Глава 18
Вернувшись домой, я покормила Сашку и составив заявление на развод, села смотреть телевизор. Состояние Дани не менялось, по-прежнему оставалось тяжелым. Мама тихо плакала на кухне, а у меня сжималось сердце. Марат Владимирович даже ребенка на руки не взял, взял его охранник. Какой он отец? А Гаврилюк… Сразу отцу позвонил. Зато мой папа вызвал ПДН и своих коллег.
Мама вошла в гостиную и присела рядом.
– Ты на папу не сердись! Он очень после Вовки сдал, а Данька так вообще подкосил! Ему везде заговоры мерещатся! Тем более у ребенка прекрасный отец, наш депутат, отец Никиты!
Я молчала. Прекрасным отцом его сложно было назвать иначе какое объяснение могло быть что случилось с этой девочкой, я все равно все выяснить хотела.
Интересно, как там Лера? Может Никита и прав, с моим братом у них ничего не сложится, может он знает больше меня раз сказал что быстрее найдет того кто порезал Даньку.
– Ты все не забыла Никиту? – тихо спросила мама. – Инна, доченька, вы столько лет с Женей прожили, он звонил сегодня, переживал!
Я усмехнулась.
– Мама у него другая женщина и судя по всему не единственная, просто я на изменах его раньше не ловила! Зачем мне всю жизнь с рогами на голове жить?
Мама за руку меня взяла и пристально посмотрела в глаза.
– Никита это красивая картинка, Инна, да он поможет, решит твои проблемы, но он всегда был бабником и балагуром, а Женя… Женя на твоем фоне теряется, ты яркая, харизматичная, красивая… Вот и изменил. Ты сильнее его, вечно давишь! Я сколько раз тебе говорила, будь помягче с ним, он мужчина и он обязан быть в семье сильным, а ни ты, Инна! Послушай меня не руби ты с плеча! Подумай! Развестись вы всегда успеете!
Я молчала. Спрашивать маму изменял ли ей папа не было смысла, ответ был на поверхности, я знала что изменял. Он даже уходил, но мама ради детей простила, а я другая, я бы не простила. Измена у тебя в голове и если ты изменяешь значит лучше ищешь, значит твое тебя не устраивает, а смысл жить если вы не устраиваете друг друга. Я не святая чтобы жалеть кого-то, а жить ради ребенка никогда нельзя. Ребенок вырастет и все это видеть будет, макет отношений сложится. Я не смогу больше жить с Гасановым, тем более и я изменила ему, а это все, конечная станция.
Сашка спала, весь дом погрузился в сон, а я все уснуть не могла. О Никите, о Даньке, о малышке, о девочке этой думала. О бедной Лере, как ей там тяжело.
Вздохнула и перевернулась на другой бок укрыв Сашку. Надо квартиру пока снимать, кроватку ее перевести, игрушки все. Что родителей стеснять…
Телефон внезапно оживает на прикроватной тумбочке. Я бросаю взгляд на дисплей.
Никита. Сердце бешено бьется в груди, хотя зачем, он же все рассказал своему отцу. Кладу телефон на тумбочку. Он звонит еще раз. Вздыхаю и взяв телефон направляюсь в ванную. Что я делаю…
– Алло!
– Привет!
Он пьян. Просто прекрасно. Детский врач. Хотя врачи пьют еще больше чем обычные люди они видят намного больше.
– Привет!
– Я ничего не рассказывал отцу если ты думаешь что я предатель! – пьяно усмехнулся он. – Кто предатель мой отец! Мама опять сорвалась, она пьет, и я в нее, наверное, такой!
– Что с девочкой? – тихо спросила я.
– Она с нянями, она не нужна отцу! Знаешь, у тебя так горели глаза! Столько энтузиазма было, надо было тебе помочь, а я опять погруженный в свои проблемы не помог! Ты простишь меня?
Я молчала. Сейчас было такое чувство что не было взрослых людей врачей, а были подростки влюбленные в друг друга. Точнее я в него. В нем сейчас говорил алкоголь.
– Я тебя разбудил, да?
– Нет, но завтра прием!
– Я понимаю, мне самому на работу, просто хочу чтобы ты знала, я со всем справлюсь и ты будешь рядом! Поехали со мной в Москву, ты права много лет назад я приходил, приходил за тобой, но твой отец сказал что у тебя все ровно, жених в Германии и что ты счастлива, а я тебе только жизнь испорчу!
Я закусила губу. Отец испортил мне всю жизнь, только уже поздно кого-то винить.
– Спокойной ночи! – тихо произнесла я.
– Спокойной ночи, Пончик!
Я непроизвольно улыбнулась. Может хоть с этого момента начнется моя счастливая новогодняя сказка.
Я заполняла документы и смотрела крем глаза на девочку которой на вид можно было дать все двадцать лет, а ей было только тринадцать.
Бабушка вся в кольцах и обвешанная золотом словно елка всплеснула руками.
– Это невозможно, вы точно уверены? Такого просто не может быть! Инна Андреевна проверьте все еще раз пожалуйста внимательно!
Я вздохнула.
– Более чем! Я понимаю ваше состояние что вы бабушка тем более и не можете в это поверить! Но это правда так!
Бабушка закатила глаза.
