Глава 23. Собранный разум и хлыст Пламени Хаоса (ч.1)
Владыка сидел на постели, полуоблакотившись о подушки. На нем уже были его привычные домашние ханьфу. Волосы свободными потоками спускались по плечам, жемчужный локон касался спины оголенной девушки, лежащей в его объятиях, прикрытой шелковым покрывалом. Взгляд повелителя время от времени устремлялся в окно, ставни которого были приоткрыты. Нежная полоска рассвета стремительно светлела, приближая восход солнца.
Демон сжал чуть крепче в объятиях женщину, которая спала на его груди уже почти сутки. Она по началу даже не ворочалась, лежала на нём, словно мёртвая. Только по глубокому и ровному дыханию можно было понять, что она просто спит.
Ведь он не отпустил её тогда до самого рассвета, как и обещал…
Когда первый сумасшедший экстаз, который казался длился вечность, подходил к концу, он сбросил свой джаошан на землю, и опрокинул небесную прямо на него. Сначала демон отымел её связанной, опробывая несколько видов демонических методов совокупления с разной глубиной и силой, загоняя вновь и вновь взрывающуюся в агонии удовольствия небесную в оргазмы, которые не прекращались, а переходили в новые. В конце концов, он развязал и раздел её полностью, и получил едва ощутимые объятия трясущихся рук и ног, продолжая чуть нежнее заниматься с ней сексом, чтобы позже набрать новые обороты животной страсти. Как он и обещал, птица больше не издавала стонов, лишь беззвучно открывала рот, когда он продолжал удерживать её в адском пламени демонического животного секса.
Когда тьма потускнела, скрывая россыпь звёзд и луну перед тем, как его рассечет проблеск солнечного света, сквозь исступление демонической сексуальной экзальтации, заполнившей его разум, он услышал слабый молящий голос:
- Господин… не могу больше… пожалуйста…хватит…
Владыка тут же остановился и перенёс Синьхуа в купальню, наполненную паром и теплой водой с лепестками цветов. Небесный феникс едва могла приоткрыть глаза. Владыка отдал девушку в распоряжение фамильярам, пока сам расслабился рядом.
Теперь они лежали в его постели, где Сяоцао, словно приросшая к своему господину, отключилась, крепко обнимая его спину ослабевшими руками. Когда он пытался снять небесную осторожно с себя и положить на постель рядом, эта девчонка хватала его за шэньи как птица когтистыми лапами и начинала нервно бормотать:
- Нет…не уходи… не хочу к себе…
Демон задумчиво улыбался и гладил каштановые кудряшки.
Не переусердствовал ли он этой ночью? В последний момент заставил себя остановиться, и все же сделал то, чего не стоило делать…Но как же это было, твою мать, сука, Хаос, умопомрачительно прекрасно… Как же давно он не получал наслаждение от высшего демонического секса. Нельзя демону воздерживаться миллион лет, бедная птичка едва унесла свои пёрышки. Она совершенно не догадывается, до какой степени он сдерживает себя с ней - и прошлая ночь тому доказательство…
…Если бы были рядом другие женщины, возможно, эта связь не ощущалась бы так остро…
Владыка всё же снял с себя девушку, встал и подошёл к столу. Ровными и аккуратными стопками на нём лежали бамбуковые свитки. Их было не меньше двух сотен. Всё это время Верховный читал именно их. Это были те самые летописи Трёх Миров за последние миллион лет, которые вели Земли Духов и пропажу которых обнаружил глава девятихвостых лис Бай Юншен. Он закончил их читать и теперь желал покинуть печать и взглянуть на Три Мира еще сильнее.
Владыка прикрыл глаза и вихрь фиолетово-синей магии окутал тело, облачая в его обычное ханьфу. Он переместился наружу, на ту самую поляну, где они устроили “ночь поэзии” с Сяоцао. Владыка усмехнулся, когда увидел скатившийся с холма гучжэн. Кажется, кто-то столкнул его случайно ногой с пригорка…
Щелкнув пальцами, демон убрал оставшийся беспорядок и подошел к водопаду. Энергии, заложенные в воду для помощи фениксу помогали не в достаточной степени, её состояние говорило о том, что Земли Божественного Исцеления фактически уничтожены. И это началось минимум 15 тысяч лет назад, если судить по последней из клана Ван.
Что ж, настало время посмтреть, что происходит в Трёх Мирах. Владыка уже запланировал первую попытку выхода из печати. В медитации он не только синхронизировался со своими силами, поглощенными в день Обряда Облачения, но и смог создать особенное магическое заклинание. Оно уступало по силе Печати Падения Трёх Лун, однако могло удержать на время незапланированное раскрытие той его части, что лежала на его сердце.
Владыка материализовал себе топчан и уселся на него, скрещивая ноги и прикрывая глаза.