Глава 21 - Второй период

Второй период начинается с того же, чем закончился первый. То есть, с медленного смертоносного променада Медузы. Разница только в том, что сейчас розыгрыш проводят «ястребы». Мы упустили мяч в самом начале, да еще отступили на десять аршинов за центральную линию, и теперь вынуждены обороняться.

Я замечаю, как вражеский атаман не хотел пасовать каменюге. Той пришлось гаркнуть глухим басом, будто гора изрыгнула эхо. Да и тренерша «ястребов» тоже не в восторге, мягко говоря. Красивая женщина с ненавистью смотрит то на меня, то на Медузу. Понимаю ее прекрасно. Она – заложник обстоятельств, жертва дворянских разборок. Но мы все в патовой ситуации из-за одной красноволосой заразы. И «змеи» отыграют свою роль достойно.

После свистка тренера «змеи» не атакуют, а рассредоточиваются. Вражеские авангардники удивленно хлопают глазами. Медуза с мячом шагает по полю, вращая головой. Она, как боевой механоид, гулко топает по траве, оставляя позади аршин за аршином. Наконец ей на встречу выдвигается Истислав. Один-единственный. Медуза оскаливается – черная щель на каменном лике. Думает, новая подтирка для ее гранитной ступни подвалила. Ага, тресни, сталактит с сиськами.

Держась на расстоянии, отбегая спиной, Истислав швыряется гравиволной. Атака настолько сильная, что даже видны прозрачные завихрения в воздухе. Голова Медузы едва-едва качнулась от удара. Каменные дреды застучали градом по твердым плечам. Даже не пошатнулась девка. Да, мы и не рассчитывали ее свалить, но всё равно обидно. Будто ветерок поласкал. Ладно, цель удара – всего лишь отвлечь каменную дылду.

Каменюга не замечает маленькую гравиволну, следующую сразу за мощной атакой. Точная встряска воздуха, сконцентрированное давление, и оно нацелено точно в мяч, зажатый изгибом бетонного локтя. Бац, и «мешок» выскакивает из тисков, как пробка из бутылки. Пока Медуза ошеломленно оборачивается, новая гравиволна отшвыривает мяч еще в воздухе ближе к Агаркину, и ловец не упускает возможности. Сцапать снаряд обеими руками и рывок торпедой к центральной разметке.

- Удержание противника! – кричу на всё поле.

Тогда только «змеи» оживают. Теперь мы снова в атаке, нельзя упустить возможность. Бывшие защитники снова обратились в авангардников, мои ребята наваливаются на «ястребов». Алеся с Дарико как и прочие, задерживают ближайших соперников. Повсеместный бой разгорается с простой задачей - удержать, не дать рвануть за нашим стремительным ловцом. Агаркин не подводит. Совершает забег с максимальной выгодой, гонит изо всех сил. Филигранная точность во время драйва позволяет ему маневрировать и избегать столкновений с мелькающими мимо «ястребами». Это позволяет ему чиркнуть обеими руками по первой разметке. Десять аршинов противника взяты, на этом его крестовый поход завершается. Парня сшибает Кайман. Крокодил спринтовал сразу, но был далеко. Да еще другие «змеи» мешали. В общем, я рассчитывал на удачный розыгрыш, и мы его добились.

Наша очередь атаковать. Не сомневаюсь, что розыгрыш не уступит в жестокости первому. Поэтому отдаю приказ – не трогать Медузу. Пускай шагает с мячом куда хочет, а уж Истислав снова выбьет снаряд в руки кому-нибудь из наших.

Но любая война или битва подразумевает соревнование умов. А мозги имеются также и у противников. Позицию до старта Медуза выбирает ближе ко мне. Что не соответствует роли перехватчиков, в кого, по идее, перевоплощаются штурмовики в защите. Но кого волнуют такие мелочи? «Витязи» сегодня на поле вовсе не чтобы играть.