– Но вы должны понимать это конфиденциальная информация! Я вас очень прошу просто умоляю никому не говорить о случившемся!
– Естественно, вы можете меня об этом не просить! Я взяла все необходимые мазки! Варе надо сдать анализы!
Варя скривилась и надув пузырь из жвачки, громко лопнула его и вышла в коридор. Бабушка тяжело вздохнула.
– Мой сын известный артист Егор Озеров, вы же знаете его! Егор гений, Бог!
Я молчала. Взрослый мужик с белой крашеной челкой который кривлялся на сцене и пел ты бросила меня, а я встал со дна, ты мне изменила, а я напился в хлам, конечно был Богом для современного поколения, но не для меня точно.
– Его жена это что-то с чем то! Никогда не занималась девочкой! У Вари стресс! Она очень хорошая девочка и на пианино и на скрипке играла! Молодец большая! У нее блестящее будущее, как у ее отца! Я очень ее люблю, поймите меня, Варя это все что у меня есть!
Я продолжала хранить молчание. Хороший такой стресс не помнить в тринадцать лет сколько у тебя было половых партнеров, я влюбилась в Гаврилюка в четырнадцать, но любила его платонической любовью и ни о чем таком даже не помышляла.
– Не переживайте, через пару дней будут готовы мазки и анализы, я записала вас на прием!
– Спасибо, Инна Андреевна, вы чудо! Вы настоящий врач! Я не знаю, как вас благодарить моя дорогая, таких врачей бы да побольше!
Когда они ушли, я устало откинулась на стуле, было такое ощущение что я упала в лужу дерьма. Так противно мне не было никогда.
Встав вышла из кабинета и направилась в приемную, Никита не отвечал на звонки с самого утра. Беспокойство только сильнее нарастало во мне.
В приемной Ольга Викторовна сделала круглые глаза.
– Гаврилюк на больничном, сказал все вопросы к Валентине Ивановне!
Я развернулась и резко вышла из кабинета. Внутри все сжималось, значит на работу он позвонил, а трубку не взял, ну что же, его выбор.
Весь день просидев, как на иголках я поехала в больницу. Вячеслав Ефимович увидев меня тут же завел в кабинет.
– Хорошие новости и динамика есть, Даниил пришел в себя, но сердце очень нестабильно, вопрос о пересадке пока не закрыт, вы же понимаете надо наблюдать!
Я устало кивнула.
– Когда я могу его увидеть? Я очень хочу с ним поговорить и просто за руку его подержать!
Он покачал головой.
– Вы, как врач должны понимать ему не нужны стрессы, а любая пусть даже положительная эмоция для него стресс! Он еще очень слаб, поймите, Инна, я бы рад, но нельзя!!!!
Я опять кивнула. Я все прекрасно понимала что счастье вроде маячило на горизонте, но стоило мне за него ухватится, как оно тут же исчезало. Исчезало со стремительной скоростью.
Выйдя из больницы, села в свою машину и закрыла глаза. Болен брат, пожилые родители, Сашке подарки нужны, столько всего, а я за что-то цепляюсь… Зачем? Мы чужие друг другу люди, но было и было, не нужна я ему и никогда не была нужна, с этим давно пора смирится. Бросаю взгляд на телефон. Гасанов. Только его сейчас не хватало.
– Алло!
– Я, как понял ты подала на развод? Мне уведомление с суда пришло, и даже не решила поставить меня в известность? Так-то не делается, я твой муж законный, у нас дочь общая!
Только его нытья сейчас не хватало. Дочь общая. Вспомнил. А когда по бабам шлялся, он про дочь не помнил, как оригинально. В этом весь Женя.
– Женя, ты взрослый человек! Да я подала на развод! Да между нами все кончено, что еще ты хочешь?
– Я думал что мы оба натворили много ошибок и у каждого из нас есть шанс, впереди все таки Новый Год! У нас общая дочь, а еще я хотел тебе кое что рассказать!
– Что?
– Может встретимся лично?
– Нет, Женя у меня много дел, завтра еще у Сашки утренник, надеюсь ты заявишься без своей дамы с ее рассказами о платье!
– Конечно без нее, я приду! Я хотел сказать что нарыл некоторую информацию на Троянову, у нее уже был идентичный случай только ни с желчным, а с сердцем, с легкими! Она получала хорошие бабки, люди пугались брали кредиты, искали денег! Ты улавливаешь связь?
– Нет!
– Плохо! Ты знаешь кому официально по документам принадлежит клиника?
– Нет не знаю!
– Гаврилюк Марат Владимирович, знаешь такого? А Троянова его любовница, мужа у нее нет, вот этот мужик якобы с рынка, начальник его охраны! Теперь поняла?
У меня потемнело в глазах. Быть такого не могло.
– Олег Митрофанович испугался и его уволили, даже жадность его не остановила, а он своего сынка поставил, хотя прошу прощения это же твой мужчина…
Я бросаю трубку. В глазах все сильнее темнеет. Неужели и Никита знал чем занимается его отец? Хотя конечно знал. Господи… А я думала что он изменился со школьных лет.
Резко тронулась с места в сторону дома, состояние было такое просто лечь и лежать чтобы меня никто не трогал. Утомляло все. Все проблемы, все что на меня навалилось, ну почему, ну за что… Я же этого не заслужила.