Глава 5

Маргарита

Сизый туман клубился в пещере. Жрица остановилась у входа и указала рукой:

— Тебе туда.

— Туда? Благословение там?

— Оно там. Если тебе позволят — сможешь его взять. Но помни, что ты должна вернуться! Иди. — Поторопила меня женщина.

Замерев на секунду, я набрала воздуху в грудь и сделала первый шаг в туман.

Инстинкт заставил затаить дыхание. Потом воздух кончился, я сделал осторожный вдох. Туман пах обычной влагой и мокрым камнем. Лишь пройдя несколько шагов нащупывая тонкой подошвой сапога неровности в каменном полу, я поняла, что сквозь невесомую воздушную дымку невозможно разглядеть даже собственные ноги. Очертания входа за спиной пропали, я уже не знала куда идти. Сердце застучало, ладони взмокли, как перед экзаменом.

Стоп! Остановиться и подумать! Нельзя подвести Руиму, Врана, ее величество и принцев. Они ждут разумных действий, а не паники.

Остановилась, закрыла глаза, несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь унять колотящееся сердце. В памяти всплыло, как мы шли к Южным Сестрам, когда я не видела ничего кроме разбегающихся в темноте искр. Можно попробовать повторить!

Зажмурившись покрепче, посмотрела вокруг магическим зрением. А в магическом зрении вокруг творилось что-то невообразимое. Тумана не было! Среди каменных стен плавали, перемешиваясь ленты эмоций. Вот важно проплыла серебристая печаль, а вот мелькнула золотой искрой радость. Вот чьи-то сильные эмоции горят красно-золотым — не пойму- то ли страсть, то ли гнев? Вот зеленая, тягучая на вид тоска, а вот синеватые искорки смеха. Вот фиолетовая задумчивость, а вот все черное и липкое отвращение.

Я с удивлением смотрела, как длинные извилистые ленты втягиваются в маленький водоворот мерцающего огонька где-то впереди. Должно быть, это и есть Благословение Династии? Артефакт собирающий отголоски эмоций? А что он с ними делает?

Меня тянуло к огоньку все ближе и ближе. Ленты — эмоции толпились, переплетались, но не смешивались. Они забавно щекотались задевая меня по рукам, по лицу. Одна особенно шустрая попыталась спеленать мне ноги и щелкнула молнией, когда я сделала шаг. Пришлось задержаться, выпутываясь из чьей-то хитрости.

И вот я уже совсем близко.

На постаменте из камня бьется крылом огонь. Я тяну к нему руки. Я хочу его взять, не задумываясь о боли в обожжённых пальцах. Тут из огня начинают выдвигаться фигуры. Высокие и широкоплечие, маленькие и хрупкие — мужчины и женщины, дети и старики.

Последними из пламени поднимаются двое: высокая изящная женщина с длинными светлыми косами и, невысокий широкоплечий мужчина в странной одежде. Они стоят по обе стороны огня и смотрят на меня. Я не знаю что сказать, голос срывается, я шепчу:

— Династии грозит уничтожение. Враги пришли на земли королевства. Мне нужен артефакт, что бы остановить их.

Мужчина и женщина переглядываются, словно ведут неслышный разговор, остальные смотрят на них молча. Наконец придя к единому мнению, духи начинают действовать: женщина хватает меня за руку, я вздрагиваю от ее теплого прикосновения. Мужчина царапает мне палец кончиком стрелы вынутой из колчана. Кровь, немного брызнув, падает в огонь. Пламя шипит, пригибается к каменному основанию и вновь взлетает ввысь. Один лепесток расцветает на пораненном пальце.

— Иди, — говорит вдруг женщина вслух, — огонь будет гореть ровно год. Иди, тебя ждут!

А мне не хотелось никуда идти. Чужие эмоции наполняли меня — зависть, боль, печаль и тут же радость, страсть, желание. Хотелось опуститься на каменный пол и любоваться этими эмоциями, следить за разноцветьем лент и потоков. Руки сами потянулись заплести растрепанные чувства в косы, но тут я поняла, что в этой картине чего-то не хватает:

— А где же любовь? — Спросила я туман.

— Любовь ты должна добавить сама! — Донесся издалека смеющийся женский голос.

