Глава 29

Полгода спустя

— Джаред! — зову я, сбегая по лестнице в подсобку, где хранятся запасы продуктов.

Я уже просекла, если младшего принца нигде нет, значит, он по-любому хомячит сладкое на складе за чтением какой-нибудь книги. А всё почему? Потому что там прохладно, вкусно пахнет едой и никто его не дёргает... просто потому что не знают, где искать. 

Но я-то знаю! Ещё со времён нашего путешествия по подземелью запомнила, хотя Джаред старательно прикидывался, якобы на складе он тогда был по крайне важному и таинственному делу. 

А на самом деле прятался! Ведь запахи хранящейся кругом еды сбивали со следа даже оборотней. Конечно, можно было и служанку за этим оболтусом послать, но тогда он сменил бы своё тайное логово, и потом вообще непонятно откуда его выцарапывать. 

Со дня суда прошло полгода, и всё понемногу устаканилось. Джаред тоже пришёл в норму, снова превратившись в самодовольного красавчика с острым языком. Единственное, теперь он довольно часто наведывался в магическую башню, где хранилось зеркало. 

С матерью он мог беседовать часами. 

Чтобы она ему не говорила, характер Джареда это не портило… ведь он уже и так был избалован без меры! Алан и Король стали оберегать младшего даже сильнее прежнего, чем тот беззастенчиво пользовался.

— Джаред, блин! — ругаюсь я, заходя на склад. — Я знаю, что ты тут!

— Чего тебе? — с досадой отзывается младший принц, выглядывая из-за коробок. Платиновые волосы растрёпаны, на лице сверх недовольное выражение.

— Прибыла королевская семья из Зоскеарта.

— Зоскеарта? Это та дальняя страна с травоядными оборотнями?

— Именно. Твой отец тебя обыскался.

— А я-то ему зачем? — ворчит принц. — Что мне на этих оборотней-кроликов смотреть?

— Там семь принцесс, вполне милые. Может, кто-то...

— Семь! — в тоне Джареда буквально слышится: «Ну точно кролики!» — Не-е, нафиг. Волк и зайчиха, где это видано?! Вот сейчас вспоминаю, что в их стране какие-то ненормальные законы, и хищных оборотней они боятся, как огня. Совсем, видимо, отчаялись, раз приехали... Ты в курсе, что некоторые из них даже человеческую форму держать не могут?

— Ну не знаю, вполне нормально держали, — пожимаю плечами я. — Да, растерянные, но в обморок не падают. Выглядят очень миленько, особенно младшая. Тоже ворчит, прям как ты.

— И правильно ворчит! Потому что свихнулись все на этих истинных. Мне и на вас с Аланом тошно смотреть. Вы едва взглядом встречаетесь — всё, привет! Поплыли розовые пузыри! — кривится Джаред, но всё-таки поднимается, тянется, оголяя полоску живота. 

Я смущённо отворачиваясь и иду к выходу.

— Ну а вдруг метки совпадут? — говорю уже в дверях.

— Надеюсь, что нет! Я не готов так рано класть свою жизнь на алтарь семейной моногамии!

— Всё равно не отвертишься от знакомства.

— Это ещё посмотрим, — хмыкает младший принц.

Я окидываю Джареда взглядом. Кажется, изваляй его в грязи, всё равно останется красавчиком. Но характер упрямый! Если влюбится, до последнего не признается! Помотает девушке нервы… А может, она ему?

— Иди-иди, — величественно машет рукой Джаред. — А то Алан тебя потеряет и снова весь замок на уши поднимет. А не найдёт, так армию бросится собирать.

Доля правды в словах младшего принца есть… Мне только недавно удалось убедить Алана, что в толпе охранников нет необходимости. Принц, конечно, согласился… однако общая концентрация солдат в замке странным образом увеличилась, а Ри и вовсе умудрялся столкнуться со мной по пять раз на дню. Да-да, «совершенно случайно», а не потому, что его поставили за мной следить.

Попрощавшись с Джаредом, я выхожу за дверь. По коридору носятся служанки, едва видят меня, тут же кланяются, спрашивают, не нужно ли чего? Солдаты приветственно кивают. Каждый из них готов выполнить любое моё желание, а ведь я ещё даже не их принцесса. Свадьба только через три дня. 

