Глава 19

Александра. Сон, пришедший едва я коснулась подушки, не стал избавлением. Наоборот. Он вновь окунул меня в пучину боли, страха и унижения. Подсознание вернуло меня в дом Панкрата и оживило самые жуткие картины происходящего. Практически подскочила на постели с криками ужаса на губах. Сердце стучало где-то в пятках, а горло перехватил спазм. Появление почти голого Аркадия, боксеры можно за одежду и не считать, заставило гулко сглотнуть. Влетел в спальню как ураган, желая в очередной раз спасти меня. Только ночные кошмары – это меньшее из того, что со мной произошло. Когда осознаёшь реальность, страх отступает, главное я до сих пор могу это делать. Жить в этом мире, не в другом. – Саш, что случилось? Страшный сон? – удостоверившись, что мне ничего не угрожает, спросил мужчина. – Да, – прохрипела сухим горлом. – Водички хочешь? – Очень, – в подтверждение слов ещё и кивнула. Пока Аркадий ходил за водой, я успела перевести дыхание и немного успокоилась. Приняла из его рук стакан, практически перестав трястись. Сделала пару жадных глотков и поблагодарила гостеприимного хозяина квартиры. – Раз тебе уже лучше, я пойду. Если нужно, можешь спать с включённым светом. – Не уходи, – едва слышно произнесла я, понимая, что обратной дороги уже нет. Да и не нужна она мне. – Саш, я ведь не железный, – указав глазами на прилично натянутые боксеры, ответил мне мужчина. – С тобой мне ничего не страшно, – шепчу я и чувствую, как щёки заливает румянец. Глаза не отвожу. Боюсь, что стоит мне хоть жестом показать сомнение в принятом решении, и он уйдёт. Не хочу больше быть без него. Я должна принадлежать этому мужчине. Сердцем, душой, телом. Он мой. Стоит. Колеблется. Вижу огонь в глазах, способный сжечь всё на своём пути, но, помнит обо всех моих злоключениях и не решается переступить черту. Страх, что он уйдёт, придаёт смелости, и я сама подаюсь вперёд. Встаю на колени и прикасаюсь губами к его губам. Мужчина капитулирует мгновенно. С рычанием обнимает за талию и притягивает к себе так близко, словно боится, что я вот-вот передумаю и отступлю. Поцелуй настолько жадный и влажный, что всё тело наполняется истомой. Языком он словно показывает, что в скором времени произойдёт между нами. Его руки властно обнимают мою попу и в собственническом жесте сминают полушария. Жар распространяется по всему телу и снимает владевшее мной после сна напряжение. Я словно оттаиваю в его объятиях. Превращаюсь из замороженной статуи в пылающий факел, который теперь не погаснет никогда. – Саш, ты уверена? Это твой последний шанс отказаться, – с трудом оторвавшись от моих губ, едва слышно говорит Аркадий. – Всегда хотела принадлежать только любимому мужчине, – шепчу в ответ и насколько хватает смелости, веду руками по его торсу. Глажу кончиками пальцев каждую венку, выпуклость мышц и застреваю, достигая боксеров. На секунду руки замирают, а мужчина рвано дышит и смотрит на меня неотрывно. Ждёт, решусь ли. Переступлю ли свою стеснительность. – Не сегодня, – останавливает мои дрожащие пальцы, которые неуверенно всё же потянули резинку его белья вниз. Непонимающе смотрю ему в глаза, а он просто прокладывает дорожку поцелуев от уголка губ к подбородку, крадётся вниз по шее и достигает ключиц. Каждое прикосновение как маленький разряд тока. Он зарождает в теле новые импульсы, которые ранее мне были незнакомы. Одна его рука фиксирует затылок, удерживая в удобном для него положении, вторая же беззастенчиво проникает под подол футболки и наткнувшись на голый зад, замирает. Он поднимает на меня свои затуманенные страстью глаза, а я теряюсь с ответом. Не рассказывать же, что постиранное бельё повесила на его полотенцесушитель, а спать легла только в его вещи. И так пришлось сменить футболку, ведь прошлая промокла. Утробное рычание, что разнеслось по комнате, напоминало клич неандертальца, но мне было всё равно, ведь его губы вновь атаковали мои, а руки начали путешествие по телу друг друга. Только что он властно сминал попу, как через секунду в его ладони уже оказалась грудь. Но этого мало. Мне всё ещё недостаточно. Отстраняюсь сама и, потянув вещь вверх, предстаю перед ним голой. Лёгкое стеснение прокатывается по телу, но его восхищённый взгляд заставляет чуть выгнуться навстречу. Он ласкает, даже не прикасаясь, что же будет, когда всё произойдёт по-настоящему? – Сашка, – безумно шепчет док. – Никуда и никогда тебя больше не отпущу. Моя. Это были последние связные слова на сегодня. Его рот тут же оказался на ставшем невероятно чувствительным соске и втянул его в свои жаркие глубины. Выгнулась навстречу, а низ живота прострелил первый спазм удовольствия. Обхватила его плечи, чтобы не упасть, но он осторожно уложил меня на постель. Навис сверху, а после стал выцеловывать на моей коже какой-то только ему ведомый узор. Язык скользил от одного участка к другому, оставляя влажные след, который после его ухода становился холодным и будто обдувался всеми ветрами мира. Когда он дошёл до пупка и обвёл его по кругу сначала пальцем, а после языком нырнул в его впадинку, меня тряхнуло словно от разряда электрошокера. Столь сильные чувства мне не доводилось испытывать в своей жизни, и я была уверена, что это оргазм. Как же я заблуждалась, ведь то, что я почувствовала, когда сначала его рука накрыла мою промежность, а после её догнал язык невозможно описать словами. Я познала космос, небо в алмазах и чистейший, ничем не замутнённый восторг.