Вран

Герцог снова ходил, вытаптывал камень, дожидаясь Маргариту. В голове крутились мысли о том, как ему стала дорога эта странная девушка. Какая она нежная, ранимая и в тоже время сильная. В этот раз ее не было долго. Он успел сделать разминку и остыть, съесть предложенный ужин и подремать на каменной скамье.

— Где же она? — вопросил мужчина безмолвные скалы.

Вдруг загудели каменные стены, сверху сыпанули осколки. Из бокового прохода ему на руки выпала Рита. Она тепло и солнечно улыбалась, хотя лицо ее было залито слезами, а между бровей залегла горькая морщинка.

Девушку била крупная дрожь — тонкое платье было влажным, волосы пахли сыростью и дождем. Парень прижал Риту к себе, завернул в плащ. Искривившиеся толи в улыбке, толи в страдании губы выдохнули:

— Получилось!

Вран сорвал с шеи амулет и раздавил ногой. Синий столб света втянул обнявшиеся фигуры, и площадка перед входом вновь опустела.

Из темноты пещеры вышла жрица в темной одежде и тщательно посыпала место телепортации порошком, потом вздохнув, отыскала среди камней веник из полыни и принялась наводить порядок.

Руимасолариэсс

Верховная Хранительница сладко почивала в своих покоях лежа за столом прямо на стопке бумаг и не разобранных сообщений. Когда на амулет пришел сигнал, отяжелевшая от сна голова соскользнула с толстого конверта и гулко стукнулась о дерево.

Заспанная женщина не сразу поняла, что сейчас в ее покои свалится кто-то имеющий допуск, а потому сигналки успели зазвенеть и обеспечить ей хорошенькую головную боль. Еще через несколько минут в центре комнаты замерцал кокон дальнего телепорта. Сформировавшись, он мигнул и рассыпался искрами оставив на прожжённом ковре Риту в объятиях Врана. Девушка смеялась, плакала и вообще была не в себе.

На оценку ситуации у Хранительницы ушли считанные мгновения:

— Неси ее сюда! — Скомандовала она герцогу, спешно открывая двери в личную купальню.

Парень, пошатываясь от слабости — телепорт берет много сил — внес девушку и опустил в теплую воду, пахнущую розовым маслом. Руима пару раз притопила истерящую ученицу в теплой воде, останавливая бессвязные стоны и смех. Потом деловито принялась раздевать девушку, поглядывая на Врана:

— Что стоишь? Мойся. Одежду сейчас принесут. У вас встреча с принцами через полчаса.

Мужчина последовал совету и начал снимать плащ.

Волшебнице хватило нескольких пассов, чтобы в пустующей большой медной емкости появилась вода. Герцог почти не удивился, когда она забурлила, нагреваясь, и заблагоухала терпким ароматом имбиря, больше подходящим мужчине, чем розовое масло.

В двери робко сунулась перепуганная горничная с простынями и мылом.

— Оставь все здесь, — скомандовала ей Руима, — и принеси самый нарядный камзол из покоев герцога Вериса! У тебя десять минут!

Девушку как ветром сдуло.

Все же опыта старой травнице было не занимать. Не зря она расходовала магические силы, нагревая воду для купания амулетом. Маргарита уже приходила в себя, сама стягивала промокшую одежду и взбивала пену.

В соседней ванне плескался герцог.

Убедившись, что оба в состоянии вымыться самостоятельно, Хранительница раздвинула в центре купальни ширму, оберегая скромность путешественников, и торопливо вышла: ей следовало оповестить принцев и королеву.

Вран

Уснувший в теплой воде мужчина проснулся оттого, что кто-то ласково перебирал его волосы, гладил кожу вокруг ушей, нежно дотрагивался до скул, очерчивал высокие брови.

Герцог полежал, немного наслаждаясь мурашками, разбегающимися от тонких прохладных пальцев, а потом, распахнув глаза, увидел склонившуюся над ним Риту.

Спокойная, сдержанная, в привычной зеленой мантии, лишь влажные волосы, перекинутые через плечо, еще не убраны в прическу. Взгляды встретились, закружились, но тут раздался суховатый голос Руимы:

— Вран, ты уже одет? Рита, твоя камеристка пришла сделать тебе прическу.

— Тари здесь? Спасибо, что не забыли о ней!

— Она приписана ко двору, как постоянная горничная, — ворчливо отказалась от почестей травница, — иди уже, принцы ждут!

