илан, похоже, его веселила.

«Или вызывала симпатию?», — подумала КирРа, переведя на безумную проклятую Араону недоумевающий взгляд, пытаясь, может быть, взглянуть на неё с иной стороны. С той, с которой всеми ненавидимая правительница могла бы вызвать у кого-то симпатию. Или хотя бы интерес.

— Ты забавная, — произнёсло древнее полубожество, питавшееся кровью живых существ. И, похоже, Илан не ожидала услышать о себе ничего подобного так же, как и КирРа — у обеих комично-одинаково отвисла челюсть. — Я наблюдал за тобой, — продолжал он, тем временем. — Меня зовут Иах. Я с удовольствием расскажу тебе свою историю, если ты захочешь, Дочь Богини, — добавил он с насмешливыми искорками в сплошном чёрном взгляде.

С явным чувством собственного превосходства. Несмотря на то, что в их венах одинаково наполовину тёк божественный ррат.

Его внимание сместилось. Он уважительно кивнул КирРе с Каером.

— Всегда хотел с Тобой познакомиться, — сказал он Третьему.

— И пролил ради этого реки крови, — ответил ему «Каер».

— Тёмные были времена, — согласился с ним Иах. — Но ты в любой момент мог меня остановить, если бы сказал, что это бессмысленно.

Бог Равновесия промолчал.

— Богиня, — ещё раз почтительно склонил он голову, приветствуя КирРу. — Наверное, я всё же рад, что этот мир не канул в вечность, — произнёс он, стрельнув коротким взглядом на Илан. — Примите и мою благодарность.

Любой намёк на свет исчёз из сплошного чёрного взгляда, когда он скользнул им по Падальщикам.

— Убирайтесь с алмазных земель и никогда не возвращайтесь, — сурово приказал он, и твари покорно развернулись, покидая поле брани.

КирРа смотрела вслед чёрной удаляющейся туче и думала над тем, какой урон они способны нанести возрождающейся фауне.

— Они обречены на вымирание, — тихо шепнул ей на ухо Третий.

Видимо, чтобы утешить, но это натолкнуло Богиню Надежды и Возрождения на мысли о том, что не милосерднее ли, в этом случае, было их истребить? Сейчас. Быстро.

— Каждый из них сам выбрал свой путь однажды, — ответил на её мысли Бог Равновесия.

— Они же не знали…

— Что убивали и поедали себе подобных? С кем делили кров?

КирРа не знала, что ему на это ответить.

— Я тоже смогу видеть будущее? — спросила она его.

— Никто не видит будущего, — ответил он. — Но прожив столько же, сколько и я, или чуть меньше, — улыбнувшись, добавил он, — ты сможешь предугадывать многое. На основании опыта, знания законов Бытия, Жизни и Смерти, выучив поведенческие реакции детей Земли — они весьма предсказуемы. Когда на твоих глазах всё повторяется из тысячелетия в тысячелетие, всё возможно предвидеть. В большинстве своём, — коснулся он её шеи лёгким поцелуем. Чем смутил.

Их отношения всё ещё были неоднозначны.

И он не делал ничего подобного раньше.

Внимание присутствующих привлёк шум со стороны океана.

— Цунами? — изумлённо выдохнула КирРа, удивляясь напастям, сыпавшимся на их головы одну за другой.

— О, да, — удовлетворённо отозвался Бог Равновесия.

Потому что он предугадал и это и не ошибся?

— Кае-е-ер, — вновь нервно заёрзала в его руках юная Богиня, когда гигантская волна нависла над своими жертвами.

— Ш-ш-ш-ш, — всё так же утешающее зашептал он ей на ухо, спокойно глядя на смертельную опасность.