И со свистком Медуза сразу срывается к атаманскому конверту. Каменюга сбивает с ног пару наших парней из первой линии, оберегающих мой квадрат.

Мы со статуей-девчонкой замираем друг против друга. С прошлого раза на ее теле остались следы крови. Красные разводы засохли и потемнели на серой коже. Будто окропленный кровью жертв кумир кровожадных дикарей.

Я не успеваю дать пас – Дарико еще не достигла нужной точки. Рано забрасывать, а каменная девушка уже тянет ко мне руки.

Ха, твердолобая, а ведь мяч у меня. А что это значит? Верно – сейчас здесь станет жарко. Время для Кметовских техник.

Воздух наполняется всполохами пламени. Пляска огненных языков.

Медуза одергивает ручонки. Не обожглась, конечно. Если ее броня подобна стихийному доспеху, то не факт, что и кумулятивный снаряд продырявит девчонку. Просто Горячая Вуаль вспыхнула почти двухметровым костром, и она ослепла на время, потеряла ориентацию. А первое, что люди делают в ситуации ослепления – прикрывают глаза. Даже если они каменные и пуленепробиваемые.

Огненные вихри окутывают меня бушующим слоем. Вокруг грохочут доспехи первых линий. Наших авангардников опять толкают к центру. Главное, чтобы Каймана удержали флангисты с Истиславом. Двоих демоников я не потяну.

Пока Медуза не отошла, проворачиваю подсечку и толчок. Ее наклоненная часть тела перевешивает остальную, и демоник бахается об землю.

Дарико уже заждалась паса. Грузинка машет рукой, подпрыгивая из-за спин первых линий. Но с мячом расставаться не спешу. Такая возможность вплотную пообщаться с каменюгой. Тем более, если выполню заброс, то не смогу швыряться огнем, а это жизненноважно. Она же не уйдет вслед за мячом, а останется стаптывать меня в хлам.

Пока каменюга еще барахтается на четвереньках, одариваю ее Багровыми выстрелами. Огонь против пламени. Медуза тонет в ало-золотых вспышках. Раздается бешеный рев. Будто в пожаре затерялась вовсе не девушка, а бородавочный жиробас зеленомордый.

Кстати, мяч в моих руках не лопается. Материал огнеупорный и прочный. Если не бить прямым потоком, не сгорит.

Быстро кручу головой, высматривая кто где. В первую очередь Каймана. Так, его обхаживают Алеся с Истиславом. Крокодилу сейчас не до меня. Барышня перегораживает путь, а Истислав сел ему на хвост - в прямом смысле, вцепился и бьется об землю вместе с отростком. Долго ребята его не удержат, надо пасовать.

Быстро кастую Взрыв танцующего пламени. Выстреливают горячие брызги. Огненная плеть стегает по глазам Медузы, она взвывает:

- Опять?!

- Нет, снова, - выдыхаю.

Снова ослепил на несколько секунд. Пользуюсь моментом – подступив, зажимаю каменную голову между коленями. Быстрый наклон и захват противницы за живот. Поднимаю ее корпус, прижимая к себе. С мячом подмышкой неудобно. Резко подпрыгиваю и сажусь на газон. Голова каменюги вбивается в землю. И тут же отскакиваю подальше, уворачиваясь от резвой вертушки. Снова залп огня ей в глаза. Она прикрывает лицо ладонью, сужая обзор.

Нырок и удар коленом ей в корпус. Задействую проникающий, чтобы хотя бы выбросить живой булыжник с конверта. Ее отталкивает, но недостаточно.

Снова Багровый выстрел, снова закрыла лицо. Благодаря чему она попадается на связку из подсечки и следующим за ней кругового удара пяткой в подбородок из прыжка-вертушки. Медуза каким-то чудом удерживается на ногах. Мощная, зараза. Уклон от каменной грабли-руки, подшаг ближе и чуть не попадаюсь под замах колена. На блок не принимаю, отшаг назад, возврат и Огненная куколка в исполнении левой руки. Костяшки врезаются Медузе в скулу. Вспыхивает ореол огня вокруг руки, снова дезориентируя противницу. Девчонка, конечно, непробиваемая и сильная, как Полковой, но без его скорости и объемных техник выходит недокомплект. А неполная амуниция создает уязвимые свойства, как медлительность и тяжеловесность. Настоящий подарок для огневика или приверженца стиля Перуна. Ослепил или заставил закрыться и мутузь, затем по новой и по новой, пока не выдохнется.