Шурша шелком мантии, Рита вышла.

Вран поспешно выбрался из ванны, вытерся приготовленным полотенцем. Одежда для него лежала рядом, на сундуке — парадный мундир капитана гвардии со всеми орденами и регалиями.

Почти не задумываясь, он натянул белье, штаны, камзол, повесил на шею дворянскую цепь, на палец — кольцо с печаткой. Привычно провел руками по петлям и шнуровкам — все в порядке, ничего не забыл!

Оглянулся на скамью и замер — на бархатной подушке лежал, переливаясь бриллиантами орден «Высокой чести». Кавалеров ордена можно было пересчитать по пальцам одной руки, потому что давался этот орден только в одном случае — спасении членов Династии.

Потянувшись к звезде на широкой атласной ленте, Вран одернул себя, убрал руки, и оставил ее лежать на вишневой ткани. Его заслуга не велика. Поправил волосы, полы камзола и вышел в кабинет Верховной Хранительницы.

Оглядев его с ног до головы, Хранительница подняла брови, одобряя, и, взяв Врана под руку, проследовала через потайную дверь в покои старшего принца.

Большая уютная комната, выдержанная в теплых коричневых и зеленых тонах, наводила мысль о поляне в лесу. Высокие дубовые панели, полки, стилизованные под изогнутые ветки. Мшисто-зеленые портьеры на узких высоких окнах.

Когда Руима привела потайным ходом свою ученицу, принцы и королева уже были там. Расколоритер растапливал камин, разгоняя осенний сумрак за окнами.

Ульсоритас насыпал в медный ковш с длинной ручкой пряные травы и наливал вино — еще один рецепт стал достоянием Династии Риинер.

Королева задумчиво сидела в глубоком кресле и смотрела в огонь. Ее мысли кружились вокруг Благословения Династии, которое должно было помочь сохранить королевство. Попутно вспоминалось пророчества записанное Руимасолариэсс. Немножко беспокоили сыновья, готовящиеся к встрече с девушкой, которая смогла их задеть за живое.

Рита королеву не разочаровала — несмотря на загар и огрубевшие руки, девушка по-прежнему дышала свежестью, отлично выглядела и всем улыбалась. А если и появилась в этой улыбке горчинка, а жесты рук стали более отточенными, так ничего удивительного, долгий путь меняет человека.

Так думала ее величество, любуясь тем, как ее сыновья любезничают с ученицей Хранительницы, сидящей на узком диванчике.

Девушка села точно в центре и, лукаво улыбаясь, тщательно расправила подол мантии. Места для любезных кавалеров не осталось. Но принцы тоже не лыком шиты — оба нашли выход! Расколоритер придвинул от камина тяжелое кресло, а Ульсоритас воспользовался скамеечкой для ног.

Старший принц внимательным глазом будущего правителя тоже заметил и отточеность жестов и печаль во взоре. Но девушка улыбалась ярко и солнечно, словно радовалась неизвестно чему. Ласково погладила мозолистыми ладошками руку принца, которую тот «забыл» у нее в руках чуть дольше, чем позволяли приличия. Потом так же приветливо пообщалась с Ульсоритасом. Рас недоумевал — кто же из них нравится Маргарите больше?

Мягко стукнула потайная дверь, и на ковер у камина ступили Верховная Хранительница и Вран. Девушка тотчас засияла, как костер в ночи. Кронпринцу показалось, что от нее к герцогу протянулись невидимые теплые лучики. Как всегда великолепно одетый Вран выглядел очень худым и уставшим, но под взглядом Маргариты словно отогрелся — расправил плечи, чуть улыбнулся.

— Доброго дня, ваше величество. Ваши высочества, — поклон герцога эт Вериса был безупречен, а взгляд постоянно невольно возвращался к диванчику.

Уль помахал товарищу детских игр рукой. Рас улыбнулся и кивнул, приглашая герцога в ближний круг:

— Идите к нам, герцог, мы пробуем новинку, которую показала нам леди Маргарита.

Уль без разговоров протянул Врану кубок глинтвейном. Рядом с Маргаритой как по волшебству оказался свободный краешек дивана. И герцог не устоял: давно он не сидел с бокалом в кругу друзей.

Он принял бокал, сел, откинулся на удобно изогнутую спинку, заглянул в знакомые лица друзей и глаза любимой. В его мыслях пронесся год, проведенный в собачьей шкуре, и канул далеко-далеко, в самый глубокий омут. Вран почувствовал, как начала оттаивать его душа.

