Глава 26 - Волк в овечьей шкуре

Прогонная тренировка в самом разгаре. Всё как по-настоящему. Никаких поддавков, никакого сдерживания. «Волки» не будут сдерживаться. Поэтому мы срываемся и показываем жестокий матч.

Столкновение грубое, жесткое, на пределе сил. Никто никого не жалеет. Вот Истома пробивает фронт-киком ментальный доспех Киры, и зеленоволосая барышня с криком падает на землю. Ее блокировавшее удар запястье неестественно вывернуто. Медики уже бегут к девушке. Вот первые линии несутся друг на друга, будто стаи зверей.

Специально для сегодняшней генеральной репетиции заказали Целителя из «Красного замка». А еще бригаду медиков с носилками. Без дела они не останутся. Я решил максимально приблизить условия тренировки к реальному матчу с «волками». Иначе точно проиграем. Я посмотрел видеозаписи с матчами ватаги «Вершины мудрости». Амиран играет жестко, даже грубо, на самой грани фола.

Сильных игроков противника «волки» просто-напросто ломают. Ломают беспрерывно, весь матч, минута за минутой, период за периодом. Целители, конечно, подлечивают. Но тут удар наносится, в первую очередь, по психологическому здоровью. Дух даже самых сильных волевых спортсменов может подорвать постоянное избиение. Тем более мы еще в юношеской лиге, здесь все игроки ранимые подростки со своими тараканами. Их психика достаточно пластичная, и, в то же время, она не закалена тысячами боев, потому ребят легко сломать, если резко переборщить. Конечно, «фениксы» тоже должны учиться отступать, но первый раз явно надо ретироваться не перед тем, кто оскорблял одного из них.

Пообщался с Астерией. Ведь все денежные манипуляции клуба должны делаться через атамана «витязей». Фондом нашего клуба она заправляет. Целителя без ее акцепта не заказать. По крайне мере, пока Анфиса не выиграет выборы на председателя учсовета.

Быстрого телефонного разговора не вышло. Астерия сразу накинулась:

- Я тебя категорически не понимаю, Сеня. – От такой бесстыдной фамильярности я лишь вздохнул про себя. Смирился уже. Да и лучше не спорить с Астрой по пустякам. Сразу начнет ломиться напролом. – Готовишь серьезную тренировку. А зачем? Отборочные уже практически пройдены. Вы вверху таблицы. – Всё она знает. - Вам надо отрабатывать тактики для плей-оффа, изучать будущих соперников, придумывать контрмеры. Сейчас требуется работать мозгами, а не мышцами.

Лезет же из нее эта строптивая жилка. Всё еще, пускай и неосознанно, пытается подмять меня под себя.

- Послезавтра мы играем с «волками». Ватага решила, что «фениксы» должны победить.

- Ватага решила? – не поняла Астерия.

- На голосовании.

- Не по-имперски это, - фыркнула тут же княжна. – Важные вопросы должен решать лидер, а не толпа.

- Лидер и решал. – И кому я это объясняю? – Но лидер обязан так же учитывать мнение подчиненных при принятии решения.

- Ну, не знаю, - поворчала княжна. - Ты сам хотел допустить один-два проигрыша в отборочных. Так допускай. «Волки» - как раз тот противник, которого легче пропустить вперед. Незачем тратить время на контрмеры к их тактикам, лучше сосредоточьтесь на фаворитах плей-оффа. Они уже сейчас понятны.

- Астра, что лучше – я уже решил, – пришлось в итоге оборвать зарвавшуюся девушку. Но сама виновата. - Так ты мне дашь медиков и Целителя?

Повисло в трубке обиженное молчание.

- Дам, - всё-таки вякнула она напоследок.

Авангардники врезаются друга в друга. Грохот доспеха, рычание сквозь сжатые зубы, шум битвы оглашает почти полностью пустой стадион. Лишь редкие зрители на трибунах смотрят, как «фениксы» сминают сопротивление соплеменников, борются, срываются в захваты, огибают друг друга, забрасывают мяч, проводят мощные выносные комбинации, жестоко сражаются с товарищами, чтобы завтра сразить своего главного противника на отборочных.

В составе защищающей первой линии Медуза наступает на конверт атамана. Загораживающие Симону три авангардника не выдерживают каменных ударов. Размашистые оплеухи грантиной девушки раскидывают здоровых парней. Увидев наступающую Медузу, блондинка вздрагивает и делает шаг из конверта. Но туда нельзя – вражеская первая линия буквально раздавит девушку.

- Атаман, стой на месте! – кричу я. – Не выбегай из конверта!