Другое дело – что столько времени у меня нет. И что остается? Дальний пас я сделать не могу, не успеваю размахнуться. Медуза от моих пинков-бросков не загнется. Неубиваемая каланча. Сейчас еще и Боря Кайман доберется. Ох-ох, выход один - самому делать пронос.

Атаман должен оставаться в пределах своей зоны, покинуть ее означает остаться без защиты и подвергнуть себя вероятности быть болезненно захваченным. А это однозначный проигрыш для ватаги. Но не сегодня.

Сейчас стартану, только сначала наподдам за ребят. По-другому просто не могу. Бей, Фалгор. Сжигай.

Еще пару проникающих хуков в голову, захват за плечо и бросок - головой в газон. И одновременный Багровый выстрел в глаза. Глотая землю, Медуза слепо отмахивается. Прыгаю обеими ногами ей нас спину. Проникающий прыжок.

Каменюга подо мной охает и вминается в дерн. Удар в висок. Пару раз топтанув гранитную плиту под ногами, быстро наклоняюсь.

- Запоминай этот момент, Оксана, - рычу ей в гранитное ухо. - Ешь землю и запоминай. Еще раз устроишь подобное - я раздроблю тебя в ЩЕБЕНЬ.

- Р-р-р-а, - басистый стон.

Дернувшись, каменюга рывком встает, я в кульбите отскакиваю с ее выпрямившей спины. Шатаясь на раскорячках Медуза крутит головой. Прощальный залп огня в глаза, подшаг, захват и через движение по кругу мощный бросок. Медуза лежит, дыша гулко как труба. Голова у нее кружится, встать сразу не получается. С трудом она вздымается на четвереньки.

- ЛЕЖАТЬ, ДРЯНЬ, - проходя мимо, пинаю в скулу, и ее отшвыривает на метр. Медуза в полете переворачивается через себя, бахается, подняв пыль. - ЛЕЖИ, ЕШЬ ЗЕМЛЮ И ЗАПОМИНАЙ.

Нарастание потоков психических энергий. Магнетическая волна обрушивается на дезориентированную девушка, и упертые было в землю руки резко подгибаются. Девушка вбивается лицом в траву.

- ЕШЬ.

Каменная челюсть ходит ходуном. Медуза мычит, из глаз брызгают слезы. Она в шоке и растеряна. Она ест землю. Таково ее наказание за грязную игру.

Ладно, пора.

С максимальной скоростью стартую вдоль левого каря поля. За мной увязываются «ястребы» - вся первая и вторая линии, а за ними и наши аванградники. Посреди поля образовался гигантский клин из игроков двух ватаг, острием которого являюсь я.

Противники за спиной прыгают вперед, пытаясь обхватить меня и повалить. Пока они лишь бахаются мимо, как пушечные ядра, вздымая фонтаны земли. Первая линия - это самые здоровые парни в Гроне, весом под сто кило. Вторая же линия, парни поменьше и пошустрее, огибают с боков, беря в клещи. Образуется «котел» - окружение со всех сторон, из которого нужно прорываться. Да еще Кайман Боря летит навстречу, позади Крокодила валяются избитые мои штурмовики и флангисты. Не успею убежать от этой ящерицы. Ну и не надо.

Пасую Агаркину, чуть скосив. Но парень отлично чувствует мяч и смещается точно в место попадания. Ловит и спринтует к разметке двадцати аршинов. И преодолевает. А дальше его валит догнавшая последняя линия. Но ничего-ничего, розыгрыш удался, мы продвинулись по полю, и у нас обновились три попытки нападения.