Королева Араниэ осталась у чайного столика, неспешно потягивая горячее вино.

Ее величеству было удобно наблюдать за всеми участниками беседы. Вот Хранительница — как всегда, невозмутима, но резковатые жесты выдают скрытое беспокойство. Вот Вран — отвыкшим взором скользит с одного предмета на другой, отмечая старых знакомых. Герцог почти спокоен, только старательно не смотрит на Риту. Осанка у него по-прежнему гордая и очень мужественная, а девушка каждым жестом выдает свой горячий интерес.

Что же с ними произошло в путешествии? Королева продолжала рассматривать девушку, которую ей представили всего несколько недель назад, и размышляла. Прежде Расколоритер и Ульсоритас больше уделяли внимания ее инаковости, необычности. А вот теперь, кажется, разглядели в ней женщину, способную очаровывать и покорять.

Ульсоритас тоже внимательно смотрел на Риту. Ему казалось, что он просто смотрит на девушку, принесшую новости с дальней границы королевства. Все подмечающий взгляд охотника отмечал и выгоревшие пряди в длинных, затейливо уложенных волосах. И загар, недостойный знатной леди, на лице и руках. Причем загар так убегал в широкие рукава мантии, что можно было подумать, будто все тело девушки имеет красивый золотистый оттенок. Короткие ногти и крепкие ладошки с легкими бугорками мозолей указывали на нелегкий путь, оставшийся позади. Впрочем, голос был ровным, а с лица не сходила улыбка. Было заметно, что Рита рада видеть всех. Или просто рада возвращению?

Но вот в комнате появились Вран и Верховная Хранительница Династии. Ульсоритас, сверкая глазами, наблюдал, как Рита, помедлив, подобрала юбки. А нечто невидимое, но вполне осязаемое потянулось к герцогу, окутало его. Тряхнув головой, принц потянулся к бокалу — такие тонкости без большого кубка не разберешь!

Дав молодым людям время немного выпить и поговорить, Руима решительно вмешалась в беседу:

— Итак, мы ждем подробного рассказа о вашем путешествии, а также его результатов. Рита, начинай. Из Врана все равно лишнего слова не вытянешь.

Задумчиво посмотрев на присутствующих, Рита кратко изложила почти трехнедельные приключения. Причем в ее изложении все выглядело пустяшной прогулкой по парку с постоянным получением бонусов:

— Выйдя из телепорта, мы шли вдоль дороги несколько дней. Иногда заходили в деревни — прикупить еды и узнать новости. В одной деревушке узнали, что нас ищут южане, и заодно купили эти чудные туфельки.

Рита продемонстрировала изумрудно-зеленые туфельки, при виде которых травница едва не поперхнулась теплым вином. Магические свойства «чудных туфелек» делало их почти золотыми по стоимости.

— Потом мы зашли в «Наливки», любопытная деревенька. Кстати, у нас была с собой фляжка с лучшей наливкой этого года, но вещи остались в трактире у подножия Южных Сестер. В монастырь мы добрались благодаря герцогу Врану довольно быстро. Испытания прошли, Благословение Династии получили. Духи сказали, что оно будет работать год. Вот и все.

Вран из своего угла дивана зааплодировал, так, что все вздрогнули.

— Потрясающее преуменьшение собственных заслуг! — Герцог вовсе не казался восторженным. Скорее, его лицо искажал гнев. — Маленькое уточнение, ваше величество: эта девушка трижды чуть не погибла, ослепла на несколько дней и спасла минимум три жизни. — Вран перевел дух: — Все остальное — чистая правда.

Ошеломленные принцы удивленно смотрели на обоих. Язвительный тон Врана удивил всех. Рита хотела промолчать, но было видно, что достойный ответ так и вертится у нее на языке. Наконец, она выдавила:

— Без его светлости я не добралась бы и до первой деревушки. Посты из наемников и адептов стояли на каждой дороге. Испытания бы тоже не прошла.

Из кресла донесся ласковый голос королевы Араниэ:

— Рита, а что собой представляет Благословение Династии? Никто из нас его не видел.

Девушка слабо улыбнулась и подняла перед собой руку ладонью вверх: на кончике пальцев заплясал язык пламени.