Сжав мяч, Симона в нерешительности оглядывается. Стройные ноги сами собой шуршат по траве назад, огромные голубые глаза жмурятся. Эх, отвыкла красотка от риска. А ведь раньше она не боялась скакать посреди вражьей первой линии ради прицельного заброса. Но за десяток матчей Симона притерлась к Медузе, понравилось быть у демоника под крылышком, и теперь, когда железобетонная защита отсутствует, а собственная заступница идет на нее несокрушимой скалой, Симона испугалась. Проглядели мы с Лидой. Косяк.

Кулак Медузы летит в девушку, и Симона с криком падает. Мяч вылетает из рук блондинки и весело скачет по земле. Розыгрыш провалился.

Я подавляю разочарованный вздох.

Раздается свисток тренера.

- Обратно на позиции, слабаки, - командует Лида, она тоже недовольна. – Попробуете еще раз так бездарно сыграть и весь вечер будете круги наматывать.

Подхожу к Симоне и, протянув руку, помогаю подняться. Блондинка неуверенно переступает ножками, подается ближе. Увидев эту тягу, осознаю глубину проблемы. Симоне понравилась опека Медузы – не нужно бояться ударов, не нужно переживать, лишь сделать точную подачу. И теперь она подсознательно ищет такую же неприступную защиту.

- Почему ты запаниковала? Доспех еще держался, - замечаю. – Твоей жизни ничего не угрожало.

- Не знаю, - блондинка виновато опускает лицо.

Подступаю ближе и тише говорю:

- Послушай, атаман. Ты очень сильная девушка, все это знают. И «волки» тоже. Поэтому они будут пытаться пробить тебя самым сильным игроком первой линии. У них есть демоник Дуб. Он не уступит в крепкости Медузе, и вам обоим придется тяжко. Медуза займется Дубом, а на тебя накинется остальная первая линия. Наши авангардники не сдюжат, и ты окажешься под прессом.

Симона совсем бледнеет. Я серьезно, с нажимом повторяю:

- Ты сильная. Поэтому тебе придется тяжелее всех на матче. Просто потому, что тебя не сломить.

Она кивает.

- Я поняла, Сеня. Я справлюсь.

Теперь на моем лице появляется улыбка.

- Знаю.

В следующий розыгрыш Симона не отступает перед надвигающейся Медузой, а даже шагает ей навстречу, чтобы пасовать вперед и вбок. Мяч ловит Дарико, и барышня без труда проносит десяток аршин, закрепившись ближе к зачетной зоне.

Симона, вся довольная, ловит мой взгляд, и я снова поощрительно улыбаюсь.

Дальше тренировка проходит болезненно, но всё же успешно. Поломанные кости залечат, а вот опыт грубой игры поможет сыграть с «волками» без стресса. Ну или его будет меньше.

Утром через день я опять просыпаюсь в объятиях Дарико. Дверь комнаты закрыта, и белокурый демоненок не сможет сделать новые снимки. Шторы я тоже предварительно задернул, так что даже если Ленка отрастит перепончатые крылья, ей это не поможет.

А будит меня звонок с неизвестного номера.

- Да? – сонно бормочу в телефон.

- Беркутов, есть разговор, - раздается знакомый хриплый голос. - Кафе «Черкес» сегодня в десять утра. Мы должны с тобой встретиться.

Сна у меня больше ни в одном глазу.

- И мы обязательно встретимся, - ровным тоном говорю. – Но только не в кафе, а на поле, Амиран Петрес-дзе Беридзе.

Слышу, как грузин гневно сипит в трубку. Мой магнетизм точно не действует напрямую на таком расстоянии, значит, он сам уже стал дерганым.

- Беркутов, я не шучу. Если ты не придешь, могут пострадать… в общем, кто-то.

- Угрожаешь мне, Амиран? – уже и мне хочется рыкнуть.

- Это предупредительный разговор, Беркутов. А завершим его в кафе. Скину тебе локацию. Приходи один.

Орел остроносый! Осмелел?! Угрозами рассыпаешься?! Да я же тебя в любых горах достану! Перья выщипаю, а тушку поджарю и сжую как болотопса!

Я решаю не провоцировать грузина и съездить на эту встречу. Конечно, не один. Возьму фургон с «броненосцами», а еще Тимофея. Он теперь демоник со стреляющим пальцем, так что пригодится. Тимофей, кстати, и поведет машину. Такой вот у меня водитель – миллионер и демоник в одном лице.