Возвращаемся на позиции. Проходящая мимо, грузинка смущенно улыбается.

- Ты рвешь мои шаблоны, - быстро шепчет Дарико, теребя косу. – Атаман-штурмовик! Такого еще я никогда не видела.

- Лучше этим тактическим приемом не злоупотреблять, - усмехаюсь. – Действеннее будет.

Я снова возвращаюсь в конверт атамана. Нашими двумя подряд прорывами ватага чуть воодушевилась. Но только вот дальше всё ее воодушевление гаснет. Я пасую Дарико, ловкий Кайман умудряется свалить ее и поймать мяч хвостом у самой земли. Передача Медузе-каменюге, а когда к ней, по уже пройденному сценарию, подбирается Истислав, она вертит головой и не находит ничего лучше, чем пасовать снова вперед крокодилу.

Э, не понял. А почему игру не останавливают?

- Судья! – тут же ору я, потому что свистка так и не дождался. – Нарушение! Два паса вперед за один розыгрыш!

- Не было, - отвечает ставленник «Замка». – Продолжаем игру.

Не увидел что ли? Кричу – сдержанно, без эмоций, только по причине большой отдаленности от судьи:

- Я всё же настаиваю, что нарушение состоялось, - и, плюнув на период, подбегаю к судье.

Он хмуро смотрит на меня:

- Вы не тренер, чтобы заявлять о нарушении. Вы игрок. Где ваш тренер?

- Я и есть тренер, - отвечаю. – А еще штурмовик.

- Вы играете в конверте, - замечает он.

- Да, потому что также я – атаман, - и уточняю. - Временный атман. Только сегодня.

У судьи происходит когнитивный диссонанс.

- Дурдом какой-то, а не Грон, - вздыхает он. – Я не видел нарушения.

- Оно было, - с нажимом повторяю. - Спросите у своих помощников.

- Каждый отвечает за свой участок поля и смотрит только за ним, - объясняет он. - Хорошо. Если второй тренер подтвердит нарушение, зачту.

Мы вместе с судьей удаляемся в техническую зону противника. За нами тихо увязывается Медуза. Ну как тихо. Грохочет позади как камнепад.

Тренерша «ястребов» смотрит на нас без удивления. Значит, заметила нарушение и готова к разборкам.

- Вы тренер ватаги? – судья строго спрашивает женщину. – Представьтесь, пожалуйста.

- Лидия Семеновна Воробушек, - отвечает сударыня.

- Лидия Семеновна, молодой сударь утверждает, что я пропустил только что два подряд паса вперед вашими игроками. Вы видели нарушение?

Тренерша колеблется, бросив на меня уничтожающий взгляд. Но всё же отвечает честно:

- Да, второй пас, правда, состоялся.

Умница. Честные противники нынче большая редкость.

Но взгляд ее напарывается на подошедшую Медузу и она, сглотнув, говорит:

- Я забираю свои слова обратно. Не было паса, - как-то поникнув, говорит тренерша. Лицо женщины покрывается красно-белыми пятнами, зрачки расширяются, как у олененка, выскочившего из кустов навстречу охотнику с ружьем.

- Так был или не был? – раздражается судья.

Ну уже понятно.

- Я же сказала! Не было второго паса! – истерит женщина и стремительным шагом покидает наш кружок по интересам. По одному интересу точнее.

Смотрю на Медузу, но с таким же эффектом можно переглядываться с памятником, облюбованным голубями. Только на лице каменюги не голубиный помет, а крошки земли.

- Ты заставил меня есть землю. - Голос у каменюги без тембра и интонаций. Да и никакой не голос это, а протяжный гул ветра в пещере. - У тебя есть девушка?

- Прости, что? - немного теряюсь.

Новый стон ветра:

- Ты - сильный. Девушка. Подумай.

Разворачивается и уходит.

Хочется хлопнуть себя по лицу. Эта каменюга пришла меня пикапить, а тренерша решила что ей велят солгать. Бред? Жизнь Фалгора Феникса.

