Глава 27

Я засыпаю в объятиях Алана, абсолютно уверенная в завтрашнем дне. Мне снится, словно мы на балу, кружим в бесконечном счастливом танце, и не можем оторваться друг от друга. Джаред и Ри тоже неподалёку, танцуют со своими истинными, а Кристиния с улыбкой разговаривает с Королём. Тот, впервые за долгое время, выглядит по-настоящему живым.

Потом видение сменяется. 

Теперь мне снится золотое поле и свежий ветер, запах травы и сладких ягод. Снится, как мы с Аланом скачем на лошадях. Солнце ласкает наши лица, свет заливает весь мир, насколько хватает глаз. Небо ярко-голубое, ясное. Это всё для нас!

Но вдруг что-то происходит… 

Воздух тяжелеет, а небо начинает темнеть. Солнце тонет в свинцовых тучах. Я теряю из виду Алана, а лошадь, перестав слушаться, несёт меня в лес.

Я натягиваю поводья изо всех сил! Испуганно заржав, лошадь встаёт на дыбы. Со вскриком я падаю на землю и сразу откатываюсь в сторону, едва увернувшись от копыт.

Лошадь уносится, Алана нигде не видно, а я посреди тёмного леса. Совершенно непонятно в какой стороне замок, всюду, куда не глянь — мрак. Тени тянут ко мне жадные лапы, а единственный свет исходит от моих ладоней. 

Я удивлённо смотрю на них… Вытягиваю вперёд. Тьма отступает, словно боится обжечься. Используя ладони как фонарики, я иду через лес. 

Я бреду долго, час или два… Но ничего не меняется. Я словно двигаюсь по замкнутому кругу. Темнота становится гуще, небо абсолютно чёрное, словно над головой нависла бездна. Я кричу, зову кого-нибудь, но слышу лишь собственное гулкое эхо.

«Словно осталась одна в целом мире…», — испуганно думаю я.

Страх холодной змеёй оплетает душу, запускает ядовитые зубы в сердце, стискивает горло, не позволяя свободно дышать… Свет покидает мои руки, словно страх душит его, так же как меня.

«Надо успокоиться, — через испуг говорю я себе. — Думать логически! Что я делала до леса? Как тут оказалась? Мы победили книгу, а потом я лежала в кровати с Аланом… Он просил меня стать его принцессой, мы заснули вместе… Мне снился бал, снилось поле… Снилось…»

Тут мне приходит в голову спасительная мысль, и я щипаю себя за лодыжку. Боли нет!

«Это сон», — облегчённо думаю я, а потом вслух повторяю:

— Это сон!

...СОН...ОН...ОН... — глухо вторит эхо. Темнота неподвижна, но теперь она не сможет меня обмануть.

Я знаю, что лежу в замке в объятиях Алана. А это просто кошмар! Или видение, вроде того, где ко мне приходила Кристиния. Я совершенно не боюсь! Словно отзываясь на эти мысли, мои ладони снова разгораются. От кожи идёт ровный белый свет. 

«Так, раз это просто сон… то им можно управлять, верно? — взволнованно думаю я. — Надо только сильно захотеть!»

— Я хочу выйти из леса! — твёрдо говорю вслух, а потом, вздохнув, делаю три смелых шага в темноту. 

Деревья послушно расступаются, и я выхожу на опушку... Ту самую, где едва не погиб Джаред. Вон, пещеры, где мы с Аланом нашли умирающего серого волка. А вон озеро… только сейчас оно светится изнутри, словно под воду поместили тысячи голубоватых лампочек. 

А потом я замечаю высокую фигуру, что стоит у воды. Платиновые волосы струятся по плечам и лопаткам, стройную фигуру обтягивает синее платье с серебряными вставками.

— Илона, — говорю я.

— Здравствуй, Катя… точнее, Виктория, — отвечает третья Королева, поворачиваясь ко мне. Грустно улыбается, смотрит из-под густых ресниц: — У меня не так хорошо получается управлять снами, как у твоей матери, поэтому уж прости за эти дурацкие декорации.

Я чувствую, как холодок ползёт вдоль моего позвоночника. Делаю несколько осторожных шагов, обходя Илону по широкой дуге. Доверять этой женщине нельзя. Раз она вторглась в мой сон, то хорошего не жди. Знать бы способ вырваться из видения...