«Ох, уже так скоро! — смущённо думаю я. — Интересно, Алан уже освободился с собрания? Соскучилась по нему…»

Последние пару месяцев, Король переложил на плечи старшего принца большую часть государственных дел. Меня мучили подозрения, уж не собирается ли Король вскоре объявить, что собирается отойти от дел? Тогда Алана совсем завалит работой… А он и так ходит с чёрным кругами!

«Когда официально стану принцессой, первым делом начну продвигать законопроект о режиме сна и отдыха для особо упёртых принцев», — мысленно решаю я.

Не успеваю пересечь коридор, как на меня налетает Славка. 

— Леди, — щебечет она, — вас ждут флористы! Вы уже определились с цветами на церемонию? А ещё камеристки привезли новые платья. Там одно ослепительнее другого! Не представляю, как вы сможете выбрать! А ещё…

— Передай им, чтобы вечером вернулись, — озабоченно говорю я и тороплюсь сбежать от недовольной Славки. С тех пор как я ей поручила заниматься подготовкой к свадьбе, она стала сама не своя… Или это у меня характер испортился? 

— Но… — расстроенно возражает Славка.

— Я сейчас очень занята, — кричу ей уже издалека. 

Не успеваю завернуть за угол, как меня обнимают поперёк живота сильные руки.

— И чем это таким важным занята моя невеста? — рычит Алан мне на ухо. Я краснею как маков цвет, хотя должна была бы уже привыкнуть.

— Ох, советники тебя отпустили? — с надеждой спрашиваю я.

— Я сам их распустил, соскучился, — бормочет Алан и целует в шею. От неожиданности я громко ойкаю, и тут же смущённо кошусь по сторонам. 

— В замке же куча гостей, — шепчу, — а что, если увидят?

— Тогда пойдём туда, где никто не увидит, — жарко шепчет Алан. Я оборачиваюсь и замечаю в его серых глазах танцующих бесенят. Залипаю взглядом на губах, так и хочется к ним прижаться… Однако если дам себе волю, то точно ничего не успею! Да и Алан, спорю, вырвался ко мне на минутку.

— Ну хорошо, — хитро улыбаюсь я, — но сначала поймай!

А потом я, вместе с одеждой, трансформируюсь в рысь. Ловко выскальзываю из объятий и в три прыжка оказываюсь в другой части коридора. Снова превращаюсь в человека и бегу в зелёный сад. 

Принц нагоняет меня в два счёта, разве убежишь от настоящего охотника?

 — Люблю тебя, — шепчет он, уволакивая меня в укромный уголок сада. Жарко целует в шею. Я смеюсь, а потом плавлюсь от ласки и уже думаю, что не прочь перебраться в спальню… но вдруг слышу звук шагов, которые направляются к нам. Слух у меня теперь, что надо.

 Алан недовольно рыкает, но отстраняется, придирчиво поправляет на мне одежду. Несмотря на метку, он вечно подозревает окружающих в желании меня украсть.

— Кажется, это кто-то из твоих… — шепчет он. А в следующую секунду из-за деревьев нам навстречу выходит Деккард. 

Его голубые глаза освещает неподдельная радость, но потом взгляд пересекается со взглядом Алана, и радость сменяется на раздражение. 

— День добрый, Ваша Светлость, — говорит Деккард, кланяясь ровно настолько, чтобы, не вызвать политический скандал. — Я украду свою сестру?

Лицо Алана уже превратилось в ледяную маску. Он её демонстрирует всем без исключения и только со мной позволяет себе расслабиться. Удивительно, что в таком холодном внешне принце, может прятаться настолько заботливое сердце.

— Только если моя невеста не против, — сухо говорит Алан.

Я тянусь и целую хмурое лицо в уголок губ, шепчу: 

— Я недолго… 

— Сегодня вечером очередной бал, помнишь? — спрашивает он.

— Да… как ты и предсказывал, балы мне смертельно надоели, — улыбаюсь я. — Но твой отец их обожает, так что я готова потерпеть.

— Нужна какая-то помощь? Если что, я…

— Нет-нет, всё под контролем, — уверяю и сжимаю на прощанье руку принца.

