Глава 24

Александра. О том, что нужно было высадить подругу, а самой всё же ехать в общежитие поняла лишь тогда, когда оказалась в холле колледжа. Стою расхристанная в мужской футболке, на голую грудь. Стыд залил щёки и, не раздумывая даже секунды, рванула в туалет. «Ну и дура! – мысленно костерила свою непредусмотрительность. – Хватило же ума выставить себя шлюхой. Господи, почему, когда всем мозги раздавали, меня ими обделили? Хотя будем откровенны это первый мой позор, поэтому не будем так строги к себе». Включила кран и, настроив ледяную воду, сунула под неё руки. Их тут же стало покалывать от низкой температуры. Стряхнув с них поток, приложила к горящим щекам и попыталась всё же взять себя в руки. «От этих бесконечных переживаний я точно заработаю проблемы не только с психикой, но и с сердцем». – О, Сашка, привет. Ты чего тут? Плохо стало? – вдруг раздался голос девочки, которая живёт в соседней комнате общежития. – Да, немного. Ты подругу мою не видела? Сдала она там свой доклад или нет? – Не знаю, если встречу скажу, что ты её тут ждёшь. – Спасибо. Очень выручишь, – девушка кивнула и вышла из уборной. Мне не пришлось прятаться долго, ведь через пять минут вернулась та самая соседка с глазами по пятьдесят рублей и, размахивая руками, сказала, что меня ждут у входа. – Кто? Зачем? – не поняла я запыхавшуюся девушку. – Блин, Сашка, иди скорее, пока этот мужик Петровича в бараний рог не скрутил. – При чём тут наш вахтер? – кажется, не у меня одной с головой неладно. – Так Петрович мужика не пускает, вот он ему и пообещал, что если не найдёшься, то сам сюда войдёт. – Куда сюда? – В колледж, дурында, – едва не хлопая себя по лбу, говорит соседка. – Ты можешь объяснить нормально, в чём дело и что за мужик так хочет скрутить Петровича. – Иди и сама посмотри. Тебя ищут, не меня, – поняв, что нормального диалога у нас не выйдет, она сдалась и просто вышла из помещения. Решив, что пожилой мужчина всё же не виноват в том, что я так сильно кому-то понадобилась, пошла на выход. Не дойдя до поста нашего вахтера пару метров, замерла. В пороге здания стоял Аркадий. Весь взъерошенный, глаза дико осматривают пространство, и когда натыкаются на меня он просто шагает вперёд. – Саша, ты что здесь делаешь? – громыхнул на все фойе его голос. А народ, который, как водится уже столпился вокруг в ожидании зрелища, обратил взор на меня. Вот теперь стыдно стало в разы больше. Поспешила к своему врачу, скрестив руки на груди и прикрывая её тем самым. – Это я должна спросить тебя об этом. – Пойдём отсюда, – командным голосом, но уже на несколько тонов тише сказал мне док. – Я никуда с тобой не пойду. Вообще, удивлена тем, что ты здесь. Зачем из-за тупой малолетки бросил прекрасную женщину? – Не понял, – нахмурился мужчина. – Саш, ты сейчас о ком вообще? Тут раздался возмущённый вопль Петровича о том, что он уже вызвал полицию и сейчас этого негодяя арестуют. – Уважаемый, вы меня простите. Вот, нашлась моя пропажа. Больше шуметь не буду. Всего доброго, – и, цапнув меня за локоток, Аркадий всё же вывел меня из колледжа. Пошла с ним только ради того, чтобы скрыться от любопытных глаз и ушей. Мы и так уже всех знатно переполошили, не стоит давать лишний повод перемывать мне кости. «Я так скоро стану медийной личностью, не иначе, а ведь просто хотела спокойно получить образование, – проскочила мысль, прежде чем аркадий вновь со мной заговорил». – Саш, ты почему ушла? Звоню тебе, трубку не берёшь. Что случилось? – тут же завалил меня вопросами мужчина. – Не хотела мешать твоей идеальной жизни. – Или я дурак и чего-то не понимаю, или ты говоришь какой-то бред, – нахмурился он. Отошли мы недалеко, но слава богу свидетелей наших разборок теперь в разы меньше. Хотя боковым зрением всё же увидела вышедших на крыльцо студентов и яростно размахивающего руками вахтера. – Давай сядем в машину? Там нормально и поговорим, – как и я, видя скопление народа, предложил Аркадий. – Я никуда не с тобой не пойду. – Господи, – не молился, а шипел мужчина. – Объясни наконец, что происходит. – Проснулась одна. На столе то ли записка, то ли рецепт лекарства, звоню тебе, а трубку берёт твоя «женщина». Какая из этих ситуаций тебе непонятна? – Всё, – выдохнул он и растёр лицо руками. – Во-первых, у меня никого кроме тебя нет. Во-вторых, я как-то не подумал о своём почерке, прости. В-третьих, мне пришлось уехать, потому что я вчера оперировал сложного пациента и сегодня у него были проблемы. Человеческая жизнь была приоритетнее сладкого утра с тобой, хотя честно скажу, уйти от тебя было чертовски сложно. – Но кто тогда брал трубку? – недоумённо переспросила у мужчины. Я верила ему, но разговор с той дамочкой не шёл из головы. – Я догадываюсь, кто это, но могу поклясться, что у нас не было ничего кроме секса, а после того, как в моей жизни появилась ты и его не было. – Честно? – на глаза наворачивались слёзы облегчения, но я их подавила. – Саш, я люблю тебя. – А я тебя, – сказала на одном дыхании и бросилась в объятия моего личного доктора. Он излечил не только тело, но и душу. Каждую ранку и царапинку Аркадий смазал бальзамом своей доброты, искренности и любви. Заставил забыть о том, что мне пришлось пережить. Заменил плохие воспоминания на хорошие и стал стеной, за которой ничего не страшно. Воспламенил в груди огонь страсти и был моим первым. Теперь этот мужчина принадлежит мне, и я бесконечно счастлива.