— Что тебе надо? — говорю я, внимательно следя за каждым движением Королевы. 

— Хотела поблагодарить, — улыбается Илона, — за спасение моего единственного сына. Если бы я знала, что всё так обернётся… что книга затребует такую огромную плату, то придумала бы другой способ добраться до тебя и Кристинии.

— Чем мы тебе не угодили? У тебя есть семья, есть власть… разве нельзя просто жить?

— Просто жить... — презрительно повторяет за мной Илона, кривясь с таким отвращением, будто большей глупости она в жизни не слышала. — Нет, всё слишком далеко зашло. Либо я, либо твоя мать. Одному достанется всё, а другому — ничего.

— Тогда ты проиграла, Илона, — говорю я.

— Разве?

Королева ухмыляется, на её красивом лице проступает хладнокровная жестокость. А потом Илона смотрит на неподвижное озеро, что находится в паре шагов. В середине водоёма словно чернильная клякса. Она медленно, но верно расширяется… Я уже хочу спросить, что это, как вдруг в моей голове раздаётся новый голос.

«Виктория, доченька… — тихо зовёт Кристиния. — Ох, доченька, наконец-то до тебя достучалась… 

От волнения я закусываю губу. Слава богам! Теперь-то всё будет хорошо! Сейчас Кристиния скажет мне, как проснуться!

«Да, это сон! Ты в замке! Но всё равно в опасности… — торопливо шепчет Кристиния. — Проснуться сейчас не получится. Потяни время разговором, отвлеки, тогда Илоне будет сложнее сосредоточиться на ритуале… Это даст нам время! Я немного поколдую, она будет словоохотлива, главное задавай больше вопросов. А мы скоро придём. Мы уже ищем её, чтобы остановить…»

У меня тут же появляется десяток вопросов, например: Кто «мы»?! Что задумала Илона? Всё ли хорошо с Аланом? 

Но прежде, чем я успеваю хоть один задать, Кристиния испуганно предупреждает: «Молчи! Даже мысленно мне не отвечай! Жди! Тяни время! Не бойся!»

А потом её голос исчезает, и я снова остаюсь один на один с третьей Королевой Руанда. Илона с подозрением оглядывает меня, и я спешу отвлечь её вопросом:

— Я всё-таки не понимаю, — говорю со всем возможным пылом, — за что ты так ненавидишь Кристинию? По-моему, месть — не то, на что стоит тратить жизнь!

— Всё, что я имею, — надменно говорит Илона, — я имею благодаря мести.

— Не верю, — отрезаю я, а сама поглядываю на разрастающуюся в озере кляксу. Почему-то мне кажется, она напрямую связана с таинственным ритуалом, который решила провести Илона.

— Ты можешь верить или нет, мне плевать, — высокомерно заявляет Илона. — Власть — это приз в жестокой игре, а месть — моё непобедимое оружие. Его мне вручила твоя мать. Это занимательная история… но вряд ли ты, девочка, поймёшь её посыл.

— Так расскажи и узнаем, — подначиваю я.

Илона задумчиво ведёт плечом, улыбается уголками губ. Смотрит на озеро, словно прикидывая что-то в уме.

— Ну хорошо, — величественно кивает она, — время есть. 

Она проводит рукой по платиновым волосам, взгляд её затуманивается, словно она уходит мыслями в далёкое прошлое:

— Мы с Кристинией знакомы с детства, — медленно говорит Илона. — У твоей матери не проявились способности оборотня, и отец выкинул её, как бракованную куклу. У меня оба родителя сгинули на войне. Мы познакомились в детском доме, и подружились из-за схожих способностей к чёрной магии. Хотя в те годы кровавое искусство ещё не было запрещено, но мы всё равно тренировались тайно, искренне радовались успехам друг друга… Мы всё делали вместе, делились самым сокровенным. Например, я уже тогда мечтала стать Королевой. Кристиния же вздыхала о большой чистой любви… А потом твоя мать предала меня.

— Предала?

— Да, — Илона сжимает губы, словно воспоминание до сих пор причиняет ей боль. — Один местный задира часто издевался над Кристинией за то, что она человек, а не оборотень. Я не всегда была рядом, не всегда могла помочь… Однажды, Кристинию даже положили в лазарет, так сильно тот отброс её поколотил. «Такие как он не должны ходить по миру!» — так я себе сказала…

Деревья кругом неподвижны, словно декорации на театральной сцене, на небе нет звёзд, ветер едва колышет волосы, и только холод становится всё сильней.