- Значит, не было паса, - решает судья, глянув на Медузу. - Идите на поле, игрок.

Матч продолжается на прерванном моменте. Но Медузе далеко не удается продвинуться. Истислав не причем. Просто кончается второй период. Пятнадцать минут перерыва.

- Все внутрь, - киваю на здание клуба.

Запираемся с ватагой в женской раздевалке. Тут всё же запах приятней, чем в мужской.

Я оглядываю ребят. Все подавлены и морально разбиты. Симону подлечили, но в глаза мне не смотрит, будто чувствуя за собой вину.

- Всё против вас, - говорю я. – Противники-мясники, зрители, даже судьи, даже само поле. Это прессинг. Вас давят и давят, скатывают ваши тела в блины. Вбивают вас в землю, «фениксы». – Ребята поднимают головы. – Ага, вы не ослышались. К черту обоссанных «змеев»! – Алеся от шока прикрывает ладошкой рот, но глазки блеснули. Как у всех. - Мы больше не будем ползать, мы воспарим и сожжем этих отморозков. Отныне мы – «золотые фениксы».

- Но…нам не победить, Сеня, - вздыхает флангист Еремей. – Ты сам дрался с этой скалой. Сам от нее сбежал. Ее не пробить, а еще есть этот крокодил, верткий как ласка.

Кира фыркает, закинув ногу на ногу.

- Ты дурак или слепой? Вообще-то, побежав, Сеня принес нам десять аршинов. Это стратегия, мальчик.

- А еще он ее знатно повалял, - замечает Истома.

- Я знаю…но я-то не Сеня, - говорит Еремей. – Я не управляю огнем, не дерусь и не бегаю классно, как он. И мне страшно выходить один на один против НЕЕ.

После этих слов авангардники ежатся. Медуза переломала каждого из них, не только тело, но и дух.

- Так что теперь делать? Остаться в раздевалке до конца матча? – спрашиваю. – Или нарочно продуть игру? – парни пристыженно молчат. Зато девушки и Истислав гордо выпрямляются, они не допускали заячьих мыслей. - Ватага, вовсе не каменюга страшная. Самая страшная борьба внутри вас. Поэтому вы не должны проиграть сегодня. Нет, не в матче, в задницу матч, в задницу каменную бабу, - Алеся и Симона краснеют до ушей, Кира поджимает губы, а Истома весело усмехается. – Вы недолжны проиграть своему страху. Иначе так и останетесь ползучими гадами. Способ победить страх и воспарить к небу один – сделать всё, что вы можете. Несмотря на страшную каменюгу, идти вперед. Плюнуть на всё и просто идти. Только тогда вы добьетесь чего-то в жизни.

Молчание.

- «Золотые фениксы», - шепчет Дарико, словно пробуя незнакомые слова.

Ребята выпрямляются, Еремей произносит:

- Блин, Сеня прав. Я хочу показать тем злостным дворянкам и княжнам на трибунах, что пускай я простолюдин, но не тряпка, о которую можно вытирать ноги для их развлечения.

- Я тоже! - поднимается Харлам Агаркин. – Нельзя так играть: бить и весело перекидывать мяч над твоей расквашенной головой. Это неспортивно. Их нужно проучить.

- Именно, - киваю. – Сегодня мы столкнулись в Гроне с грубым насилием. Мы столкнулись с неспортивным поведением, влекущим за собой только травмы. Мы столкнулись с отсутствием товарищеского уважения к соперникам. Это не состязание, а насмешка. Оплеуха. Осквернение игры. "Фениксы", стерпим мы его?

- Нет! - дружный ответ.

Больше магнетизма. Чтобы плескалось до самых стен. Ребятам сейчас это нужно.

- «Золотые фениксы», я не слышу!

- Нет!!! – теперь это настоящий рев.

- Отлично! Вперед на поле, «фениксы». Хватит ползать. Пора летать!