Алан кивает, а потом отпускает меня к брату. Сам уходит обратно в замок, где его тут же окружают советники и послы. Похоже, с собрания принц попросту сбежал...

— Виктория, — зовёт Деккард. Я улыбаюсь ему, а потом, не выдержав, бегу со всех ног и крепко обнимаю. Деккард обнимает в ответ, похлопывает по спине, а сам не может удержать улыбки.

— Я скучала! А ты такой же красавчик, как и прежде! — говорю я, заставляя брата самодовольно ухмыльнуться. Конечно, он знает, что красавчик. В Лимерии у него отбоя от девушек нет.

— А ты всё так же любишь ввязываться в неприятности. Я тут послушал кое-что о твоих приключениях, чуть волосы дыбом не встали… Рад, что с тобой всё в порядке, — искренне говорит Деккард. — Мы с отцом никогда и не верили, что ты погибла. По крайней мере, надеялись на лучшее… Но когда прочитали письмо, то сначала даже не поверили… вот это новости! Ты теперь, получается, целая принцесса.

— Скоро ей стану, — смущаюсь я.

— Церемония через три дня?

— Да, — я нервно поправляю подол платья. Непонятно почему, но я ужасно волнуюсь.

— Отец приедет через пару дней, его задержали дела в столице.

— Хорошо… Он не сильно на меня зол?

— Зол… ну ты сказала! Он в ярости!

— Ох…

— Не переживай, твой статус греет ему душу. Какой отец может похвастаться дочерью-принцессой?

Деккард берёт меня под руку, и мы чинно прогуливаемся по саду. Я расспрашиваю про отца, про дом, про события, что случились после моего исчезновения.

Оказывается, в Лимерии умер Король. Сейчас его место занял сын. Вроде как он собирается заключить полноценный торговый союз с Руандом и даже ведёт переговоры об общевидовом университете. Возможно, это хоть немного улучшит отношения между оборотнями и людьми.

Мы с братом болтаем около часа. Потом я тепло прощаюсь и иду к камеристкам и флористам. Разобравшись с ними, отправляюсь проверить кухню. Там встречаю Кристинию.

Мама вся в заботах. Она настойчиво объясняет поварам какой-то рецепт, а те кивают, кто-то даже делает записи в книжечку.

Сейчас Кристиния выглядит здоровой и полной сил, но я вспоминаю, как долго она лечилась от последствий чёрной магии. Я использовала свой дар, чтобы мама встала на ноги. Потом был долгие недели следствия. С Кристинией общались маги, даже проверяли её через зелье, что развязывает язык. Сверяли показания со свидетелями… В конце концов, все обвинения были сняты.

Кристинии удалось доказать, что, находясь в сумрачном культе, она всеми силами удерживала колдунов от нападений на людей. Она пыталась найти способы использовать кровавую магию с умом. Например, в медицине или в прорицательстве. Не всегда получалось обойтись без крови, но без Кристинии чёрный культ превратился бы в шайку сумасшедших убийц.

Король часто навещал Кристинию после её возвращения. Они общались с нежностью, присущей влюблённым. Потерю истинной невозможно компенсировать, но иногда казалось, словно тоска покинула Диорта Цезариуса, и он снова наслаждается жизнью. 

Конечно, я тоже обсудила с мамой вопросы, что не давали мне покоя. Например, почему её советы были столь запутанными? Почему она заранее не объяснила про монстра в подземелье? Почему сразу не сказала всё как есть про Илону и про Элизу.

Мама ответила, что в зазеркалье она была слишком уязвима для чёрной магии. Если бы сюжет воспринял Кристинию как врага, то в ту же секунду разорвал бы её душу на мелкие кусочки. Действовать через намёки и недосказанности — был единственный путь, особенно когда рядом крутилась создательнице книги.

Не забыла я спросить и про жуткую колыбельную. Пугающие строчки до сих пор крутились у меня в голове, вызывая дрожь.