— И что ты сделала? — спрашиваю я, обнимая себя руками.

— Наказала гада, — пожимает плечами Илона. — Думаю, он и сейчас ходить не может. Это было, конечно, глупо… Но мотивы мои были чистыми. Я хотела помочь той, кого любила как родную сестру! А она… Она отвернулась от меня! А когда пришли дознаватели, она первая показала на меня пальцем! Сдала меня, как подзаборная крыса! — шипит Королева. — Детский дом замял эту историю, а меня сослали в клоповник на окраине. Строгий приют для сложных детей… Там пресная еда повторялась изо дня в день, окна перекрывали решётки, наказания исполнялись хлыстами. Каждый день я помнила из-за кого терплю унижения. Помнила, кто предал меня!

— Может, Кристинию вынудили тебя сдать? Или она просто испугалась… Ведь ты покалечила человека… 

— Я защищала Кристинию! Сделала это ради неё! Ради нас! И лишь когда меня сослали, я поняла… только я одна считала нас подругами. Твоя мать лишь притворялась сквозь зубы, а сама ждала шанса избавиться от меня!

Илона продолжает говорить, едва не истекая желчью. От неё исходит столько неподдельной злости, что я чувствую её кожей. Хочется отступить, но усилием воли заставляю себя стоять на месте… Оказывается, всё началось так давно и тянется до сих пор. Я вспоминаю про плату за чёрную магию. Раз они с Кристинией занимались ею ещё с детства, то не стала ли их дружба расплатой за силу?

— Думаешь, Кристиния остановилась на этом? — шипит тем временем Илона. — Нет! Она пошла дальше! Она украла мою мечту!

— Ты говоришь про трон Руанда?

— Да! Она знала, как я мечтала о статусе Королевы и назло влюбила в себя Короля. Встала на моё место!

— Как она это сделала? — спрашиваю я. — Магия же бессильна в вопросах любви?

— Женские чары никто не отменял. Крутилась рядом, соблазнила… да какая разница?! Это была моя мечта! Моя! Она забрала мою мечту! И за это я поклялась забрать её жизнь. 

«Значит, Кристиния не околдовала Короля… Может, у них правда были чувства? — думаю я, ёжась от холода. — Сколько ещё есть времени? Надеюсь, Кристиния успеет с подмогой… Кто с ней придёт? Алан? Она достучалась до него через зеркало? Ох, он, наверное, очень волнуется…»

— Для начала я решила скинуть Кристинию с трона, — продолжает тем временем Илона. — Для этого всего-то было нужно найти настоящую пару Короля. Чёрная магия может многое, в том числе она способна вычислить истинных. Это требует много магической крови, но о цене я не думала. В тот момент месть стоила любых жертв! Я ночами не спала, искала! Прощупывала судьбы, покупала кровь, проливала собственную… И в конце концов, нашла! Истинная явилась в Руанд. Королю оборотней ничего не оставалось, кроме как взять её в жёны.

Илона самодовольно улыбается воспоминаниям, а мне хочется убраться подальше от этой маньячки с красивым лицом. Удивительно, что Джаред вырос таким адекватным… Стоит подумать, что он почувствует, когда узнает о преступлениях матери, и сердце сжимается от боли.

— О-о, — тянет Илона, облизывая губы, — как же приятно было услышать, что Кристинию отослали из дворца. Она была унижена, растоптана! Но теперь я хотела назад своё место Королевы, а его занимала истинная. Однако, я упорная, меня такие пустяки остановить не могли, — надменно заявляет Илона. — Несколько лет подготовки, пара неудачных покушений… а потом — успех! Все знали, что Кристиния владеет чёрной магией, и когда её следы и «случайные» улики оказались на месте смерти истинной Короля, то первым делом именно Кристиния попала под подозрения.

— Ты подставила её… — шепчу я.

— Да! — гордо заявляет Илона, словно совершала подвиг. — Так же, как она предала меня! Зуб за зуб! 

— Но истинная Короля была ни в чём не виновата. 