Поговорю с Амираном, а там решу: грохнуть сученыша на месте за шантаж или подождать. В таком случае проблем с родом Беридзе не избежать, но они сами виноваты. Все мои звонки записываются, и я всегда могу показать, что грузин ляпнул. А подвергать родных риску не станет ни один достойный дворянин. Если же Беридзе захотят войны, так тому и быть. Был бы у них хотя бы глава рода адекватный, то я просто пожаловался бы ему на сына. Но Петрес такой же отшибленный, как и сынок. Дарико мне рассказала про его идею меня шантажировать. Скоты, а не люди.

На всякий случай маскирую татуировки на лице. Незачем Амирану пока знать, что ненавистный Беркутов и есть Лунный плясун. Чем больше он меня недооценивает, тем лучше.

Всех людей оставляю в машине, вхожу внутрь один. Территорию вокруг заведения предварительно изучили, никаких засевших поблизости группировок не найдено. Встретивший меня на пороге хостес провожает к столу с белоснежной скатертью. Там сидит насупленный Амиран.

Кафе «Черкес» оказывается настоящими рестораном в грузинском стиле. На стенах висят пестрые ковры и старинное оружие. Интерьер разбавлен наличием такого антиквара, как большие люстры и замысловатые рамы картин.

- Спасибо, я без заказа, - говорю подступившему услужливо официанту и поворачиваюсь к грузину. – Слушаю тебя внимательно, и лучше поторопись с объяснениями.

- Аррсений, - сквозь внутреннее сопротивление произносит Амиран. – Это зашло слишком далеко. Ты забрал нашу девушку, с ней живешь в одном доме, учишься, играешь в мою игру…

- Быстрее к делу, - прерываю, плюнув на то, что он еще и Грон себе приватизировал.

- Верни Дарико, - выдыхает грузин. – Это последнее предупреждение.

- Опять угрозы? - фыркаю. – Ты напрашиваешься, Амиран. Уже второй раз.

- Я не угрожаю, Аррсений, - дернув губой, рычит грузин. – Мы, Беридзе, – гордый род, а ты нас оскорбляешь. Сегодня твоя ватага проиграет и после этого ты вернешь мне Дарико. Так ты избежишь проблем и спокойно войдешь в плей-офф Лиги.

- То есть, Дарико должна сыграть против тебя и только потом вернуться к Беридзе? Какая же ты гнусная скотина, Амиран, - качаю головой. – Хочешь прилюдно избить, унизить сестру, у всех на глазах. Зачем? Так ты не докажешь, что лучше нее.

- Я лучше всех! – рявкает говнюк. – Только я Рыкарь! Ни ты, ни Дарико, ни кто другой из твоей ватаги! Я уникален!

- Зазнавшийся пацан, - вздыхаю. – Мало уметь взрывать всё вокруг, надо еще иметь голову. Да и кому я это объясняю? Вместо того, чтобы помогать своей сестре, ты пытался ее морально уничтожить.

- Беркутов…

- Отказываюсь, - снова прерываю. – Что бы ты ни предложил, отказываюсь. И не ушел я только потому, что мы пока еще не обсудили предмет твоих угроз. Ну так ты мне угрожал, Беридзе?

Но он не слушает. Вскакивает из-за стола и смотрит на меня сверху вниз.

- Она – моя игрушка! – шипит он как змей. – Моя игрушка! Она должна делать, что я захочу!

Резким шагом грузин уносится куда-то за дверь и пропадает в холле. Я вскидываю бровь. Что за чудило?

А потом с другой стороны грохочет выстрел и следом орут:

- Сидеть на месте! Это ограбление!

Врываются люди в масках. Вокруг поднимается визг, крики, шумиха.

Срабатывает инстинкт. Я сразу же ныряю под стол, который одновременно переворачиваю набок. И вовремя. По тому месту, где я только сидел, бахает короткая автоматная очередь. Пустой стул рядом разлетается в труху. Часть пуль попадает в стол и прошивает дерево насквозь. Если бы не доспех, меня бы уже превратило в кусок фарша. Даже сквозь защиту отдается.

Мои глаза округляются. Из чего они там стреляют?!

- Это ограбление!!! – новая очередь решетит бармена за барной стойкой. Вместе с кассой, в которой и лежат нужные грабителям деньги.

Но, конечно, это никакое не ограбление. Это подстава. Это болотопсовский ховст. Дурак Амиран ничего поумнее не смог придумать и решил грохнуть меня под видом ограбления. Якобы, так к нему не будет претензий, только вот, уверен, жирные нитки всё равно останутся, просто орленок недоношенный не подумал или забил, психованный же.

Грохот стрельбы не прекращается.

Вокруг расстреливают кричащих людей. Этим занимается один грабитель, трое же других срываются ко мне. Прибить меня – единственная цель. Крики и расстрелы же просто массовка.