«Девочка моя, моя малышка… — сказала тогда Кристиния с печальной улыбкой, — Это не колыбельная… Это предсказание. Когда ты была совсем крошкой, я предчувствовала приближение беды и решилась использовать свою силу, чтобы заглянуть в будущее… Прорицание — неточная наука. Предсказания приходят через транс, расплывчатыми строчками, в которых порой сложно угадать смысл. Те слова, что явились мне, были зловещими, они не подсказывали, как действовать, лишь обещали беду… Я надеялась, если передам их тебе, ты разгадаешь смысл, почувствуешь, откуда ждать угрозы, и может быть, вспомнишь, как я пела их, когда ты была малышкой»

«Конечно, не стоило страшить тебя этими непонятными строчками, — признала она, — Однако, с той стороны отражения, всё представляется иначе. Эмоции там плоские, а чувства куцые, порой сложно понять, как правильно действовать. Я использовала каждую возможность. Пугала, чтобы ты молчала книге. Надеялась, ты придёшь ко мне как можно скорее… Но не переживай, девочка моя, больше волноваться не придётся. Книги нет. Теперь будущее меняется каждый миг. Ты сама его создаёшь... Поэтому просто живи. Живи по сердцу, доченька. И будь счастлива».

...и будь счастлива

Не могу сказать, были ли слова Кристинии правдой, но думаю, она никогда не желала мне зла. 

Сейчас, глядя, как она активничает на кухне, я не могу поверить, что когда-то до обморока боялась эту женщину.

— Мама, — зову я, — надо помочь?

Кристиния оборачивается. Белозубо улыбается, потом окидывает меня взглядом и качает головой:

— Нет, иди лучше собирайся, Виктория. Бал уже через пару часов.

— Так скоро? Ох… Надо бы поторопиться! — спохватываюсь я.

Кристиния кивает и снова поворачивается к поварам. Среди них я замечаю и рыжеволосую служанку, которая раньше работала у Элизы. Кристинию она слушает, открыв рот от восхищения. Ещё бы! Сама первая Королева пришла проконтролировать работу кухни.

Я поднимаюсь по лестнице, прохожу тронный зал и иду мимо гостевых комнат. В одной из них нараспашку открыта дверь. Услышав знакомый запах, я с любопытством заглядываю внутрь.

На диване, уперев локти в колени, с самым мрачным видом сидит начальник стражи — Ри. 

К этому разноглазому вечно серьёзному оборотню я отношусь словно к родному брату. Как сейчас помню наше знакомство, и как выбрала его в телохранители, как после обхитрила, сбегая в костяную башню… А он всё равно остался предан. Не усомнился во мне, первый понял, кто прячется за личиной служанки Кати.

Мне не надо гадать, чего он тут сидит, хмурый как осенняя туча. Весь замок в курсе, что начальник стражи нашёл упрямую истинную, которая заявила, будто замуж она не собирается, а в связь душ совершенно не верит! Мол, ерунда это и предрассудки, но если уж Ри так хочет, то может попытаться её переубедить, а времени у него месяц. 

И месяц как раз подходит к концу… Вот Ри и переживает, однако я видела вчера, как эта девушка на него смотрела, когда он отвернулся. Глаза её были безвозвратно влюблённые. Не удивительно! В Ри не влюбиться просто невозможно.

Может, она ему на балу наконец-то признается? Лучше бы ей с этим не тянуть...

Вздохнув и мысленно пожелав Ри удачи, я добегаю до своих покоев. Мне еле-еле хватает времени собраться. Служанки помогают с корсетом и украшениями, волосы я оставляю волнами лежать на плечах, брошь с лунным камнем подчёркивает цвет глаз, драгоценные серьги с лазуритами довершают образ.

Алан заходит за мной лично, а когда видит, в восхищении застывает. В его глазах мелькает зверь, словно тоже хочет поглядеть на свою пару. 

— Ну как? — я кружусь, взметая юбку. 

— Глаз не отвести, — говорит принц, делая шаг навстречу и обнимая за талию.

Сам он одет с иголочки, в чёрную с золотом парадную форму. Она очень выгодно подчёркивает его широкие плечи и стройные ноги. Тёмные волосы соблазнительно зачёсаны назад, так и хочется запустить в них пальцы и растрепать как следует. 

Я довольно улыбаюсь, а потом тянусь за поцелуем, который очень быстро перерастает в жаркую ласку.

— Мы так точно опоздаем на бал, — шепчу между вздохами.