— В этой жизни счастье надо выгрызать зубами. За мечту — биться. Или ты думаешь, власть приносят на блюдечке с каёмочкой? — хмыкает Илона. — Кристиния предала дружбу, украла моё место Королевы! Но справедливость восторжествовала, твоя мать бежала из Руанда, опозоренная, раздавленная… а я заняла своё законное место. Немного магии там, капельку тут…

— Но зачем тебе понадобилось писать книгу? — спрашиваю я, а сама с тревогой поглядываю на озеро. Уже половина воды чёрная, как смоль, и холод только усиливается. Времени всё меньше… а от Кристинии никаких вестей!

— Я не хотела связываться с книгой. Кристиния вынудила меня! Я знала, что она будет мстить, но не подозревала, что так изощрённо! 

— Мстить? — хмурюсь я. — Как она мстила?

— Она родила тебя. 

— Не понимаю…

— Что тут непонятного? — цыкает Илона. — Она родила истинную для Алана! Тебя! Уж не знаю, как она это сделала… Не знаю, случайно, или по звёздам высчитала, или душу продала, но очень скоро, я уже знала, какая тебе отведена роль. Я очень внимательно следила за линией судьбы старшего принца, позиция Королевы позволяла мне без труда получать магическую кровь. Как ты помнишь, если очень стараться, чёрная магия находит истинных. А я старалась… очень! И уж точно я не могла допустить, чтобы ты прибыла во дворец.

— Почему мне нельзя было во дворец? — спрашиваю я.

— Слишком рискованно… — кривит губы Илона. — Кристиния использовала бы тебя как инструмент, чтобы пробраться в замок и устроить заговор против меня. Или ты сама бы стала рыть в поисках улик, чтобы доказать непричастность матери к смерти истинной Короля. 

— Но книга — это всё равно слишком сложно. Почему было просто не избавиться от меня, пока я маленькая?

— Я думала об этом, — спокойно кивает Илона, словно мы говорим о походе в булочную. — Но, лишившись единственной дочери, Кристиния стала бы мстить… Терять ей было бы нечего, и кто знает, какую изощрённую ловушку она бы придумала. Не-ет, если избавляться, то начинать надо было именно с твоей матери. Но когда я прибыла в Лимерию, она уже успела подбросить тебя отцу, а сама ушла в глухое подполье... Я наблюдала за тобой, думала, что делать, как быть… А потом увидела светловолосую девочку, что каждый день ходила к дому твоего отца и ждала у закрытых ворот.

— Элиза?

— Да, именно она! Я сразу распознала в ней талант. Сильнейший дар к чёрной магии. Мы с твоей матерью о такой мощи даже не мечтали. И что занимательно, дар девочки подпитывала обида на подругу… Подругу, которая её предала. Никого не напоминает?

— И ты решила использовать эту девочку?

— План был идеальный! — вдохновленно улыбается Илона. — Элиза получит сказку, а я избегу наказания чёрной магии, ведь в книге будет не моя кровь. Писать будет не моя рука. Знаешь, как создаются подобные сюжеты? Сначала пишется концовка — итог всего. Я вела руку этой глупой девочки, выписывая свой идеальный план. Алан убьёт свою истинную… Тебя. В конце добавила несбыточной ерунды, вроде перемещения метки.

— Это подло, — выдавливаю я.

— Детей с малых лет убеждают, что жизнь сказка, забывая рассказать про тёмные стороны. Я же подарила Элизе мечту и взаправду превратила её жизнь в сказку, как она этого и хотела. Пусть ненадолго… но это больше, чем у многих.

— Но как возможно, что ребёнок сумел написать такую сложную книгу? — спрашиваю я, давно волнующий вопрос. — Элиза ведь не знала имён, не знала титулов… Как она всё это написала?

Илона наматывает локон на палец, смотрит на озеро. Вода уже практически полностью стала чёрной.

— Не надо было ничего сочинять, Элиза лишь должна была представить чего хочет, — говорит Илона. — Хочет поквитаться с тобой, например, хочет, чтобы её любил принц, хочет твою магию, хочет богатых родителей… А кровавая магия превращала эти желания в историю, вкладывала нужные слова в голову, превращала строчки в увлекательный сюжет, который приведёт к нужной мне концовке. Конечно, я понимала, что Кристиния вскоре почувствует проклятие книги и будет пытаться тебя спасти… значит, ей станет не до меня. Кроме того, после исполнения концовки, никто не мешал бы Джареду сесть на престол. Разве не идеальный расклад? 