Срываюсь в перекат и бросаюсь под ноги подступившему грабителю. Выстреливаю из кувырка ногой, и коленная чашечка мужчины ломается с хрустом. Без доспеха, всего-то Ученик. Ну щас я вас всех как котят передавлю.

Грабитель с криком бахается на пол. Сам я уже вскакиваю на ноги, поймав выроненный новоявленным калекой автомат. Им оказывается штурмовой АШ-12. Двенадцатый патрон, никакой бронежилет не спасет. А также ментальный доспех - если в упор бомбить не переставая. Из таких же крошек постреляли хаоситов на тестировании легионеров.

Предохранитель, конечно, уже снят. Не трачу драгоценные секунды. Быстро вскидываю ствол, и решечу второго грабителя. Было тело – стала груда мяса.

Врубаю Горящую Вуаль и, отбросив АШ, кидаюсь на третьего грабителя. Четвертый мне в спину бахает очередь, но усиленный Вуалью доспех выдерживает несколько попаданий. Это дает мне время врезать Огненным кулаком по челюсти третьего, так что у него звезды сыпанули из глаз. А затем проскальзываю к нему за спину и толкаю на четвертого. Тот не перестает палить, и град пуль обрушивается на его товарища. Я же подскакиваю следом и выбиваю «ашку» из рук четвертого. Двойка в корпус, хук с правой, с левой, коленом в центр, фронт-кик в правый бок, хук слева и финальный — хай-кик в голову. Доспех гаснет, мертвое тело падает замертво.

Подстреленный третий охает на полу. Единственный выживший из «грабителей».

- Господин…

Поднимаю взгляд на «броненосцев». Они уже полминуты здесь топчутся и смотрят, как я избиваю «четвертого» огненными руками и ногами. Ясно, что «грабители» сидели где-то в закромах в здании, иначе бы «броненосцы» их порвали на подходе.

Сбрасываю Вуаль и кидаю своим людям:

- Ренат, Южанин, запакуйте этого, - пинаю ногой живого грабителя. – Остальные, выезжаем в погоню. Видели, куда делся Беридзе?

- Выбежал через второй вход, господин, - докладывает Кикер. – И нырнул в тачку. Очень торопился, скотина.

- Конечно, торопился, - я бросаю взгляд на настенные часы. – Матч через два часа. Нам тоже стоит поторопиться. Только выйти мне надо незаметно. Найдите что-нибудь накинуть.

Похоже, мы с Амираном встретимся уже только на поле. Ну что ж, это будет его последней в жизни игрой.

***

Стадион «Акела» в лицее «Вершина мудрости» никогда не жаловался на недостаток зрителей. Но сегодня трибуны переполнены, что случалось редко. Нет ни одного свободного места. А еще прибыло множество юных дворян – завсегдатаи «Зарницы». Молодые аристократы пришли поболеть за шального чертягу Беркутова. С недавних пор блондин стал любимцем Молодого света, и многие были не прочь свести с ним личное знакомство.

В раздевалке «волков» Амиран кричит в трубку:

- Он сдох?! Сдох?!

- Нельзя ответить однозначно, - отвечает снайпер из укрытия невдалеке от «Черкеса». Он через оптические прицел обозревает входы в ресторан. – Группу псевдограбителей устранили всю точно. Люди Беркутова ворвались внутрь. Но никак не определить, жив ли он сам. Ясно одно – пока он не выходил на улицу. Значит, шанс велик.

- Эй, Амиран, - подзывает грузина Ричард. – Ты на поле-то идешь?

- Сука! - атаман «волков» швыряет смартфон на пол. – Идем.

Амиран ведет ватагу на поле. Повороты длинного коридора мелькают один за другим, сливаясь в глазах грузина в сплошную мешанину.

«Шанс велик, шанс велик, шанс велик, - тихо-тихо бормочет грузин. – Он не выходил, значит, сдох. Беркутов сдох! Гребаный говнюк, ты сдох!»

Держащийся рядом Ричард удивленно смотрит на атамана, словно смог услышать. Но принц ничего не говорит, только хмурится и поджимает губы.

Не обращая внимания, Амиран лихорадочно, словно мантру, шепчет:

«Сдох, сдох, сдох…»

Входные двери распахиваются, и «волки» вышагивают из подтрибунного коридора на темно-зеленый газон поля. Впереди уже выстроился в шеренгу стартовый состав «фениксов». И подле блондинки-атамана стоит ОН с широкой улыбкой. В противоположность ей янтарные глаза серьезно смотрят прямо в темные глаза Амирана.

Грузина бросает в пот, глаза расширяются, колени начинают дрожать.

Беркутов жив.

_________________