Глава 3. Воскрешение (ч.1)

Тепло. Приятно… Мягкий жар, окутывает с головы до кончиков пальцев. Все тело тяжелое, словно камень и в то же самое время в него затекает мягкая горячая энергия. Тягучая и мощная, она сначала движется легко по меридианам, но потом её напор становится как горная река, прорывающая и заполняющая до предела. Она наполняет силами и заставляет чувствовать странные, незнакомые приятные ощущения. Много раз Синьхуа измучивала себя бесконечными тренировками до потери сознания, поэтому не раз исцелялась небесными энергиями. Но это было не похоже на них. Тело оживало, но в то же самое время энергии требовали чего-то непонятного от ее тела, наполняя незнакомой негой и острыми импульсами по всем точкам, особенно внизу живота. Эта вязкая и мягкая энергия вторгалась в каждую клеточку, в самые потайные уголки, которые начали взрываться маленькими вулканами наслаждения, заставляя испытывать странное удовольствие. Казалось, тело готово взорваться и растечься всеми соками этой сильной энергии, связывающей каждую частичку ее духа и тела. Ощущения накалялись и усиливались.

Синьхуа застонала и резко открыла глаза. Взгляд тут же упёрся в мужскую полуобнаженную грудь, в черном шелковом халате и стал подниматься выше - крепкая шея, точеный подбородок… Несколько прядей черных волос упали Синьхуа на лицо, щекоча. Небесная застыла. В этот момент по телу прокатились еще более сильные волны энергий, нежно прокалывающие каждую точку тела. Синьхуа задышала тяжелее, не в силах справиться с ощущениями.

– Мммм, ахм!! – вырывалось из горла.

Синьхуа стонала от наслаждения, не понимая, что происходит. Её голова лежала на скрещенных ногах незнакомца. Вокруг светилось множество сложных магических полиграмм, от темно-синего и пурпурного до темно-голубого цветов. Они вращались вокруг небесной и незнакомца, словно шестеренки. Как только девушка издала стон и открыла глаза, неизвестный, не прерывая обряда, склонил голову. Черные глаза встретились с зелеными глазами. Его лицо озарилось темно-синим свечением, но было сложно его рассмотреть.

– Очнулась? – бархатный завораживающий голос обжёг горячим дыханием. Между их лицами было всего несколько цуней. Синьхуа снова закрыла глаза, издавая громкий стон. Энергия, исцеляющая её, влилась в тело еще глубже, наполняя до краев. Юная бессмертная окунулась в незнакомый экстаз с головой. Она попыталась повернуться на бок, но легкое сдавливание мужской руки не дало это сделать. Синьхуа почувствовала, как пальцы сжали её голову и шею чуть крепче, фиксируя в прямом положении. Рука незнакомца была такой горячей…Поток мыслей Синьхуа был прерван очередным потоком вязкой и горячей энергии. Тело бессознательно прогнулось дугой, упершись темечком в живот целителя, и тогда она осознала, что лежит перед ним полностью голая!

- Ах! – осознание этой мысли сильно напугало, но ощущения уже накалили тело до предела, взрывая фейерверком между ног. Страх и стыд перекрыло невероятное физическое наслаждение, совершенно не знакомое до сегодняшнего дня маленькой небожительнице.

– Какая шумная, – раздался вновь тихий мужской голос. Бессмертный поднял свободную руку и положил ладонью на живот небесной, мягко укладывая обратно вниз. Длинный рукав его одежд закрыл ее лицо, нежно щекоча. В этот момент Синьхуа осознала, что руки незнакомого бога свободны от мудр, он ничего не делал ими для поддержания магических формирований! Это было очень необычно, ведь для создания даже одной магической полиграммы необходимо вывести определенную последовательность мудр, а посчитать количество магических формаций сейчас было невозможно! А еще Синьхуа не чувствовала, что магия принадлежит небесным! “Бог КуньЛунь”, как она окрестила незнакомца про себя, держал одной рукой её голову, пока вторая спокойно лежала на его колене. Маленькая бессмертная была марионеткой в его руках.

– Что… что ты делаешь… кто ты?! – Синьхуа пыталась справиться с ощущениями, продолжая впитывать энергии исцеления, как губка воду. Прядь собственных волос упала на лицо, загораживая взгляд, которым она отчаянно пыталась найти его глаза.

– Бог горы… - едва она прошептала эти слова, как очередная волна наслаждения взорвала тело: – А-аХ!

Бессмертный вновь склонил голову и посмотрел на Синьхуа. Красивые пальцы коснулись кудрявой пряди, убирая её с лица небесной.

– Отныне тебе разрешено обращаться к Мудрейшему "мой господин" - услышала дурман голоса Синьхуа и снова провалилась в бездну бессознания.