— Продуманный до мелочей, — с сарказмом говорю я, но Илона принимает за чистую монету. 

— И я так решила! Но забыла про коварство магии… Я не знала, что придётся оплатить книгу жизнью сына. Не подумала, что ты сумеешь разрушить сюжет.

— И всё это из-за детской мести? — не выдерживаю я. — Столько людей пострадали, и ещё больше могли пострадать!

— Осуждаешь? — усмехается Илона. — Такие белоручки как ты только и могут, что нос задирать, а чуть силой их припугнёшь, так падают на колени и слёзы льют! Как бы ты стала Королевой, если боишься замараться?

— Ты думаешь, будто жестокость — это сила, — говорю я. — Но ошибаешься. Есть другие пути. 

От озера раздаётся гул. Теперь вся вода густого чёрного цвета. 

— Вот сейчас и проверим, — ухмыляется Илона. — Твой путь против моего! 

А потом она поднимает руки и ударяет ими по воздуху, словно держит невидимые плети. В тот же миг рябь проносится по озеру, а потом оно вздымается огромной смоляной волной. Ветер пригибает деревья, холод изморозью оседает на коже. 

— Виктория, я уничтожу тебя в твоём собственном разуме! — кричит Илона. — Может, даже получится занять твоё тело! Ох, я славно попирую! Но если станешь умолять на коленях, я, так и быть, оставлю тебе крохотный кусочек сознания!

Она смеётся так искренне, словно победила в конкурсе мисс-Злодейка. А я на удивление совсем не чувствую страха, в груди звенящая пустота. Илона кажется мне жалкой. Всё что она хотела — это власти и мести. Все её поступки наполнены желчью и ядом. Она думала, что умнее всех, а в итоге чуть не погубила сына. В ведь он — единственное, что она сделала в жизни хорошего. Почему она просто не сбежала? Это ведь был её шанс...

— На колени! — командует Илона, но её голос лишь зря сотрясает воздух. Ни за что на свете я не собираюсь склоняться перед этой безумной убийцей. Может быть, Кристиния ещё в детстве заметила её жестокость и сдала из страха за других детей. А может, дружбу Илона себе выдумала... как выдумала, будто ей суждено быть Королевой.

Сейчас она собралась убить меня. Стереть мой разум… Я уж постараюсь ей не даться!

Илона ухмыляется, уверенная в своей силе, а потом направляет огромную смоляную волну прямо на меня. Чернота несётся с такой скоростью, что я понимаю, увернуться точно не выйдет. Я успеваю только выставить навстречу руки.

Тьма с грохотом врезается в мои светящиеся ладони, разбивается миллиардами угольных капель. Они орошают меня с ног до головы, но стоит им коснуться моей кожи или одежды, как они превращаются в обычную воду. 

Ветер завывает, треплет волосы.

— Нет, нет, — бормочет Илона, поднимая из озера остатки черноты. Лицо Королевы уродует злость и растерянность. 

Я схожу с места, иду к ней. Илона снова бросает в меня черноту, но та превращается в обычную воду, едва попав под сияние, что исходит от меня.

— Похоже, белая магия сильнее чёрной, — говорю я. 

— Я не могу проиграть, — рычит Илона. Она отступает, но поскальзывается на мокром, падает на траву.

— Не можешь, — сердито соглашаюсь я, делая последний шаг и кладя свою руку на плечо Илоне. — Ведь это не игра!

Моя ладонь светится, Илона шипит от боли, а потом её образ начинает меркнуть, и вместе с ним, меркнет мир вокруг. 

* * *

— Виктория! — зовёт взволнованный голос. Я открываю глаза и обнаруживаю, что меня держит на руках Алан. В его серых глазах отражается луна, а ещё — бесконечное море страха.

Он стоит посреди леса… рядом, оголив мечи, застыли солдаты во главе с Джаредом.

Младший принц напряжённо смотрит в сторону озера, рядом с которым, опустив голову, стоит его мать... третья Королева Руанда.

— Мама… — потерянно и неверяще выдыхает Джаред. А потом лицо его замыкается, он сжимает губы в линию, зубы стискивает до желваков и громко приказывает солдатам: — Взять Королеву под стражу!