— Ну и дьявол с ним, — рычит Алан, властно прижимая меня к ближайшей стене. При этом у принца такое лицо, что мне хочется зацеловать его сверху донизу, живот крутит желанием, а от прилива счастья кружится голова. Правду Джаред сказал, едва видим друг друга, теряем чувство реальности. Хочется прижаться и никогда не отпускать объятий.

— Нас все ждут, — шепчу я. — Твой отец очень просил не опаздывать… 

С тяжёлым рыком Алан отступает, нервно приглаживает свои волосы, которые я всё же успела растрепать. Я поправляю платье, чувствуя, как всё ещё пульсируют щёки, а сама думаю о том, что будет, когда мы, наконец, останемся одни. Дурацкий бал!

— Давай, покажемся там на минут десять, а потом сбежим, — заговорщицки предлагает он.

— Отличный план, — смеюсь я.

— Отлично, а сейчас… Вы готовы, моя принцесса? — сдерживая улыбку, Алан и подаёт мне руку. 

— Только если вы готовы, мой волшебный ледяной принц! — я приседаю в шуточном реверансе и принимаю протянутую ладонь.

Вместе мы выходим из комнаты, чтобы предстать перед гостями. 

Через три дня будет свадьба… а после множество дней, не всегда простых, но наполненных надеждой и любовью. 

Я верю в это всем сердцем.

Эпилог

Туман перед глазами рассеивается, и я вижу… Его. Высокого, пугающе сильного, с широкими плечами и отметинами шрамов на лице. Лишь взглянув, я чувствую, как у меня отнимаются ноги от трепета и предвкушения. По спине проходит волна мурашек.

Принц по горло закован в чёрный королевский бархат со вставками из драконьей кожи. На мне же только сорочка из тончайшего шёлка. Ткань холодит кожу.

— Ты такая красивая, — говорит мужчина. Голос у него низкий, грудной, пробирает до мурашек.

Алан пробегается по мне голодным взглядом, протягивает руку. На одном из его пальцев блестит кольцо, у меня — такое же. Мы обменялись ими три часа назад на церемонии. 

Я замечаю причудливый узор на его запястье — такой же узор у меня на плече — метка судьбы. Судьба очень редко сводит истинных, но нам повезло. Мы нашли друг друга.

Нас разделяет несколько метров. Каменный пол замка холодит ступни, но не успеваю я и шага сделать, как Алан со звериной плавностью подходит ко мне и подхватывает на руки.

А потом взбегает вместе со мной к алтарю в форме длинного ложа.

— Теперь ты точно никуда от меня не сбежишь, — довольно рычит Алан, опуская меня на ложе и тут же нависая сверху, забираясь руками под сорочку.

— Это ты от меня теперь не отделаешься, — я задыхаюсь от счастья.

Руки принца горячие, а объятия сильные, полные любви и нежности. Глаза Алана светятся золотом, зрачок вытягивается, меняясь на звериный.

Моё сердце колотится как бешеное. Принц смотрит сверху вниз, точно волк на добычу.

— Иди ко мне, мой муж, — улыбаюсь, притягивая принца к себе. 

— Ты светишься, — смеётся Алан. — Притом натурально.

Я вижу, что и правда… от моей кожи исходит белое свечение. 

— Это потому что я люблю тебя, — говорю, и с удовольствием вижу, как краска заливает уши моего вечно холодного принца. 

— Ты для меня важнее воздуха, Виктория, — очень серьёзно сообщает Алан, а потом целует. Сначала нежно, а потом жарко, напористо. Прижимает своим сильным телом, обжигая дыханием шею, жадно гладит руками. Выгибаюсь навстречу ласке.

«Мы поженились! — радостно шепчут мысли. — Остался только этот ритуал, и мы станем настоящей парой! Теперь мы сами решаем, каким будет наше будущее».

С моих губ срывается полувздох — полустон. В животе сладко тянет. Я прикрываю глаза от удовольствия, оплетаю своего мужчину руками, обхватываю ногами его бёдра.

Зверь внутри урчит от счастья. 

Я знаю, что впереди у нас много прекрасных дней. Мы их заслужили. Зубами вырвали, оплатили кровью. 

Мы сражались и победили.

Ведь я — Виктория Саблфорд, главная героиня своей жизни.

Конец!